Верхний ярус
- Чонгук-а! - кричит Хосок, поправляя лямку снаряжения, - ну где ты там?
- Уже иду, хён, - парень быстро поднимается по лестнице, выравниваясь по стойке "смирно".
- Вольно, малец, - парень ерошит волосы Чону, протягивая оружие, - у нас сегодня с тобой очень важная задача, - заговорчески начинает Хо, передавая кислородный баллон с маской, - мы закончили со средним ярусом до обеда, поэтому сейчас идём на верхний.
- Подожди... он же... - теперь Гук понимает зачем им нужно было переодеваться в одежду солдат города, зачем нести с собой баллоны и маски.
- Не закрытый, - в подтверждение кивает старший, - поэтому ты должен меня слушаться.
- Когда было иначе? - строит обиженную моську парень, предвкушая свой первый выход на воздух.
- Я серьёзно, мелкий, ни на шаг от меня, - Хосок указывает пальцем на грудь младшему, - мало ли что может случиться. Слушайся меня в первую очередь, понял?
- Приказ ясен, - Гук шутливо отдаёт честь, укланяется от подзатыльника и улыбается. Неужели всё случится за один раз? Скажи ему об исполнении нескольких мечт два месяца назад, не поверил бы. Ни за что не поверил. А здесь и на город посмотрел, и с ремонтом помог, и на верхний ярус поднялся. Чону скорее хочется увидеть старую землю. И неважно, если на нём должна быть маска. Неважно и короткое время. Он поднимается на самую высшую точку города, и всё увидит своими глазами. Разве это не главное?
- Тебя раньше меня не пустят, - на всякий случай произносит Хосок, когда Гук чуть ли не вприпрыжку движется к лестнице, - и без меня, в принципе, тоже, - младший улыбается как ребёнок, нервничает до приятной дрожи и предвкушает.
- Ну давай быстрее, чего плетёшься? - старший хмыкает и переходит на лёгкий бег, придерживая баллон и оружие, болтающиеся на плечах, догоняет парня и берёт за руку, останавливая.
- И помни: ты молчишь, я говорю.
- Я понял, хён.
- Прекрасно, - парни заходят внутрь лестничного прохода, поднимая головы и прикидывая высоту. Тут ступенек сто, не меньше. Но энтузиазма и предвкушения не сбивает. Гук шагает следом за Хосоком, чтобы не нарваться на неприятности раньше, чем поднимается старший. Парню не терпится, но ослушаться хёна тоже чревато последствиями. А испытывать себя на прочность при "урагане" младшего лейтенанта совсем не хочется.
- Предъявите пропуска, - перед дверьми их встречает высокий широкоплечий мужчина с серьёзным лицом. Слишком серьёзным. Просто булыжник такой огромный. Гук еле сдерживается, чтобы не сказать чего-нибудь, не пошутить или просто не улыбнуться. Но он на задании, весь собранный и сосредоточенный, - вы проверили костюмы?
- Проверьте ещё раз, если так нужно, - мужчина кивает, обходя и осматривая их с ног до головы, что-то дёргает, поправляет, затягивает и опускает.
- Наденьте маски и подайте к ним кислород, - Гуку понадобилась помощь. Баллон никак не хотел открывать клапан автоматически, поэтому пришлось всё настраивать вручную, - ничего, зато не задохнешься, - обнадёживает... ещё и резинки маски натирают кожу. Ну ничего, главное безопасно, - открываю, - передаёт по рации, прокручивая вентиль, - младший лейтенант, вы уже были на воздухе?
- Да, был.
- Присмотрите за сержантом, чтобы он не свалился куда-нибудь, - Хо коротко смеётся и кивает, первым шагает внутрь небольшой комнаты. Гук заходит следом, осматриваясь через сероватый пластик, расположившийся на всё лицо. В ней душно и дышать тяжело. И кто только придумал эту пытку? Могли же создать что-то гораздо удобней.
- Включи микрофон, иначе я не услышу тебя, - Хо помогает с настройками и указывает на кнопку, - это для громкой связи с окружающими.
- Так слышно?
- Да, я тебя слышу, другие - нет.
- Удобно, - хоть со средством связи не подкачали.
