А хули?
А.М.
Ненавижу тебя в каждом новом июле,
В каждом красном рассвете и знакомой фигуре,
В твоей дате рождения и аббревиатуре,
В чужом голосе, что точно так же прокурен.
А хули?
Ненавижу тебя в рифмованных строчках,
В прилагательных, гласных и многоточиях,
В черных джинсах, очках, белоснежных сорочках,
Что идут тебе. Очень.
Ненавижу тебя, твои старые образы,
Голубые глаза и кофейные волосы,
Жесты, улыбки, пухлых губ полосы,
Долгие гласные и тембр голоса.
Ненавижу тебя в книгах Стивена Кинга,
В немых фильмах, минорах, мелодиях Стинга,
В пыльных комнатах, красках, разбитых пластинках,
В летних грозах, дождях и февральских снежинках.
Ненавижу тебя в крепком чае и кофе,
Ненавижу за то, что с тобою так плохо.
И без тебя плохо.
А может и похуй?
Ненавижу тебя на страницах тетради,
В игре на гитаре, в аккордах "Самбади".
Ненавижу и в Минске, в Борисове, в Праге.
Ненавижу тебя в стихах Маяковского,
В строчках Лермонтова, на страницах Буковски.
Ненавижу в насыщенном и даже в плоском,
Что тебе так легко, а мне ни капли не просто.
Ненавижу тебя в кашле и сигаретах,
Ненавижу в картинах и старых куплетах,
В каплях краски, холстах и туманных рассветах.
Ненавижу тебя в старых воспоминаниях,
В томном шепоте и случайных касаниях,
В нелепых историях и оправданиях,
В каждом чутком признании
И обаянии,
В амнезиях, авариях и опозданиях,
Даже в долгих прощаниях!
Ненавижу тебя. Но, однако, я млею.
От улыбок, от рук, долгих встреч на неделе
И я уверен,
Что просто люблю тебя, как умею.
Люблю. Здесь соврать не посмею.
Я повторю тебе это в двадцать третье апреля.
Я люблю тебя в теплом дождливом июле,
В почерке, датах, аббревиатуре,
Люблю голос твой, что точно так же прокурен.
А хули?