Опасная дистанция

Иногда стоит добавить чуточку «волшебства» и любой день уже станет намного лучше предыдущего. «Волшебство» — в этом понятии, не что-то невозможно далекое и выдуманное, а что-то доступное, простое. Ведь иногда, самые обычные вещи могут сделать человека счастливым? Счастье... 

 Это утро Антона начинается так же, как и последние несколько дней прошедшие с вечеринки в огромной квартире. Подъем в ещё совсем не прижившейся парню кровати, ведь больше он не спит в зале. Приготовленный и съеденный завтрак, в компании мужчины, ради которого Шастун готов был простелить весь мир к ногам. 

 — У меня для тебя сюрприз, — делая глоток ароматного кофе произносит Арсений, а затем вскоре молча удаляется из кухни. 

 Этот человек всё ещё остается некой загадкой со своими идеями и мыслями в голове. Но Шастун действительно счастлив, что в этот момент он здесь, с ним. Всё что было раньше, уже сказано, а всё что будет дальше — идёт неплохо. После случая на своеобразном мероприятии в большой компании, Антон ни раз задавался вопросами о том, что должно быть теперь? Сейчас они явно ближе, чем когда-либо, но всё ещё не так близки, как хотелось бы юноше. Иногда он даже думал, что всё, что сейчас происходит, лишь глупая иллюзия, проекция его мозга или ещё чего хуже: длительный сон, самый длинный из всех возможных. 

 — Чего задумался? — вопрошает Арсений, заглядывая на кухню так, что видно лишь часть его лица. Где-то за его спиной слышно тихое шуршание пакетов и Антон немного хмурит брови, пытаясь построить свои догадки. 

 — Да так, — честно не отвечая на вопрос произносит парень и расслабляет мышцы лица. 

 Мужчина полностью проходит сквозь дверной проём, с задержкой затаскивая левую руку. В ней виднеется средних размеров пакет красного цвета, с заметными мелкими узорами переливающимися яркими бликами. Преподаватель ставит пакет на стол и в нём глухо перемещаются несколько предметов. Шастун с удивлением смотрит, то на пакет на столе, то на мужчину, вновь задавая много немых вопросов. 

 — Там подарок за прошлый новый год, — с оттяжкой произносит Арсений. Он упоминал когда-то о том, что подготовил презент к празднику для юноши, ещё задолго до того, как они снова встретились. — И ещё кое-что, — с легкой улыбкой завершает мужчина. 

 Антон медленно приподнимается с места и подтягивает к себе пакет за тонкие ручки. В нём находится маленькая чёрная коробочка с атласной лентой и обычный белый конверт. В таких часто передают счета за воду и прочие рассылки для жильцов домов. Парень косится на Арсения, всё ещё не понимая, почему всё это, ему вручают именно сегодня. Смотрит на маленький календарь у стены, а затем обратно на пакет. 

 — Ну же, — подталкивает его к действию мужчина и усаживается напротив него за столом. 

 Шастун сперва достаёт маленькую коробку и в ней со звоном передвигается подарок. Он намеренно медленно снимает ленту, оттягивая этим своё удовольствие, или напрягая нервы преподавателя. Крышка плохо сидит на шершавой поверхности, поэтому сама спадает почти сразу, после того, как Шастун срывает басму. Металл внутри переливается красивым серебряным цветом и вслед за ним, бликами загораются глаза юноши. Тонкий серебряный браслет, весьма лаконичный и сильно отличающийся от тех, что Антон носит обычно. Парень осторожно достаёт его из упаковки и теперь пытается застегнуть у себя на кисти.

 — Давай помогу, — предлагает мужчина, протягиваясь вперед через стол к Шастуну. 

 Юноша переворачивает руку ладонью вверх и держит в ней подаренный браслет. Преподаватель одним движением подбирает его и помогает прицепить новое украшение, замок который не поддаётся сразу. Однако, вскоре Антон любуется подарком, перекручивая его в разные стороны по кисти и сейчас уже почти забывает о конверте лежащем в пакете. Арсений сам ныряет в красный шуршащий пакет и вынимает заурядную бумажку. Шастун отвлекается на шелест и протягивается за конвертом, прокручивает его в руках пытаясь просветить содержимое через кухонную лампу. Он слышит легкие смешки мужчины и от того всё же открывает его, вынимая две другие бумажки. 

