Поцелуй Кириэлла

Кирэлл был в ярости. Он не верил, что это происходит с ним.
С ним.
Прайм Драгуном.
Одним из самых сильных в своем роде.
Он контролировал своего Монстра, а не наоборот. Но сегодня все словно перевернулось с ног на голову.
Поднявшись с дивана, он налил себе то, что на этой планете называли огненной водой.
Огненная вода.
Серьезно?
Должно быть, они шутят. Женщина его народа кормила ребенка молоком, которое было в разы крепче этой воды. Опустошив стакан, Кирэлл вернулся на диван.
Ему нужно было, чтобы Кристи приехала и как можно скорее. Монстр был близко к поверхности, требуя освобождения.
Он пытался связаться с отцом, прежде чем спуститься на поверхность, но из-за большого расстояния между этой планетой и Монду ответ задерживался, а ему уже нужно было покидать «Инферно».
Предполагалось, что Жар Соединения настигает драконов только раз в сто лет. Он не понимал, почему в этот раз все случилось так быстро.
Он надеялся, что эта Кристи была так же готова отдать свое тело и издавать звуки, как утверждал Дэк, потому что ему это понадобится. Одно лишь предвкушение секса заставило член Кирэлла набухнуть, и он расстегнул штаны, чтобы ослабить давление. Раскинув руки, он вонзил когти в спинку дивана, когда еще одна волна жара ударила в тело, заставляя бедра выгнуться от желания. Если эта женщина не появится в самое ближайшее время, он не сможет взять Монстра под контроль.
Как только эта мысль пришла ему в голову, дверь в его временное жилье открылась.
***
Войдя в комнату, куда привел ее Бонн, Осень тут же спросила себя, а во что же, черт возьми, Кристи ее втянула.
Обман был очевиден. Почему Осень ждала чего-то другого, она и сама не знала. Она всегда знала, что Кристи чего-то от нее хочет, просто не могла понять, чего именно, к тому же, какая-то часть ее надеялась, что они станут друзьями. Она ошибалась.
Теперь ей нужно было выяснить, как пережить это все без последствий. Потребовалось несколько секунд, чтобы глаза Осени привыкли к полумраку комнаты. Когда наконец это случилось, она едва сдержала вздох.
Перед ней, раскинув руки на спинке огромного дивана, сидел самый большой, самый странный мужчина, которого она когда-либо видела. Его черные волосы были коротко подстрижены. Густые темные брови, нависающие над миндалевидными глазами, приплюснутый нос и губы, такие полные и чувственные, что любая женщина захотела бы их поцеловать. Даже она, которая никогда раньше не испытывала влечения к мужчине.
Облизнув внезапно пересохшие губы, Осень заставила себя отвести взгляд от того, что искушало ее, и обнаружила, что его плечи занимают едва ли половину дивана, а грудь... его полностью обнаженная грудь... сплошные мышцы... они не могут быть настоящими, правда? Ее глаза проследили за этими мускулами вниз по твердому прессу. Она обнаружила, что его брюки расстегнуты и натянуты на выпуклости, размер которой заставил ее глаза расшириться.
«Не может быть! Он точно не человек!»
— Иди ко мне, Кристи.
Глубокий голос заставил ее лоно сжаться. Осень оторвала взгляд от паха мужчины, чтобы посмотреть в его глаза, такие темные, что, казалось, в них не было зрачков. Как такое может быть? Должно быть, это была игра света, но в его взгляде было что-то такое, что заставляло ее повиноваться. Осень обнаружила, что идет вперед.
***
Кирэлл смотрел, как к нему приближается женщина Дэка. Дэк много раз говорил ему, что она удовлетворит его Монстра, но глядя на Кристи сейчас, Кирэлл не чувствовал уверенности. Она была меньше, чем описывал Дэк, и в ее волосах не было ни одной белой пряди, которая так очаровала его в прошлый раз.
Кирэлл ненавидел саму мысль о том, что с первым соединением придется поспешить. Это было не в его стиле. Ему нравились женщины, нравилась их мягкость и сладкий запах их возбуждения. Ему нравилось пробовать его на вкус, он наслаждался ласками, ему нравился вкус наслаждения женщины на языке. Но он не мог медлить с этой женщиной, не сейчас. Жар полыхал в нем слишком ярко, и ему нужно было ослабить его, иначе Монстр обезумеет.
— Подойди, Кристи, — снова приказал он, пристально глядя на нее.
