Сверхнормальный скульптор

Член Совета О5 на ситуацию отреагировал несколько нервно. Именно на ситуацию — потому что предоставить ему отчёт было просто некому. Оба специальных отряда — и подконтрольные фонду Скульпторы Реальности, и маги Глобальной Оккультной Коалиции — были полностью испепелены сверхреальным, по их меркам, взрывом. Взрыв от юного скульптора, чьи Юмы сперва не доходили до полутора единиц, а потом, по непонятной причине, возросли до двухсот. Резко и внезапно. Более того, взрывом даже было убито несколько наблюдателей, которые должны были проконтролировать захват. У них вообще было под три сотни Юм. Как же могло убить их?!

Прямо сейчас всех их воскрешают, причём восстанавливают их распылённую экзистенциальную сущность. Их настолько сильно испепелило, что фактически это будет не воскрешение, а реинкарнация. Словно это рядовые сотрудники или вообще гражданские с Д-классом, которые постоянно умирают как мухи и не имеют права на модификацию природы своего существования в системе Фонда. Подход к модификациям чрезвычайно строгий, ибо в истории Фонда было, до непозволительного ужаса, слишком много случаев, когда доверием и дарованной силой злостно злоупотребляли.

Чёртов скульптор ещё и украл исследовательский комплекс целиком с большим количеством версий, полезных Фонду артефактов и SCP-объектов. Интересно — если кто-то теперь случайно увидит фотографию содержащейся там версии SCP-096 — «Скромник» — этой отчаявшейся серой твари, желающей убить абсолютно любого, кто увидит его лицо. Причём способной для этого на различные виды искажений реальности. Сможет ли он перемещаться между реальностями?

Исследовательская группа начала изучать стертое взрывом пространство, отслеживая следы метанормального портала, который вообще не поддавался корректному анализу. То есть его ещё и отследить невозможно?! Издевательство какое. Похоже, опять какое-то по-настоящему демиургоподобное дерьмо вздумало с Фондом в игрушки играть.

Член Совета О5 заметно начал нервничать после этой новости. Фонд больше всего ненавидел, когда с ним поступают так же, как он поступает с бесчисленными версиями населения бесчисленных версий Земли по всей мультивселенной: держат в страхе, сеют неведение, стирают память, проводят необъяснимые манипуляции с чёрт-знает-чем. И особенно когда что-то демонстрирует воистину чудовищную, непознаваемую даже лучшими экспертами Фонда силу — тогда даже подконтрольные Фонду сверхразумные базы данных не могут ответить на некоторые вопросы.

Например, сила и потенциал SCP-3812 — «Голос Позади Меня». Но есть сущности и сильнее, настолько, что в случае конфликта с ними Фонду останется лишь надеяться на применение арсенала объектов SCP-001. Только что может сделать аспект всёмогущества тем, кто буквально всёмогущ по бесконечности аспектов сразу и целостно? Нет никакой гарантии, что протокол «Последняя Воля» просто успеет начаться, прежде чем существование Фонда как организации будет стерто из истории мультивселенной или искажено до неузнаваемости — если кто-то из демиургов решит за них взяться всерьёз.

Неожиданно член Совета О5 увидел красный зрачок с чёрным склерой в правом верхнем углу зрения на долю мгновения. Но этого было достаточно, чтобы тут же отправить сигнал о меметической атаке высшего класса, против которой по неизвестным причинам не сработали все антимеметические защиты. Воздух помещения тут же был заполнен антимеметическим газом. Рядом телепортировались невосприимчивые к мем-агентам разумные биоконструкты, которые начали докладывать о том, что тоже видят красный зрачок с чёрным склерой. Хотя их сознания и тела были специально спроектированы так, чтобы быть максимально неуязвимыми к мем-агентам, а также имели защиту от подобных воздействий.

— «Ты зачем мальчика преследуешь? Развлекаться ему не даёшь? Мешаешь тому, что не можешь даже вообразить. Впрочем, меня заводит подобный интерес от псевдо-богоподобных властителей вроде тебя. Никогда не надоест смотреть, как вы постоянно забиваетесь в страхе и паникуете. Когда бездна решает всё же взглянуть на вас в ответ.» — После этой фразы, услышанной членом Совета О5, красно-чёрный глаз внезапно развергся прямо посреди офисного помещения. Все присутствующие, да и не только присутствующие — все четыре миллиона сотрудников межпространственной крепости — услышали непредставимый шёпот в голове и увидели красно-чёрный глаз собственными глазами.

После чего закричали от шока, ибо никакие антимеметические защиты не помогали. А нечто давило с такой силой и вызывало настолько сильный страх, что казалось: если оно захочет, чтобы они все умерли — они бы погибли ещё в первое планковское мгновение контакта, а то и быстрее. Четыре миллиона элиты среди элит, о существовании которой прочая элита даже не знает, теперь были подобны малым детям, увидевшим нечто такое, что могло бы учинить им участь куда хуже смерти с той же лёгкостью, с какой могло бы их всех убить.

