Душка

— Ты почему так долго в библиотеке сидишь? 

 Голос уставшей библиотекарши, что уже собралась и хотела уходить домой, прозвучал неожиданно. Девочка, лет 14, сидящая за столом для чтения, обернулась, будто не веря в услышанное. Однако её взгляд быстро сменился с удивленного на немного удручающий. Ответив «Уже ухожу» и скидывая все вещи в рюкзак, она ретировалась с места.

Глядя на время в телефоне и устало переводя взгляд на выход с этажа, подросток выдохнул. Чуть приглядевшись к собственному, сверкающему в дисплее, отражению, она выключила телефон, дабы всмотреться более детально.

Длинные, покрашенные в темно-зеленый волосы, убранные в низкий хвостик. От корней где-то до ушей краска уже смылась и виднелся родной, каштановые оттенок. Темно-голубые глаза блестели на свету ламп, становясь чуть ярче, чем они есть на деле. На лице пару царапин, на шее был пластырь. Он нужен был лишь для красоты. Наверно.

Сверху на ней была темно-синяя футболка, размера так на два больше её, а так же мешковатые брюки. Ей давно предъявляли за отсутствие формы, однако чего-то серьезней выговоров учителя никогда не было, поэтому смысла нервничать она не находила. Накинув на плечо рюкзак и спряв в карман телефон, она направилась в раздевалку, что была парой этажами ниже.

Идя по среди бежевых стен и включая себе музыку, она пялилась себе под ноги. Они казались какими-то врагами. Они ведь приведут её туда, куда она не хочет.

Домой.

Она прекрасно знает, с кем связано это понимание. С её дядей и тетей. Эти два алкаша приперлись к ней домой как раз, когда родители собирались уезжать в командировку на два месяца. Они боялись оставить её одну дома и поэтому разрешили им остаться. Ведь они на вид выглядели прилично. Жаль что только в тот момент. В все последующие дни они вели себя не как гости, которые должны всего лишь наблюдать за ребенком, а как ебучие хозяины этого дома, хотя таковыми не являются ни разу. 

   Они её чертовски сильно раздражают. Пьют, орут друг на друга, иногда на неё из-за каких-то ссаных мелочей, и черт знают, что могут вытворить. Если бы у неё не было ключа от собственной комнаты (потому что изначально она рассчитывалась, как отцовский кабинет), она бы почти из дома не выходила. Но пока у неё есть возможность не переживать за внутреннее содержимое её укромного местечка, она будет стараться как можно меньше находиться в этом месте.

Накинув на себя легкую, осеннюю ветровку и выходя на улицу, подросток вдруг услышал голос уведомления. Вынимая телефон и смотря, кто же ему написал, на секунду застыла. 

 Прости Жень, я сегодня не смогу с тобой посидеть вечером дискорде. У меня занятие с репетитором перенесли.

— «Черт...» — ответив «ничего страшного», она нагло соврала. Услышать голос подруги — казалось одной из немногих радостей за один день. А теперь даже этого у неё нет. Решив — зачем ей страдать, она быстро открыла приложение. На карте у неё остались ещё деньги, которые она заработала летом, пока ходила на работу. Она может спокойно пойти и купить себе что-нибудь поесть.

      Гуляя по вечернему городу и любуясь, как в сквере горят лампы, а город засиял от света фонарных столбов и фар, она вслушивалась в музыку у себя в ушах. На ночном небе виднелось лишь немного звезд, от чего становилось несколько грустно. Листая список новелл в приложении, взгляд приковала с виду типичная обложка для какого-то китайского романа про небожителей.

Решив, почему бы и нет и открывав его, Женя взглянула на описание. Попаданец в новеллу, в главного злодея, дак ещё и с пометкой яой... Пахнет чем-то... типичным.

Ей все равно сейчас, на ближайшее время нужно отвлечься на более веселые мысли, и лучше уж она будет сгорать от стыда с нелепых сцен, чем мучиться из-за того, что у неё невесть что в доме происходит. Бегая взглядом по тексту и главу за главой, она не успела заметить, как уже стукнуло пол десятого. Если её сейчас выловят полицейские, будет не очень хорошо.

   Сжимая в кулаке ключ и открывая дверь в подъезд, она оглядывалась по сторонам. Пусто — оно и не удивительно. Поднимаясь вверх, на 7 этаж, и заходя в карман, она чуть прислушалась к тому, что происходит за дверью. Тихо. Вероятно, уже эти черти уже дрыхнут, так что Женя может спокойно зайти домой и отдохнуть.

