Психореализм

После внезапной женитьбы Тэхёна и Чонгука (и фееричного тамадования Сокджина), в доме воцарилась какая-то странная атмосфера. Все были одновременно счастливы за новоиспечённую пару и в то же время немного... напуганы. Что будет дальше? Какие ещё безумства приготовит им жизнь в будущем?

Но жизнь, как обычно, решила, что пора добавить в их и без того странный коктейль ещё один ингредиент. И этим ингредиентом стал Юнги.

В один прекрасный день Юнги просто исчез. Вот так, ни с того ни с сего. Он не оставил записки, не позвонил, не написал сообщения. Просто не встал утром.

Вся квартира почувствовала это как смерть Wi-Fi. Внезапно стало тихо, пусто и как-то... неправильно. Без ворчания Юнги, без его саркастичных комментариев и без его вечного недовольства жизнью мир казался каким-то... неполным.

Тэхён, Чонгук, Намджун, Хосок и Чимин переполошились. Они обзвонили всех его знакомых, проверили все его любимые места (в основном это были кофейни и студии звукозаписи), но Юнги нигде не было.

— Может, его похитили инопланетяне? — предположил Хосок.

— Не думаю, — ответил Намджун. — Инопланетянам не нужен такой сварливый пленник.

— Может, он просто ушёл в запой? — предположил Чимин.

— Вряд ли, — ответил Тэхён. — Юнги слишком любит свой сон, чтобы тратить время на алкоголь.

— А может, он просто устал от нас и решил сбежать? — предположил Чонгук.

— Это вполне возможно, — ответил Намджун. — Мы все иногда устаём друг от друга.

Но никто не знал, что случилось на самом деле. Юнги просто исчез. И все очень волновались.

Прошло трое суток. Трое суток тишины, тревоги и беспокойства. И вот, на четвёртый день Юнги вернулся.

Но вернулся он не один. Он вернулся... в оранжевом балахоне, с бритой головой и татуировкой в виде тапка на шее.

Все замерли, когда увидели его. Они не могли поверить своим глазам. Это был Юнги? Или его двойник из параллельной вселенной?

— Юнги? — робко спросил Намджун. — Это ты?

Юнги кивнул.

— Что с тобой случилось? — спросил Тэхён. — Где ты был?

— Я был в монастыре, — ответил Юнги.

— В монастыре?! — воскликнули все хором.

— Да, — ответил Юнги. — Я решил стать монахом.

— Но зачем?! — спросил Чонгук.

— Искал тишину, — ответил Юнги. — Нашёл только гусей.

Все посмотрели друг на друга в недоумении.

— Гусей? — переспросил Хосок.

— Да, — ответил Юнги. — В монастыре было полно гусей. Они постоянно кричали и щипали меня за ноги.

— И что, это всё? — спросил Чимин. — Ты просто пошёл в монастырь, чтобы найти тишину, а нашёл только гусей?

— Ну, не совсем, — ответил Юнги. — Ещё я научился медитировать и вязать носки.

— Вязать носки?! — воскликнул Тэхён.

— Да, — ответил Юнги. — Это очень успокаивает.

Все молчали, переваривая всю предоставленную информацию. Юнги, монах, медитирующий, вяжущий носки... Это было слишком даже для них.

— И что, ты теперь будешь жить в монастыре? — спросил Намджун.

— Нет, — ответил Юнги. — Я вернулся домой.

— Почему? — спросил Чонгук.

— Потому что я понял, что тишина не для меня, — ответил Юнги. — Я слишком привык к вашему шуму и безумию.

— А что насчёт гусей? — спросил Хосок.

— Я их оставил в монастыре, — ответил Юнги. — Пусть живут своей жизнью.

— А что насчёт татуировки? — спросил Чимин, указывая на тапок на шее Юнги.

— Это память о монастыре, — ответил Юнги. — Она напоминает мне о том, что даже в самых тихих местах можно найти что-то безумное.

После этого Юнги рассказал им всю историю своего внезапного ухода в монастырь. Оказалось, что он просто устал от всего. От работы, от людей, от жизни. Ему срочно была нужна тишина и покой.

Он решил пойти в монастырь, потому что слышал, что там живут мудрые люди, которые могут помочь ему найти себя. Но вместо мудрых людей он нашёл только гусей.

Он провёл три дня в монастыре, пытаясь медитировать и найти ту самую заветную тишину. Но гуси постоянно мешали ему. Они кричали, щипали его за ноги и вообще вели себя как настоящие хулиганы.

В конце концов, Юнги понял, что монастырь — это не для него. Он слишком привык к городской жизни, к шуму и суете. Он просто не смог жить в тишине и покое.

Он решил вернуться домой. Но перед тем, как уйти, он сделал себе татуировку в виде тапка. Это был его символ протеста против тишины и покоя.

— А ещё, — добавил Юнги, — я три дня просидел у фонтана, разговаривая с собственной усталостью.

— И что, она тебе ответила? — спросил Тэхён.

— Да, — ответил Юнги. — Она сказала, что ей тоже надоело.

После разговора с усталостью Юнги вернулся домой, лёг и снова заснул. Круг замкнулся.

— И что, теперь ты снова будешь ворчать и жаловаться на жизнь? — спросил Чонгук.

— Конечно, — ответил Юнги. — А что ещё мне остаётся делать?

Все засмеялись. Они были рады, что Юнги вернулся. Даже если он и стал немного... страннее.

— Ну что, Юнги, — сказал Намджун. — Добро пожаловать домой.

— Спасибо, — ответил Юнги. — Я рад вернуться.

И так Юнги снова стал Юнги. С татуировкой тапка на шее, с любовью к тишине (но не к гусям) и с вечным недовольством жизнью.

А Тэхён и Чонгук поняли, что в их жизни всегда будет место безумию и случайностям. И что это, наверное, и есть самое интересное.

А пока... жизнь — это как глючная программа. Она может выдать любой баг и любую ошибку. Но если ты научишься с этим жить, то она может стать для тебя самой интересной игрой во всём мире.

И они были готовы играть. Вместе. До конца.

Даже если в этой игре будут гуси, татуировки и внезапные свадьбы.