Протокол «Последняя Воля» был инициирован ещё в момент телепатического обращения. Признаков критичности ситуации более чем предостаточно. За мгновение глаз окружили бесчисленные барьеры, а в пространстве вокруг крепости материализовались исполинские корабли и механоиды, а также несколько противоестественных ангелов и демонов. Внутри барьеров был создан концептуальный хаос — бесчисленные логические противоречия, меметические воздействия, кипение разнообразных физических и метафизических законов. Если бы не защита барьеров, вся пространственная крепость превратилась бы в абстрактную флуктуацию, представляющую собой мешанину невозможных реальностей; но воздействия были ограничены барьерами.

Потом метареальность мультивселенной буквально была переписана одним из SCP-001, призванным создать одновременно абсолютное противоречие произошедшему и стереть само произошедшее. Член Совета О5 сидел за столом и размышлял над событием с неизвестным скульптором реальности, укравшим у них комплекс. Тем не менее вокруг был полный набор средств протокола «Последняя Воля» — производились плановые учения. Ничего сверхнормального.

— «Как не культурно, вы всегда такие нервные? Я к вам просто в гости зашёл всего лишь, мне интересно, что творит мой коллега по нашему скромному трансцендентному противостоянию. Нет салюта в мою честь — хороший, мне понравилось. А вот отрицание моего естества не люблю, хоть это и никак не влияет на меня.» — Далее чёрная вспышка, после которой член Совета О5 вспомнил прошлую версию метарреальности. В помещении предстаёт некая тёмная фигура в чёрной мантии, чьи глаза сияют расплавленным золотом. Протокол «Последняя Воля» снова включается, но ничего не происходит.

Неизвестный буквально отрицает любое воздействие на реальность, кроме своего. Тёмная фигура такова, что все вокруг ощущают себя персонажами сна, когда спящий вот-вот проснётся. Всё стало настолько нереальным, настолько мнимым... Член Совета О5 сам чувствовал себя нереальным — он просто выдумка, мимолётная мысль неизвестного разума, решившего вздремнуть. Показатели Юмов выдавали абсурдно безумные значения, да ещё и постоянно скачали.

Но это не важно, — всё происходящее казалось бредом. SCP-Фонд никогда не существовал, Совет О5 никогда не существовал. Ему больше не нужно нести груз тысячелетий омерзительных решений и экстремально напряжённой работы, потому что всего этого никогда не было. Он свободен — больше никакой ответственности; её никогда не было. Впервые за сотни лет член Совета О5 улыбался: улыбался тому, что его никогда не существовало.

— «Нет, господа. Небытие — выдумка, его никогда не существовало. Никакой нирваны вам не светит; после смерти есть всё и даже неизмеримо больше. Вы, как и все, обречены существовать все вечности сущего, потому что так хочет ваш создатель. А теперь так хочу ещё и я. Потому что так куда интереснее!» — внезапно дурман «нереальности» ушёл мгновенно. Измеритель Юмов буквально сломался от перегрузки — как вообще этот онтологически укреплённый инструмент можно было сломать?! Тем не менее член Совета О5 вспомнил себя: таки это всё реально, почему он начал считать иначе — непонятно. Это... недопустимо! Антимеметические защиты ничерта не работают — ни одна из них. Он беспомощен перед... этим, что бы это ни было. Весь Фонд беспомощен, даже протокол «Последняя Воля» беспомощен. Даже переписывание метареальности не помогло.

По неизвестным причинам биоконструкты вокруг стали выглядеть как нормальные люди, хоть и с бесчисленными модификациями. Даже сам член Совета О5 стал куда более чувственным, чем раньше. Стоп — его внешность тоже изменилась: она стала куда более эстетичной и красивой по человеческим меркам.

— «Вот так лучше, мне не нравятся суррогаты. Я — Правитель Хаоса; люблю смотреть на людей с их истинно первозданными чертами, «как повелел того Господь», так сказать, только их надо довести до совершенства. А теперь я дарую вам блага своих миров. Научитесь высокой культуре заодно.» — Тёмная фигура сменилась изящной внешностью парня семитской внешности; он начал медленно шагать в сторону члена Совета О5, и с каждым его шагом по помещению распространялись золотые волны, что медленно изменяли вещество крепости к состоянию, напоминающему золото.

Несколько секунд спустя из его тела изверглись тринадцать чёрных линий, которые пробили тела всех присутствующих антимеметических хранителей, что вели себя растерянно. На помещение брызнула кровь из их тел, но раны мгновенно зажили, а тела покрылись чёрными пятнами и полосами, что окрасили их кровь в тёмно-золотой цвет. Далее он подошёл к внешне помолодевшему члену Совета О5 и схватил его за руки. Глядя на его дрожащее от чужеродной неизмеримой космогонической силы тело, он сказал:

— «Ты станешь моим слугой и понесёшь мою волю сквозь бесчисленные мироздания. О, юный вершитель судеб, тебе уготована великая судьба, и с моим благословением ты справишься с ней. Ты больше не безымянный член Совета О5 — ты Мастер Вильншам.» -

Неизвестный обнажил верхнюю часть тела Вильншама, после чего по его воле на нём возникли символы на бесконечно древнем языке; далее благословляющий лизнул его грудь чёрным языком, а потом провёл линию через его сердце.

