Страх и стыд.
Париж был охвачен лихорадкой. Площадь перед собором Нотр-Дам, обычно тихая размеренная, кипела весельем и безудержным смехом. День Щекотки, ежегодный праздник, где каждый мог свободно щекотать и быть щекотанным, вовсю царил в городе.
Атос, Арамис и Портос, не упустив шанса поучаствовать в веселье, уже несколько часов отдавались щекотливым играм. Их громкий смех перемешалсяc радостными криками детей, пением уличных музыкантов и оживленным шумом толпы.
Д'Артаньян, однако, в этот день предпочел остаться дома. Он не любил День Щекотки. Ему было неудобно поддаваться общему веселью, а главное, он просто боялся щекотки. Это ощущение неконтролируемого смеха и слез ужасно его беспокоило.
- Ничего себе, какой День Щекотки! - проговорил он вслух, смотрел в окно на живую площадь и невольно вздрагивал от каждого звука смеха, доносящегося снизу.
Он пытался занять себя чтением, но мысли упорно вертались к тому, что происходило на площади. Он представлял себе сценарии, где его находят Атос, Арамис и Портос и щекочут до слез, все при этом смеются, а он не может ничего сделать. От этой мысли д'Артаньян краснел и уже не мог сосредоточиться на книге.
Прошло десять минут. Д'Артаньян не выдержал. Он резко вскочил с кресла и пошел к двери.
- Что ж ты делаешь? - спросил он сам себя, остановившись у порога. -Ты же не хочешь идти туда?
Он снова взглянул на площадь. Ее веселая атмосфера притягивала его, как магнит. Но страх все еще сидел в нем, давя на душу.
B этот момент он увидел Констанцию. Она была одна и стояла возле фонтана, весело смеясь и махая ему рукой.
- Привет, Д'Артаньян! - крикнула она. - Почему ты не на площади?
Д'Артаньян сделал нерешительный шаг к двери.
- Я… я просто не хочу, - ответил он.
-
Почему же? - удивилась Констанция. - Это же весело!
Я - Д'Артаньян замялся. - Я просто не выспался... И.. И хочу вздремнуть ненадолго..
Констанция улыбнулась.
- Пойдём со мной! - сказала она. - Сразу спать разхочется!
Я… - Д'Артаньян опять замялся. - Я подумаю.
Хорошо, - сказала Констанция, тыкнула д'Артаньяну в бок и убежала в толпу.
д'Артаньян погрустнел и вернулся в комнату. Он лег на кровать и закрыл глаза. Его мучили сомнения. С одной стороны, он очень хотел быть там, на площади, с друзьями и с Констанцией. С другой стороны, страх щекотки не давал ему покою.
Он уснул.