Глава 48 Под взором вечности
— Не понимаю, — сказала Белла. — Неужели тебе это нравится?
— Не понимаю, — передразнил подругу Никки. — Неужели тебе это не нравилось?
Красноречиво зевнув в ответ, Принц встала со своего места и принялась ходить из стороны в сторону, размахивая руками. Утомившись, она замерла у окна и тяжело вздохнула.
— Снова не выспалась?
— Много работы, — отмахнулась Белла и тут же, как на зло, широко зевнула. — Рано встала, вот и всё.
— У Дендра есть снотворное. И успокоительные, — наставительным тоном сказал Никки.
— Да, да, — девочка снова зевнула.
Последние несколько дней Принц чувствовала себя едва живой. Буквально каждую секунду Белла думала, что сейчас умрёт – вот прямо здесь и сейчас. Всё тело болело от недосыпа и усталости. Вновь вернулись кошмары. Через раз в них возникали князь и его казематы. И бесконечные крики боли. Иной раз перед Беллой представали окровавленные тела тех, кого она мучила ради важных сведений, больших денег, абсолютного повиновения или княжеского веселья. Помимо них приходил мужчина-крыса, и вот он пугал девочку больше всего. Мужчина пробирался в любые сны, то оставаясь на окраине, то занимая центральное место. И каждый раз эта тварь звала Беллу к себе и пыталась дотронуться до её. Когда холодные липкие пальцы касались девочки, она с криком просыпалась. А затем, уткнувшись взглядом в серую стену, долго беззвучно рыдала. Горло саднило от проглоченных криков, щёки щипало от солёных слёз.
Разумеется, Лера об этом не знала. Ей Белла ничего не говорила. Соседка списывала всё на последствия осады и осторожно предлагала не тянуть с визитом к Дендру. Белла и сама прекрасно понимала, что стоит сходить к лекарю, но до сих пор не решилась. Он ведь ещё начнёт спрашивать... Снова придётся изворачиваться, надрываться, придумывая простую, но правдоподобную ложь...
Со дня снятия осады Белла не помнила ни одной спокойной ночи. С нетерпением девочка ждала, когда ей наконец дадут выходные... Всего лишь три дня, но после всего даже они казались чудом. Белла даже представить себе не могла, что это значит – не работать и при этом не убегать, сломя голову, боясь, что в любой момент тебя настигнет погоня. Действительно отдыхать и набираться сил. К сожалению, требовалось ещё немного потерпеть, всего декаду. Белла повторяла себя эти слова как мантру.
— И всё-таки, я бы, на твоём месте, взял хотя бы лёгкий настой...
— Боги... Ты ещё не стал лекарем, а уже раздаёшь советы! — закатила глаза Белла.
— У меня чутьё, — пожал плечами Никки, вновь берясь за травы.
На днях мальчик стал учеником лекаря. Дендр пообещал, что сделает из него настоящего мастера своего дела. "Мало того, что тебе это нравится, так ты и начинаешь намного раньше большинства. К двадцати годам ты уже будешь знать достаточно, чтобы работать самостоятельно." Конечно, по бумагам наставником Никки являлся Лазарь, но все понимали, кто в действительности будет учить их обоих.
Утром Никки несколько часов вместе с Дендром рассматривал сборник лекарственных трав, запоминая самые важные. Старый лекарь терпеливо разъяснял различия между растениями, способы их применения и возможные побочные эффекты. А затем Никки посадили в комнате для пациентов перебирать травы, которые с утра из города привёз Лазарь. Аккуратно, изредка сверяясь с книгой, мальчик осматривал стебли и листья, затем промывал их в глиняной миске и начинал сортировать. Требовалось разложить части растений, чтобы затем рассортировать их по мешкам. Что-то из этого требовало долгой сушки, что-то можно было использовать сразу же.
С величайшей осторожностью Никки отделял лепестки и листья от стеблей, снова промывал их и раскладывал на кучки. Несколько раз к нему подходил Дендр. Он проверял, всё ли верно делает мальчик, чтобы тот не переводил важные запасы понапрасну. Каждый раз старый лекарь оставался довольным, Рой от его похвалы начинал светиться.
Белла пришла к Никки, чтобы немного перевести дух. Рядом с ним девочка хотя бы не боялась случайно сказать что-то про магию. За те полчаса, что Принц просидела в комнате, Рой успел разделаться лишь с небольшой частью работы. В воздухе стоял неприятный травянистый запах. Девочка кривилась, вспоминая, как занималась чем-то похожим во время осады. К её удивлению, Никки эта работа полностью устраивала.
Отвернувшись к окну, Белла вдохнула свежий воздух:
— Ты хоть понимаешь, что это за трава?
— Конечно! Дендр мне всё-всё объяснил, — Рой невольно рассмеялся. — Вот это вот, например, ведьмин орех. Из него делают снадобья для остановки крови. Ещё вроде бы он полезен в женских отварах. И для...
— Я поняла, — Белла подняла руки. — Очень интересно.
Ведьмин орех ей разве что в кошмарах не снился. Мозоли от ступки до сих пор побаливали. Девочка отошла в сторону и села на стул. Никки продолжал разбирать травы. Перед ним стоял переносной столик, сбоку лежали холщовые мешки.
— Это же нудно, — протянула Принц.
Никки замер. Он положил очередной стебель в кучу и посмотрел на подругу, как на умалишённую. Конечно, его работа однообразная, но она точно не нудная. Это же безумно интересно: разглядывать травы, изучать их свойства. Сейчас Никки собственными руками превращал простые растения в величайшую ценность. При помощи этих листьев, стеблей и цветков они с Дендром и Лазарем будут спасать жизни!
Это же просто невероятно! Кому не захочется заниматься подобным? Да и кроме того... Все эти травы такие душистые и красивые. Даже разглядывать их уже безумно любопытно. А если помнить, что в каждой заключены спасение и надежда, вера в свет впереди и в любовь богов...
— Я всё-таки не понимаю, — продолжила девочка. — Это же так однообразно... Всё время делаешь одно и то же... У тебя такой дар. Неужели ты правда хочешь всю жизнь перебирать эти травинки?
— А ты хочешь быть служанкой? — Никки скрестил руки на груди. — Вернее... Вернее, ты ведь хочешь стать чем-то большим, чем служанка?
— Я стану! — отмахнулась Белла. — Это лишь вопрос времени.
— А вот я хочу стать тем, кто может спасать людей, не используя, — он понизил голос до шёпота. — Магию!
— И зачем? Можно же делать всё то же самое, только с ее помощью. И это намного проще. И качественнее. К тому же, я уверена, что у видящих есть много способностей, просто мы знаем лишь одну, — шепнула в ответ Принц.
— Я уже насмотрелся на магию, — Рой тяжело вздохнул. — Она может лечить и возрождать. Но чем больше твоя сила, тем больше соблазн использовать её для чего-то плохого.
— Магия – это величайший дар, данный тебе богами, — горячо зашептала Белладонна. — Она – единственное, что выделяет тебя среди всех остальных. Магия даруется лишь немногим избранным.
— Моя сила не была никаким даром. Лучше бы я прожил всю жизнь обычным человеком, чем делал то, что делал!
