Похождения египетского чёрта

— Ну здравствуй, Михаил. Вот мы и снова встретились, — послышался до боли знакомый голос. Миша увидел говорившего с ним.
— Демонюга, значит? Что ты хоть такое? Фантом? Усилившийся вампир? Побочка от перемещений во времени?
— Ты не поверишь, но ты прав. Ровно в той же степени, что и заблуждаешься. Я могу считаться и вампиром, и фантомом, и временным реликтом. Но выслушай меня внимательно, возможно, это пригодится тебе в будущем. Я демон, и этим всё сказано.
Миша задумался.
— Демон? Как библейский искуситель что ли? Или как японский о́ни? Да кто ж ты?
— Библейские демоны и о́ни-людоеды — всего лишь разные названия одного и того же. И их роднит с вампирами лишь то, что и тем и другим нужна человеческая кровь и они могут обратить человека в себе подобного. Различий же огромное множество.
— Да чем ты отличается от обращённых вампиров-маньяков? И ты, и они жрут людей. Когда они голодны, они теряют голову и человечность!
Демон-Рамзес громко засмеялся.
— Я не делю вампиров на виды. Что обращённый вампир, что живорожденный — всё едино. Демоны — существа, близкие к совершенству, и я тебе это докажу.
— Не докажешь. Ты просто варвар, не сумевший подстроиться под современный мир и жрущий людскую плоть. Чем ты лучше меня?
Рамзес оценивающе посмотрел на Мишу, после начал говорить:
— Первое доказательство: вампиры смертны. Они могут заболеть страшными болезнями человека, ну например онкологией. Вампир может подцепить венерическую болезнь, у него может открыться язва желудка. Это не касается вампиров книжных, сам понимаешь. И демонов тоже не касается. Я живу уже довольно долго, и риск умереть от неизлечимой болезни мне не грозит. Доказательство второе: демоны не стареют и живут намного дольше вампиров. Ну вот сколько лет ты проживёшь, если тебя не прикончат? Лет сто-двести? Для меня это ничто. Если демон будет беречь свою жизнь, то сможет прожить не одно тысячелетие, а может никогда не умрёт. И к тому же, внешность таких как я будет неизменна, либо они смогут её поменять по своему желанию, если уже сумели этому научиться. Вампиры твоей породы стареют уже к шестидесяти годам. Обращённым в этом плане чуть больше повезло — они и в сто лет будут выглядеть на двадцать пять, однако... Однако и их жизнь ограничена. Максимум лет пятьсот могут прожить нормально. Потом наступает угасание, и его нельзя оттянуть. Лишь единицы смогли избежать такой участи. Доказательство третье: вампиры, такая благородная раса, пьющая людскую кровь, опустилась до людской же пищи. Самому-то не противно? Это должно быть мерзко, есть обескровленное мясо и уж тем более всё, что крови не содержит. Доказательство четвертое: если вампир выпьет кровь покойника, он умрёт вместе с ним. Демон, если голоден, может съесть человека, и он не будет смотреть, живой он или мертвый. Это никак не повлияет на здоровье демона. Думаю, достаточно с тебя доказательств.
— Выходит ты всего лишь падальщик. Это ещё более омерзительно, чем пить кровь из всех подряд и есть человеческую еду. Чтоб ты знал — мне пища людей не противна. И знаешь, я тоже могу дать тебе кое-какие доказательства. Начну с того, что от живорожденных вампиров не шарахаются как от чумного скотомогильника. У меня есть друзья, а ты будешь вечно одинок. Тысячелетняя жизнь скучна и пуста. А если уж ты ещё и веришь в каких-то богов, то знай — если ты сдохнешь, то не сможешь переродиться — тебе просто не дадут такое сделать! Твоя душа будет гореть в аду вечно, а я всё же смогу переродиться, когда придёт время умереть. Сдаётся мне, что я уже живу не в первый раз, — тут Миша осёкся. Что он только что сказал? Что значит "живу не в первый раз"? Откуда это вообще взялось?
Впрочем демон не обратил внимание на последние слова Миши.
— Я понял тебя. Знаешь, ты мог бы стать отличным демоном, но вижу, что тебе не нужны бессмертие и вечная молодость. Если ты попросишь меня уйти — я уйду. Однако я все равно буду являться к тебе во снах при полной Луне. Мне кажется, что мы с тобой раньше были хорошими друзьями. В одной из твоих как ты сказал? Прошлых жизней?
— Да я в жизни не буду якшаться с таким как ты! Прочь! Оставь меня! 
— Да ушёл я уже, сбрендивший вампир. Но знай, что эту ночь ты запомнишь навсегда. 