 — Ряд второй место четыре, ряд второй место пять, — читает парень в слух первое, на что падает взгляд. Затем он быстро переворачивает один из, очевидно, билетов на обратную сторону, на которой красуется обложка альбома и крупная надпись «Номер скрыт». — Билеты на концерт? — с ярко выраженной радостью, зачем-то переспрашивает тот. 

 — Да, взял два, подумал один ты идти не захочешь, да и скучно тебе будет, — проводя рукой по собственным волосам молвит мужчина, пытаясь договорить ещё что-то, но Антон вылетает из-за стола и накидывается на того с объятиями, тем самым перебивая новую мысль. Мужчина сидит на стуле, от того единственные удобные объятия выходят только тогда, когда Шастун присаживается ему на колени. Однако, что хорошо — уже не впервой. 

 — Спасибо! — почему-то шепчет парень Арсению на ухо, всё сильнее стискивая руками его тело. 

 — Не за что, лучик, — сквозь улыбку произносит мужчина и одной рукой врывается в русые волосы. — Можешь Диму позвать или ещё кого-то из ребят, чтобы ты один там не сидел. 

 — А вас я могу позвать? — отлипая от мужчины и смотря ему в глаза вопрошает Шастун. 

 — Меня? Можешь, если хочешь конечно, — всё так же сквозь улыбку твердит Арсений. 

 Юноша спрыгивает с колен мужчины, быстрым движением подхватывает уже пустой пакет с коробкой со стола и ловким движением целует того в щеку спеша скрыться за дверь из кухни. Арсений в недоумении смотрит ему вслед, спустя с полминуты выдыхает затаившийся в лёгких воздух всё же улыбаясь краешком губ и продолжая смотреть в дверной проё

***

На часах уже половина восьмого и концерт начинается всего через час, а ведь до нужного места ещё вовремя доехать нужно. Мужчина стоит у зеркала и контрольный раз оглядывает себя. Он не особо часто бывал на таких мероприятиях, как концерты, но по совету Антона, надел то, в чем ему будет удобно. Сам парень сидит на кровати и продолжает писать восторженные сообщения друзьям. Он до конца не мог понять, чему он больше рад: тому, что идёт на концерт любимой группы или тому, что он будет на нём с Арсением. 

 Ребята из компании не были против того, что парень не позвал никого из них, они просто были рады тому, что в этот вечер их друг будет счастлив. Сегодня он обрёл чуточку «волшебства» и сегодня, уже однозначно лучше прошедшего вчера. 

 — Ладно, поехали, — махнув на себя в зеркало произносит мужчина, подхватывая свой телефон с зарядки и направляясь в коридор. Шастун успевает лишь произнести довольное: «Угу» и подорваться с кровати, вслед за Арсением. 

 На улице стоит начало июля и даже вечером теперь тепло, конечно по прогнозам передавали дожди, но видимо сегодня, в честь такого радостного, для Антона дня, погода поменяла свои планы. Машина куратора припаркована чуть поодаль от выхода из подъезда, так как все места вплотную к дому, были забитый машинами соседей. 

 Арсений заводит машину, пока Шастун усаживается на переднее сидение и вскоре наблюдает за мечущимися дорогами. Ехать им нужно в дальний, от их дома, район и в общей сложности, в купе с вечерними пробками по центру, дорога занимает около сорока минут.

— Приехать раньше лучше, чем опоздать, верно? — хлопая дверью произносит Арсений и блокирует машину после того, как Антон закрывает вторую дверь. 

 — Верно, — вдыхая тёплый, летний воздух отвечает парень. 

 Концерт проводят в клубе, что в целом, типично для подобных мероприятий и никого уже не удивляет. У входа в здание строится средних размеров очередь и если бы они приехали «вовремя», то она, скорее всего, была бы в два раза больше, как минимум. Перед ними в очереди стоят две юные дамы, возможно они были сверстницами Антона, а что более вероятно, ещё на пару лет младше. Они обсуждают вокалиста группы, но для Арсения это пустой лепет о никогда неизвестном ему парнише. Мужчина и в правду никогда не интересовался творчеством данной группы, но явно знал, что её любит Антон. И даже если ему не понравятся их песни, Шастун будет счастлив, а значит и он тоже. 

 Когда подходит их очередь, рослый мужчина с лысиной просит билеты на вход и Арсений протягивает ему две бумажки. На их руки крепят два серых браслета с надписью «Номер скрыт» выполненной характерным широким шрифтом. 

