Эффект Петербурга

«РИКАРДА»

— Ну, и в какой ты части Академии? — весело спросила Мелания, вышагивая рядом с Рикардой по коридору.
Мелания представляла собой девушку с рыжими веснушками и глазами цвета сочный листвы, что обычно появляется на деревьях летом — традиционная ирландская внешность. У неё были потрясающие кудрявые волосы, которые беззаботно пружинились в разные стороны, от чего Мелания была похожа на оранжевое солнце — ей эта деталь очень даже подходила.
Мелания намертво прилипла к Рикарде, не желая отпускать свою новую добычу, и решила во чтобы то ни стало сделать её своим другом.
— В смысле? — переспросила Рикарда, не поворачиваясь головы.
— Ну, — всё также беззаботно отвечала Мелания. — Наша Академия, как яблочный пирог: делится на несколько частей, и каждая хороша по-своему: Точные науки, Музыкальные группы, Книжные клубы для будущих писателей, Гуманитарные науки и...хм... ах, да, точно, танцы! И танцы! Ну, так где ты, Рик? — девушка заговорщицки ткнула Рикарду в бок своим острым локтем.
— А почему именно яблочный пирог? — напряжённо спросила Рик.
— Ты на ответила на вопрос, а яблочный, потому что они вкусные, — насупилась Мелания.
— Точные науки, — коротко ответила Рикарда, заворачивая за угол.
— Ого, так ты у нас вся такая умная, да? — с энтузиазмом воскликнула рыжеволосая. — А я вот в книжном клубе веселюсь...
Безрадостно промычав что-то в ответ, Рикарда направилась дальше по коридору и ускорила шаг, чтобы весёлая физиономия Мелании оставила её в покое.
Мелания без каких-либо зазрений совести ускорила шаг вместе с ней.
Кто бы сомневался.
Рикарда уже хотела перейти с быстрого шага на отчаянный, трусливый бег, но распущенные волосы то и дело лезли в лицо, закрывая глаза. Чтобы вы знали — глаза Рикарды были цвета охры с золотистыми проблесками — такого цвета обычно бывает песок в пустынях. Ближе к зрачку появлялись красноватые крапинки, которые вскоре заканчивались ярким рыжим ореолом вокруг зрачка; он, казалось, светился в тени лица, плотно обрамлённого темными волосами.
Правда, в данный момент о красивой причёске и речи быть не могло — при беге на голове Рикарды возникал изумительный шедевр под названием «страусиное гнездо», и это сильно действовало на нервы.
— Хей, куда ты так помчалась? — с тревогой крикнула Мелания. — Там концертный зал для танцоров! Рикарда! Стой же ты! Сто...
Рикарда одним резким движением рук распахнула перед собой громадные дубовые двери, надеясь, что это класс.
Разумеется, это было ошибкой.

Обтянутые алым бархатом кресла. Узорчатее стены, радостно сверкающие позолотой. Огромная люстра, сделанная во французском стиле, которая висела на такой тонкой цепочке, что можно было в серьез опасаться, не упадёт ли она тебе на голову. Величественная сцена с темным силуэтом в углу — не стоило предавать ему значения. Начищенный паркет.
«Мда. Если бы существовало учебное заведение, где каждый класс представлял собой огромный зал времён Екатерины II, как этот, то я бы в него так легко не поступила. Значит, это явно не класс...» — напряжённо рассуждала Рикарда у себя в голове.
Рикарда оказалась в концертном зале Академии Имени Святой Эсмеральды.
Истинное значение слов Мелании (и сами слова) долетели до девушки только сейчас, и ей нужно было быстренько закрыть дверь и убраться подальше.

