Окончательный рапорт
Воздух светился мягко, почти дружелюбно. Гул станции стих, а за окном тени окончательно слились с человеческими очертаниями, превращаясь в текучую форму света и движения. Казалось, сама планета выжидает, прислушиваясь к тишине — не внешней, а той, что зародилась внутри троих людей, ставших частью её ритма.Тишина больше не давила. Она дышала. Пульсировала. Синхронизировалась с их сердцами, как будто проверяла — готовы ли они услышать.Стиляга заговорил первым — голос хрипел, но звучал живо, почти вдохновлённо:— Ну что ж... если это и есть объединение форм сознания, то, может, пора внести в отчёт: "Опасности не обнаружено. Только катарсис".Пантера усмехнулась, глядя на горизонт, где свет переливался, как дыхание гигантского существа.— Да. Можно даже рекомендовать немедленное прибытие первой волны поселенцев. Пусть все аватары соберутся поближе. Возможно, тогда сущностям станет легче понять, кто из нас — кто. Или, точнее, кто из них — мы.Бульдог втянул воздух, посмотрел на неё с выражением командира, которому не оставили ни инструкции, ни кнопки "Отбой".— Главное, чтобы в заявке на переселение не пришлось указывать, в каком из тел ты числишься.— Или в каком сознании, — добавила Пантера и рассмеялась — тихо, почти по-детски. Так смеются после долгого страха, когда понимаешь, что выжил.За окном свет густел, и из марева донёсся отклик — не звук, не смех, а нечто похожее на улыбку планеты. — И всё-таки, — подытожил Бульдог, — в отчёте стоит написать: "Контакт состоялся. Стороны пришли к взаимопониманию. Вопрос о границах снят как неактуальный".Пантера подняла взгляд на светлеющее небо, где волны атмосферы мерцали, как нервные импульсы в живом теле.— Возможно, именно этого они — вернее, мы — и ждали. Не вторжения, не анализа, а признания. Признания того, что мы — не отдельные формы, а отражения одного сознания, разнесённого по телам, по мирам, по эпохам.Бульдог повернулся к Стиляге, прищурился:— Всё это, конечно, прекрасно, но мне, честно говоря, не понравился вид, который отражал твою сущность. Какой-то... карикатурный. Не правда ли?— Ещё бы! — поморщился Стиляга. — Призрак будто из дешёвого сна.Бульдог задумчиво потер ладонь, потом резко обернулся и отвесил Стиляге звонкую оплеуху.— Да это я не тебе! — пояснил он торжественно. — Это твоему отвратительному хозяину. Честно говоря, давно хотелось!Смех эхом прошёлся по пустым отсекам станции, как разряд разрядившегося напряжения. Стиляга побагровел, но сдержался. А Пантера, глядя на них, мягко улыбнулась:— Ребята, не стоит воспринимать всё, что я сказала, так буквально. У меня с детства богатое воображение. Может, всё намного сложнее... да наверняка — гораздо сложнее.Она подмигнула Бульдогу, который с довольным видом дул на покрасневшую ладонь. На мгновение всё стало просто: трое людей, немного света, немного пыли и запах подогретого металла.Во дворике раздался шум. Бульдог выглянул в окно:— За нами прилетел транспортный модуль. Всё в порядке!Они двинулись по коридору к шлюзу. Металлические стенки пульсировали, словно дышали.— Ещё чуть-чуть, и всё позади, — сказала Пантера.Но когда они вошли в тоннель модуля, ведущий к кабине, свет изменился. Он стал резким, холодным, рваным. На стенах вспыхивали и гасли тени — как в обратном отсчёте. Сначала одна, потом другая. До десятка силуэтов — без лиц, без формы.— Не оборачивайтесь, — прошептала Пантера. — Они идут за нами.— Но ты же всё объяснила! — вскрикнул Стиляга. — Волноваться вроде бы и не надо! Они – это мы! Но тени ускорялись, сгущались, будто сама станция ожила и пыталась удержать их. Гул шагов — или эхоподобных движений — приближался. Пантера рванула вперёд, но тоннель вибрировал от звука, похожего на низкое ворчание. На площадке у шлюза силуэты сомкнули кольцо — полупрозрачное, колеблющееся, как мыльная плёнка.Пантера повернулась. Голос её дрожал, но глаза сияли:— Не думаю, что это они нас преследуют. Это — остатки нас самих. Тех, кто не успел перейти. Кто застрял между формами. Между мыслями.— Ты уверена? — хором выкрикнули Бульдог и Стиляга.Пантера вздохнула:— Моя теория была такая красивая...Но надежда оставалась. Может быть, это Сознание просто решило... поиграться со своим Аватаром.Все трое кричали друг другу, но двигаться уже не могли. Бульдог сел, схватил лист, начал писать отчёт. Рука с ручкой летела по бумаге, а он с ужасом смотрел на то, что выходит. Слова будто писались сами.Официальный отчёт миссии «Второе Дыхание», переданный с исследовательской базы «Гея 9» спустя 43 минуты после установления контакта.1. Планета признана пригодной для жизни. Атмосфера содержит кислород, азот и незначительное количество метафизических проявлений, не влияющих на пищеварение.2. Аномальные проявления среды интерпретированы как локальные когнитивные феномены. Угроза для колонистов отсутствует.3. Контакт установлен. Стороны пришли к взаимопониманию, хотя одна из сторон до сих пор не уверена, существует ли она.4. Враждебных признаков не выявлено. 5. Психофизическая граница между субъектом наблюдения и объектом наблюдения устранена за ненадобностью. Теперь наблюдатель и наблюдаемое — одно и то же.6. Рекомендуется:-Ускорить прибытие первых волн поселенцев. Чем больше носителей, тем выше шанс, что кто-то наконец поймёт, что происходит.-Внести в инструкцию по безопасности пункт: «Избегать длительного взгляда в собственные силуэты без соответствующей подготовкиПодписи:"Пантера" — от имени наблюдателя "Бульдог" — от имени начальника инспекции"Стиляга" — от имени рациональной части общего сознания