 — Если я правильно помню по брони, нам нужно подняться на балкон, — закидывая голову к потолку произносит преподаватель. 

 Он подхватывает Антона за руку, так как в густой толпе людей есть большой шанс потеряться, или оказаться притоптанным к полу, что вряд ли коснётся Шастуна, учитывая его рост. Помещение довольно обширное, выполнено в темных тонах, но яркого освещения хватает, чтобы забыть о том, что на дворе уже почти ночь. Лестница на второй этаж, где расположены балконы, укрыта синим ковром, а кресла со столиками, которые исполняют роль «рядов», выполнены в бежевых оттенках. 

 Если рассуждать по ситуации, то понятие «рядов» в клубе, явно не такое, как в тех же театрах или кино. Здесь нет четкого разделения и полос из стульев, всё немного по другому: те кто на первом этаже, в основном стоят в пустом центре зала; некоторые люди у барных стоек или на высоких стульях. Те кто на втором, так же в основном кучкуются у столешниц, где разливают алкоголь, а затем расползаются по высоким стульям и креслам. Место где сидят Антон с Арсением, по факту нельзя назвать вторым рядом. Это средних размеров кресло, рассчитанное примерно на трёх человек, которое располагается подальше от остальных и почти вплотную к балконным перилам. 

 Очередь становится заметно меньше и зал вскоре наполняется кучами народа: в основном подростки, но иногда и люди постарше. Арсений отходит за напитками, пока Шастун продолжает сидеть на кресле, в ожидании перебирая кольца на пальцах. На большом экране, что находится у стенки сзади сцены, замерцала картинка последнего альбома и из зала начали вырываться возгласы и крики фанатов. К этому моменту мужчина возвращается к их месту, удерживая в руках два безалкогольных коктейля и усаживается рядом с Антоном. Парень судорожно смотрит на экран телефона, наблюдая за тем, как время там едва ли сдвигается на минуту. Кажется, что перед важными и желанными моментами, время тянется целую вечность. Парень подхватывает свой коктейль с маленького столика перед креслом и делает пару первых глотков. Именно так его и застает начало концерта: из колонок играет фоновая музыка, а на сцену под крики толпы выходят парни. 

 — Привет, Москва-а-а! — подходя к микрофону вопит один из них так, что в колонках на секунд слышится неприятный свист. 

 Толпа из зала моментально реагирует криками и свистами, громкими: «привет» и прочим подобающим. 

 — Готовы разорвать этот клуб? — продолжает второй парень и после очередной бурной реакции зала, машет в сторону, где находятся работники по звуку. — Тогда начинаем! 

 Первая звучащая песня «проходная» из самого первого альбома, для разгона духа у толпы. Шастун помнил её, но всё-таки не любил так сильно, чтобы уже уходить в транс. Когда после краткого перерыва на диалог с толпой гитарист начинает отыгрывать мелодию, а вокалист готовится к своему вступлению — парень уже прекрасно знает, какая песня заиграет следующей. А после вступления барабанщика, Антон уже произносит про себя строчки текста «Сколько хочешь». С этой песней было связано много воспоминаний, однако устоять перед ней Шастун ещё мог.

Аккуратно, но десятикратно...

— Сколько хочешь уходи за мой фарватер, — переходя к припеву вокалист заметно срывается на крик, стараясь передать эмоцию песни, — волны принесут тебя обратно! 

 Антон прикрывая глаза начинает покачиваться, у песни не самая спокойная мелодия, но ему почему-то становилось легче, когда он её слышал. 

 — А я более, чем просто пленник, — продолжает певец, пока толпа выкрикивает строчки в унисон. — Меняю тление на вдохновение! 

 После повтора припева, второй куплет начинает литься в спокойном ритме довольно тихим голосом, пронизывая Шастуна до самых недр его собственной памяти, о событиях связанных конкретно с этой песней: дворы, дожди, Воронеж. Однако частичка слов, всё же касается не такого далекого прошлого и такого значащего настоящего.

  Поверь, забвения не существует.                                                                                                            Это форма надежды на лучшее.                                                                                                     Поэтому не влюбляюсь в другую, сердечко слушаю.                                                                        На безымянный не выдадут кольца.                                                                                                        Не будет пользы, не будет спокойствия.                                                                                                  Не будет просто, но так интересней...