— Просто ты не знаешь, что значит быть простым человеком.
Белла посмотрела на свои ладони. От долгой работы кожа высохла, под пальцами красовались непроходящие мозоли. Они уже давно стали твёрдыми и жёсткими. Девочка выгнула ладонь, чувствуя, как натягивается кожа.
— Я могу попросить у Дендра какую-нибудь мазь... — неуверенно сказал Никки, беря очередной цветок.
Внизу хлопнула дверь. Послышались громкие шаги и возбуждённые голоса, что-то заскрипела и загрохотало.
— Никки! — позвал Лазарь.
Мальчик вскочил с места и кинулся в основную часть лекарских покоев. Белла поспешила за ним. Она выбежала на лестницу и застыла на середине пути. На двух столах лежали Бен и Оскар. Тела обоих покрывала кровь. Она окрасила их одежду в тёмный бордовый цвет. Кожу словно натёрли свеклой. Даже волосы покрывала тонкая корочка крови. Белла зажмурилась и отвернулась. Она прижала ладонь ко рту, чувствуя, как подступает жгучая рвота.
В комнате стоял отвратительный солоноватый запах. Никки невольно потёр нос, от рук всё ещё приятно пахло травами. Встав около полок с лекарствами, мальчик уставился в окно, стараясь не смотреть на тела Бена и Оскара. Лазарь и Дендр аккуратно срезали пропитанную кровью одежду.
— Мы нашли их на первом этаже... Просто в коридоре... Под ними такая лужа крови натекла!.. Наверное, они там уже давно лежали. Страшно подумать, кто мог сотворить такое. Это же просто зверство...
Говорила высокая белокурая девушка. Её ладони и лицо, её серый мундир – всё было испачкано в крови. Приглядевшись, Никки узнал в ней Летицию Ауг, девушку Флориана. Странно, что сам он в комнате не присутствовал.
— Я просто не могу поверить... — девушка прижала руку к глазам. — Я уверена, это маги. Неужели они способны и на такое?
— Пока ещё не ясно, маги это или нет, — спокойно ответил Дендр. — Никки, принеси ведро.
В него Дендр и Лазарь стали скидывать обрезки ткани. Никки старался не смотреть на Бена и Оскара. Лишь краем глаза он видел страшные переломы, из-за которых руки и ноги лежали под неправильным углом, и ожоги, заметные даже под слоем крови. Вот это уже, скорее всего, свидетельствовало о применении магии. Неужели это кто-то из эрбианцев, живущих в крепости? Никки надеялся, что это окажется кто-то пришлый. Или что это дело рук Чёрной армии. В конце концов, они же не просто так приходили...
Открылась дверь, и в лекарские покои вошёл Дэниэль Хоровиц, следом за ним появился Флориан Грин. Первый рыцарь посмотрел на стол и на секунду закрыл глаза:
— Значит, правда, — он тяжело вздохнул. — Это магия?
— Очень похоже на то, — кивнул Дендр. — Но выводы делать рано.
Кивнув, Первый рыцарь отошёл к окну. Он скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на тела.
— Сначала Рон... Теперь это...
— Рон упал, — напомнил Лазарь. — Сир.
— Всё равно это смерть, — заметил Флориан.
— Вы послали за Медведем? — уточнил Дэн.
— Эмин пошёл за ним, а Ванда за Аластором, — ответил Грин.
Как-то незаметно он переместился за спину Летиции. Приобняв её за талию, он осторожно поцеловал девушку в висок. Ауг инстинктивно прижалась к нему. От её тепла Грину стало немного спокойней. Перед глазами всё ещё стояло кровавое месиво внизу. Кто бы ни напал на мальчиков, он их не жалел. Флориан даже боялся себе представить, что пережили Бен и Оскар перед смертью. По ним били и били, били и били, пока не осталось сомнений, что пережить такое невозможно. Грин очень хотел посмотреть, кто из эрбианцев сделал это. Когда вчера Элиот сказал, что Манорок и Роталлеб убили младшего Эмина, Флориан ожидал нападения на юных драконов. Но он не предполагал, что это случится так скоро и примет такой ужасный вид.
Услышав скрип, Флориан дёрнулся. Только сейчас он заметил, что на лестнице сидит Белла. Девочка выглядела бледной и испуганной. Она крутила в руках пряди волос, изредка поглядывая на мертвецов.
С громким грохотом дверь распахнулась.
— Что опять случилось? — в покои влетел Медведь.
Судя по растрёпанным волосам, он только что вылез из кровати. Вслед за ним вбежали его слуга, нёсший мундир и пояс с мечом, и Эмин, по бледному лицу которого становилось ясно, что соваться в берлогу спящего Медведя не стоило. На вопросительный взгляд Диаса Дэн молча кивнул на стол.
— Боги...
Глубоко вдохнув, Медведь медленно подошёл к столу. Он скривился. Боги, за что ему столько работы?!
— Кто это сделал? — дракон резко развернулся к Эмину.
— Мы не видели...
— Мы их просто нашли, — тихо сказал Флориан.
— Ясно. Карл, отправь ворона Шарлотте. Мне нужен Моран.
Слуга кивнул и, оставив вещи, убежал исполнять приказ. Эмин встал позади Дэна. Он не осмеливался дышать в присутствии начальника сыска и двух мёртвых детей. Медведь подошёл к столу и внимательно посмотрел на травмы. Он пытался понять, чем нанесли эти раны. Чем, если не магией?
Снова хлопнула дверь. Вернулась Ванда. Вместе с ней пришли Элиот и Аластор. По напряжённому, хмурому лицу коменданта несложно было догадаться, что он уже всё знает. Подойдя к столу, мужчина посмотрел прямо на лекаря и спросил:
— Как это произошло?
Дендр остановился и хмуро посмотрел на коменданта:
— Пока что я ничего говорить не буду. Нужно смыть кровь, чтобы увидеть раны. Скорее всего, смерть наступила из-за них, но нужно проверить.
От его слов Белле снова стало дурно. Она заставляла себя смотреть на мёртвых мальчишек. Они были драконами, теми, кто без конца задирал девочку, но при этом они были её ровесниками. И теперь они оба мёртвые лежали на столе. Такие тихие и кроткие. Чересчур молчаливые, с бледной кожей и закрытыми глазами. Казалось, что кто-то прошил их сотней бордовых и красных нитей. Они шли откуда-то изнутри, рассекали их грудину и вываливались наружу. Не выдержав, девочка отвернулась. Наверное, ей следовало бы уйти... Но прямо сейчас Принц не находила в себе сил, чтобы встать.
Флориан потёр лоб. Об этом всём ведь придётся рассказать немедленно. На собрании Элиот говорил, что на завтра назначали консилиум. Эрика хотела объявить, что Манорок и Роталлеб обнаружены. Боги... Что будет, когда прочие Верховные жрицы и жрецы узнают, что Король и Воин мертвы?
Когда всю окровавленную одежду срезали, Лазарь и Дендр начали омывать тела. Постепенно корка начала отходить. Вскоре все увидели, что скрывалось под слоем крови. На бледной, покрытой родинками и ранами, коже Оскара отчётливо вырисовывалось "Р". Грудь Бенджамина рассекала такая же аккуратная "М". Буквы состояли исключительно из ровных линий, сделанных остро заточенным ножом. Больше порезов на коже не обнаружилось. Лазарь невольно присвистнул, сколько крови из таких маленьких ран.