- Выходим с поднятым оружием. Стреляй, если заметишь что-то двигающееся. Желательно не на поражение, но если убьёшь, тебе ничего не будет.
- Почему это?
- Никто без разрешения не должен находиться на верхнем ярусе. Мы там будем одни сегодня. Так что это либо сопротивление, либо другая нечисть.
- Нечисть?
- Потом как-нибудь расскажу, - спокойно произносит, поворачивая голову и смотря, как парень пытается поправить маску, оттянуть ремешки и потрогать клапаны.
- Не тереби, а то отвалится, - старший усмехается, поворачивая голову.
- Как ты терпишь такие неудобства?
- Привык, - пожимает плечами, - это наиболее удачный вариант. Никакого раздражения, заражения, обширный обзор, ничего не мешает. Правда, приходится поворачивать голову, чтобы разглядеть, что у тебя с боку, - двери перед ними зашипели, медленно раздвигаясь и пуская пар, - пошли, - парни шагают в ногу, мысленно синхронихируясь и поднимая автомат. Чонгук садится вниз, замирая на пару секунд и вертит головой медленно, проходясь по своему ракурсу, пока Хосок осматривает свой, - чисто, - убирают оружие и отходят от дверей, позволяя закрыться.
- Вау...
- Ага, - кивает и усмехается. Чонгук с замиранием сердца смотрит вдаль, где оранжево-красное небо перетекает в фиолетовый и синий. Смотрит на землю с огромной высоты, не приглядываясь. Смотрит на горизонт, ровный и непоколебимый. Ни одного дерева, ничего живого. Но недалеко, в метрах пятнадцати, стоит дом в пять этажей с обвалившейся крышей, выбитыми окнами и досками. И ещё один, только на этаж ниже. И ещё один, и ещё... их слишком много, чтобы посчитать. Из-за маленьких домов выглядывает многоэтажка, разваливаясь на половину, - пойдём, - Хо прерывает наблюдение.
- Погоди немного, - Гуку жизни не хватит, чтобы налюбоваться, а его уже так рано дёргают и говорят идти дальше. Он не нашёл слов описать этот кусочек, куда он пойдёт? Так много всего...
- Мы здесь полтора часа, но закончим быстрее. Успеешь ещё насмотреться, - парень с трудом отрывает взгляд и опускает на палубу: совсем небольшой кусочек со спусками и подъёмами, тросами и ступеньками, трубами и вентилями. Небольшое путешествие с осмотром, требующий полной сосредоточченности. Чуть ногу в сторону, и всё, можно улететь вниз и убиться. Гук кусает губы, помогая старшему что-то подержать и снять показатели. Они управляются быстро, ничего сложного.
- А теперь поглядим, - Хо подмигивает, крайне незаметно из-за маски, но парень догадывается о, кажется, любимом жесте старшего.
- Мы что, прямо туда полезем? - это самая высокая точка: наблюдательная вышка с диаметром не больше трёх метров, ограждением в полметра высотой от силы и штыком посередине, на котором расположились камеры.
- Конечно. Или ты уже не хочешь смотреть? - Чон усмехается, вешая автомат на плечо и крепко хватаясь за вертикальную лестницу, - только не торопись.
- Понял, - парень пропускает старшего выше, сам хватается за перекладины и слышит, как сердце бешено стучит. Такое необычное чувство, никогда не забудет: будто на вершине мира стоишь и смотришь в обрыв, куда охото сигануть без задней мысли.
- Держись шпиля, Гук-а, здесь бывает ветрено, - ветер... впервые Чон может не только услышать, подумать и представить это явление природы, но и ощутить. Хосок располагается с одной стороны вышки, а Чонгук с другой, сначала прилично так постояв, крепко держась за штык. Смотрит с замиранием сердца и не может глаз оторвать. Столько простора, такие большие расстояния, столько свободы, так высоко. Куполу неба не видно конца, кажется, он бездонный. А земля так далеко, кажется, она уплывает из-под ног. Гук вытягивает руку, раскрывая пальцы и растягиваясь. Чувствует себя королём мира.