Болюс, который ей дали, уже должен был подействовать. Препарат не только делал женщину более восприимчивой к анатомическим различиям между их видами, но и давал кураторам точку для стирания воспоминаний.
— Хочешь еще выпить? — спросила она, переводя взгляд с пустого стакана на столике у дивана на барную стойку.
Кирэлл нахмурился, услышав вопрос. Он чувствовал запах ее возбуждения. Она не должна была колебаться. Дэк заверил его, что она очень покорная женщина. Она была нужна ему, если он хотел удержать Монстра под контролем. Возможно, наркотику просто нужно немного больше времени. Он мог бы дать ей эти несколько минут.
— Да, — прорычал Кирэлл.
Кристи быстро взяла стакан и начала наполнять его. Вид ее голой спины заставил его Монстра задохнуться. Одежда, которую они ей дали: короткая юбка, которая едва прикрывала бледные полушария ягодиц, искушала его. Он подумал о том, как раздвинет их, как вонзится в нее своим членом, как крики ее удовольствия успокоят его Монстра. Когда Кристи повернулась, тусклый свет сделал прозрачную верхнюю часть ее одежды еще прозрачнее, открывая его взору округлые груди. Рот Кирэлла наполнился слюной. Он представил, как обхватит ее соски губами, как будет лизать и сосать...
— Пожалуйста... — голос Осени затих, когда она встала перед ним, протягивая стакан.
— Кирэлл, — подсказал он.
— Кирэлл... еще что-нибудь?.. — прежде чем она успела закончить фразу, он выбил стакан из ее руки, и она обнаружила, что оседлала его бедра.
— Что ты... прекрати! — потребовала она, хлопнув его по груди.
— Я не причиню тебе вреда, — Кирэлл схватил ее за запястья одной рукой, прижимая девушку к своей груди, а другой рукой скользнул под юбку, обхватывая бедро, чтобы удержать ее прижатой к нему. — Не сопротивляйся. Мой Монстр близко, и он решит, что это вызов.
— Монстр... — Осень тут же замерла, ее глаза быстро обшаривали комнату.
На нее и раньше нападал Монстр.
— Да... я прослежу, чтобы он не причинил тебе вреда, но ты должна повиноваться мне, — Монстр Кирэлла никогда еще не был таким яростным. Только в битве и только тогда, когда он должен был сражаться и защищать.
— Что мне делать? — тихо прошептала Осень, стараясь не выдать своего страха. Монстру понравится ее страх. Он будет наслаждаться криками ужаса и боли.
— Прикоснись ко мне, — приказал он.
Медленно ее ладони прижались к его груди, когда Осень растопырила пальцы так широко, как только могла, учитывая, что он все еще удерживал ее запястья. Ответ Кирэлла был мгновенным. Его мускулы напряглись, глаза сузились, а ноздри раздулись.

— Хорошо... так хорошо... еще, — потребовал он. — Прикоснись ко мне губами.
— Я... — Осень заметила, как его темные глаза стали золотыми, а челюсть сжалась от ее нерешительности. — Я... ты держишь мои руки, — быстро прошептала она, внезапно осознав, что Монстр, о котором он говорил, не был где-то в комнате, а был в нем.
«Во что, черт возьми, Кристи втянула ее?!»
Глаза Кирэлла следили за ней, как будто она была добычей, на которую он вот-вот набросится. Он медленно отпустил ее запястья. Положив руки на его грудь, Осень осторожно наклонилась вперед и прижалась губами к его груди. Где-то в его груди зародился гул. Он пронесся по ее телу, будоража все внутри нее, как гром, когда он катится по равнине, предупреждая о приближающейся буре.
— Еще, — потребовал Кирэлл, сильнее прижимаясь к ней бедрами.
Открыв рот, Осень медленно провела языком по выпирающей мышце, потрясенная его сладким, но острым вкусом, обнаружив, что хочет большего. Замедлив движение, она провела языком по мускулам его массивной груди, задержалась на плоских коричневых сосках, прежде чем добраться до артерии, которая пульсировала у основания его шеи. Проведя зубами по выпирающей жилке, она неожиданно для себя самой обнаружила, что прикусила ее, легко пососала, а потом лизнула.
***
Монстр Кирэлла взревел. Эта женщина посмела дразнить его. Она притворилась, что кусает его, кормится им, а потом исцеляет! Просунув палец под тонкую ткань, отделявшую его от ее естества, он почувствовал ее возбуждение. Кристи хотела его. Сорвав с нее глупую ткань, он начал гладить ее, покрывая свои пальцы скользим соком ее возбуждения, прежде чем скользнуть внутрь.
