Опасная дистанция

Весна прошла своим, на удивление спокойным, чередом, на улице сейчас уже совсем потеплело, а настроение от этого становится заметно лучше. Позади, не так давно, уже остался день рождения Антона, в котором он успешно познакомил своих друзей с Колей. Уютный вечер в кафе возле медицинского, конкретно это место всегда подходило для их встреч. Ребята весьма неплохо сдружились и оказалось так, как Шастун предвидел: Павлов разобщался с его лучшим другом, именно с ним удалось найти больше тем для обсуждения. Антон часто проводил между этими двумя параллель и был вовсе не удивлён их оживлённым диалогам. 

 Позже Коля стал изредка выходить с их компанией на прогулки, иногда приходил с Шастуном, всё в то же кафе, и проводил там со всеми вечера после пар. Парню не было жаль «делить» своих друзей с соседом, ведь он прекрасно осознавал, что и Павлова вечно оставлять одного не особо корректно. Он был парнем робким, хотя так и не скажешь с первого взгляда, особенно припоминая их самую первую встречу в клубе. И всё же, он был отличным собеседником, поэтому помалу набирался уверенности от всех ребят. 

 Праздник, который состоялся девятнадцатого апреля — был «золотым» днём рождения Антона, когда его возраст совпадал с датой рождения. В детстве мама парня говорила, что в этот день нужно загадать особенное желание и оно обязательно сбудется. Рассказывала, как будучи пятнадцатилетней влюблённой девочкой, загадала выйти замуж за отца Шастуна и её желание, как было видно, сбылось. Парень не был особо суеверен, но задувая свечки на торте, который приготовила Лиза, осмелился загадать одно желание, которое вечно хранил в сердце — «счастье». И пусть это было самым странным и сопливым желанием за все девятнадцать лет парня, но оно всё ещё оставалось по особенному нужным. 

 Выпили ребята чисто символично, по одному бокалу: кто-то пива, кто-то вина. Почти окончательное решение с завязкой по алкоголю давно вертится в голове у парня. И для себя он принял весьма простое решение: если пить — то редко, на праздник или в честь другого знаменательного события, но немного и не до состояния онемения конечностей, дикого головокружения. Иногда, безусловно, можно будет устраивать и вечера повеселее, однако, всё ещё не перепивать до той степени, когда язык заплетается в кучку узлов. 

 В «золотой» праздник, юношу так же поздравил и его куратор. Шастун даже думал из приличия пригласить того сходить со всеми вместе в кафе, но отбросил эту идею, когда мужчина в утреннем сообщении оповестил его об одной вещи: 

  Арсений: Привет, Антон, с днём рождения тебя! Сегодня особенный праздник, думаю ты это знаешь, поэтому надеюсь, что ты отпразднуешь его с достоинством. Прости, не смогу поздравить при встрече, мне нужно уехать в Омск к родителям на несколько дней, но, надеюсь, чуть позже сможем встретится. Ещё раз поздравляю с праздником! :) 

 Слова мужчины выглядели так лаконично и правильно: без стандартных и заезженных пожеланий, без излишеств. Арсений прекрасно понимал, что всё то, что он может сказать и без того будет или есть у парня: верные друзья, деньги... Иногда люди желают любви, в любых её проявлениях, но мужчина не осмелился написать такого, поэтому лишь извинился, что не сможет поздравить лично.

***

До начала лета оставались считанные дни, а вместе с ним приближалась одна весомая проблема. Сессия была сдана и всё прошло весьма успешно, не считая кучи потраченных нервов и бессонных ночей за выучиванием материалов. С Арсением все было спокойно, но разговор их так и не состоялся. Почти полгода прошло с момента его возвращения в жизнь Шастуна, но к этой теме они так и не притронулись. И всё же, главная проблема была в другом — в течении трёх дней нужно съехать с общежития на всё лето. 

 В редких случаях некоторым студентам разрешали остаться, но в этом году планировали проводить ремонтные работы и должны будут съехать все без исключений. Вариант вернуться в Воронеж отпал почти сразу, парень думал купить билеты, но после вспомнил, что родители за год его обучения в другом городе позвонили всего пару раз. Они были заняты и это можно было понять, поэтому не было обидно, скорее чуть тоскливо. Они временами перечисляли деньги и это не могло не радовать, Антон был им благодарен за это, так как ему не приходилось искать работу.Но он понимал, что вечно это продолжаться не будет и с следующего учебного года решил точно найти подходящую подработку. 

 Сейчас нужно было срочно решить открытый вопрос с проживанием и весьма логично было бы съехать к лучшему другу. Или на самый край — к кому-то другому из компании. Однако жизнь повернулась к парню задом, как избушка на курьих ножках. Дима на весь июнь улетел в Испанию, на медицинские практики после своего второго курса, сказал, что будет скучать и извинился за то, что не смог помочь. Возможно Антон сможет переехать к нему, когда тот вернётся, но сейчас об этом рано говорить. 