- Юху!! - тут дует ветер, снося и быстро нагоняя страх упасть, отчего парень обнимает шпиль обеими руками и прижимается.
- Тише ты, я же предупреждал, - Чон садится на колени и ждёт окончания порыва.
- Хён, почему он такой сильный? - оказывается, город тоже шатается из-за ветра, но не сильно. Лёгкие покачивания.
- Потому что мы достаточно высоко находимся, и здесь ему ничего не мешает, - парень, наконец, садится к старшему лицом, не отрывая руку от штыка, мало ли что, - чувствуешь, как качается город?
- Да.
- Так качается лодка на маленьких волнах.
- Правда?
- Очень похожие ощущения.
- Откуда знаешь?
- Мама рассказывала, - тепло улыбается Чон, - когда город в движении, то здесь приходится не сладко. Его качает из одной стороны в другую, потому что внизу есть не только гусеницы, но и лапы, или как их называют "ноги", помогающие пройти ему через самые разные дебри.
- Как человек здесь держится?
- Здесь обычно не бывает людей, всё в камерах, - указывает на одну из них, - но у тех, кого всё же выгнали наверх, есть пояс и карабин, который цепляется и держит их.
- Всё продумано.
- Конечно. Иначе многие бы свалились, - снова порыв ветра шатает город, но теперь не так страшно. Гук чувствует под собой прочную поверхность и, раскрыв глаза, наблюдает за пейзажем.
- Расскажи ещё что-нибудь, - просит, указывая на дорожки на земле.
- Это из-за городов. Это их дороги, которые со временем могут зарастать. Но когда они вновь проезжают, их "вытаптывают" до основания.
- Зарастать травой?
- Её подобием, скорее, - поправляет старший, - видишь эти дома, - показывает на полуразрушенные постройки, - это старые города, вымершие. Там живут немногочисленные животные и кое-что похуже.
- Много животных?
- Они редко выходят к людям. Чувствуют опасность от нас. И правильно делают. Но иногда какие-нибудь маленькие заблудшие души встречаются.
- Прямо философ.
- Ну знаешь, это я от Суна нахватался. Он называет так детёнышей. Например, щенят, они частые гости улиц. Большие и крупные животные себя сейчас не прокормят. А вот собаки вполне.
- И больше никого?
- Я никого больше не встречал, - так странно. Хосок очень часто выходил на поверхность, ведь его ценили за скорость стрельбы и реакции, идеальное выполнение команд и силу характера. Хороший солдат, как сам о себе отзывается Чон. И... если он так мало встречал... значит, мир и правда почти вымер?
- А что за «кое-что похуже»? - на мгновение парню кажется движение там внизу, но это всего лишь обман зрения.
- Ох... это очень страшные и жестокие твари, - тяжело начинает Хосок, - они похожи чем-то на людей по анатомии, но координально отличаются. Им не важно, кого жрать, могут и друг друга. Их очень тяжело убить, они кровожадны и съедают заживо. У них острые металлические зубы, их кожа обугленная и чёрная местами. Им не нужна одежда, они животные. Мы не знаем, откуда они взялись. И не знаем, как их полностью истребить. Они же, черти, размножаются ещё с бешеной скоростью в период тепла.
- Ты встречал их на выласках? - задерживая дыхание, спрашивает и терпеливо ждёт ответа. Гук не хочет рисовать в голове этих тварей, они просто ужасны, лишены всякого разума и человечности.
- Встречал однажды. Мы шли спасательной операцией... одна такая тварь жрала мужчину и ранила многих из нас. Мы еле убили её, и то использовали половины всего вооружения.
- Тот мужчина выжил? - прерывает их молчание, сглатывая. Быть съеденным заживо... брр...
- Пришлось добить, его не смогли бы спасти, - кошмар. Гук прикрывает глаза, пропуская дрожь. Не хочет представлять. И думать тоже. Но, кажется, сегодня вся ночь уйдёт на мысли об этих чёртах.
- А сопротивление? - меняет тему.
- Не знаю, где оно скрывается, но точно где-то очень далеко, - смотря за горизонт, задумчиво произносит Хо, - но, честно сказать, я иногда хочу пойти и найти их.
- Зачем?
