Глава 19
POV Елена
Итак, резюмирую: операция прошла успешно. Алиса сейчас отходит от наркоза, я же пошла проведать Никиту. А вот возле его палаты шла ожесточенная борьба между ним и достаточно молодо выглядевшей женщиной. Приглядевшись, я поняла, что это, скорее всего, его мать, так как у них очень похожие лица. Только у Никиты черты острее, нежели чем у матери.
-Никита, врачи запретили тебе вставать! - пыталась угомонить сына женщина.
-Мама, я должен ее увидеть! Я должен узнать, что с ней все в порядке! - протестовал Никита, одновременно подтверждая мою догадку о родственных связях.
-Сынок, мы не являемся ее родственниками, поэтому нам никто ничего не скажет. Давай дождёмся Святослава и спросим у него. Он как раз сейчас узнает, что с ней и как она.
-Мама, она всего лишь на нижнем этаже! Или ты думаешь, что я настолько слаб, что не смогу пройти один лестничный проем?
-Так! Я не поняла! Что это за нарушение режима?! Или захотел прослушать лекцию о вреде непослушания? - решила я вмешаться.
-Ну вот, сынок. Она перед тобой жива и здорова, а ты переживал. Так что марш в кровать!
-И не подумаю! - зашипел Никита. Ну как маленький, честное слово.
-А теперь послушай меня, - начала я свою лекцию. - Я, являясь здоровой и выносливой девушкой, после переливания сутки провалялась в больничном крыле без сознания. И то, после этого меня ещё три дня стерегли, чтобы я не переусердствовала. А я знала на что иду и знала о последствиях принятого мной решения! Да и что уж скрывать, не раз была донором на подобных процедурах. А ты, хоть и здоровый парень, все же должен отдыхать. Тем более у тебя надпочечники скоро отвалятся, адреналин каждую секунду вырабатывать в убойных дозах! Так что марш в кровать до поступления иных распоряжений!
-Но..., - попытался вякнуть певец.
-Цыц! Я все сказала! И по поводу лечения советую со мной не спорить! А то клизму поставлю! Все! Марш в палату! А я схожу за приборами для осмотра. Вы проследите за ним, простите, не знаю вашего имени?
-Конечно. И зовите меня Юлией Николаевной, - ответила женщина.
-А я - Елена Александровна. Ты меня услышал? - вновь обратилась я к парню.
-Да, - грозно глядя на меня, ответил Никита.
-Замечательно! Скоро вернусь!
Уф! Ну и дурдом! И зачем, спрашивается, я решила стать врачом? Дайте мне кто-нибудь мозги! Надо же было головой думать, когда поступала!
Нет, вы не подумайте, я не жалуюсь. Я обожаю свою работу, но просто бывают дни, когда накатывает... и вот сегодня один из таких дней.
Вдруг у меня зазвонил телефон. Посмотрела на дисплей. «Староста». Твою ж ультразвуковую диагностику!
-Да Миша, что-то стряслось?
-Лена, тебя неделю уже нет на лекциях! Как ты собираешься догонять группу?! Тебя же Буравчик на экзамене закопает, если ты к нему на следующей неделе не придёшь! Пожалей одногруппников! Ради всего святого!
-Это ради твоей зачетки что ли? - спросила я в Трубку. Дело в том, что Буравчик - это наш учитель по патанатомии и каждый студент боится его как огня. Трояк у него считается за манну небесную. А у меня всегда стояла твёрдая пятерка, благодаря чему и получала я повышенную стипендию.
-Ленк, ну будь человеком! Он же закопает не только тебя, но и нас! Ну пожаааалуйста!
-Слушай, Миша, я сейчас говорить не могу. Но скажи Буравчику, что в понедельник буду. Все, отбой!
-Святая!
-Я знаю.
Да уж... умеет Буравчик страху нагнать. Но сейчас не об этом. Я наконец-то дошла до лаборантской.
-Всем доброго. Где у нас лежит градусник и прибор для измерения давления?
-А зачем вам? - спросила дородная медсестра размером 160-140-160. Халат на ней трещал по швам.
-А у вас пациенты из палат сбегают. Придётся самой ловить, - да, я сегодня злая.