 У Коли своей квартиры нет, он купил билеты в Курск к своим родителям и уезжал уже сегодня вечером. У Лизы жить не особый вариант, хотя он рассматривался в один момент, но по итогу тоже отпал. Её родители были весьма дружелюбны, но вряд ли поймут такого манёвра, особенно зная про отношения их дочери с другим парнем. Братья, те ещё оборванцы, с подробными планами гулянок на всё лето и разъездами по разным городам к своим друзьям и знакомым. На них полагаться в целом не стоило изначально, ведь их поведение и решения всегда будут непредсказуемы. А больше никого с кем Антон смог бы прожить в Москве не было. 

 В голову забрела одна идея, осуществить которую вполне возможно, но нужно отыскать круглую сумму — съёмная квартира. Найти её: в не особо дорогом районе, однокомнатную, пока что только на июнь месяц. Родительские деньги были, но с них нужно было покупать еду и тратить их на прочие нужды, а на всё сразу их точно не хватит. Устроившись на работу, ближайшая зарплата через месяц, а оплата квартиры должна быть авансом, к тому же, с залогом, на случай принесённых квартире убытков, которые покроются этой суммой. 

 Рассказав о сложившейся ситуации Позову, тот предложил обговорить с его родителями и занять денег. Для них это не было проблемой, да и Антону их семья могла доверять, знали, что парень не кинет и не сбежит, что точно вернёт, просто нужно будет подождать. 

 — Я верну как только смогу, — общаясь с другом по телефону раскаянно произносит Шастун. Летом он уже планирует активно искать работу, а в начале следующего учебного года устроится на заработки.

 По объявлению юноша находит квартиру, на которую хватит денег и которая выглядит более или менее прилично. Она, как и хотел Антон: однокомнатная, в паре кварталов от его университета, выглядит по фото весьма прилично, но без каких-либо излишеств. В диалоге с владельцем парень договаривается о заселении на завтрашнее утро, а затем начинает неспешно собирать все вещи. Вечером, когда уезжает Коля, парень провожает его до вокзала. Встретятся они только осенью, через три месяца, и Шастун признается сам себе, что будет скучать.

На то, чтобы закончить сборы, уходит весь остаток вечера. Вещей вроде не много, но нужно забрать и достаточное количество бытового хлама: кипятильник, который они купили вместе с Колей; удлинитель, так как розеток у них было не особо много; фен, которым Павлов сушил свои длинные, по меркам Антона, волосы. Пусть сам парень им и не пользовался из комнаты нужно было вывезти все вещи, поэтому и этот прибор он неспешно забирает с собой. Засунув одежду в чемодан, некоторые вещи в дорожную сумку, а остаток по пакетам. Антон лёг спать, оставив это всё около двери, из цели ничего не забыть с утра.

***

Громкий будильник в начале дня, яркое тёплое солнце освещающее уже совсем опустевшую комнату. Шастун присаживается на край своей кровати и многозначно оглядывает помещение. Оно было слишком отстранённым: совсем не родным без Коли и его разбросанных рисунков с эскизами тату; без грязных кружек от кофе на столе и с заправленными кроватями. С пустыми полками и собранными в одну кучу вещами. Всё выглядело слишком чисто, а от этого дурно.

 Антон прошёл в общую ванну на этаже, умылся и вернулся обратно, поскольку очередей в уборную сегодня не ожидалось — весь процесс не занял много времени. Добрая часть общежития уже пустовала, именно из-за этого в коридоре парень пересекся лишь с одним незнакомым ему студентом. До заселения в квартиру оставалось меньше часа, а нужно было ещё успеть зайти в главный корпус университета за какими-то бумажками на счёт следующего года проживания. 

 Выходя парень попрощался с Натальей, вахтёршей, которая чуть задремав сидела возле выхода и сразу после краткого диалога с женщиной со всеми вещами поплёлся к университету. На ручку чемодана парень навешал сумку и два пакета с различным хламом, всё это он оставил на улице и зашёл внутрь помещения, направляясь на второй этаж. Там отметился, как желающий получить место на проживание в общежитии в следующем году. Расписал, как и в начале первого курса: своей квартиры нет, сам из другого города. Поставил подпись, дату и на этом всё его «оформление» было законченно. Шастун рассчитывал, что всё это займёт больше времени, но как оказалось освободился он гораздо раньше. 

 На улице уже было тепло и Антон вышел в футболке и синих джинсах, в тени дул легкий ветерок, поэтому на всякий случай на ручке чемодана была затянута кофта на молнии. Шастун вернулся к своим вещам, потянулся и вздохнул, его не будет и здесь три месяца и он однозначно будет скучать, по вошедшему в привычку графику и университету. Возможно даже по экономике, но это произойдёт, пожалуй, в последнюю очередь. Парень берётся за ручку чемодана, неспешно сдвигая его с места и поворачивается спиной ко входу собираясь уходить. 

 — Уже уезжаешь? — слышится голос позади него и парень резко оборачивает голову на его источник, следом разворачиваясь и всем корпусом. Мужчина стоит в дверном проёме опираясь о стенку. В округе никого другого нет и здесь они, словно снова, одни, в моменте, когда мир замирает. 