Осень ахнула от его интимного прикосновения. Все внутри нее сжималось и пульсировало, и она обхватила его руками и крикнула:
— Нет!
— Да! Давай же, мне обещали, что ты будешь издавать звуки! — снова схватив ее запястья, он прижал их к ее бокам, затем приподнял ее и направил свой член к ее входу. — Не искушай Монстра, — прорычал он, потянув ее вниз и входя в нее.
Откинув голову назад, Осень не смогла сдержать крик, вырвавшийся из ее горла.
Кирэлл закрыл глаза, когда женщина задохнулась, и вскрикнул от удовольствия, когда она оседлала его член. Это успокаивало его Монстра даже сейчас, когда он еще не до конца вошел в нее. Ох Кер! Ее влагалище было таким узким. Он решил, что зря злился на Дэка. Эта женщина была такой узкой, словно ни разу ни с кем не занималась сексом. Когда ее крики наконец превратились во всхлипы, он понял, что она нашла свое освобождение, и с ревом кончил сам.
***
Осень опустила подбородок на грудь и крепко зажмурилась, пытаясь сдержать слезы. Она только что потеряла свою невинность с каким-то огромным инопланетянином. Кирэлл определенно не был человеком, потому что человеческие глаза не меняли цвет.
Мать говорила ей, что в первый раз она должна быть с человеком, за которого выйдет замуж, с человеком, которого любит. Потому что это был дар, который девушка могла бы отдать только один раз, и что она и ее избранник будут связаны вместе навсегда, как ее мать и отец.
Теперь у нее никогда не будет этой особой связи, и ей хотелось кричать и посылать проклятья! После всего, что ей пришлось пережить, как можно было отнять и это!
И во всем виноват Кирэлл!
Но ее совесть выбрала именно этот момент, чтобы напомнить.
Это она притворилась Кристи.
Кирэлл никогда раньше не видел Кристи, поэтому и не мог знать, что это не она. Или что Осень была девственницей.
Это была вина Кристи. Она должна была знать, что Дэк ждет от нее секса. Она просто не стала говорить ей, так же как не сказала ей о таблетке, которую ей дадут. Кристи знала, что Осень никогда бы не согласилась, если бы знала. Как-то однажды у Осени болел живот, и как ни пыталась Кристи заставить ее выпить одну из своих таблеток, та не стала. Кристи потом долго дулась.
Да, Кристи подставила их обоих. Ее и Кирэлла. Осень разберется с ней... если переживет эти выходные.
***
Кирэлл не мог припомнить, чтобы когда-нибудь достигал такого успокоения. Отклик этой женщины унял ярость его Монстра, хоть ее сопротивление едва не свело его с ума. Его член раздулся и запер его внутри Осени, пока его семя растворялось в ней. Бесполезное семя, потому как зачать от Драгуна могла только его пара, а эта женщина никак не может быть его парой. Кирэлл зарычал, когда женщина начала двигаться.
— Сиди спокойно! — приказал он.
— У меня пальцы немеют, — прошептала она.
Открыв глаза, Кирэлл с удивлением обнаружил, что женщина склонила голову в знак уважения к его Монстру. Посмотрев на ее руки, он обнаружил, что ее пальцы действительно побелели от недостатка крови. Отпустив их, он нахмурился: вокруг запястий появились синяки. Посмотрев на ее бледные бедра, он обнаружил, что там тоже появились синяки.
— Мне нужно встать, — сказала Осень и задохнулась от боли, пытаясь это сделать.
Руки Кирэлла быстро обхватили ее талию, останавливая.
— Пройдет еще несколько минут, прежде чем опухоль спадет.
— Что спадет? — Осень взглянула на него, затем быстро отвернулась, продолжая попытки освободиться.
— Стой! — его руки сжались достаточно, чтобы удержать ее, но не настолько, чтобы причинить вред. — Ты сама себе навредишь.
От запаха крови, вдруг наполнившего воздух, его ноздри раздулись. Опустив голову, Кирэлл глубоко вдохнул и стал искать источник... и ошеломленно уставился на тонкую струйку крови и его семени, вытекающую из ее лона. Его Монстр взвыл от сладкого аромата. Кирэлл обнял Осень за спину, продолжая удерживать на месте, когда его пальцы сжали локоны, струящиеся по ее спине. Натянув их, он заставил ее поднять голову.