- Помочь, - пожимает плечами, - не знаю, правда, чем. Но хоть чем-то.
- Как думаешь, можно ли нормально жить здесь, на поверхности?
- Жить можно. Нормально? А мы нормально живём? - риторический вопрос возобновил паузу между ними, тянувшуюся и погружающую их в раздумья. Жить-то везде можно, только вот как? Отчего-то Чонгук готов был остаться здесь на поверхности и жить короткой и опасной жизнью, чем вновь спускаться вниз, в свои туннели, в крохотное пространство. Это всего лишь мимолётные мысли, но сейчас парень хочет остаться наверху.
Неожиданно их дёргает в сторону, отчего парни еле успевают схватиться за шпиль, чтобы их не свалило. Грохот начался где-то посередине и волной разошёлся вверх и вниз. Хосок тут же подскочил на ноги и опасно наклонился, держась за ближайший трос и смотря вниз.
- Там человек, - озвучивает неожиданно, раскрывая глаза.
- Что!? - Гук пытается встать, как их снова дёргает.
- Сиди! - кричит Чон, наблюдая за фигурой, бежащей подальше от города. Парень вытаскивает из-за пояса пистолет, понимая неудобства положении для стрельбы из автомата, и стреляет несколько раз перед сбежавшим, пытаясь задержать. Это работает, он останавливается, разворачивается и бежит в другую сторону, - поднимайся! - пока всё спокойно, стреляет ещё несколько раз, перегораждая путь и возвращается ногами на твердую поверхность, - быстро вниз, - парни спешили и спускались слишком быстро. Минуты в комнате тянулись слишком долго.
- Что произошло? - спрашивает их мужчина.
- Там какой-то человек, - Хосок не задерживается и быстро перебирает ногами по лестнице, за ним бежит Чонгук, не до конца понимающий что делать. Как только они открывают дверь на средний ярус, слышат сирены и видят красные огни.
- Всем надеть маски и зайти в консерваторию! - вещал механический голос, - повторяю, всем надеть маски и зайти в консерваторию!
- Что случилось? - Чоны подлетают к одному из солдат, стоящего рядом с большим отверстием. Это отсюда выбрался тот человек? Как? Тут все ещё большое расстояние до земли, разбиться раз плюнуть.
- Идите в нижний ярус к своей команде, пока его не закрыли, - солдат осматривает их, не давая возразить, - быстро я сказал, - парни спешат по коридорам, слегка врезаются в стены из-за скорости и прибегают вовремя, перед самым закрытием дверей.
- Маски можно снять, здесь всё герметично.
- Что произошло? - Сун тут же подходит к ним, осматривая обоих на предмет повреждений.
- Там был человек.
- Где?
- На поверхности. Он бежал из города, - Чонгук, кажется, начинает осознавать происходящее. Это был заключённый, по которому внизу тоже стреляли. Но ему удалось скрыться, стрелять прекратили и начали эвакуацию жителей.
- Чего?
- Мы ничего не знаем.
- Сун! - капитана зовёт Дима, - тебя к телефону, - старший быстро поднимается вверх и скрывается.
- А вы что там делали? - интересуется Коля.
- Мы были на верхнем ярусе.
- Ого, и как оно?
- Пейзаж, глаз не оторвать, - парень ухмыляется и обращает внимание на спустившегося капитана.
- Где у вас тут маски и баллоны?
- А сколько надо?
- Тринадцать.
- Саш!! - кричит он, - сколько у нас баллонов и масок?!!
- Пятнадцать! - отвечают ему откуда-то из механизма.
- Зачем нам это? - удивляется Джин, подходя ближе.
- Мы спускаемся на землю, - Сун зол и напряжён одновременно, и в таком состоянии с ним разговаривать никто не хочет. Хватает убийственного взгляда, - одеваемся, парни, у нас задание, - фыркает, уходя к остальным ребятам передавать приказ.
- Вот и приехали, - Джин выдыхает, - где снаряжение?
- Пошли, - Чоны присоединяются к Киму, помогая принести сменную одежду и баллоны. Хосок помогал одеваться, поправлял и объяснял, что к чему.