— Миша! Вставай, ленивая ты задница! — послышался знакомый голос.
— А, что? — вампир с трудом разлепил веки и увидел склонившуюся над ним сестру. — Вася, ты?
— Ну я, тут кроме нас двоих никого нет. — Василиса огляделась по сторонам. Она не знала, чего можно было ожидать.
— Я видел странный сон... В нём я встречал Рамзеса, только это был не он. Это был демон, бес какой-то, очень на него похожий. И он втирал мне про бессмертие и про расовое превосходство демонов... А я его послал, представляешь?
Василиса попыталась натянуть улыбку. "Совсем головой брат свихнулся на временных реликтах..."
— Миш, с тобой всё точно хорошо?.. Ну, ты уже видишь то, чего вовсе нет...
— Вась, ты намекаешь на то, что я псих? — Миша резко встал с кровати и встал во весь рост. — Ну допустим я больной шизик. Тогда как ты объяснишь, что Иветта поранила спину ни с чего? Кто ж это ей такой ровный и глубокий порез оставил, что его зашивать пришлось? 
Василиса промолчала. 
— Я не знаю, откуда взялся этот порез. Иветта после операции сказала, что её как будто ножом по спине полоснули. Но объяснить это я не могу.

Брат и сестра молча сидели на кровати несколько минут. 
— А ты чего хоть меня так рано разбудила? — вдруг спросил Миша. Он показал на настенные часы. Стрелки чёрного циферблата показывали половину седьмого утра.
— Миш, проснись уже! Нам в школу идти надо. Каникулы закончились.
Вампир шумно вздохнул, встал с кровати.
— И это были самые странные каникулы...

Миша начал одеваться в толстовку и черные джинсы, Василиса быстро переоделась в белую рубашку и черные брюки. 
Брат и сестра молча пошли на кухню. Там они достали по пакету с кровью из холодильника, спокойно и как-то слишком тихо опустошили их. Говорить совсем не хотелось.
С началом школьных занятий придется отложить в сторону эксперименты с машиной времени и не думать о том, как чувствует себя Рамсес. Одиноко ли ему, или наоборот, он в хорошей компании соседей по палате? Страдает ли он от бесконечных лекарств, капельниц и обходов, или же спокойно всё переносит и даже не чувствует боли от игл шприцов? Во время уроков не получится думать об этом.
В прихожей вампиры надели теплые вещи и вскоре уже были на улице. Они добежали до маленькой автобусной остановки. Миша и Василиса боялись опоздать, но зря. Автобус не приехал к нужному времени. Вампиры смотрели куда-то вперёд. Через дорогу виднелось полуразрушенное здание завода, а за ним простирался пустырь, дальше которого было видно только небо, затянутое белой пеленой. Вдруг Миша показал пальцем вперёд и сказал сестре:
— Смотри!
Василиса присмотрелась и увидела, как в промежутке между облаками виднеется кусочек розовеющего рассветного неба.
— Красиво... — завороженно сказала она.
— Это первый красивый рассвет в этом году, — тихо произнес Миша, глядя на это небо. Облака меж тем тоже окрасились в розовый и золотой цвета.

В это время к остановке подъехал автобус. Вампиры синхронно тряхнули головами, как будто сбрасывали с себя чары, и быстро запрыгнули в пустой автобус. Они заняли самые дальние места и продолжили смотреть в окно. Вид на заброшенный пустырь сменился на вид квартала частных домиков, после — парк, за ним — спальный район домов-панелек...
Уже скоро автобус притормозил у школы. Вампиры расплатились за проезд и пошли в школьное здание. В раздевалке их встретил Андрей.
— Устало выглядишь, — сказал он, глядя на Мишу и его синяки под глазами.
— Это вместо "привет"? — пошутил Миша, снял куртку.
— Да нет, ты просто как будто не выспался. Как будто всю ночь не спал.
— Ой да что ты! Миша проснулся-то только потому что я его разбудила! Так бы лежал и видел бы десятый сон! — нарочито громко продекламировала Василиса, а Миша шепнул на ухо другу:
— Потом скажу как всё было. Здесь много лишних ушей.
Андрей кивнул, и вместе с Мишей отправился на урок литературы. Василиса ушла в другую сторону, на урок биологии.

Прозвенел звонок, и учительница начала вести лекцию по творчеству Николая Гумилёва. Андрей старательно записывал материал в тетрадь, а Миша только делал вид, что пишет. Из головы не выходило видение демона.
— Что, думал спрятаться от меня в школьных стенах? Очень опрометчиво и глупо, — прозвучал голос.
— А, вспомни солнце, вот и лучик, да? — язвительно подумал Миша.
Он понял, что может общаться с демоном мысленно, совсем не обязательно говорить вслух. А иначе за сумасшедшего примут.
Демон вдруг изменился в лице.
— Не упоминай при мне эту про́клятую звезду. Она может только разрушать и убивать. — коротко произнес демон.
— Так значит ты всё-таки уязвим? Тебя можно убить солнечным светом? Всего-то?
— Не так всё просто, мой бледный друг. Если демон проживет очень долго, то солнце не убьёт его.
— И сколько же демон должен дожить до этого?
— Так я тебе всё и рассказал. Ты не достоин раскрыть эту тайну.