Едва взглянув, Никки отвернулся и прижал руку ко рту. Его слегка подташнивало. Какая мерзость! "Я должен держаться!... — подумал мальчик. — Я должен держаться, как Лазарь и Дендр... Я должен." Его взгляд упал на Беллу. Она сидела, сцепив руки в замок, и, тяжело дыша, смотрела в пол. "Если даже Белла..." — Никки содрогнулся. Он знал, чем раньше занималась подруга лишь частично. Белла не распространялась об этом, но однажды проговорилась, что князь заставлял её работать в подземельях – в пыточной или в тюремной части, Никки так и не понял. В любом случае, там колдунья должна была насмотреться всякого. Если даже ей не хватало сил не отводить взор, то... В какой-то мере Никки испытал облегчение.
Разглядывая раны, Дендр нахмурился. Он осторожно коснулся краёв пореза на теле Оскара. Лекарь покачал головой:
— Лазарь. Падай мне щуп, это... — не успел старый лекарь договорить, как старший ученик протянул ему плоскую металлическую палочку. — Спасибо.
Аккуратно коснувшись кожи, Дендр сунул щуп в рану и, легонько надавливая, провёл по всей длине пореза. Щуп вошёл буквально на сантиметр. Двигался он без всяких препятствий — рану нанесли одним быстрым твёрдым движением. Дендр извлёк щуп и нахмурился. Поразмыслив, он отдал инструмент Лазарю, сам же подошёл к шкафу и принялся рыться в верхних ящиках. Вскоре Дендр вытащил небольшой кожаный мешочек. Из него лекарь извлёк два овальных камешка, раскраской напоминающих тигриную шкуру. Их поверхность сверкала, точно зеркало.
Оба камушка Дендр опустил на животы мальчиков и отошёл. Лекарь скрестил руки на груди и нахмурился. Спустя секунду камешки начали вибрировать, их поверхность побелела. Дендр посмотрел на коменданта:
— Это точно работа магов.
— Маги? — Аластор подошёл ближе и посмотрел на Оскара. — Но зачем это магам?
— Эти буквы, — лекарь указал на раны на груди мальчиков. — Вероятно, это обращение к Манороку и Роталлебу.
— Знак, что маги готовы принять их сторону? — уточнил Дэн. — Или это угроза для нас?
Он подошёл поближе и внимательно посмотрел на ровную букву "Р". Первый рыцарь склонил голову набок:
— Невероятно...
— Эта дрянь в конец осмелела, — пробурчал Медведь, вставая рядом с Бейном.
Дендр пожал плечами, Бэр, конечно, прав, вот только что теперь исправят его возмущения?
— Порезы не очень глубокие. Судя по количеству крови, их нанесли ещё при жизни мальчиков.
От слов старика Белла вздрогнула. Она представила, как нож касается её собственной кожи, и поёжилась.
— Думаю, это дело рук эрбианцев.
— Эрбианцев? — Хоровиц удивлённо посмотрел на лекаря. — Это те, которые водятся где-то поблизости?
— В магическом лесу, — буркнул Диас. — Нам туда не войти, а они оттуда не вылезают. Давно бы их всех перебить!.. После того, что они устроили к Каннингеме...
— Почему непременно эрбианцы? — спросил комендант. — Вокруг полным-полно магов. Наверняка все кланы уже слышали про Короля и Воина, которые якобы живут здесь. Любой из них мог захотеть напасть. Да и Чёрная армия...
— У Чёрной армии были свои причины напасть, — напомнил Дэн и тут же осёкся под взглядом Медведя. — Та же фреска...
Первый рыцарь быстро пожал плечами, про странное изображение в Серой зале слышали все.
— Дело в ранах, — ответил Дендр. — Они становятся глубже к середине и поднимаются у краёв. Я думаю, их нанесли не так.
Он провёл прямой ладонью над телом Оскара.
— А вот так.
Лекарь сделал вид, что давит ребром ладони на кожу мальчика.
— Такой порез можно нанести сиррой, традиционным оружием эрбианцев.
— Или топором, — Медведь скрестил руки на груди. — Или палашом.
— След от них был бы глубже. Сирры сами по себе невелики, напоминают кастет, ими было бы очень легко оставить именно такие раны. Для топора это чересчур аккуратная работа.
— Всё ясно, — сказал Аластор. — Дэн, тебе придётся вылететь к королеве сегодня же.
— Сир, — неожиданно подал голос Флориан.
Все обернулись к нему. Даже Летиция, за спиной которой он стоял до сих пор, обернулась, чтобы лучше видеть.
— Мне нужно выполнить одно поручение. Могу я уйти?
— Разумеется, — кивнул Бейн.
— Сир.
Ничего никому не говоря, Флориан просто вышел за дверь. Он даже никак не предупредил Летицию, просто отступил назад и исчез. Сейчас его, на удивление, не волновали ни мнение девушки, ни реакция старших. Пусть Дэниэль и Медведь думают о нём, что хотят. Пока он не добрался до Мишель, ничто не имеет значения. Нужно убедиться, что ни ей, ни Сайлосу ничего не угрожает. Нужно...
— Флориан! — маг вздрогнул и обернулся.
На секунду ему взбрело в голову, что оклик померещился. К несчастью, к нему действительно шли Летиция, Ванда и Эмин. Они двигались медленно, словно Хранитель царства Живых махнул рукой и замедлил время. Флориану очень захотелось стукнуть самого себя по голове. Всё вокруг ощущалось слишком нереальным. Слова Дендра о том, что в убийстве мальчиков виноваты эрбианцы, столкнули Флориана в пропасть. Он до последнего надеялся, что всё это дело рук кого-то другого, хотя бы Чёрной армии, но никак не магов. Как его братья и сёстры могли сотворить такое?
— Фло, куда ты так побежал? — Летиция невесомо опустила руку ему на плечо. — Ты в порядке?
— Да... — парень постарался улыбнуться. — Просто кое о чём вспомнил...
"Как же вы не вовремя," — подумал Флориан. Ванда и Эмин стояли чуть поодаль, но Грин прекрасно понимал, что они всё слышат. Нужно было сказать что-то убедительное.
— Мне нужно кое-что передать...
— Кому? — девушка чуть привстала на носочки, чтобы смотреть парню прямо в глаза.
— Я... — Флориан прижал руку ко лбу.
Кожа показалась чересчур горячей. Парень снова взглянул на друзей. "Что-то убедительное..." Он попытался сосредоточиться на лице девушки, но почему-то видел лишь её светлые волосы.
— Фло...
Подавшись вперёд, Флориан поцеловал Летицию. Губы обожгло от жара. Неосознанно парень взял лицо девушки ладони, стараясь притянуть её как можно ближе. Дыхание становилось сбивчивым и прерывистым. Флориан отпрянул. Он сделал глубокий вздох, оттирая губу, тыльной стороной ладони. В висках пульсировала кровь. Кивнув, Флориан развернулся и быстро зашагал прочь.
