Глава 20
Когда Серена и Бомгю оказались в другом конце проулка, она резко отпустила его руку и отошла на приличное расстояние. Внутри все кипело от злости и предательства. В придачу с этим в голову пришло воспоминание того самого предсказания, которое она нашла под озером.
Земля будто ушла из-под ног. Все, во что верила Серена, словно рассыпалось мелким, колючим песком, который теперь резал глаза. Девушка смотрела на Бомгю так, словно видела его впервые в жизни. Знакомые черты лица парня вдруг стали чужими, маской, за которой скрывался чужак. К горлу подступил горький ком, который не давал нормально дышать и не позволял произнести ни слова.
- Все это время ты водил меня за нос, врал, - ее голос дал осечку, прозвучал тихо и сдавленно, будто слова нужно было выталкивать силой.
- Серена, - подал голос Чхве, но девушка остановила его, давая понять, что ничего не хочет слышать в оправдание. Все, что бы он сейчас ни сказал, не объяснит его действий.
Видя, что Сэлениэль отказывается его выслушать, внутри Бомгю все сжалось. От мысли о собственном поступке к горлу подступала глухая, изматывающая тошнота. Ему казалось, что его собственное тело отторгает его изнутри. Его пальцы нервно теребили край его кофты, а взгляд боялся встретиться с глазами Серены. Парень впервые чувствовал что-то подобное.
- Серена, прошу, выслушай меня, - поднял взгляд Чхве. Его глаза бегали по ее лицу, будто боясь потерять ее окончательно.
- Я не хочу ничего слышать. Если бы ты мне изначально все рассказал, то я бы не злилась. Может, нашли бы выход какой-то, но ты все скрыл. И ради чего. Скажи, ради чего? - ее голос сорвался на крик, тело дрожало. Поджав губу, она стала ждать ответа.
- Я заключил сделку с книгой, - отвел взгляд Бомгю. Ему было впервые в жизни стыдно за себя, за свои поступки. - Мне пообещали, если я найду Никона и отдам эту книгу, то мне даруют эмоции и не вернут обратно в мой мир, - еле слышно рассказал Гю, а после пнул камешек, который лежал рядом. - Главным условием было никому не рассказывать и отнести книгу к твоему брату. И в тот день, когда мы встретили Енджуна, мне дух дал возможность чувствовать исключительно негативные эмоции, тогда все и началось.
- Ты понимаешь, что это темные силы? Они тебя могли обмануть. Как дали, так и заберут, - размахивая руками в разные стороны, крикнула Серена. Ее глаза бегали по его лицу, а сердце сжималось.
- Я понимаю, но что мне оставалось делать? - резко переведя взгляд на Серену, спросил Гю. - Я тоже хочу быть полноценным человеком! - его голос сорвался на крик. - Да, я поступил ужасно. Но я хотел быть таким же, как и все. Ты никогда меня не поймешь, ибо даже на секунду представить не можешь, как это жить - не чувствовать почти ничего. Внутри лишь пустота, - его глаза стали заливаться слезами, а голос в конце предательски дрогнул.
Впервые в жизни она заметила что-то живое в его взгляде. Не ту привычную пустоту, что была при нем всегда.
- Я всю жизнь был белой вороной. Везде. И вот был шанс. Я не хотел обманывать тебя, но мне пришлось. Да, я эгоист в этом плане, и что ты мне сделаешь теперь? Возненавидишь? - его глаза стали светиться зеленым цветом. Серена молчала, не зная, что и ответить. - И когда я встретил Никона сегодня, то не хотел отдавать эту чертову книгу, ибо знал, что брат значит для тебя. Но ее у меня забрали. Отобрали силой, - тело дрожало от переизбытка эмоций, сердце билось так, будто было готово выпрыгнуть из груди. Бомгю знал, что Сэлениэль его не поймет, он сам себя не понимал, так что он хотел от другого человека.