— Баженов! — из пучин сознания Мишу вырвал голос учительницы. — Вы можете ответить на вопрос?
Миша занервничал. Он торопливо прошептал Андрею:
— Что надо сделать?
— Стихотворение прочитать, которое знаешь у Гумилёва. 
— Так что? — строго спросила учительница.
— Могу, — вампир вышел к доске и начал читать стихотворение, пожалуй единственное, которое он помнил наизусть:

Ах, иначе в былые года
Колдовала земля с небесами,
Дива дивные зрелись тогда,
Чуда чудные деялись сами...

Позабыв Золотую Орду,
Пестрый грохот равнины китайской,
Змей крылатый в пустынном саду
Часто прятался полночью майской.

Только девушки видеть луну
Выходили походкою статной,-
Он подхватывал быстро одну,
И взмывал, и стремился обратно.

Как сверкал, как слепил и горел
Медный панцирь под хищной луною,
Как серебряным звоном летел
Мерный клекот над Русью лесною:

«Я красавиц таких, лебедей
С белизною такою молочной,
Не встречал никогда и нигде,
Ни в заморской стране, ни в восточной.

Но еще ни одна не была
Во дворце моем пышном, в Лагоре:
Умирают в пути, и тела
Я бросаю в Каспийское море.

Спать на дне, средь чудовищ морских,
Почему им, безумным, дороже,
Чем в могучих объятьях моих
На торжественном княжеском ложе?

И порой мне завидна судьба
Парня с белой пастушеской дудкой
На лугу, где девичья гурьба
Так довольна его прибауткой».

Эти крики заслышав, Вольга
Выходил и поглядывал хмуро,
Надевал тетиву на рога
Беловежского старого тура.*

Когда Миша закончил, учительница в удивлении сняла очки, посмотрела на вампира. Весь класс тоже смотрел на него немного шокированно.
— Не ожидала от тебя такого таланта к чтению стихов. Скажи, чем тебе так понравилось это произведение?
— Ну, я люблю всякое такое. Эпичное, с драмой и психологизмом, — ответил Миша, улыбнувшись.
— Садись, ставлю тебе пятёрку. А теперь вопрос к классу: какие произведения схожи по мотиву и смыслу с гумилевским "змеем"? — Андрей тут же вытянул руку. — Коваленко, дай другим поработать головой, я и так знаю, что ты парень очень начитанный.
Но класс молчал. Мало кто мог ответить на вопрос.
— "Демон" Лермонтова очень похож на "Змея". И там и там есть сверхъестественное создание, которое полюбило смертного человека. Но им не суждено быть вместе, потому что Тамара из "Демона" и русские красавицы из "Змея" погибли, — наконец ответил Андрей, видя, что никто из одноклассников не спешит отвечать.
Учительница молча кивнула и Андрей сел на место.
Дальнейший урок прошел скучновато и монотонно. Опять лекция, опять бесконечные записи, конспекты.

Наконец-то прозвенел звонок на перемену, вампир и оборотень быстро закинули вещи в рюкзаки и отправились в другой кабинет. Таким образом прошло ещё четыре урока. Физика, на которой Андрей зевал и томился, а Миша бойко отвечал на вопросы и старательно чертил в тетради схему линий электропередач; алгебра, которую Андрей понимал лишь с большой натяжкой, но Миша выручил его на самостоятельной работе; история, где Миша запутался в датах, а Андрей рассказывал доклад о коллективизации; английский, на котором толком ничего и не происходило, потому что учитель был занят другими делами. Андрей что-то рисовал на полях тетради, а Миша выводил длинные ломаные линии.
— Что это? — спросил Андрей шёпотом.
— Пытаюсь понять, в какой момент времени появился временной реликт. — И тут Мишу прорвало. Он рассказал всё о Рамзесе-демоне, о своих снах и беседах с этим демоном. — Ну хоть ты не считаешь меня сумасшедшим? — спросил вампир в конце своей длинной речи. Андрей помотал головой.
— Я тебе верю. Если бы я услышал это от Клары, я бы посмеялся, ну мало ли что она навыдумывала, малявка же. А от тебя такое слышать страшно, потому что ты жуткий скептик и ни в бога ни в чёрта не веришь.
Ребята после этого разговора углубились в  свои дела. Позже прозвенел звонок с урока, Миша и Андрей вышли из кабинета.

Вдруг из-за угла выбежала Василиса. Андрею было непривычно видеть её столь взбудораженной.
— Вася, ты чего так пугаешь?! — вскрикнул Миша и отпрыгнул назад.
— Да успокойся ты! Я не хотела вас пугать. Новость есть, и очень срочная.
— Что за новость? — спросил Андрей.
— Рамзеса наконец-то выписывают!