Добравшись до лестницы, парень остановился. Он прислушался и с облегчением понял, что за ним никто не последовал. Флориан зажмурился и провёл руками по лицу. Слава богам, кожа перестала гореть. Парень стянул с себя заляпанную кровью куртку, вывернул её и сунул подмышку. Затем снял кулон и убрал в карман штанов. Пригладив волосы, дракон привалился к стене, устало думая, что прежде, чем идти к Мишель и Сайлосу, нужно успокоиться.
С места Флориана сдвинули лишь две служанки. Они спускались по лестнице и весело обсуждали скорый отъезд в Каннингем. Дракон быстро прошёл мимо них, с некоторым раздражением думая, что вокруг слишком много людей. На втором этаже Флориан прибавил шагу. В голове снова закрутился водоворот тревожных мыслей о Мишель и Сайлосе. Да, эрбианцы убили Бена и Оскара, искренне веря, что именно они – Манорок и Роталлеб. Сколько времени им понадобится, чтобы осознать свою ошибку?
Громкий, полный жизни голос Мишель Флориан заслышал издалека. Он сразу же представил, как девочка стоит и что-то рассказывает, по привычке сопровождая свою речь бурными жестами. Улыбнувшись, Флориан прибавил шагу. Вскоре он увидел Мишель. Она и Сайлос вместе с остальной декадой стояли около тренировочного зала, вероятно, ожидая Таис. Дети оживлённо обсуждали, где пропадают Бен и Оскар.
— Наверное, они всё еще ищут чашу, — Мишель махнула рукой.
— В этот раз вы её слишком хорошо спрятали, — заметил мальчик, внешне очень похожий на Сайлоса.
— Мы старались, — улыбнулась рыжеволосая девочка.
"Значит, они ещё не знают," — Флориан остановился. А обязательно ли ему говорить им о смерти друзей? Сайлос и Мишель живы. Они вместе, в кругу драконов. Сейчас им никто не угрожает... Можно дождаться вечера, когда всё откроется само собой, и не мучиться, подбирая правильные слова...
Флориан уже почти решил уйти, когда ему помахал Сайлос. До сих пор мальчик стоял, опершись спиной на стену и, скрестив руки на груди, слушал общий разговор. Пока Грин смотрел на детей, Элмас не произнёс ни слова. Лишь когда тёмноволосая девочка сказала, что поиски чаши – невероятно интересная игра, которая нравится ей гораздо больше скучных Крепостей, на его красивом лице мелькнуло недоумение. Заметив друга, Сайлос махнул рукой и едва заметно улыбнулся.
— Что? — Мишель начала озираться. — Чего ты?.. Флориан!
Теперь на Грина смотрела вся декада. Даже двое мальчишек, стоявших чуть поодаль, обратили внимание на внезапную тишину и оглянулись, чтобы узнать причину. Флориан ухмыльнулся, привычное восхищение во взглядах немного успокаивало.
— Мишель, Сайлос, нужно поговорить.
Повторять дважды не пришлось. Сайлос, ни секунды не размышляя, шагнул к Флориану.
— Мы скоро, — Мишель неловко пожала плечами.
— Это Флориан Грин? — Фил схватила её за руку. — Наречённый рыцарь?
— Да...
— Так вы действительно дружите?
— Да. Мы сейчас, — Мишель вырвалась из хватки подруги.
Недолго думая, Флориан поспешил отойти подальше от декады. Они остановились около столовой. Сейчас здесь почти никто не ходил. Слуги уже навели порядок после завтрака и ещё не начали готовиться к обеду, драконы и стражники тоже занимались повседневными делами.
Теперь пора... Флориан отвернулся от детей и сделал несколько шагов вперёд, пытаясь собраться с мыслями.
— Что-то случилось? — спросил Сайлос.
Он и Мишель стояли в одинаковых позах. Оба хмурые, со скрещенными на груди руками и с беспокойством во взглядах. На всякий случай Флориан положил куртку на пол. Выпрямившись, он пожал плечами:
— Бен и Оскар умерли. Их нашли сегодня.
— Что? — Мишель прижала руки к сердцу. — Как? Почему?
Девочка отвернулась.
— Они тоже упали с лестницы? — с надеждой спросил Сайлос.
Говорил он спокойно, но Флориан видел, как побледнела его кожа и как беспокойно мальчик начал гнуть пальцы.
— Они драконы!
— Рон тоже был, — Элмас опустил взгляд в пол. — Так они?..
— Подозревают магов. Послушайте! — Флориан чуть повысил голос. — Вы оба должны быть осторожны. Уверен, на них напали не просто так.
— Но и не из-за нас же! — воскликнула Мишель. — Кроме тебя ведь никто не знает, какая у нас чешуя!
— Ещё Белла и Никки знают... — напомнил Сайлос.
— Они наши друзья! — отмахнулась девочка. — И они не маги! В крепости не может быть магов! Это точно были они?
— Я сам слышал, — ответил Флориан.
— Но ведь это невозможно! — Мишель снова скрестила руки на груди. — Как эти гады снова пробрались в Башню?
— Может быть, амулеты не работали из-за змия... — предположил Сайлос.
— Это неважно. Главное, что вы сейчас должны быть осторожны! — не выдержал Флориан. Он подошёл к детям. Одну руку парень положил на плечо Мишель, другую – Сайлоса.
— Я сам несколько раз слышал, как Бен хвастался, что его чешуя такая тёмная, что почти чёрная. Уверен, что и Оскар несколько раз упомянул о том, что он почти что белый дракон. Теперь они мертвы. Лучше вам не видеть, что с ними случилось... — Флориан зажмурился, отгоняя образ. — Вам двоим сейчас нужно быть невероятно осторожными. Никому не говорите о том, кто вы. Не говорите про змия. И, прошу вас, не ходите никуда вдвоём. Лучше вообще перестаньте по ночам лазить по Башне.
— Но ведь про нас всё равно знают, — нахмурилась Мишель. — Таис, Аластор... Скорее всего, весь Совет тоже знает. Если бы маги действительно хотели убить нас, они бы убили.
— Мы будем осторожней, — кивнул Сайлос. — Но ты же понимаешь, что мы ничего не сделаем магам?
— Вы сделаете, — улыбнулся Флориан. — Надеюсь...
Флориан сделал шаг назад и опустил руки. Ему лишь оставалось надеяться, что Манорок и Роталлеб способны пережить нападение магов. Они же Великие герои... Пусть их силу наверняка не знал никто, но разве не естественно предположить, что её должно хватить на защиту от обычных колдунов и колдуний? Флориан снова отвернулся от детей и прижал руку к глазам. Его мысли путались. "Зря я пошёл к ним сейчас," — подумал маг.
— Я не понимаю... — услышал он голос Мишель. — Для чего магам убивать чёрного и белого драконов?
— Маги ненавидят всех, особенно драконов, — уверенно ответил Сайлос.
— Но... Не все драконы хотят их убить! Я вот не хочу...
— После всего, что они сделали, я бы, не задумываясь, выполнил приказ.
— Приказ – это другое. Как солдат, я бы... — Мишель вздохнула и замолчала.
Флориану снова показалось, что он падает. Элиот добился своего.