— Подожди! — тишину прорезал чей-то голос.
Голос был подобен стальному клинку, что может резать воздух на куски одним лишь своим звучанием.
Голос был холодным, как лёд.
Голос принадлежал невысокому юноше, который стоял на выступе сцены и придерживал правой рукой чёрный капюшон, чтобы тот не упал с головы.
— Ну, и кто ты? — легким движением головы подросток откинул с глаз длинную чёлку цвета вороньих перьев.
— Какая разница? — рассерженно ответила вопросом на вопрос Рикарда, поворачиваясь в сторону говорившего. — Я зашла сюда совершенно случайно. До встречи.
Девушка аккуратно приоткрыла дубовую дверь, которая вела в коридор, и сделала несколько маленьких шажков в её сторону, как бы предупреждая, что она действительно собирается уходить, и у юноши есть последний шанс для разговора.
— Поня-ятно, — протянул черноволосый, и в его плохо заметных глазах промелькнул гнев. — Тогда проваливай.
— Что?
— Проваливай!
Рикарда хотела было сказать (или попытаться сказать) что-то умное в ответ на такой грубый приказ, но тоненькая рука с ярко накрашенными ногтями быстро возникла в дверном проёме и резво вытянула девушку в коридор, с грохотом захлопнув за ней дубовую дверь в концертный зал.
— Ты в своём уме или как? — пропищала Мелания, яростно скалясь и отряхивая юбку в пестрый горошек. — У нас же...
Рыжая девушка внезапно замолчала.
Прошло секунды две гнетущей тишины, после чего Рикарда не выдержала:
— Что? — нетерпеливо спросила она.
— Злая тефтелька, — пискнула Мелания, прежде чем громко прочистить горло.
— Какая тефтелька? — нахмурилась Рикарда, надеясь, что ей послышалось.
Вдруг ледяная рука с тонкими костлявыми пальцами легла ей на плечо, чуть помяв футболку. Страшный, громкий голос, которым обычно озвучивают злодеев в фильмах, отразился от белоснежных стен, заставляя девушек дрожать.
— Прошу прощения, — рука на плече Рикарды будто бы потяжелела на несколько килограммов. — И что же вы тут делаете во время уроков?
«А, вот оно что», — нервно подумала Рикарда, пытаясь не краснеть. — «Я совершенно забыла, что Академии созданы для учебы. Да, очень, очень большая оплошность с моей стороны... Может быть, она простит мне первый раз?»
Царило тревожное молчание, нарушаемое стуком трёх сердец — одно билось размеренно и злорадствующе, а два других – быстро, испуганно и с предчувствием надвигающейся беды.
— Пройдемте в мой кабинет, — с плохо скрытой радостью провозгласил страшный голос, и рука, наконец, отцепилась от плеча бедной девушки.
«Потрясающе!» — иронично подумала Рикарда, поворачиваясь лицом к своему мучителю.
Им оказалась низкая костлявая женщина с непропорционально длинными руками и небольшим седым пучком на голове, которая почему-то напоминала Рикарде страуса, искупавшегося в радиоактивных отходах. Незнакомка обладала злобными чёрными глазами, похожими на бусинки и то и дело скалилась,  обнажая кривые темные зубы.

Когда Рикарда с Меланией шли за женщиной по коридору, Мел аккуратно встала на цыпочки и прошептала на ухо подруге:
— Это заместительница директора, — с энтузиазмом молвила она. — У неё фамилия Тефтелл, вот мы и стали называть её «Злая Тефтелька»! Я думала ты поймёшь и во время убежишь, а ты...
— Да откуда я могла знать, — рассерженно перебила Рикарда. — Я думала ты с ума сошла! Предупреждать надо!

ГОСПОДА, Я В ЦЕЛОМ НЕВЕРОЯТНО ОДИНОКИЙ И ГРУСТНЫЙ ЧЕЛОВЕК. ЛЮБЫЕ ПРИЗНАКИ ВАШЕГО СУЩЕСТВОВАНИЯ — ЗВЕЗДОЧКИ, КОММЕНТАРИИ И Т.Д. — ВОЗВРАЩАЮТ МЕНЯ К ЖИЗНИ.
БЛАГОДАРЮ ЗА ВНИМАНИЕ.