он разбили мое лицо- наплевать (москвабурги)
Шура шёл с магазина. В руке авоська, в которой было молоко и хлеб так же пачка чая. А то в холодильнике из нормального только сыр и остался.
Улица Петербурга была пуста. Но какой-то человек всё же находился на повороте в переулок. Саша шёл ничего не подозревая. Отношения с Мишей конечно странные, но не такие уж и плохие.
Конец девяностых в Петербурге дышал сырым ветром с Невы. Для Миши и Саши 1999 год был, пожалуй, самым тихим в череде их бурных столкновений. До этого промозглого вечера.
Когда Шура проходил мимо незнакомца тот развернулся. На нём была поношенная кожаная куртка и шапка. Саша машинально отметил его неместную в такой пустоте фигуру, но не придал этому значения, продолжая свой неспешный путь.
Однако, когда Саша остановился из-за того что счёт не упал из-за развязынных шнурков.
- Эй, есть закурить? - хриплый голос прозвучал неожиданно близко.
- Не курю, - коротко ответил он, пытаясь пройти мимо. Курит. Ещё как курит, но хотелось просто дойти до дома.
- Да ладно тебе, не ломайся, - незнакомец шагнул вперёд, преграждая дорогу. От него пахло дешёвыми сигаретами и чем-то, - Неужели жалко?
- Сказал же, не курю, - повторил Саша, чувствуя, как внутри начинает подниматься раздражение. Он не любил, когда его доставали по мелочам.
- А может, ты просто жлоб? - усмехнулся незнакомец, и Саша наконец увидел его лицо. Неприятные черты, наглый взгляд и кривоватая ухмылка. Темный цвет глаз. Какого именно они цвета Думский не стал рассматривать. В незнакомце что-то отталкивало.
- Слушай, ты, - начал Саша, стараясь сохранять спокойствие, - отвали от меня.
- Ой, какие мы нежные, - передразнил незнакомец. - А чего это ты несёшь? Молочко, хлебушек? Мамочка послала?- Последнее замечание подняла уровень воды (терпения стало всё меньше). Он не любил, когда кто-то пытался его задеть.
- Тебе какая разница? - огрызнулся он.
- Да так, интересно просто, - незнакомец сделал ещё шаг вперёд, почти вплотную. Саша почувствовал, как его личное пространство нарушено. - А знаешь, что мне ещё интересно? Почему такой парень, как ты, один шатается по ночам? Наверное, никто не ждёт, да?
- Ты сейчас что сказал? - резко спросил Саша, сжимая ручки авоськи так, что побелели костяшки пальцев. Вот сейчас она точно врежет этому идиоту.
- А что такого? Угадал что-ли?- незнакомец пожал плечами, продолжая ухмыляться.
- Да ты... - выплюнул он, бросая авоську на землю. Молоко выпало из авоськи, а хлеб и чай остались в ней.
Не успел незнакомец ничего ответить, как Саша с неожиданной яростью бросился на него...
***
Хлопок входной двери заставил Мишу оторваться от какой-то газеты. Наверное ещё с правления Хрущёва. На пороге стоял Саша. Или то, что от него осталось. Его обычно насмешливое лицо сейчас являло собой картину разрушения: разбитая губа, багровый отек под глазом и главное - разбитый нос, из которого сочилась тонкая струйка крови. На видавшей виды куртке красовались свежие ссадины и следы невской грязи. А в руке был "пакет", в котором лежала помятая пачка чая, хлеб обернутый в плёнку и молоко.
Миша вздохнул, стараясь сохранить спокойствие ведь кричать на любимого человека не хотелось.
- Ну и что на этот раз? С фонарным столбом не поделил тротуар? - ровным тоном спросил Миша, стараясь не выдать легкого испуга.
Саша хмыкнул, стягивая промокшую олимпийку.
- Да так, пристал один идиот , - пробурчал он сквозь стиснутые зубы, направляясь в ванную.
