Холодный рассвет для двоих
Вскоре солнечные лучи добрались и до воротящегося в постели Минхо. Он прислонил подушку к стене и навалился на нее всей силой уставшего и тяжелого тела. Его пульсирующая голова и сухость в горле давали о себе знать. Похмелье было довольно сильным, но отказываться от съемок было нельзя. Все тело ужасно ломило и болело, мысли были мутными и непонятными. Единственное что ему было дозволено чувствовать - сильную вину за произошедшее в прошлую дождливую ночь. Он аккуратно встал с кровати, опираясь на нее телом, одел мягкие меховые тапочки и медленно пошел в сторону кухни. Там, на деревянном стуле сидел Хан, помешивая вторую кружку чая своей любимой ложкой. Увидев Ли он сделал вид что не заметил его, аккуратно отвернувшись в сторону окна. Минхо, заметив эту картину, аккуратно подкрался к столу и сел напротив Хана, спрятав ладони в пижамные штаны и слегка опустив голову, стараясь показать чувство вины, которое не отпускало его.
⁃ Доброе утро, Джисон-а, - он произнес это очень тихо и осторожно, надеясь заполучить его прощение и услышать хотя бы «привет».
Но Хан не ответил ничего; Он лишь слегка повел головой и, отодвинув стул, покинул кухню. Ни произнеся ни слова. Даже возмущенного вздоха не было слышно. Тишина...Она и убивала Минхо очень мучительно и медленно, устраивая в его сердце истерику и бурю, которую могло утешить только прощение со стороны его друга; Иначе это становилось просто невыносимо тяжело, хоть он и понимал, что виноват только один человек - он.
Вся группа начинала просыпаться. По общежитию раздавались тихие разговоры, шум скрипящего пола, звук льющейся из под крана воды. Утро начиналось также, как обычно. Суета, сборы на новые съемки или мероприятия. Уютная утренняя атмосфера, все как надо. Феликс с Ханом всегда отвечали за наличие завтрака для всех. Запив таблетку от головных болей водой из под крана, Джисон начал интенсивно готовить завтрак, пока все собирались. Ли варил кофе и жарил яичницу, слушая медленную музыку в наушниках. Завтрак был подан; Парни сидели за столом, активно общаясь и обсуждая грядущие съемки и релиз. Молчали только Минсоны. Оба сидели и медлительно ковыряли свою еду вилкой, будто им было противно от нее. Другие заметили эту неприязнь и попытались расспросить их, почему они единственные, кто не присоединяются к общему бурному обсуждению. Но те только отнекивались.
⁃ Парни, а вы чего не едите? Молчаливые такие, хоть бы слово сказали, - бросил Хен, уставившись сначала в виноватые глаза Хо, а потом в высокомерный взгляд Хана.
⁃ Не выспался просто, - отрезал он и положил остывший кусочек яичницы себе в рот
⁃ Мг, допустим я вам верю, я тоже часто не высыпаюсь. Ну вы хоть к обсуждению подключайтесь
⁃ Не хотим, - ответил Ли, нервно сглотнув холодную еду и запив обжигающим рот кофе.
Минхо был очень напряжен, и эту нервозность понимал только Джисон, но не собирался ничего с этим сделать. Ему хотелось чтобы тот почувствовал хоть каплю вины за произошедшее, не догадываясь о том, что его друг и так начал страдать из за этой неполноценности и чувства ненависти к самому себе. Это было очень тяжелое чувство, никогда раньше он не ощущал такой боли, от которой у него кололо в груди и ныло сердце.
После завтрака все разошлись по своим комнатам в поисках запасной одежды. Темой, которая стала основой для их сегодняшних последних съемок перед релизом - съемки в бассейне. Стафф видел, как парни обожают плескаться в прохладной воде; Особенно хорошая и теплая стояла погода на улице. Это времяпровождение должно было хорошенько расслабить их и придать им новые силы для предстоящих дел. Утренняя суета завершилась, группа медленно направилась в ожидающий их мини автобус. Закинув свои вещи все расселись по местам. Хан занял самое заднее сиденье, где они с Ли всегда сидели вместе. Но тот в свою очередь сел вперед - к Бинни, на что он крайне удивился. Ему не хотелось раскрывать все карты, поэтому он просто ехал молча всю дорогу. Чанбин видел, что тому грустно, поэтому перестал заваливать его бесконечными вопросам; За что Ли был крайне благодарен...