- Ты сам сделал себя изгоем здесь. Я всеми силами пыталась найти к тебе подход. Но ты сам отталкиваешь людей, - ответила девушка и развернулась, чтобы пойти прочь и не видеть Бомгю. Она ненавидела себя за то, что ей было все равно жаль его, но впервые в жизни разум победил над ее чувствами.
- Серена, - Бомгю схватил девушку за руку, после чего та сразу же вырвала ее из его рук. Так резко, будто обжигаясь от огня.
Но парня это действие не остановило. Вместо этого, он резко обнял ее за талию сзади и прижал к себе так сильно, будто боясь отпустить. Его дыхание обжигало шею, стекало вниз, словно поток. Девушка на миг замерла, а по телу прошлись мурашки. Сердце стало стучать так сильно, что сам парень мог слышать ее сердцебиение.
- Прости, прошу. Ты можешь ненавидеть меня. Но дай мне шанс... доказать, что я могу быть другим, - еле слышно сказал Гю. Его тяжелый шепот обжигал ухо, лишая возможности мыслить трезво.
Простояв так несколько секунд, Серена наконец пришла в себя и резко скинула его руки со своей талии. Не поворачиваясь и ничего не отвечая на его слова, девушка широким шагом вышла на центральную улицу, оставив Бомгю одного со своими эмоциями и мыслями.
Сердце все не унималось, в голову лезли мысли о парне, о том объятии, о его последних словах. Но злость и обида превышали все то, что она чувствовала сейчас. Она не может простить его. И дело было не в обмане, а в том, что он лишил ее права выбора. Сам решил, что обман - лучший способ. Быстро дойдя до отеля и зайдя в свой номер, Сэлениэль захлопнула двери. К глазам стали подступать слезы обиды, но та старалась держаться и не выпускать эмоции наружу. Нужно принять тот факт, что Бомгю не такой, каким все это время видела его девушка. Она верила в лучшую часть его личности, которая была скрыта от всех, но оказалось, что он был таким и внутри. Эгоистом, который думает лишь о себе.
Когда Серена отвергла Бомгю и скрылась где-то вдали, он сжал кулаки и впечатал один из них в стену. Кожа на костяшках сразу лопнула, поползли струйки крови, а руку прошила резкая боль.
- А что я ожидал собственно? - хмыкнул парень, потирая место, которое ныло от боли.
Постояв вот так еще пару минут, Чхве стал идти вперед. Когда тот вышел на главную улицу, то стал идти наугад, надеясь, что каким-то образом выйдет в местность, которую узнает. Блуждая так где-то полчаса, Чхве наконец заметил знакомую вывеску. Войдя в номер, Сону уже спал, а Енджун сидел на подоконнике и смотрел на свой меч. Он всегда носил его в ножнах, но никогда не использовал.
Этот меч многое значил для парня. Он был единственной памятью о его друге. И именно Звездная пристань стала катализатором горечи и таких тяжелых воспоминаний. Енджун не любил этот город, ведь здесь было слишком много того, чего вспоминать тому не хотелось.
- Погулял? - заметив знакомый силуэт вдали, спросил Енджун и спрятал оружие обратно.
- Ага, - протянул Чхве и сел на свою кровать. Настроения разговаривать вовсе не было.
- Серена обещала зайти, как вернется, чтобы наложить заклятие. Я видел, что вы вместе ушли, разве она еще не вернулась? - спросил шепотом Енджун, чтобы не разбудить Сону.
- Кое-что произошло. Мы встретили Никона, - снимая обувь, рассказал Бомгю, а после лег на кровать. Услышав о брате девушки, Ен аж встал с подоконника и сел на край кровати Бомгю.
- Подробней.
- Сону спит. Завтра расскажу, - кинув взгляд на Кима, сказал Гю. Конечно же парню не было дела до него. Это был больше предлог, чтобы тот сейчас не лез к нему.
- Не притворяйся, что беспокоишься о его сне, - едко ответил Ен, но все же встал с его кровати. - Ладно. Завтра, так завтра.