И, наконец, мой взгляд наткнулся на то, что я искала. Потёрла руки в предвкушении, схватила приборы и почапала к выходу. Как ни странно меня никто не остановил. Наверное, все никак не могли отойти от шока.
Но вернёмся к Никите. Интересно, чего ему в палате не сидится? Да и Алиса не на первом этаже лежит, а на третьем... вроде. Или я не права? Да и фраза Юлии Николаевны никак не даёт мне покоя.
Пока размышляла, успела дойти до палаты больного. Вдох-выдох, Лена. Почему у меня так коленки трясутся? Что-то здесь не то... Надо температуру померить. А то чего меня в озноб бросило?!
Наконец, я набралась смелости и приоткрыла дверь. И остановилась, услышав голос Никиты:
-Свят, скажи честно. Кем для тебя является Лена?
-Она очень близкий для меня человек, - увильнул от прямого вопроса Свят. Уважаю. Но слушаю дальше.
-Задам вопрос по-другому. Какой характер носят ваши отношения? - перефразировал парень.
-Слушай, Никит, что ты привязался к нашим взаимоотношениям? Тебе какой резон во всем этом? - начал Свят выходить из себя.
-Да вот есть, представь себе, - рыкнул Никита.
-Тебе кто-нибудь говорил, что подслушивать не хорошо?! - спросил женский голос. Я аж подпрыгнула.
-Юлия Николаевна, зачем же так пугать?!
-Елена Александровна, давайте сделаем вид, что я вас за этой преступной деятельностью не видела? А вашему брату я вправлю мозги, чтобы мальчика моего сильно не нервировал. Но я об этом скажу ему денька через четыре. Никите полезно поволноваться.
-Юлия Николаевна, а вы можете мне объяснить что от меня хочет ваш сын? - пошла я ва-банк.
-Он сам должен дойти до всего и сам все сказать. Я не имею права вмешиваться, - вздохнула женщина. - А если все же хотите узнать, спросите у вашей матери.
-Я сирота, моя мать алкоголичка, отец погиб давным-давно. Так что спросить не у кого. Но если не хотите говорить - не надо. Сама разберусь. Позже. А сейчас проверю вашего сына. Прошу меня извинить.
Ну я не стала продолжать этот бесполезный разговор и толкнула дверь, входя в палату. Разговор за это время не прерывался ни на минуту, но о чем они говорили, я, естественно, не услышала. Но может оно и к лучшему.
-Свят, а ты что ты здесь делаешь? - сыграла я в «валенок».
-Это я тебя хочу спросить! Я не понял, кто только недавно от переутомления свалился в обморок: я или ты? - не спустил мне брат. - И какого фига ты с приборами сюда приперлась? Тебе вообще больничный режим выписали!
-Святославушка, не кипятись, сейчас ноздрями дым пойдёт. Либо ушами. Так что свалил и дал мне сделать мою работу.
-Ну, Ленка! - прошипел брат.
-Ну, погоди! - фыркнула я. - Давай выясним наши отношения потом.
-Рррррр... я поговорю с твоим дедом! Это не дело! - прорычал Святослав.
-Флаг тебе в руки! Русский и Белорусский! - показала я язык, пародируя моего школьного учителя истории Тамару Федоровну, урожденную гражданку Белоруссии, приехавшую в 90-е в Москву поступать в университет. Кстати, закончила МГУ.
-Ну тебя, - обиделся Свят и пошёл к двери. - Если что - я в кафетерии.
-Хорошо, дорогой, - улыбнулась я брату, с каким-то злорадством наблюдая за изменениями на лице Никиты. - Закатывай рукав. Сейчас давление померием.
-Мы снова на «ты»? - усмехнулся Никита. Хотел меня смутить? Счазззззз...
-Извините, больше не повториться. Закатывайте рукав! - усмехнулась я.
-Лен, извини. Я не хотел обидеть, - пробормотал Никита, уставившись пол.
-Проехали, - вздохнула я. Ведь понимаю, что перехожу границы отношений врач-пациент, но... Всегда это пресловутое «но». - Ты сегодня будешь рукав закатывать или мне самой этим занялся?
Никита молча закатал левый рукав. Я удовлетворительно кивнула и нацепила на него рукав для измерения давления.
-Теперь не говори ничего, иначе данные собьются и заново придётся перемерять.