— Не все маги хотят вашей смерти. И не все они – зло, — сказал эрбианец, поворачиваясь. — Лишь некоторые из них действительно хотят причинить вред, остальные обычные люди.
— Угу, — Сайлос отрицательно покачал головой. — Пока что всё говорит об обратном.
— Просто вы замечаете лишь плохое.
— Это всё, что делают маги! — решительно сказал Элмас.
— Нет... — Флориан цокнул.
Аргументов в защиту магов у него не осталось. Сайлос бы сейчас скорее поверил, что его чешуя в действительности серая, чем в добрые намерения колдунов и колдуний. Флориан подозревал, что даже если бы он сам сейчас продемонстрировал свои силы, то его бы тут же обвинили в предательстве.
— Маги напали на Генерала, на Мишель, на Бена и Оскара! Ещё я слышал о том, что случилось в Каннингеме, — Сайлос хохотнул.
— Давай не об этом! — не сдержался Флориан. — Не надо говорить о том, что ты не понимаешь!
— Они сожгли город! Просто взяли и сожгли! — Элмас взмахнул руками. — Наверняка они и приложили руку к осаде! Не удивлюсь, если они убили Роба...
— Думаю, нам пора на тренировку, — Мишель опустила руку на плечо друга.
Громко втянув воздух, Сайлос молча кивнул.
— Спасибо, что ты нам рассказал.
Девочка улыбнулась Флориану.
— Надеюсь, вы никому ничего не скажете.
— И будем очень осторожными, — закивала Мишель и потащила Сайлоса обратно к залу тренировок.
Со злости Флориан пнул каменную стену. Ногу пронзила острая боль. Грин закусил губу, чтобы не начать шипеть. В конце концов, он стукнул одной ладонью по другой, поднял с пола куртку и пошёл в сторону своей комнаты.
Благо, Эмин решил где-то погулять. Флориан понадеялся, что друг сейчас сидит где-нибудь с Вандой и Лети и обсуждает убитых детей. Или что он ещё где-то... Или... Скинув перепачканную в крови куртку на пол, Флориан рухнул на кровать, в целом, его не волновало ничего, кроме возможности побыть одному и вдоволь позлиться. В коридорах он сдерживался, чтобы случайно не попасться на глаза слугам или драконам, но в четырёх стенах своей комнаты мог творить, почти что угодно.
Взмахом руки Флориан захлопнул ставни. Щелчком пальцев он зажёг свечу, стоявшую на столике. Затем погасил. Затем снова потушил.
— Кровожадные полудурки, — процедил Флориан.
Он со всей силы стукнул по кровати.
— Твари... — свеча снова зажглась и потухла.
Флориан достал из кармана кулон и посмотрел на переливающийся кристалл Эрбы. Знала бы богиня, какие твари называют себя её верными служителями! Какие идиоты пытаются делать вид, что они действительно исполняют её волю, а не потворствуют своим мелким желаниям.
— Боги... — Флориан сжал кулон и стукнул им по матрасу. — Вы всё уничтожили!
Полгода... Полгода он старался, жертвовал своим временем и интересами. Полгода потратил на то, чтобы по-настоящему познакомиться и подружиться с Мишель и с Сайлосом. Да, он сам решил сделать это, но ведь от этого проще-то не было! Сколько раз пришлось переносить свидания с Летицией, чтобы лишний раз помочь Мишель и Сайлосу на тренировках. Сколько раз приходилось закатывать глаза и отшучиваться от вопросов, с чего он вдруг начал общаться с детьми? Флориан снова стукнул сжатым кулаком по кровати.
— Твари...
Нет, конечно, Флориан искренне хотел стать близким другом Мишель и Сайлосу. Не только из-за того, что они будущие Великие герои, хотя, конечно, это стало первопричиной. Но, кроме того, Мишель и Сайлос просто нравились Флориану. С ними он чувствовал себя легко и непринуждённо. Ему почти не требовалось играть и притворяться. Каким-то неведомым образом, несмотря на разрыв в четыре года, дети принимали его за равного. Они не видели в нём строгого взрослого, не чувствовали от него угрозы, наоборот, Флориан стал им другом. Впрочем... Возможно, сегодня из-за его собственной злости всё изменилось. Мишель так быстро утащила Сайлоса, что Грин даже не понял, как ей это удалось... Наверняка, девочка ему просто не доверяла, боялась, что Флориан навредит её другу. Парень сжал кулон ещё сильнее, в кожу впились холодные грани кристалла. Не стоило себя так накручивать. Вероятно, Мишель просто не хотела ссоры.
— Чтоб вас всех Дьюер сожрал...
Всё из-за Элиота. Из-за его маниакального желания уничтожить Манорока и Роталлеба. Скорее всего, он же и убил тех мальчишек. Мортем его дери! Вместо того, чтобы остановиться и хоть немного подумать, Элиот как дикий зверь набросился на детей. После такого, естественно, что Сайлос стал считать магов злом. Флориан прижал руки к лицу. Холод кулона неприятно обжёг кожу, и парень скривился.
Теперь оставалось надеяться, что со временем Сайлос успокоится и поймёт, что не все маги злодеи... С другой стороны, сколько раз за последний год колдуны доказывали обратное? Мортем... Флориан перевернулся набок и уставился в стену.
Придётся думать, как исправить хаос, устроенный Элиотом. Хотя, как изменить то, что уже случилось? Мальчики мертвы, на них напали маги, а Сайлос и Мишель теперь должны бояться каждой тени. Флориан снова зажёг свечу. Руки и ноги ощущались каменными.
— Твари... — от злости драло горло.
Грин закрыл глаза. Ему уже не хотелось ни о чём думать. Всё ужасно, всё отвратительно. И исправлять это всё придётся в одиночку. "На самом деле, я могу сказать, что не хочу продолжать обучение, и просто исчезнуть. Перемещусь обратно к родителям в Пяску. Буду жить с другими магами... — парень вздохнул. — Нет, я не могу..."
В дверь постучались. Флориан не ответил, лишь погасил свечу. Прямо сейчас разговор с другим человеком казался слишком тяжёлым и опасным предприятием. Но всё же дверь открылась. Внутрь комнаты ворвалась полоса света.
— Вот ты где. Решил спрятаться?
— Хотел подремать, — буркнул Флориан.
Он нехотя открыл глаза и поднялся. Элиот между тем закрыл дверь и взмахом руки зажёг свечу.
— Ты хорошо сделал, — серьёзно сказал маг.
— В каком смысле?
— Понимаю, понимаю. Лучше лишний раз не произносить этого вслух здесь, — Элиот сел напротив Флориана, на кровать Эмина. — Но я в любом случае скажу, что ты настоящий герой.
Парень неуверенно кивнул, всё ещё пытаясь сообразить, о чём речь.
— До сих пор не могу поверить, что это сделал ты. Так расправиться с Манороком и Роталлебом... Вот что называется кровавой магией! — Элиот широко улыбнулся.
— Я не...
— Понимаю, понимаю, — мужчина поднял руки и кивнул.
Флориан не знал, что там себе вообразил Элиот, но ему вовсе не хотелось поддерживать эту странную выдумку.
— Я хотел сказать, что ничего не делал, — Грин презрительно посмотрел на мага.