На следующий день Бомгю вел себя как обычно. Серена с ним не разговаривала. Любые попытки заговорить с ней для Гю увенчивались провалом.
- Так ты расскажешь, что случилось вчера? - спросил за обеденным столом Ен у Гю. Тот нехотя ковырял вилкой салат. Настроения вовсе не было. - Ну и почему Серена сидит отдельно от нас вместе с Сону?
- Она обиделась на меня, - коротко ответил Чхве и вздохнул.
- Опять? - вскинул удивленно брови Енджун. - Вы спокойно жить не можете?
- Это я виноват, - еле слышно сказал брюнет и откинулся на стульчик, смотря на улыбающуюся Серену. Ей явно было комфортно с Сону. От картины, которая предстала перед Бомгю, внутри все сжалось, а уши покраснели от гнева. - Все это время я носил с собой Эпитафию Светил и никому не рассказывал. Я заключил сделку с книгой. Если бы не заключил, то остался бы... - вдруг Гю замялся. Он не мог рассказать ему о том, что пришел с другого мира. - остался бы без эмоций на всю жизнь. Это был единственный выход. Как я думал, - когда юноша закончил свой рассказ, между ними повисла долгая и мучительная тишина.
- Ты с ума сошел? - выпучив глаза, наконец спросил Енджун. - Ты головой думать умеешь? - покрутив пальцем у виска, спросил он. - Это теперь выходит, что тебе нужно отдать ее Никону, - тяжело вздыхая, сказал Енджун, смотря в стол.
- Я уже отдал, - еле слышно сказал Чхве и запустил руки себе в волосы.
- Что ты сделал? - вскочив с места, спросил на повышенном тоне Ен. Все вокруг вопросительно глянули в сторону парней.
- Сядь ты, - пытаясь усадить его обратно, еле слышно произнес Чхве. - Я не хотел этого делать. Так вышло, - когда тот сел за стол, поведал ему он.
- Так вышло, - перекривил его он. - И Серена все узнала? - на этот вопрос Бомгю лишь кивнул. - Знаешь, а я с самого начала подозревал, что с тобой что-то не так.
- Начинается, - раздраженно закатил глаза юноша и уже хотел встать из-за стола, но рука Джуна тут же его остановила и вернула назад. Когда тот отпустил его, тут же заметил знакомый знак на его запястье. Поверх его листка был изображен магический кристалл.
- А ну дай руку обратно, - не дождавшись, Енджун сам взял его снова за запястье и оголил его. - Значит, всё-таки мне не врали. Ты чародей, не только друид.
- Что? - резко вырвав руку из его, спросил Бомгю и опустил рукав, будто боясь, что кто-то увидит его знак.
- Бомгю, ты чародей. Не только друид, - почти на ухо сказал ему рыжий, чтобы никто, кроме самого парня, не услышал его. Глаза Гю тут же расширились. - Тяжело будет привыкнуть к твоей эмоциональности, - заметив выражение друга, проговорил ему Ен.
- Значит, это правда? - резко переведя взгляд на Ена, спросил он. - Никон или его спутник, не помню уже, то же самое мне сказали. Еще Никон пообещал убить меня, - его глаза испуганно забегали по столу.
- Понятное дело, ты же единственный, кто может противостоять его силе, - стуча по столу и томно вздыхая, ответил ему тот.
- И что теперь делать?
- Учиться. Будем учиться, - его голос был тяжелым и уставшим одновременно. - Но первым делом тебе нужно кое с кем помириться, - глянув на Серену, сказал ему Джун.
- Легко сказать, - хмыкнул Гю, смотря туда же.
Днем Енджун постучал в номер к Серене. Та через минуту пустила его внутрь.
- Не помешал тебе? - стоя еще у прохода, спросил Енджун. Он чувствовал, что та лишь делала вид, что у нее все хорошо. Парень хорошо умел читать эмоции других людей.