Парень косится на Арсения, пытаясь сделать этот жест мало заметным, предвещая следующие строчки. 

 — Я полюбил тебя сильнее, чем в песне, — поёт артист, а Шастун лишь губами произносит строчки, боковым зрением смотря на мужчину. 

 Может он это заметил, а может и нет, в целом — это перестало быть так важно, когда после очередного небольшого перерыва между песнями, в уши врезались заевшие давным давно в голове ноты. Тихие постукивания барабанных палочек об тарелку на барабанной установке и легкое дребезжание струн.

Пьеска закончилась, занавес падает.                                                                                                      Но я продолжаю любить тебя жадно.

Текст этой песни давно заученный сидит в голове у Шастуна и, казалось бы, он к ней привык, но сейчас он слышит её вживую и голос вокалиста пробивает на воспоминания, которые ненароком могут выбить и все слёзы тех дней.

Так неизгладимо, что стал бы помадой.                                                                                               Она тебя красит, она с тобой рядом.

И пусть Арсений не пользуется помадой, наверное, однозначно были и другие вещи рядом, когда Антона не было?

Но мне с тобой не провести.                                                                                                                        Ни минуты, как ранее безмятежно.                                                                                                            Хотя мне тебя не отпустить Душой тяжёлой, мыслью мятежной.

А может всё-таки иллюзия или самый длинный сон?

Если вам грустно, попробуйте...                                                                                                        Выйти из комнаты в метель

Антон необдуманно подрывается с места подбегая к перилам балкона. Сейчас он кричит строчки песни, которые когда-то, как и сейчас — рвали изнутри. Но сейчас он их отпускает.

Снежинки прилипнут к вашим ресницам.                                                                                                  А мне полагается только напиться!

У парня уже заметно подсушивает горло, так громко он сейчас кричит. Припев идёт по второму кругу, а глаза уже будто обмотаны пеленой.

Руки дрожат и голос с ними. Его не хотят остановить, оттянуть и усадить обратно на диван. Действительно сон?

Пьеску сыграли — кого винить?                                                                                                                  Плохой сценарист, нехватка страниц?                                                                                                      Ты вспомнишь немного, ну и прекрасно.                                                                                                Залью свою память под завязку!

Антон поёт из последних сил и голос его вот-вот сорвётся окончательно, захрипит и затихнет.

Но мне тебя не удержать.                                                                                                                        Даже если руки сжимают прочно.                                                                                                                Ты обожаешь отражать                                                                                                                                    И мы могли убежать, но не стали, впрочем...

Когда легкие капли одна за одной выбегают из глаз, а тело уже почти бессильно хочет упасть на пол, юношу подхватываю сзади, за талию притягивая обратно на место. Тёплые ладони стирают с щек слёзы и поглаживают покрасневшую кожу на лице, а Шастун может наконец-то выдохнуть. Стало проще, будто со словами вылетела и вся скопившаяся когда-то боль. 

 Припев в ушах играет уже второй раз и Антону кажется, что ещё больше эмоций он получить уже не сможет, но его веки сами прикрываются, когда за шею его подтягивают ближе. Руки Арсения медленно переходят с шеи по затылку к волосам парня и этот жест вызывает множество мурашек. Спустя всего секунду Шастун чувствует на своих губах чужие и теперь он аккуратным движением пододвигается ещё ближе, прикладывая собственную ладонь к щеке мужчины. Их губы едва ощутимо переминаются и сейчас Антон счастлив, как никогда счастлив быть здесь и сейчас, с Арсением. Мимолетно целоваться с ним, когда на фоне играет песня, под которую он мог вспоминать только его. А сейчас просто не мог поверить, что тот вожатый в которого он влюбился в лагере, тот кто когда-то отверг его, имея на то весомые причины, сейчас был рядом с ним, сейчас сам целовал его. Потому что он этого захотел, потому что они захотели этого вдвоём. 

 Отстраняясь лицо Антона по ощущениям пылает красным цветом, от слез смешанных со смущением и жаром, на улице всё-таки лето, а в помещении довольно душно из-за большого скопления людей. Юноша бессильно падает головой на колени преподавателю и молча слушает следующие играющие песни. Арсений поглаживает того по плечам и иногда зарывается ладонью в волосы, осторожно перебирая кудряшки на кончиках. 

 Сегодня произошло «волшебство» для них двоих, а может и для каких-то других людей, просто сегодня был хороший день, а завтрашний должен стать только лучше.