Он вскрикнул от сильнейшей боли, что изменяло его тело и разум, а потом давало силу намного большую, чем он когда-либо ощущал прежде. Его разум стал смотреть сквозь бесчисленные дали, видя свет иных миров совершенно иного Творения, созданного кем-то иным — возможно тем, кто сейчас изменял его.

Несколько десятков минут спустя Правитель Хаоса исчез, уйдя в чёрно-золотом сиянии. За это время Мастер Вильншам понял, что данное ему имя само по себе обладает невероятной силой. Отныне он значил гораздо больше, чем весь Совет О5. Но у него по-прежнему был долг перед человечеством, и он собирался воспользоваться своей судьбой, дабы защитить его. Раз уж двое Творцов сущего решили сыграть в некую игру, где каждый из них оказал сильное влияние на важную для другого фигуру, то он воспользуется этим для своего блага и блага всего человечества — даже если теперь он служит одному из тех, кто вызывал у людей экзистенциальный ужас.

Абстрактная мощь за гранью привычного понимания метафизики и физики переполняла Мастера Вильншама. Он теперь понимал устройство мироздания куда глубже, чем все учёные Фонда вместе взятые, и вероятно даже больше, чем многие подконтрольные Фонду аномальные объекты. Вильншам мог получить власть над Советом О5, фактически став единоличным правителем. Более того, он теперь способен в одиночку создать куда более сильный аналог Фонда — его власть над реальностью значительно превосходила силу тех SCP-001, над которыми Фонд успел обрести контроль.

Тем не менее он понимал, что остаётся фигурой Правителя Хаоса. В его сознание также была вложена информация, что Правитель Хаоса является соперником Архитектора Истин в трансцендентной игре. Архитектор Истин, по неподтверждённой информации, создал значительную часть Мироздания SCP. К сожалению, эта информация всё ещё не подтверждена, потому что Правитель Хаоса не пожелал дать её полностью. В свою очередь Архитектор Истин тоже сделал своей кого-то из сильных фигур в мироздании, откуда происходит Правитель Хаоса — такой вот обмен влиянием по неким правилам.

У Вильншама теперь есть цель — изменить как можно большую часть мироздания законами мироздания Правителя Хаоса, исковеркать наибольшее количество сознаний его ценностями. Изменённые иные неизбежно получат силу и власть, а в первую очередь ещё больше силы и власти получит сам Вильншам. Перспектива стать кем-то вроде Архитектора Истин развращала его сознание. Но сильнее его развращало влияние Правителя Хаоса. Против такой силы никакие защиты и меры предосторожности, разработанные Советом О5, не могли устоять.

И ведь всё же консервативное нежелание допустить, чтобы кого-то из людей слишком развратило непредставимое могущество, сыграло злую шутку. Если бы Совет О5 решился на радикальное вознесение хоть кого-то из них, человечество могло бы сохранить большую собственную волю. Ныне же человечество оказалось во власти иных сил, как бы Фонд того ни пытался предотвратить. Более того — эти силы происходят из совершенно чуждого мироздания.

Он начал подчинять себе Совет О5 — не только влиянием на разум, но и демонстрируя свою силу; другие члены Совета вынуждены были принять факт изменения иерархии власти и как-то адаптироваться к этому. Давно было учтено, что любой из них может получить абсолютную власть и превзойти в личном могуществе могущество всего Фонда. Вопрос только — когда это должно было случиться; и вот — это случилось. Вильншам предложил Совету внедрять в человечество всевозможные биологические, психические и метафизические модификации бытия. Будучи одурманенными, они согласились пересмотреть подход к организации сверхсоциума человечества.

В людей начали массово внедряться модификации бытия. Фонд постепенно переходил в состояние сверхагрессивной экспансии просторов реальностей Мироздания. Шансы справиться с прочими экзистенциальными угрозами при новых силах — и особенно при могуществе Мастера Вильншама — значительно возросли. Теперь был шанс как минимум серьёзно травмировать даже «Голос Позади Меня». Тем не менее в мироздании ещё полно экзистенциальных угроз — человечество должно стать ещё сильнее. Намного сильнее.

По всему сверхсложному мультиверсу проводилась ассимиляция аномалий либо, как минимум, их свойств для человечества. Более того, эти свойства интегрировались во всех людей с целью сделать их сильнее. Человечество больше не пыталось просто сохранить аномалии и обезопасить их для себя — оно пыталось само стать самой сильной и жуткой аномалией из всех виденных когда-либо. Оно пожелало сделать все аномалии частью себя. Многие реальности, прежде запрещённые и изолированные для посещения, ныне подвергались жесточайшей экспансии. Политика Фонда радикально менялась, как и фундамент природы человеческого бытия.