- Нет, входи, - показывая жестом, чтобы тот вошел, сказала Сэлениэль.
- Ты вчера не пришла вечером.
- Я знаю, что должна была, но я была слишком зла на Бомгю. Не хотела его видеть, - кладя заколки, которые вчера надевала девушка, поведала она.
- Я уже знаю, что вы поссорились, - голос Ена был крайне осторожен. Он сел за стол и внимательно наблюдал за спиной Серены. - Но если не хочешь, чтобы Бомгю поймали и посадили в темницу, нужно мне помочь наложить заклятие.
- Я знаю, - едко ответила девушка. Она понимала, что должна опять помочь ему, но желания этого делать у нее не было. Обида все еще грызла ее изнутри.
- Тогда я буду тебя ждать в нашем номере. Как поставим заклинание, будем идти дальше. Засиживаться тут не стоит, - сказал он и встал со стула и уже направлялся на выход, как голос Серены его остановил.
- Вот скажи. Что мне теперь делать? - повернувшись к Енджуну, спросила она.
- В смысле? - вопросительно глянув на девушку, не понял ее вопроса он.
- Я зла на него, очень зла, - садясь на край кровати, начала девушка. Ен сразу же уловил, о ком была речь. - Но меня все равно тянет к нему. Я не знаю, что со мной. Я чувствую себя тряпкой, об которую можно вытирать ноги. Сону сказал, что я правильно делаю, что обижаюсь на него.
- Серена, ты не должна его прощать. Пусть поймет и осознает до конца, что сделал тебе не просто больно, а буквально обманул, - садясь возле нее, ответил ей парень. - Помню, когда мой друг был еще жив... Я был похож на Бомгю, - опершись на руки и глянув вверх, начал он. - Тоже был интриганом, все делал для себя. Но Субин был важен для меня. По-настоящему. И когда мы впервые в жизни поссорились, тогда мы только познакомились с ним и это было наше третье задание, он мне сказал: «Ты говоришь, что тебе никто не нужен. Но ты врёшь. Ты просто боишься, что если я узнаю тебя настоящего, то уйду. Так вот, Ен: я постепенно узнаю тебя. И ты все еще мой напарник. Не потому что так поставили нас, а потому что я так хочу.»
- И это изменило меня. Не сразу. Но я понял, что иногда нужно просто позволить людям быть рядом. Даже если ты думаешь, что не заслуживаешь этого, - тихо добавил Енджун и глянул на Серену.
- Ты хочешь сказать, что я должна простить и понять Бомгю? - вопросительно подняла левую бровь девушка.
- Нет, - помахал головой тот. - Ты ничего не должна ему. Просто попробуй понять его. Не нужно сразу идти и говорить, какой Бомгю бедный и несчастный. А постепенно, понимаешь? - парень сделал паузу. - Ты дорога ему, и это видно по нему. Когда вы ссорились, он каждый раз не находил себе места, хоть и строил из себя павлина, которому никто не нужен.
- Кажется, я поняла. Спасибо, Енджун. И... мне неудобно спрашивать. Можешь не отвечать, конечно... Но что стало с твоим другом? - не осмеливаясь глянуть на Енджуна, спросила Серена, нервно теребя край своей кофты.
- На одном задании его убил монстр. В некотором роде из-за меня, - поджав губу, рассказал Джун. - Но не будем о грустном, - хлопнув руками по своим коленям, Джун встал с кровати. - Я жду тебя у себя в номере, - улыбнувшись девушке, парень поспешил на выход из комнаты. Он не любил поднимать тему о смерти Субина.
Где-то через полчаса в номер парней пришла Серена. Когда Бомгю заметил девушку, то отвел взгляд в сторону. Он знал, зачем она пришла. Поставить иллюзию на его знак.
- Я буду говорить заклинание, а ты будешь играть на лире, хорошо? - подал голос Енджун и подошел к столу, за которым сидел Гю. - Положи руку на стол, - обратился уже он к парню.