- Итак, наша задача выйти, осмотреть ближайшие постройки и вернуться обратно, - инструктировал команду Сун, - стрелять только по моей команде, микрофоны не отключать, приказы исполнять без задержек, не расходиться, держаться строем, - старший осматривает каждого, проходясь серьёзным взглядом, - помните: наша задача найти заключённого и вернуть в город. Приказ ясен?
- Ясен, - отвечает команда в один голос.
- Будьте осторожны, - более мягко дополняет Сун, - погнали, - они проходят к лестнице, надевая маски, - мы спускаемся, - один за другим команда съезжает по вертикальной лестнице. Чонгук оказывается на земле последним в круге старших, поправляет снаряжение и берёт в руки автомат.
Вместе с отрядом солдат города, они растягиваются в линию и шагают к городу. Времени нет, чтобы оглядеться, лишь рабочий осмотр. Но Гук не может не отметить ощущение лёгкости и простора. Правда, это немного давило, но сильного дискомфорта не было. Столько времени он находился взаперти, столько времени от него прятали эту землю. Парень ощущает некую обиду на систему станций, так несправедливо закрывшую его под землёй.
- Расходимся, - слышит и позже читает по жестам Суна, идущего впереди. Команда держится правой части и заходит в город, становясь клином. Хосок перемещается назад и встаёт в самом конце, замыкая. Каждый смотрит в оба и прислушивается, ищут любые следы, которые приведут их к сбежавшему. Настороженная атмосфера города, подавляющая, угнетающая, таинственно-пугающая. Если на открытой местности Гук чувствовал себя спокойно и не напрягал нервы, то между обрушившихся зданий нервы сами напряглись, готовые в любой момент поднять автомат и выстрелить. Внутри всё напряжено, не даёт расслабиться ни на секунду. И чувство, будто что-то не так. Будто за ними кто-то следит, - держать строй, - строгий голос возвращает в реальность, из которой Гук больше не даёт себе выпасть, - стоять, - Сун останавливается резко, поднимая руку в воздух, за ним останавливается отряд, ожидая команды, - ближе, - капитан поднимает автомат, за ним следуют остальные, разворачиваясь лицом к улицам и прикрывая друг другу спины. Делают круг уже, смотря по сторонам. Откуда-то слышатся непонятные рокочущие звуки в перемешку с рычанием. Невозможно определить источник звука, он везде, его возможное эхо закрывает их в звуковую ловушку - спокойно, - Гук обхватывает автомат удобнее и ставит палец на спусковой крючок. Может, это те твари? Не исключено же. Они ведь охотятся за свешим мясом, вот и пришли. Или что это за звуки? Айщ! Вот зачем Хосок рассказала про них? - тихо, - Сун всегда будет оставаться спокойным, даже в самых критичных ситуациях пронесёт здравый смысл, - держать строй, - затруднённое дыхание, волнение внутри достигает пика...
Хосок первым открывает огонь, стреляя недолгой очередью и замолкая вновь.
- Осторожно! - Джин кричит, стреляя.
- Твою мать!
- Чонгук! - парень стреляет в двигающееся существо, с неестественной траекторией и пропорциями. Оно не одно, их много, и каждый отстреливается со своей стороны. После открытого огня от Чона не остаётся сомнений: они сами раскрыли своё местоположение. И если до этого за ними следили всего пара-тройка таких тварей, то теперь сюда спешит вся стая.
- Отступаем, - командует Сун, - Хосок, ко мне! Джин, назад! Чан и Ликс, прикрывайте по бокам! - Гук вертелся, стрелял по всем, кого видел, пока старшие перестраивались. Он с остальными оставались внутри, начинкой их прямоугольника, - пошли! - сначала медленно отряд сдвигается с места, шагая в сторону города. Хан и Сэм идут сзади полубоком, направляя Суна и Хосока, идущих спиной вперёд. Джин меткими выстрелами расчищает им путь, не давая приблизиться. Но сколько их не долби, сколько не стреляй, они встают обратно и продолжают путь к жертвам. Их будоражит собственная кровь, но охотятся они за свежим мясом.
- Стой! - Ким останавливается, замечая несколько тварей у лестницы на город, - они пытаются проникнуть внутрь! - и у некоторых получается подняться. Лазают эти черти хорошо.