      Стягивая с себя ботинки и кидая на вешалку ветровку, она быстро следом помыла руки в ванной и спряталась в комнате. Скинув с плеч рюкзак и упав на кровати, Женя стала палится в стену. Если так подумать — если ей не комфортно находиться рядом с этими утырками, почему бы не уйти к кому-то на ночевку? Или вообще — договориться с родителями и вышвырнуть их на улицу, а там пусть делают, что хотят — лишь бы жизнь не портили.

     Ожидая, пока телефон подключиться к интернету, а ноутбук загрузиться, она достала из небольшого ящика под столом банку пепси и пакетик доширака. Сбегая на кухню и начиная себе заваривать лапшу, она краем глаза окинула окружение взглядом. Белый холодильник, бежевые, поклеенные ещё в при СССР обои; окно, закрытое полупрозрачным белым тюлем с кружевом; ковер на линолеумном полу; картина какого-то пейзажа на стене; стол, заваленный какими-то рюмками.

      Выдохнув, отсчитывая время, когда должна приготовиться лапша, она параллельно приступила к нарезке овощей. Скинув все это на тарелку и принося в комнату, она довольно улыбнулась. Компьютер уже прогрузился, так что Женя может просто найти очередной обзор на «мужское/женское», «Беременна в 16» (и так далее по списку), чтоб под него поесть.

      Включая наушники на почти полную громкость и хрумкая огурцом, перцем, луком и кусочками салата, девочка вдруг застыла. Ногами она почувствовала вибрации. Кто-то вышел в коридор. Вытягивая один из наушников и пялясь в дверь, Женя затаила дыхание. Почему она так нервничает? Откуда у неё вообще такие привычки? В её голове возникло куча вопросов.

     Когда она услышала полу-пьяный, полу-похмельный голос «дяди». Не став вслушиваться в его треп, она перевела взгляд снова на видео, но наушник обратно не вставила. Вынимая из аккуратно сложенной стопки книг-учебников скетчбук, а из стоящего рядом стакана для канцелярии пару карандашей, она приступила к рисованию. Одно из немногих её хобби, которыми она может просто убить время.

— «Кстати, а та новелла...» — пялясь в лежащий рядом телефон, призадумалась, чем именно ей стоит все-таки заняться. Решив, что почитать она сможет всегда, а попрактиковаться — нет, то приступила к делу.

     В голову пришел вариант нарисовать какого-нибудь человечка с УПМ. Из-за чего? Из-за плаката на стене! Легкими движениями наметив формы и позу, она взяла ластик и стерла все к чертям.

— «Переделаю.» 

 Повторяя одни и те же движения из раза в раз и видя, как у неё постоянно едут пропорции, она ударила рукой по столу. В голове начался твориться кавардак. То-ли она на эмоциях из-за выпуска в видео, толи её просто все это задолбало. Знать, что у тебя за стеной постоянно ходят те, кого ты видеть не желаешь, и они ещё бухают за деньги, которые изначально предназначались для покупки еды и сладостей ей — мерзко, неприятно, и хочется забыть будто страшный сон.

      Что-то начиркав и смирившись с мыслью, что нарисовать у неё сегодня что-то нормальное не получиться, она убрала вещи на место. Домашку она сделала ещё пока сидела в библиотеке, так что заниматься сейчас ей толком нечем. Да и...

Крики 

Послышались чьи-то крики. Те два гения снова начали ссориться.

— Ха... 

 — Да если бы не ты, я бы не сидела щас тут и не боялась за свой завтрашний день! 

 — Завали свое ебало! Это изначально случилось из-за тебя! — небольшой перерыв. 

— На кой хуй тебя вообще потянуло привести этого урода домой?!

 — МЕНЯ ПОТЯНУЛО?! Да блять ты первый начал приглашать его! 

 — Сука, если бы ты меня тогда не вывела, ничего бы этого не было! 

 — ДА?! ЕСЛИ БЫ НЕ Я?! Ты думаешь мне нравиться наше положение?! Ебанный, ты, ебанат! Мне, блять, не то, что эта ссаная квартира не нравиться, мне не нравиться вообще блять все её семейка ебаная! 

 — ТОГДА НАХУЯ ТЫ РЕШИЛА У НИХ ОСТАНОВИТЬСЯ, ШМАРА?! 