— Весьма и весьма убедительно, — Элиот растянул губы в счастливой улыбке. — Так и говори Медведю и всем остальным, если начнут докапываться.
— Это не...
— Хватит, — любезность исчезла в одну секунду. — Я связался со всеми магами цитадели. Никто из них этого не делал, единственный, кто не ответил, это ты.
"Когда только успел?" — зло подумал Флориан.
— И я недоволен тем, что ты снял кулон, — продолжил Элиот. — Но в любом случае я тобой горжусь. Приятно осознавать, что я в тебе не ошибался. Что ж...
Хлопнув в ладоши, маг поднялся. Он подошёл к двери:
— Тебя, кстати, для допроса ищет Медведь. Он, скорее всего, ещё у Дендра, но на твоём месте я бы поспешил.
— А ты куда?
— К Эрике. Нужно поведать о наших успехах. Не могу поверить, что Манорок и Роталлеб мертвы. Это чудо какое-то.
Громко хлопнув, дверь закрылась. Флориан снова лёг на кровать. Не думая, он надел кулон и вытянул руки по швам. Медведь может несколько минут подождать... Сначала нужно понять, что вообще произошло.
Элиот не убивал Манорока и Роталлеба сам... И он не знал, кто именно это сделал. Если бы тех мальчишек прикончил кто-то из эрбианцев, об этом бы быстро стало известно. Ректуе ради, Элиот вполне резонно решил, что это Флориан. В конце концов, именно он нашёл тела. Вот только сам Флориан прекрасно знал, что никого не убивал. Если это не он, не Элиот и никто-то из эрбианцев, то кто это сделал? И откуда на телах следы сирр?
Очень медленно Флориан встал. Он подошёл к шкафу, вытащил оттуда кожаную жилетку и надел её. Погасил свечу, вышел из комнаты.
Похоже, за Королём и Воином охотились не только маги. Вполне возможно, что неизвестные убийцы проникли в крепость во время осады. Например, вместе с таинственными похитителями цветка. Но только те ушли, а эти остались. Интересно, знали ли убийцы, что Бен и Оскар не Манорок и не Роталлеб?
"В любом случае, — подумал Флориан, — как бы то ни было, Сайлос и Мишель всё ещё находятся в опасности". Мало того, что скоро Элиот узнает, кто на самом деле является чёрным и белым драконами, так ещё в игру вступила третья сила. Возможно, она хотела подать знак Манороку и Роталлебу, возможно, пыталась их убить. Ни в том, ни в другом добиться успеха ей пока не удалось. Мишель и Сайлос остались в живых и вряд ли прониклись убийством друзей.
Спустившись на первый этаж, Флориан на секунду остановился. Он глубоко вздохнул, покрутил шеей и взмахнул руками, разминая мышцы. Ещё не всё потеряно. Ещё есть шанс доказать Сайлосу, доказать Мишель, что не все маги зло. И главное, Флориан улыбнулся, теперь у него достаточно времени, чтобы убедить эрбианцев, что Манорок и Роталлеб им не враги и их не надо убивать.
***
Когда Флориан и другие ученики ушли, Аластор на секунду закрыл глаза и отвернулся от столов с телами, словно пытаясь забыть о них. Никки осторожно отошёл назад. Он поставил ведро на пол и спрятал руки за спиной. Мальчик прижал подбородок к плечу и глубоко вдохнул. На пару мгновений аромат трав перекрыл стальной запах крови.
— Так... Ты, — Бейн указал на Беллу. — Вынеси ведро с одеждой и сожги всё. Я же правильно понимаю, что эти обрезки вам не нужны?
Комендант повернулся к Медведю и Дендру. Начальника сыска молча покачал головой.
— Вряд ли на них есть следы магии, сир, — ответил лекарь.
— Вот и хорошо. Ты всё поняла?
— Я никому ничего не скажу, сир, — девочка быстро поднялась и вцепилась в перила, чтобы не упасть.
Стараясь не смотреть на Медведя, Белла дошла до Никки. Она взяла ведро и быстро вылетела из лекарских покоев. Уже за дверью Принц поняла, что забыла попрощаться. "Может, вернуться? — подумала девочка. — Нет... Только не туда." Едва ли не бегом она бросилась на улицу. Не обращая ни на кого внимания, девочка выбежала в промежуток между крепостными стенами. Принц огляделась по сторонам. Убедившись, что за ней никто не следит, Белладонна вытряхнула содержимое ведра на землю и прошептала: "Адели," (1) — кровавые тряпки вспыхнули жарким пламенем, в нос ударил удушливый запах гари.
— Продолжим... — произнес Аластор, стоило двери за служанкой закрыться. — Дэн, отправишься к Арлеон сегодня же. Нужно обо всём доложить королеве.
— Могу вылететь уже через час, — ответил Первый рыцарь.
— Лучше позже, — сказал Медведь. — Нужно допросить тех, кто нашёл тела. И проверить крепость. Элиот?
— Я понял, сир, — мужчина кивнул и быстро вышел из покоев.
— В любом случае, я пойду собираться.
В лекарских покоях остались лишь Аластор, Медведь, лекарь и его ученики. И двое мёртвых мальчиков... Никки никак не мог уговорить себя посмотреть на них. Вроде бы в этом не должно было быть ничего страшного... Рой уже видел мёртвых, видел тех, кого пытали. Правда, не в таком количестве, как Белла, но всё же... Никки сжал руки в кулаки, взглянул на мёртвых и тут же отвернулся. Боги... "Почему так сложно?" — устало подумал мальчик.
— Никки, — позвал Дендр. — Сходи наверх за простынями. Нужно прикрыть тела.
С некоторым облегчением мальчик поспешил исполнить просьбу.
— Нужно постараться сохранить тела. По крайней мере до решения королевы.
— Лучше всего привести кого-нибудь из клеймённых магов.
— Нет. Маги к ним не притронутся, — отрезал комендант.
— В таком случае, нужно перенести их в нижние темницы. Там холоднее.
— Я бы ещё поискал в Каннингеме похожие трупы, — сказал Медвдеь. — Визит в Арелон займёт не меньше декады. Так долго скрывать смерть двух драконов не выйдет.
Спустившись с двумя простынями, Никки сперва подошёл к Оскару. Пока Рой разворачивал простыню, в комнате висела напряжённая тишина.
— Мы можем сделать вид, что они болеют, — наконец предложил Лазарь. — Скажем, что у них красная поганочка.
— Тогда придётся осмотреть все декады. А младшую, по-хорошему, придётся закрыть в своих комнатах дней на шестнадцать, — возразил Дендр.
— Это хорошо, — обрадовался Аластор. — От поганочки же можно умереть?
— Можно.
— Тогда пока что они болеют.
Прежде, чем накрыть Оскара, Никки всё же заставил себя посмотреть. Неведомым образом убийца не повредил лица мальчиков. Его черты немного заострились, кровь отхлынула, из-за чего пропала привычная желтизна кожи. Из-за расслабленных мышц лица и закрытых глаз, казалось, что мальчик просто спит. Единственное, после смерти пропала драконья аура. Теперь перед Никки лежал не дракон, а совершенно обычный человек.