— Посмотри на меня! — требовательно сказал он и был потрясен, когда зеленые глаза с янтарными прожилками встретились с его глазами. Не голубые. — Ты не Кристи! — зарычал он, и ее глаза сказали ему, что это правда. — Кто ты такая?!
— Ос... Осень, — пробормотала она.
Рычание Кирэлла усилилось, когда она чуть приподняла подбородок, бросая вызов его Монстру. Он бы встал и отошел от нее, защищая от него, если бы его член все еще не был глубоко внутри нее. Ее влагалище было такое узкое... узкое... его глаза расширились, когда он вспомнил ее крики... ее крики. Кер! Это были не крики удовольствия, как решили он и его Монстр. Это были крики страха... и боли... когда он разорвал ее преграду. И в следах, которые оставили на ее лице слезы, он мог видеть доказательства. Осторожно, нежно он вытер их большими пальцами.
— Это был твой первый раз, — он попытался говорить мягко, но слова прозвучали как резкий рокот. Его глаза сузились, пока он ждал ее ответа.
— Да, — Осень знала, что не сможет солгать ему, особенно когда из нее сочатся доказательства.
Ее ответ заставил Кирэлла зашипеть, и она увидела, как его мускулистая грудь, казалось, двинулась сама по себе.
— Прикоснись ко мне! — приказал он и зарычал, когда она не двинулась с места. — Прикоснись ко мне сейчас же! Успокой Монстра или он возьмет верх!
Темные глаза Кирэлла впились в ее глаза, и она с каким-то восхищением увидела, как золото начало заполнять их, и его черты начали меняться.
— Прикоснись ко мне, сейчас же! — на этот раз его слова были едва различимы.
Дрожа, Осень положила руки на его вздымающуюся грудь, растопырив пальцы как можно шире. Успокаивая его. Медленно золото начало отступать к краям глаз, и черты лица стали человеческими.
Даже в процессе трансформации Кирэлл следил за женщиной. Он чувствовал ее страх, но он не овладел ей полностью и не мешал ей делать то, что было необходимо, чтобы помочь ему контролировать своего Монстра. Как одно ее прикосновение смогло его успокоить? Он не понимал, но поймет — должен, иначе Монстр никогда не даст ему ни минуты покоя.
— Почему ты здесь? — спросил он, а затем зарычал, когда она начала поднимать руки. — Не надо! Он едва сдерживается.
Осень внимательно смотрела на Кирэлла, прижимая ладони к его груди. Его мышцы двигались под ними, как будто что-то пыталось потереться о нее.
— Он всегда такой? — вопрос вырвался у нее прежде, чем она успела себя остановить.
— Нет, — Кирэлл нахмурился, чувствуя удовлетворение своего Монстра из-за ее прикосновения. — Должно быть, это из-за Жара Соединения, — он сверкнул глазами. — А теперь скажи мне, почему пришла ты, а не Кристи.
— Она... Кристи не смогла приехать, — начала Осень.
— Это не объясняет, почему ты здесь, — нетерпеливо сказал он.
— Да дай же мне сказать! — ответ Осень шокировал не только ее саму, но и Кирэлла. — Кристи потратила аванс, который ты ей дал, и боялась, что у нее будут неприятности, если она не появится. Поэтому она умоляла меня прийти. Мы соседки по комнате. Мы настолько похожи, что она не думала, что кто-нибудь заметит.
— Как тебе удалось пройти проверку?
— Я... какую проверку? — Осень мрачно посмотрела на него. — Я приехала, дала им удостоверение личности Кристи и документы, и они отвели меня в другую комнату и сказали, чтобы я переоделась в это.
Осень посмотрела на свою одежду и была потрясена, обнаружив, что она уничтожена. Она даже не заметила, что Кирэлл порвал ее в клочья.
— Тебя не сканировали? — его слова заставили ее снова посмотреть на него. — Не давали болюс?
— Болюс? — неуверенно переспросила она.
— Ты кладешь его в рот, — сказал он растерянно, — и глотаешь, — он увидел, как ее глаза наполнились чувством вины. — Озе-нь...
— Я не стала его глотать, — сердито сказала она. — Я плохо реагирую на лекарства.
— Тебя бы не пустили дальше, если бы ты его не проглотила, — когда она попыталась отвести взгляд, он схватил ее за подбородок, не пуская. — Озе-нь.