Миша последовал за ним. В запотевшем зеркале отражалось печальное зрелище. Разбитый нос уже начал синеть, а кровь все еще медленно сочилась.
За время молчания Миша успел сходить за аптечкой.
Достал он из аптечки перекись и вату.
Рядом с ванной стоял табурет.
- Можешь сесть?- Попросил Михаил. На это Шура ничего не ответил и просто выполнил просьбу.
Миша в это время сел на пол рядом т начал обрабатывать раны. Саша поморщился, но отстраняться не стал. Миша осторожно принялся обрабатывать ссадины на его скулах и лбу. Саша шипел и вздрагивал, но молчал.
- Поаккуратнее, "Пирогов", - проворчал Саша, когда Миша промывал рассеченную губу. - А то еще начнешь мне тут операции на дому делать.
- Потерпи немного, - спокойно ответил Миша, игнорируя колкость. Он знал, что за этой бравадой скрывается обычная боль.
Когда с поверхностными повреждениями было покончено, пришла очередь носа. Миша осторожно осмотрел его.
- Тебе точно нужно показаться врачу. Он выглядит... не очень.
- Ерунда, до свадьбы заживёт , - отмахнулся Саша, но когда случайно задел нос тут же издал болезненный стон.
- Не упрямься. Сейчас промоем и приложим лёд, а завтра утром, если не станет лучше, сходим к врачу.
Миша смочил ватный диск перекисью и аккуратно протёр уже не кровоточащий нос. Затем пошёл на кухню где достал из морозилки лёд, обернул куском ткани и вернувшись обратно, аккуратно приложил к переносице Саши. Тот поморщился, но терпеливо затих. Миша наблюдал, как Саша сидит, уставившись в кафельную плитку. В его обычно задиристых глазах сейчас промелькнула усталость.
- Спасибо, - вдруг тихо сказал Саша, не отрывая взгляда от своего отражения. Сказал и тут же съязвил, не изменяя себе. Миша едва заметно улыбнулся.
- Не за что, - ответил Миша, выбрасывая использованную вату. - Будешь чай ?
- Буду, - буркнул Саша, осторожно придерживая лёд.
Миша пару минут посидел молча, но потом заметил уже засохшую кровь на руках Думского. Как можно было не заметить сразу?
- Руки перебинтовать надо? - На всякий случай спрашивает Михаил.
- Не. Это кровь того ублюдка,- Миша усмехнулся и встав с пола, направился на небольшую кухню.
***
На кухне за чаем они молчали. Только изредка переглядывались. Саша хмурился, рассматривая свое побитое отражение в прозрачном стакане, который смог перевидать правления Брежнева вплоть до Горбачёва. Сейчас оно выглядело данным образом - фингал под глазом. Ранна под губой и бровью. И мелкие царапины на щеке.
Столица делал вид, что читает газету, хотя мысли его были далеко от новостных строк. Его взгляд то и дело скользил к Саше, задерживаясь на самых заметных повреждениях. Внутри поднималась волна беспокойства, которую он старательно подавлял. Знал ведь, какой у Шуры характер - вспыльчивый и упрямый. Наверняка сам полез в драку. Но от этого легче не становилось.
- И все-таки, что он от тебя хотел? Кроме сигареты, - нарушил тишину Миша, стараясь придать голосу непринужденность.
Саша оторвал взгляд от стакана и посмотрел на него исподлобья.
- Да какая разница? Придурок какой-то докопался. Нечего ему было всякую чушь нести.
- Какую чушь? - осторожно уточнил Миша. Саша снова нахмурился, словно вспоминая что-то неприятное.
- Да так... нес всякую ерунду. Про то, что я один шляюсь, что меня никто не ждет...вот и...,- Миша отложил газету. Теперь он смотрел на Сашу внимательно, пытаясь понять, что скрывается за его бравадой.
- И ты сразу в драку? Нельзя было просто уйти?
- А с чего бы это я должен от кого-то убегать? - огрызнулся Саша. - Он сам напросился.