***

Когда концерт заканчивается, выстояв в толпе людей под их громкие переговорки, Арсению с Антоном всё же удается выйти на улицу. 

 — Хорошо тут, — вдыхая наконец-то свежий воздух молвит парень. — Всё сегодня хорошо 

 Мужчина в ответ на его слова лишь улыбается, ведь он с ним полностью согласен. 

 — Может прогуляемся? — предлагает Арсений, оглядываясь по сторонам. 

 Уже давно перевалило за двенадцать часов, но эта ночь не станет хуже, если они чуточку прогуляются по ночному городу. Антон одобрительно кивает головой и они отходят от припаркованной машины, направляясь вдаль к мосту. «Большой каменный мост», так он и назывался и с него открывался прекрасный вид на яркие огни многоэтажек. Шастун ухватывается руками за ограждение, заглядывая и стараясь увидеть всё ещё ближе. Ночная Москва безумно красива, давно парень просто так по ней не гулял, рассматривая дома и людей. Когда никуда не нужно идти и никого не нужно ждать, когда можно просто смотреть на красивые многоэтажки и подсвеченные фонарями улицы. 

 — Как тебе концерт? — спрашивает мужчина вставая сзади и располагая свою голову на плече Антона. 

 — Лучшее, что было в моей жизни, — осторожно запрокидывая голову к небу произносит парень. — Благодаря вам, спасибо. 

 Арсений осторожно целует парня в макушку, вдыхая запах его волос и не отрываясь шумно выдыхает через нос. 

 — И кстати, — осторожно, но на удивление спокойно и уверенно начинает парень, заметив, что мужчина за ним кажется даже перестаёт дышать в этот момент. — Ваш поцелуй, — неоднозначно тянет Шастун, пытаясь построить из этого вопрос, но у него не особо выходит. 

 Арсений бездейственно замирает, в голове поэтапно складывая слова парня в одно предложение. В какой-то момент от упоминания его недавнего действия становится немного не по себе, потому что теперь возникает неоднозначное предчувствие. Мужчина пытается извернуться, чтобы заглянуть Антону в глаза и понять, что он чувствует сейчас, но у него не выходит. 

 — В плане, вы так свободно это сделали, будто вам ничего и не мешало, — продолжает разъяснять где-то далеко от сути юноша. 

 — О чём ты? — выдохнув вопрошает куратор. 

 — Неужели за это время не было никого, кто стал бы для вас значимой частью в жизни? Вы ведь не могли знать, что встретите меня снова, — с довольно странной интонацией и некой надеждой в голосе продолжает Шастун. 

 — Нет, никого значимого определенно не было, —честно отвечает мужчина, действительно думая о том, что всё это время он просто не обращал внимания на других. И не хотел этого не делать. 

 — У меня тоже, — шумно выдохнув через нос произносит Антон.

 В тишине ночи слышны звуки гулких машин и людей. Остатки стихающей музыки из клубов. И звук чего-то неизведанного, но настолько близкого.

 — Ты будешь со мной? — практически не дрогнувшим голосом вопрошает Арсений, сам зная, что из него сейчас чуть не выпрыгнуло сердце, — Медленные танцы под любую музыку, поцелуи под любимые песни. Мои не лучшие, но всё же съестные завтраки. 

 — Буду, — шепчет парень разворачиваясь лицом к мужчине, — Можно было не продолжать цепочку объяснений. Я и без неё согласен, — хихикнув, отвечает Шастун. 

 Антон подцепляет лицо куратора ладонью и вновь подтягивая ещё ближе целует, второй раз за день, и, наверное, теперь это можно делать всегда. Мужчина в этот раз более уверенно сминает губы парня, а Шастун в свою очередь чуть прикусывает нижнюю губу мужчины. Откуда он этому вообще научился? Однако, никто не возражает. Мягкие губы Арсения почти впитываются в Антона, остаются там вечным следом, но в то же время, поцелуй их слишком ненавязчив, будто его вот-вот и сдует летний ветер. 

 И кажется, что на улице много людей, кто-то выходит с концерта, а у кого-то просто свои дела посреди ночи. И может некоторые из этих прохожих хотели бы что-то сказать, но сейчас их точно никто не услышит. Сейчас весь мир подождёт, потому-что спустя два года они вместе, действительно вместе и это последнее, самое прекрасное и сильное «волшебство» за эту ночь.