Парень покорно кивнул. А я начала измерение.
-Так, давление в норме. Теперь держи градусник и слушай меня. Примерно еще три-четыре дня ты будешь более всего подвержен всяким болячкам. Так что любой чих - мигом к доктору. Так же не советовала бы петь на морозе. Я уж молчу про поедание мороженного, застудишь горло - лечить замучаешься. И вылетишь из концертной программы в лучшем случае на месяц. Все понял?
-Да, - кивнул Никита.
-Вот и молодец. Давай сюда градусник. Хмммм... А какая у тебя обычно температура? - нахмурилась я.
-Тридцать шесть и восемь. А что?
-Сейчас у тебя тридцать семь и пять. Оснований для выдачи жаропонижающего нет, но постельный режим обязателен. Отдыхай, а я пойду.
-Лена, посидишь со мной? - раздалась неожиданная просьба.
-Никита, я бы с радостью, но сам понимаешь - я на работе. Мне ещё твою сестру проведать надо, вечерний обход совершить и Свята выпроводить. Давай так: я закончу с делами, а затем приду и почитаю тебе вслух книгу. Договорились?
-Хорошо, - вздохнул Киоссе.
-Ну вот и умничка, а сейчас я позову твою маму, к Насте её все равно не пустят.
И я вышла за дверь. Там на скамейке меня поджидала Юлия Николаевна.
-Еще раз здравствуйте. С вашим сыном все в порядке, но температура немного повышена. Оснований для выдачи лекарств нет, так как это может быть вызвано повешенным кроветворение, что в его состоянии закономерно. На данный момент необходим полный покой.
-Хорошо, - вздохнула женщина. - А что с Настей?
-Операция прошла успешно, но я ещё не была у нее. С Геннадием все хорошо, но восстановление будет достаточно долгим, около двух-трёх месяцев после снятия гипса. В лучшем случае.
-Спасибо вам. Позволите задать вопрос личного характера?
-Смотря что вы хотите спросить, - ответила я, присаживаясь рядом на скамейку.
-Почему вы изводите Никиту?
-В каком смысле?
-Поскольку у ваша настоящая мать далеко и вряд ли знает о том, что вы живы, придется сказать мне: вы понравились моему сыну. И, насколько я его знаю, очень серьезно понравились. Таким взбудораженым я не видела его с тех пор, как он расстался со своей первой девушкой.
К чему я веду-то, ваша игра в девушку Свята ужасно его нервирует. Если вы не хотите иметь ничего общего с моим сыном, то скажите ему это прямо, не придумывая несуществующих отношений. Так будет легче и ему и вам. Извините, если вас обидела.
-Вы меня не обидели, - вздохнула я. - Но ответьте и вы на мой вопрос. Что мог найти ваш сын в ничем не примечательной девушке, когда вокруг него крутится столько доступных и более красивых девушек под боком?
-Знаете, Никита всегда умел разбираться в людях. Да и насчёт обычной вы загнули. Вы врач, а следовательно неглупы, вы красивы, а главное вы заботливы, так как заботитесь о своем младшем брате, пусть и знали, что он вам не родной.
-Для меня нет никого ближе Егора, - обиделась я. Все же оскорбления на свой счёт я спокойно воспринимаю, а вот оскорбления моей семьи нет.
-Лена, не обижайтесь. Я не имела ввиду ничего плохого. Вы наоборот очень смелый человек, если взвалили на свои плечи заботу о брате. Но давайте вернёмся к моему вопросу. Вам нравится мой сын?
-Юлия Николаевна, я все понимаю, но позвольте нам самим разобраться в своих взаимоотношениях. Все же мы достаточно взрослые люди.
-Хорошо, но пожалуйста, не давайте ему лишней надежды, если вы его не любите или хотя бы нет симпатии.
-Я пятнадцать лет запрещала себе любить кого-нибудь, кроме брата. И вы считаете, что мне так просто впустить в своё сердце того, кого я знаю от силы неделю и виделась всего пару раз? Извините, но это не мое. У меня сейчас учеба, прошу меня простить, мне пора на обход, - и я встала и пошла в интенсивную терапию. Разговор с Юлией Николаевной внёс в мои чувства диссонанс и мне срочно нужно все обдумать.