 Треск 

 Неожиданно она застыла. Что там происходит?! 

 — «Что мне делать?..» — Женя встала и медленно, словно мышь, прикоснулась ухом к двери, вслушиваясь в спор. В руке у неё был телефон, на котором уже шла аудиозапись. 

 — А ТВОИ БЫ БЛЯТЬ ПРИНЯЛИ БЫ НАС ЧТО-ЛИ?! ОСОБЕННО ПОСЛЕ ПОДОБНОГО!

     Они оба истерили. И оба вели себя как сумасшедшие. В голове начала нарастать тревога и не долго думая, Женя, оставив телефон на тумбочке, начала быстро собирать вещи в рюкзак. Ей страшно. Она боится их. О чем они вообще говорят? Что такого они сделали? Ей хотелось бы подавить внутреннего параноика, но сил на это не хватает от слова совсем. 

 Быстро натянув на себя носки (которые вообще не подходили под погоду), джинсы и теплую толстовку, она выкинула из школьного портфеля все оставшиеся вещи и закинула в них одежду. У неё есть друзья, кто-то да пустит её к себе переночевать. Она не хочет тут оставаться, потому что вообще не знает, что тут может произойти. 

  Нельзя было пойти на поводу у родителей. Нельзя было так просто показать слабость. Надо было до последнего уходить в отрицание, но что теперь? Из-за своей слабохарактерности, отсутствия стержня, бесхребетности и прочих недостатков её личности Женя имеет то, что имеет.

— МНЕ И ТЕБЯ ЕБНУТЬ ЧТО-ЛИ?! 

 — АААА! ПОЛОЖИ НОЖ, ИДИОТ! 

 — ЧТО Б ТЫ ОТПРАВИЛАСЬ ВСЛЕД ЗА СВОИМ ХАХАЛЕМ! 

 Она замерла. Он что... Хочет убить кого-то?

      Руки пробил мелкий тремор. Опять. Она боится, что если ей заметят, то она отправиться на тот свет. Женя не сделала слишком много в своей гребаной жизни! Схватив лежащий рядом повербанк и наушники, она докинула их в рюкзак и закрыв его на молнию, взяла ключ от комнаты, засунула его в карман. Следом пошел телефон. Хватая его и метаясь между тем, кого набрать, она услышала как на кухне началась драка.

      Женя хотела застыть. Но все чувства, все инстинкты кричали — надо бежать. Как бы страшно не было. Плевать на то, что есть высокая вероятность остаться без жилья на ночь, плевать на маньяков и насильников ходящих по улицам. Если она останется здесь — вероятность умереть повышается на бесконечное количество процентов.

      Закинув на плечо рюкзак, Женя остановилась около двери. Стоит ли ей сейчас сбегать? Или можно просто... переждать? 

 — «Нет... Нет... Я-я... я не знаю что делать... М-мама...» 

 Ей хотелось бы сейчас увидеть хоть кого-то, кто её защитить. Кто не даст в обиду. Кто позволит спрятаться и просто пережить все это. 

 Но таких людей рядом нет. 

 Родители вообще уехали в другой город!

 Отчаяние нахлынуло с головой. По щекам начали стекать слезы, и из рта послышались тихие всхлипы. Она может прямо сейчас сбежать, так чего она медлит?! Почему она не может сделать хоть что-то?!

— «ДУРА-ДУРА-ДУРА-ДУРА!» — однако... 

 Она увидела как перед ней начали выбивать дверь. 

 — ОТКРЫВАЙ, СУКА! ОТКРЫВАЙ ПО-ХОРОШЕМУ!

Женя потеряла свой шанс на, свиду, безболезненный побег.

 Взгляд упал на дешевый нож бабочку, лежащий прямо на тумбочке. Она купила его на какой-то распродаже на рынке. 

 По-крайней мере для неё самой.

    Поднимая дрожащую руку над холодным оружием, подросток застыла. А если она убьет человека? Её посадят! Ей уже четырнадцать стукнуло — ответственность уже есть! А как же её родители?! А если они тоже понесут ответственность за это?! Она не может поставить их жизнь под откос из-за собственной глупости! Так стоит ли рисковать?.. 

 — Я-я... 

  Дверь продолжала выбиваться. Ещё немного и замок сломается вовсе. Она готова оказаться избитой или мертвой просто ради... них? Что ей важнее — она, у которой вся жизнь впереди, или родители, которую её воспитывали и любили?

Что. 

 Ей. 

 Делать?