— Я сунула его под язык, и когда этот ублюдок Бонн отвернулся, выплюнула, — Осень вызывающе подняла подбородок.
Кирэлл закрыл глаза, недовольно рыча, хотя его Монстру понравилась ее хитрость.
— Зачем он? Бонн сказал, что это что-то вроде энергетика, — посмотрев на Кирэлла, она поняла, что это ложь, и спросила снова: — Зачем он нужен?
— Болюс... делает женщину более восприимчивой к... различиям между нами и вашими мужчинами, — осторожно сказал ей Кирэлл.
— То есть... ты хочешь сказать, что он заставляет их хотеть секса!
Ее обвинение повисло в воздухе, раздражая его Монстра, который только начал успокаиваться.
— Женщина не делает ничего, чего не сделала бы в другой ситуации! — не согласился Кирэлл. — Болюс только позволяет женщине не замечать различий между мужчинами ее вида и мужчиной, который выбирает ее для секса.
— Какие различия? — спросила Осень.
— Во Вселенной существует множество видов, каждый из которых предъявляет свои требования к сексу. Обычно на таких встречах мужчина пробует несколько женщин, пока не найдет ту, которая может удовлетворить его потребности. Земля для нас пока новая планета, мы путешествуем в этой области Вселенной всего несколько сотен лет. Но она уже высоко ценится.
— И почему? — подозрительно посмотрела на него Осень.
— Потому что ваши женщины очень... легко приспосабливаются. У вас больше отверстий, чем у большинства, и вы готовы использовать их все. Другие — нет. Это означает, что многие мужчины могут соединиться с вами и найти облегчение, даже если от собственных женщин их отделяет половина галактики.
— Кристи никогда мне об этом не рассказывала. Она только сказала, что была с мужчиной по имени Дэк. Я бы не пришла, если бы знала, что это означает, что я должна заниматься сексом.
— Тебя бы никогда не пригласили, — прямо сказал ей Кирэлл. — На встречу допускаются только одинокие опытные женщины. Куратор должен был подтвердить твою личность.
— Но почему? — спросила она. — Почему Кристи?
— Потому что она очень понравилась Дэку. Не только готовностью использовать все свои отверстия, но и звуками, которые издавала во время их соединения. Многие слышали эти звуки и хотели попробовать ее, но Дэк не позволил.
Осень почувствовала, что краснеет, когда поняла, что имел в виду Кирэлл. Кристи определенно кричала во время секса. Не раз она просыпалась от этих... «звуков».
— Только однажды соединившийся с женщиной мужчина может просить ее снова, — слова Кирэлла вернули к нему внимание Осень.
— Но она не помнит, как она... соединилась с ним.
— Ее память была изменена. Как будет и твоя.
— Изменена...
— Ты ничего не вспомнишь о своем пребывании здесь... кроме того, что это было... приятно, — Кирэлл обнаружил, что ему это не нравится. Как и его Монстру, который начал двигаться под его кожей.
— Но ты будешь помнить, — прошептала Осень. — Ты будешь помнить все, что мы делали в этой комнате. Так же, как этот Дэк помнит, что делал с Кристи.
— Конечно.
— Так почему же меня привели к тебе, а не к Дэку? Ты и Кристи... — Осень замолчала, обнаружив, что эта мысль беспокоит ее.
— Нет, Дэк должен был снова соединиться к ней, но каким-то образом ваша Луна вызвала во мне Жар Соединения. Когда Дэк узнал об этом, он предложил мне Кристи, потому что знал, что она сможет удовлетворить мои потребности.
— Твои потребности... — Осень чувствовала себя заевшей пластинкой.
— Да. Я Прайм Драгун, Дэк — Младший Драгун. Он понимает, что из-за Жара я буду брать каждую женщину на встрече, пока не найду ту, которая сможет меня удовлетворить, — он пожал плечами, увидев взгляд Осень, в котором был шок. — Таков Жар: сначала брать, потом спрашивать.
— Да, я это обнаружила, — пробормотала Осень, а затем замерла, когда Кирэлл внезапно оказался с ней нос к носу и зарычал.
— Тебя не приглашали! — взревел он, и его лицо стремительно удлинилось, пока тело покрывалось чешуей, а изо рта росли длинные острые зубы.
Крича, Осень толкнула его в раздувающуюся грудь, а потом вдруг обнаружила, что лежит на полу, а над ней возвышается огромный получеловек-полумонстр.