К разговору мальчик не прислушивался. Теперь Аластор, Дендр и Медведь обсуждали, что значило это нападение. Лазарь молча кивал. Никки же целиком и полностью сосредоточился на простынях. Закончив с Оскаром, Рой несколько минут расправлял ткань и только избавившись от складок подошёл к столу, на котором лежал Бен. Белла говорила, что он пугливый грубиян, который никогда не нападает в одиночку на более сильных. Сейчас дракон выглядел очень мирным. Никки накинул простыню и посмотрел ему в лицо. Кожа Бена побледнела, из-за чего рыжие волосы стали намного ярче. Никки покачал головой и подумал, что смерть делает из любого человека вита. Мальчик уже хотел опустить простыню, как вдруг заметил слабое сияние. Оно не бросалось в глаза, золотистые отблески почти сливались с деревянной столешницей. Никки нахмурился, вполне возможно, что ему лишь мерещится. Не могли же Дендр и Лазарь пропустить такое.
Все драконы обладали аурой золотого цвета. Она искрилась и переливалась. У некоторых к золотому примешивался красный, а у Сайлосу и Мишель – серебристый. Тем не менее, после смерти все цвета и оттенки пропадали. Никки накрыл Бена и подошёл к Оскару. Он поднял простыню и внимательно посмотрел на дракона. Совершенно точно, вокруг тела ничего не мерцало. Оскар умер, в этом не могло быть никаких сомнений.
— А с тобой что не так? — Никки вернулся к Бену.
От прикосновений простыня тут же окрасилась в красный. Похоже Никки нечаянно надавил на раны и из них пошла кровь. Мальчик поморщился. Зажмурившись, видящий прижался к груди дракона. Задержав дыхание, Никки прислушался. Постепенно он начал различать глухие удары. Их разделяли долгие паузы, но... Мальчик зажмурился ещё крепче, словно это могло помочь. Вновь услышав биение, видящий отпрянул в сторону, едва не врезавшись во второй стол.
— Всё равно это не объясняет, почему они оставили буквы у них на груди, — услышал Никки голос Бэрт.
— А если это знак, что убийцы за Манорока и Роталлеба, — ответил Аластор.
Желая стать невидимым, Никки очень осторожно подошёл к Лазарю. Старший ученик лекаря стоял, скрестив руки на груди, и очень внимательно слушал разговор. Когда Никки дёрнул его за рукав, Лазарь раздражённо тряхнул рукой и обернулся.
— Что такое?
— Он жив, — Никки указал на Бена.
— Что?
— У Бена бьётся сердце.
— Чего?
Лазарь опустил руки, оторопело глядя на Никки. Ни говоря ни слова, видящий отошёл к столу, на котором лежал Бен, и жестом позвал парня.
— Прошу прощения, — Лазарь сделал шаг назад, выходя из разговора.
Сопровождаемый удивлёнными взглядами всех собравшихся, парень взял запястье Бена и стал считать. Спустя секунду он отпустил руку и на выдохе произнёс:
— Он жив!..
— Боги...
— Это немыслимо, — Дендр тут же оказался у стола.
Быстрым движением лекарь одёрнул простыню. Он открыл глаз мальчика и слегка надавил на него.
— Боги... Лазарь, достань настой для ран. Никки, неси бинты.
— Великолепно! — воскликнул Медведь. — Скоро мы узнаем, кто это сделал.
— Скоро или нет – вопрос относительный, — Дендр разорвал простыню на две части.
Одну он скомкал и сунул под голову Бена, второй прикрыл нижнюю часть тела мальчика.
— Пока что вам лучше уйти.
— Жду новостей, — Аластор подтолкнул Медведя к выходу. — Надеюсь, хороших.
— Всё в руках Меди-Цинай, — отмахнулся от него старый лекарь.
— Вот бинты, — Никки держал несколько мотков.
— Смочи их в растворе Лазаря. Нужно промывать раны.
Сам он уже начал надавливать на грудную клетку Бена. Никки подбежал к Лазарю и молча протянул ему бинты.
— Давай сюда, — парень взял один и начал рвать на мелкие повязки. Заметив, что Никки не знает, что делать, Лазарь указал на миску с раствором ведьминого ореха. — Обмакивай и выжимай.
— Хорошо.
— Как ты понял, что он жив?
— Я... У него кровь шла, — соврал Никки. — У мёртвых же вроде не идёт?
— Да, — Лазарь улыбнулся. — Ты большой молодец.
Видящий просиял. Он опустил бинт в раствор, вытащил его, отжал и отложил в сторону. На секунду Никки остановился и глубоко вдохнул. Наконец-то пропал запах крови, теперь лекарские покои наполнял аромат трав. "Вот оно, счастье," — подумал Никки, берясь за очередной бинт.
У Медведя после новостей о выжившем улучшилось настроение. Пока они шли от лекарских покоев в сторону темниц, Аластор видел, как Диас улыбается каким-то своим, наверняка очень жестоким, мыслям.
— О том, что только что стало известно, никто не должен знать, — напомнил комендант.
— Само собой.
— Даже твои люди, — Аластор резко остановился. — И Элиот в том числе.
— Как им тогда работать? — Медведь скрестил руки на груди.
— Пусть ищут убийц. Пока мальчик не выздоровеет, о нём никто не должен знать.
— А Дендр?
— Он понимает, что о таком не стоит болтать. Но ты прав, я зайду к нему чуть позже и напомню об этом, — Аластор задумался, не стоит ли сделать это прямо сейчас.
— Совет должен об этом знать. Хотя бы Мелани и Дэн.
— Им я сам всё расскажу. Твоё дело найти того, кто это сотворил, всё ясно?
— Предельно.
Кивнув, Медведь сорвался с места. Ему явно не терпелось начать работать. Аластор ощутил некоторое удовлетворение. Хоть кто-то в крепости исправно выполняет свои обязанности. "Мир может рухнуть, но Медведь продолжит охотиться на магов," — подумал комендант и вздохнул. Ему тоже пора исполнить свой долг, кто-то должен рассказать о произошедшем Таис.
Новость о нападении на собственных подопечных Ломбар восприняла вполне спокойно. Прикрыв глаза, Таис покачала головой и сказала лишь, что ожидала чего-то подобного. Выслушав версию, которую ей полагалось рассказать, женщина молча кивнула. Как бы Аластору ни хотелось, чтобы при этом Таис проявила хоть какие-то эмоции, он не стал ничего говорить. Смерть брата всё ещё мучила Ломбар, и Бейну оставалось лишь смириться, что в ближайшие месяцы ничего не изменится.
После тренировки Таис собрала подопечных вокруг себя. Благо, Авенир пока что ещё не стал наставником и не присутствовал на занятиях. Без него Ломбар чувствовала себя свободнее.
— Все сегодня молодцы, — сказала Таис. — Рада, что за время осады вы не растеряли форму. Но у меня есть плохая новость. Оскар и Бен заболели красной поганочкой.
— Что? — опешила Мишель. — Но...
Сайлос толкнул её в бок, и девочка замолчала. Таис неодобрительно покачала головой и продолжила:
— Об этом мне сказал сир Бейн, думаю, вы заметили, что он заходил. Сейчас вы должны спуститься к Дендру, чтобы он вас осмотрел. Всем всё понятно? Тогда идёмте.