Когда Чхве оголил свое запястье, то к глазам Серены предстал магический кристалл, обвитый листками. С ее рук выпала лира, которую она держала секунду назад. Значит, это правда. И то была не случайность. Он действительно теперь не только друид, но и чародей... Вчера она не сильно обратила на это внимание, надеясь, что это все просто случайность.
- Серена, с тобой все хорошо? - подрываясь с места, спросил Бомгю и положил руки на ее плечи. Он заглянул в ее испуганные глаза и вопросительно вскинул бровь.
- Бомгю, ты чародей! Ты понимаешь, что это значит? - еле слышно сказала девушка, ее глаза испуганно бегали по его лицу. Когда Сону услышал, что тот носит знак того, кто может убить колдуна, тут же подошел к ним.
- Ч..чародей? - заикаясь, переспросил Сону, смотря на них испуганными глазами. - Но как? - уже повернувшись к Енджуну, спросил Ким. - Ему придется сражаться с Никоном, а он даже росток вырастить не может.
- Сону, не в этом проблема, - Серена убрала руки Бомгю со своих плеч, а после подняла лиру, которая валялась на ковре. - Я не хочу, чтобы кто-то из них умирал. А теперь... теперь, - девушка замолчала. Она даже боялась думать теперь об этом.
- Прости, я не хотел еще и становиться тем, кто должен убить твоего брата, - шепотом сказал Бомгю и опустил голову. Он чувствовал, как внутри все неприятно сжималось. Закусив губу, Гю сел обратно.
- Ты дурак? А то, что ты можешь умереть, тебя не волнует?! - ее голос дрожал, она не могла скрывать того, что волнуется о нем не только потому, что он тот, кто может убить ее брата.
Чхве лишь промолчал, не зная, что ответить на ее слова.
- Серена, успокойся, пожалуйста, - подал голос Енджун. - Ничего уже не изменить. Судьбу не перепишешь.
- Судьбу не перепишешь, - перекривила его Сэлениэль. - Никон так же говорил. И что, теперь сесть и ждать смерти?
- Почему ты сразу меня хоронишь? - не выдержав, вскрикнул Бомгю и глянул на встревоженную девушку.
- Я не хороню тебя. Просто... просто я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. Вы.. вы оба мне дороги, - сорвалось у нее со рта последние слова.
В тот момент, когда Гю услышал то, что она сказала, по телу прошлись мурашки, а сердце застучало так быстро, как никогда раньше. Он слышал это уже, но когда был в трансе.
- Это правда? - резко встав на ноги, он взял ее руки и заглянул в ее глаза. Серена тут же отвела их в сторону.
- Все, хватит. Давайте наложим иллюзию и будем думать, что делать нам с этой новостью, - очевидно нехотя отвечать Чхве, перевела тему Сэлениэль. На ее слова уголки губ Бомгю еле заметно поднялись вверх. Отпустив ее, он сел обратно, закатав рукав, парень стал ждать следующих действий.
Серена стала играть на лире. Сначала ее мелодия была никакая, было видно, что ей тяжело собраться с мыслями. Но спустя минуты две ее дыхание выровнялось, а глаза стали светиться фиолетовым цветом. Лира стала издавать завораживающие звуки, а из-под ее пальцев были видны ноты, которые горели голубым цветом.
- Vael tira, orio fhael. Sylum eshel, ith nesharo. Nyctum vira, mira vaen. Kaelis, - произнес вслух Енджун, и прямо на глазах у всех его знак сменился на рейнджера - такой же, как и у Сону. - Теперь в путь, - облегченно вздохнув, сказал Ен.
Заметки: любой знак может сочетаться с другим. Таким образом, когда у человека появляется второй знак класса, сила двух классов смешивается в одно целое и становится еще сильнее. Главное - развивать оба знака. Сила чародеев идет изнутри. Это свет солнца, который даруется лишь тем, кто смог бы нести бремя того, что может погибнуть от рук зла.