История Белой Розы [Attack of Titan]

— Куда ты нас ведёшь, оборванец? — спросила я, когда мы спускались по какой-то лестнице.
— Сюрприз, — ответил он и мерзко захихикал.
Что-то мне страшно. По-моему, зря я тогда упомянула Роджера. Да и почему эта лысая крыса ко мне привязалась?
Когда мы наконец спустились, оборванец подбежал к какой-то двери и, хихикнув, сказал:
— Нам сюда.
Мы с Микасой подошли к двери и, переглянувшись, вместе постучали. С той стороны тут же спросили:
— Кого занесло?
— Кого занесло, того и унесёт! — крикнул кто-то за дверью, и все, кто там находился, засмеялись.
— А ну живо заткнулись! — крикнула я. — Нас привела какая-то оборваная лысая крыса, и я бы хотела знать, почему.
— О, так это ж Рэт! — сказал кто-то за дверью. — Впусти их, Джейкоб. Раз он кого-то привёл, это не просто так.
Дверь открылась, и мы с Микасой увидели кучу народа, распивающую алкоголь. Мы, под пристальным взглядом этой толпы, подошли к столику, за которым, видимо, сидел глава сего хаоса. Это был мужчина ростом чуть выше среднего. Из-за шляпы и маски на пол лица я не увидела цвет его волос и глаз.
— Ну и? — с улыбкой во все тридцать два спросил он. — Кто будет вести переговоры?
Я покосилась на Микасу. Она едва качнула головой, и я, вздохнув, спросила у этого мужчины:
— У меня три вопроса. Вежливой не буду, потому что лень.
— А если я не отвечу?
— Убью тебя и всю твою шайку.
— Весомый аргумент, — посмеялся он. — Ну, так какие вопросы?
— Кто ты? Какого чёрта мы здесь? Знаешь ли ты того придурка, что по ночам крадёт детей?
— Воу, воу! — засмеялся он. — Не так быстро, куколка. Я еле всё запомнил.
— Раз запомнил, значит отвечай.
— Ну хорошо. Детей крал вон тот груздь, что пьяный в хлам. Вы здесь, потому что я отправил всех вас искать. А имя мне…
Он снял маску и шляпу, и я почувствовала, как моё сердце упало в пятки.
— Имя мне Судья Гаст, — сказал он.
Да как он… Да как он выжил?!
— Моргана сказала мне, что ты умер, — сказала я. — Так какого чёрта ты жив, старик?
— Когда в меня выстрелили ту пулю, что должна была меня убить, на минуту пропал свет. И за это время я успел поставить под пулю вместо себя обыкновенную куклу и сбежать.
— Ты придурок! — крикнула я. — Я только-только смирилась с твоей смертью, как вдруг ты появляешься передо мной целым и невредимым! И на кой чёрт тебе дети?!
— А зачем тебе это знать? Ведь если я всё тебе выложу, ты всё расскажешь своему начальству, и всех, кто здесь сидит, повяжут. По-твоему, я этого хочу?
Я вытащила из рукава нож и, нацелив его на старика, сказала:
— Выкладывай, дурья башка. Иначе я отрублю тебе голову.
Тут же все вокруг направили на меня пистолеты и ножи.
— Роза, что ты творишь? — спросила Микаса. — Не рискуй.
— Твоя подружка права, — сказал старик. — Убьёшь меня — убьют тебя. И никто не знает, что будет с ней, — он указал на Микасу. — Кстати, а ты даже не познакомила нас.
— Да с какой стати я…, — начала я, но Микаса положила руку мне на плечо и кивнула. Я вздохнула. — Ну и чёрт с вами. Её зовут Микаса Аккерман.
Люди начали шептаться, и старик переспросил:
— Аккерман? А Мясник Кенни  случайно вам не родственник, дамочка?
— "Мясник Кенни?"
Я посмотрела на Микасу, и она сказала:
— Нет, не знаю такого.
— Даже если так, — сказал старик, — раз ты Аккерман, то надо быть с тобой осторожнее. Ведь мы не хотим умирать.
— Так ты ответишь, на кой чёрт тебе дети? — спросила я.
— За любую информацию надо платить, — сказал старик с улыбкой.
— Чего ты хочешь?
— Деньжата, естественно.
— Сколько?
— Пять тыщ.
— А если подумать?
— Две тыщи.
— Да ты с дубу рухнул, старик!
— Ну ладно. Для любимой дочурки сброшу восемьдесят процентов. Так получается сто пятьдесят монет.
— А бесплатно нельзя?
— Я же сказал: за информацию надо платить.
— Знаешь, я запросто могу сдать тебя полиции. И заодно всю твою шайку.
— Только посмей.
— Если не хочешь в тюрьму, тогда хватит вымогать деньги и рассказывай уже.
— Ну хорошо, раз ты настаиваешь. Ты, может быть, не знаешь, но месяц назад полиция разгромила мою организацию "Подпольная Мафия". Из той заварушки смогли выбраться только я и "Шестёрка Грехов". И вот только недавно мне пришла идейка. Если украсть детей со всего города и обучить их мастерству, нужному для мафиози, то они будут даже лучше предыдущей организации.
— Я не понимаю, — сказала я. — Почему именно дети?
— Потому что они наивные и мелкие. Если бы я брал бездомных, это был бы провал. Бездомные не способны убивать.
— А дети, по-твоему, могут?! Ты когда-нибудь видел глаза убийц?! У детей не должно быть таких глаз! Живо отпустил их, глупый старик!
— А что я получу, дав им свободу?
— Отпусти их, или я убью всех твоих людей!
— О. Ты готова стать убийцей?
Нет! Ни за что! Я не должна быть, как он! Не должна! Не должна! Не должна!
— Роза, успокойся, — сказала Микаса, положив руку мне на плечо. Потом она посмотрела на старика. — Пожалуйста, отпустите детей. Для нас это очень важно.
— Я же сказал: просто так я их не отпущу. Тем более, они не здесь.
— Что? — спросила я.
— Они в другом месте. На другом конце города.
— Тогда какого чёрта ты дуришь нам мозги?!
Он улыбнулся.
— Я лишь тянул время. Мы перевозим детей.