Осмотр прошёл довольно быстро. Лекарь спрашивал про самочувствие, как много они проводили времени вместе с Оскаром и Беном, болели ли поганочкой раньше. Сайлос невольно порадовался, что они с Мишель почти всё время находились вдалеке от декады. Если бы ещё последние ночи он ночевал не в своей комнате, у Дендра бы вообще не возникло никаких претензий. Благо, лекарь решил обойтись настойками и регулярными визитами в течение ближайших десяти дней. Сайлос радостно кивнул, после чего его отпустили.
Ночью Мишель предложила подняться вдвоём на крышу. Сайлос охотно согласился. Сил на ещё одну тренировку не осталось, а веселиться с Беллой и Никки не хотелось. Да и, честно говоря, Элмас понимал, что им всё же нужно обсудить Бена и Оскара. При других поговорить об этом было невозможно.
Ни говоря ни слова, друзья шли по тёмным, едва освещённым коридорам. Теперь их уже не пугало отсутствие света. Драконье зрение позволяло видеть даже в самом густом мраке. Мишель оглядывалась по сторонам, невольно вспоминая, как раньше в каждом углу ей мерещились привидения и клавы. Теперь же она видела лишь камни. Очень древние, пропитанные силой, наполненные историей, но всё же точно такие же, как и в любом другом древнем строении. От этого девочка чувствовала лёгкую грусть, когда она впервые отважилась выйти ночью из комнаты, это место выглядело совершенно иначе. Но хотя бы теперь рядом шёл Сайлос. Совершенно осязаемый, но от того не менее интересный. Не зря она тогда к нему подошла...
Когда они начали подниматься к двери с кодовым замком, Сайлос улыбнулся. Больше ему не придётся мучиться с огнивом. "Впрочем, оно уже давно было не нужно," — подумал мальчик. Они столько раз поднимались и спускались по этой лестнице, что, казалось, выучили её наизусть. Улыбка стала ещё шире. Год назад Сайлос бы ни за что не поверил, что будет делить с кем-то такие секреты. Вроде бы ничего серьёзного, но так приятно...
Ночь выдалась тёплой и почти безветренной. Небо, как чистейший азуритовый шёлк, простиралось над цитаделью, звёзды на нём сверкали, словно маленькие опалы. На их фоне плечистыми великанами возвышались силуэты труб. Из них в звёздную высь, танцуя, поднимался сизый дымок.
Не сговариваясь, дети подошли к краю крыши и сели, свесив ноги вниз. Глубоко вздохнув, Сайлос закрыл глаза и запрокинул голову к небу.
— Как думаешь, их убили из-за нас? — спросила Мишель.
— Убили? Всё-таки думаешь, что Бен и Оскар мертвы?
— А зачем Флориану врать?
— Ты права... — Сайлос посмотрел на подругу. — Думаю, всё это лишь попытки скрыть тела.
— Почему именно Бен и Оскар? Они этого не заслуживали! — Мишель вздохнула. — У меня в голове не укладывается, что их теперь нет. Я уже так привыкла, что они есть...
— Понимаю, — кивнул мальчик, чувствуя, как внутри поднимается злость. — Надеюсь, что скоро убийцу найдут. Эти мортемовы маги должны поплатиться!
— А вдруг это не они? Флориан вот говорил, что, может быть, это не они...
— Я уверен, что это маги. Кто ещё захочет убить дракона? Не Чёрная же армия?
— А почему нет? Они же не просто так пришли! Я вот до сих пор не понимаю, почему они так долго стояли около крепости! — Мишель взмахнула руками. — Все говорят про мозаику. Но мы-то знаем, что она из-за змия.
— Чёрная армия тоже могла прийти из-за него. Вдруг они надеялись, что он вырвется на свободу? — Сайлос нахмурился, поджав губы. — Армия же и ушла только после того, как мы победили змия.
— Если они убили, то, получается, не ушли.
Сверху раздались приглушённые хлопки. Дети синхронно подняли головы. Прямо над ними высоту набирали двое взрослых драконов. Их тёмные силуэты почти что сливались с ночным небом, лишь свет звёзд позволял понять, в каком направлении движутся ящеры.
— Хочу уже стать рыцарем, — тихо сказала Мишель, когда драконы растаяли в тёмной дали. — Хочу уметь сражаться. Хочу защищать всех, кто рядом!
Одна из звёзд задрожала и рухнула вниз, озарив всё небо краткой, но прекрасной вспышкой. Девочка довольно улыбнулась. Теперь её желание точно сбудется. По легендам, звёзды доставляли желания Хранителю царства Живых, и тот решал, какое из них исполнить. Браво гордо вскинула голову и расправила плечи, никто в здравом уме не сможет проигнорировать её мечту.
"Лучше бы мы больше не знали никаких секретов," — подумал Сайлос. С каждой новой тайной жизнь становилась страшнее. Змия они с Мишель победили, но теперь нужно ждать и молиться, чтобы никто не подумал, что они как-то связаны с мозаикой. А ещё убийство Бена и Оскара... Флориан прав, им нужно быть осторожными. Не просто так это совпало с появлением чёрного и белого драконов... Ещё лучше бы им с Мишель больше не искать никаких тайников, не выходить за пределы крепости и лишний раз не подниматься на третий этаж. "Я хочу простой и спокойной жизни... Жизни, в которой все мои друзья и знакомые остаются в живых," — пожелал Сайлос.
Ещё одна звезда блеснула и полетела. Потом ещё и ещё. Начался звездопад. Сотни звёзд срывались со своих мест и скользили вниз, оставляя позади себя короткий белый след. Казалось, что темнота отступает. Её место занимал яркий свет.
— А знаешь... — совершенно неожиданно сказала Мишель. — Ведь получается, что гадалка была права. Мы действительно знали героев.
— Что? — спросил Сайлос, не в силах оторваться от звездопада.
— Мы знали сами себя и немного – друг друга, мы ведь уже были знакомы.
— Действительно...
— И ты должен признать, что, хоть мы и всего лишь дети, нам уже удалось кое-что сделать. Мы победили древнее зло, а на такое способны только истинные герои из легенд.
Сайлос покачал головой, стараясь сдержать улыбку.
— Если верить окружающим, то мы с тобой легендарные герои. Значит, мы всегда поступаем так, как поступают в легендах, — белый дракон взял подругу за руку и крепко сжал её. — Возможно, мы уже исполнили нашу легенду. Победили зло и стали героями. Наша история завершилась, пусть о ней никто и не узнает. Это ведь не умаляет её значения.
Чёрный дракон помедлила с ответом, любуясь небом. Звёзды продолжали падать. Словно тонкие нити, они пронизывали небо, делая его похожим на кору мистического древа.
— Это не всё, — сказала Мишель, сжимая руку друга. — Полагаю, наша история ещё только впереди. Но согласись, это неплохое начало.
— Неплохое? — Сайлос улыбнулся. — Это лучшее начало.
В этот момент они впервые посмотрели в вечность. И вечность, как бы странно это ни звучало, впервые посмотрела на них.
1 - Сожги (магический язык)