Пролог. Невеста со звездой в косе
На церемонии все гости стояли. Морин была в первом ряду – ближе всех к факелам по краям дорожки, где предстояло пройти невесте.
Морин вспомнила, как Кхеф ссорился из-за них с Сер'таном, начальником безопасности «Шамана» – литаниец утверждал, что живому огню не место на корабле, но капитан не уступил и отстоял в итоге традицию.
Кхеф рассказывал об этом задорно, как только колшарцы умеют – в красках, меняя голоса по ролям и добавляя колкие ремарки от себя. Морин не могла не смеяться, и хотя старалась делать это как можно тише, понимала, что это бессмысленно: все за соседними столиками и так оборачивались на голос капитана, который просто не умел или не хотел быть тихим.
Что думали другие, видя его с ней?..
И тут же Морин себя одёрнула: конечно, все думали о готовящейся свадьбе! А как иначе – друг жениха, подруга невесты...
Морин нашла глазами Кхефа. Он стоял у дальней стены рядом со своим старпомом, Арусом. И хотя женихом было это синее создание, всегда казавшееся Морин слишком несуразным, чтобы рассматривать его как мужчину, именно капитан «Шамана» предстал ей во всём блеске: золотые глаза, сверкавшие в пламени факелов, зачёсанные назад серебристые волосы, идеальная выправка, парадная форма, а на ней – ордена, ордена...
Откуда у него столько наград?! Надо будет спросить – может, он ей расскажет...
Старший помощник стоял, чуть склонив голову и то и дело поглядывая на двери. Надо же, даже командоры Флота волноваться умеют!
Морин еле удержалась от того, чтобы хмыкнуть.
Кхеф что-то тихо говорил Арусу – наверное, успокаивал. Морин знала, что несмотря на показную жёсткость, в нужные моменты капитан мог быть очень чутким и понимающим.
Кхеф поднял руку, ободряюще похлопав старпома по локтю. Ещё бы, ведь до плеча его было не так просто дотянуться.
Интересно, как Асия управлялась с этой оглоблей, когда они...
Услышать звук открывшейся метапластиковой двери в помещении, где все шептались и переговаривались, было невозможно. Однако когда волна тишины, распространяющаяся от входа, захлестнула Морин, она обернулась вслед за остальными. В зал вошла невеста.
Одновременно с этим активировались динамики – из них полился отдающийся эхом перебор перегруженной гитары.
Асия, подруга и соседка Морин по каюте, которая в этот день должна стать женой старшего помощника капитана, замерла на секунду. Глазами она быстро пробежала по залу, но, когда увидела жениха, всё остальное потеряло для неё смысл. Она улыбнулась, светло, но самую малость испугано, и пошла вперёд. Мягкий мужской голос запел на земном английском о том, как его обладатель лежит на земле в печали и изнеможении* (и угораздило же Асию выбрать для собственной свадьбы такую странную песню!)
Лазурный, воздушный подол её платья мягко покачивался в такт шагам. Над причудливо задрапированной на груди тканью переливалось жемчужное ожерелье.
Причёской Асии Морин могла гордиться: ведь это она помогала собирать невесту. Подобие пышного то ли хвоста, то ли косы, перетянутого в нескольких местах нитями с таким же светлым жемчугом, как на шее, колечками чёрных волос спадало на обнажённые плечи. На голове, чуть выше за ухом, причёску венчала заколка из искусно вылепленной звезды – морской.
Морин не могла сказать, что образ подруги был ей по вкусу. Но с одним она не могла спорить: любой, глядящий на Асию, тут же понимал, что она выходила замуж за море.
Казалось, весь «Шаман» наблюдал за ней, затаив дыхание, и даже маски рилтов, стоящих неподалёку, свистели чуть тише.
Асия шагала медленно, то ли давая всем полюбоваться собой, то ли собираясь с мыслями, то ли дразня жениха. Морин перевела взгляд на командора. Тот тоже не сводил больших тёмных глаз с невесты и улыбался. Морин много раз видела улыбку старшего помощника и до этого, но даже не думала, что он может улыбаться так – будто есть только он и она, а весь остальной зал пуст...
Сердце болезненно укололо, но Морин тут же отругала себя. Зависть – очень плохое чувство, ни за что нельзя поддаваться ему.
Когда музыкант уже более экспрессивно рассказывал всем о темноте, царящей глубоко в его сердце, Асия дошла, наконец, до жениха и остановилась напротив него, боком к зрителям. Кхеф, до этого отступивший в сторону, подошёл к ним. Музыку слегка приглушили, но не выключили, и он начал говорить. Как и на старинных кораблях Земли, честь сочетать молодых браком принадлежала капитану.
Морин пропускала внутрь себя его хрипловатый, непривычно спокойный голос, хотя и не слышала слов. Её мысли возвращались к тому дню, когда началось то, что привело их всех в эту комнату и сделало их теми, кем они были друг для друга теперь.
Впрочем, кем они были?..
____________________
*Речь о треке Scorpions - Deep and Dark