- Приказ!?
- Спина к спине! - парни продолжают вести огонь, сокращая расстояние между собой и прижимаясь спинами, разбиваются по двое. Суну не достанется пары, он заведомо знает и примкнёт к любой другой паре, - прикройте меня! - Хосок меняется местами с Джином и встаёт лицом к городу, открывая непрекращающийся огонь по земле, чтобы напугать тварей, - Эй!!! Эй!!! Идите сюда!! Давайте!! - Гук с ужасом понимает: капитан использует себя как наживку. И звери реагируют, спускаются и направляются к ним, - на счёт три в рассыпную! - парень меняет магазин быстро, слыша сзади ругань Чана, - раз! - стреляют вновь, - два! - отгоняют и не подпускают к себе, им же нужно куда-то бежать, - три!! - выстрелы прекращаются и парни бегут в разные стороны, расходясь в просветы, подальше от тварей. Чонгук и Чан спешат к городу, почти достигая его, пока им не встречается одно существо, всё в крови и дырках, но всё ещё двигающееся.
- Стреляй! - Чан целится точно в голову, но не успевает нажать на спусковой крючок. За него это делает Чон, валя тварь на землю и оборачиваясь, в ужасе раскрывая глаза и дрожа губами. На старшего навалилось одно из них, пытаясь настигнуть головы, но шипя и дергаясь от выстрелов.
- Помоги мне, Гук!! - парень отмирает, беря себя в руки и стреляя. Кормит это животное металлом, дырявит всё тело, но не убивает.
- Нож!! - вспоминает Чон и тут же падает лицом на землю, проезжаясь по ней лицом. Его кто-то тащит, волочит по земле непонятно в какую сторону. Ему с трудом удаётся перевернуться и увидеть чертовски умное существо, которое оттаскивает его подальше и собирается прикончить в одиночку, - чёрт! Отпусти!! - пинается и бьёт. Нащупывает автомат и держит крепче, выпуская всю обойму, ни капли не замедляя тварь. Она лишь кричит, шипит и дёргается, но от своей цели не отказывается. Чон решает подождать, пока его притащут, и вытаскивает нож. Готовится. У него будет одна единственная попытка. Пан или пропал. Поэтому бережёт силы, терпит и ждёт, максимально сосредотачиваясь.
Парень несколько раз ударился головой, прежде чем они остановились. Животное налетело стремительно и тут же совершило ошибку, налетев на стоящее лезвие и вопя слишком громко, разрывая перепонки. Гук приложил всё свои усилия и поменял их местами. Резко вынул нож и снова вставил. Вынул-вставил. Вынул-вставил. Он закалывал тварь, пока она кричала и брыкалась, не останавливался ни на секунду, попадая по разным точкам на её теле, добивал.
Когда в ушах настала долгожданная тишина, Чонгук осознал, что натворил. Под собой он видел мёртвое тело зверя, все его руки были в крови, как и нож, несколько капель на лице и одежде. Пластик маски запотел от частого горячего дыхания, голова кружилась, тело ныло. Парень еле слез на землю, отползая подальше и успокаиваясь. Всё в порядке. Он жив, оно мертво. Всё закончилось. Нужно найти своих и вернуться в город. Точно. Чон слишком рано обрадовался, подскакивая на ноги. Вокруг абсолютно незнакомая местность, ни единой души. Гук вертел головой, прислушивался и не слышал ни звука. Никто его не звал, никто не рокотал. Глухое место вымершего города.
К горлу подступала паника, он не слышал ничего, кроме бьющегося в ушах собственного сердца. Он без понятия, куда идти и где искать. Кричать нельзя, его не услышат, а если услышат, то только твари, желающие подкрепиться. Поверхность оказалась настолько жёсткой, что не осталась и следа волочения. Так бы парень смог определить, в какую сторону ему двигаться, но нет, ничего не осталось на земле. У него нет ни маячка, ни рации, ни карты, ни сигнальной ракеты. Он не мог даже примерно определить своё местонахождение. А это значило только одно: Чонгук потерялся.
~~~~~~~~~
Ваша Тень~