 — Да, — с некой тяжестью отвечает юноша и бегает глазами, снова осматривая фасад здания. Университет не изменился и вряд ли изменится, но перед разлукой с учебным заведением и всем, что в нём происходило — он выглядит по особенному таинственно. За этими стенами прошёл почти целый год и непременно пройдёт ещё несколько таких же, после каждого нового лета. 

 — Домой поедешь? — делая несколько шагов навстречу Антону спрашивает мужчина. Он выдвигает такое предположение не спеша, мало зная о том, почему за полгода, которые он уже преподавал в университете, парень ни разу не возвращался в Воронеж. 

 В ответ Шастун лишь качает головой, а на следующий вопрос о том: «Куда тогда?» и вовсе не отвечает. Не то чтобы парень скрывает эту информацию, просто решает её не предоставлять. Антон кристально чистым взглядом смотрит то на мужчину, то на здание позади него и вздыхает. 

 —Я буду скучать, — произносит мужчина уже почти вплотную подходя к парню. — Если будешь в Москве сможем встретится, — так и не разузнав, где всё же будет находиться Антон с надеждой молвит куратор. 

 В ответ парень снова кивает и продолжает смотреть на преподавателя. Сейчас вокруг не так заметно шуршит листва на ветру, но вместо грачей уже поют соловьи. Их голос намного больше похож на песню: расходится эхом, щебечет, успокаивает... 

 — Не забывай писать мне, хорошо? — с некой тревогой в голосе вопрошает мужчина. Он хочет добавить и сказать, что больше не бросит, больше не уйдёт от него, так стыдливо и молчаливо оставляя на произвол судьбы. Но решает этого не делать, не нарушая громкими словами, спокойную атмосферу вокруг. 

 — Хорошо, — сдавленно улыбаясь обещает Антон. Они молчат, смотрят друг на друга, кажется, что не особо долго. Однако сложно сказать точно, ведь проходящее время неосязаемо. А затем Шастун одним шагом преодолевает краткую дистанцию между ними и обнимает мужчину утыкаясь лицом в его плечо. Он тоже будет скучать. 

 Арсений медленно гладит его рукой по спине, а затем ерошит золотистые волосы парня, которые блестят на ярком свету. Они улыбаются друг другу, а затем прощаясь уходят в разных направлениях. Антон — в сторону метро, мужчина вновь к университету. 

 С вещами ехать не особо удобно, а ещё идти сложнее и дольше обычного. В вагоне много студентов, таких же как сам Шастун. Кто-то едет на вокзал с билетами и паспортами в руках, а кто-то очевидно в другие места. До нужной станции дорога занимает наименьшее, какое было возможно, количество времени и куда дольше приходится тащить за собой чемодан с сумкой и белыми пакетами из каких-то магазинов. Спасибо, что эти пакеты вообще нашлись в их комнате, потому что в руках Шастун уж точно не унёс бы все бытовые предметы, оставшиеся после почти годового сожительства с Колей. 

 Идти от станции метро, до нужного адреса около десятка минут — это обычным шагом и без груды хлама в перемешку с другими вещами. В случае Антона на это уйдёт раза в два больше времени, станции ближе к адресу не было, а дальше ветка метро уходила в совершенно другую сторону. Затаскивать все эти вещи вниз к станции было почти не сложно, вопросом оставалось то, как их теперь поднимать? Грузовой, прямой, без ступенек эскалатор — был сломан. Поэтому Шастун максимально быстро пытается поставить чемодан с прочими вещами на одну из уезжающих вверх ступенек, а затем сам забирается на одну чуть пониже и протирает лоб. Под жаркими лучами солнца, даже в обычно прохладном метро, становится душно. Когда со всеми лестницами было покончено и юноша стоял на улице, оставалось лишь дойти. Антон мало знал данный район, так как тут за всё время проживания в Москве практически не бывал. В гугл картах Антон вбивает нужный адрес, который был на сайте «купли и продаж» и который в смс повторно скинул арендодатель и направляется вслед за стрелочкой на экране. 

 Заселение должно пройти с минуты на минуту и парень успевает к назначенному времени. Небольшая пятиэтажка, бежевого цвета в каких-то дворах. С виду довольно старая и в некоторых местах по фасаду трещинами уже слазит краска, подъезд, как в классических старых домах: тут странно пахнет уличными котами, сигаретами и сыростью. Стены окрашены по-половинам, верхняя часть с потолком некогда белая, а нижняя зелёная. По стенам так же расползаются трещины, а ещё в некоторых местах они расписаны и разрисованы хулиганистыми жителями двора. В основном надписи, выполненные чёрными маркёрами или чем-то подобным.

Лифт выглядит, как некая клетка, хотя в целом раньше почти все лифты были такими: железные дверцы, которые представляли из себя решётку. Антон смог зайти внутрь, осторожно протаскивая за собой вещи в маленькую «кабинку». На своеобразном потолке мигает жёлтая лампочка и когда лифт резким движением поднимается, возникает характерный скрип. Нужная квартира находится на третьем этаже и остается надеяться, что она будет выглядеть, как на фотографиях и что там не будет тараканов. Хотя им можно будет не удивляться, учитывая как выглядит подъезд этого дома, однако всё ещё хочется верить, что жуки не будут новыми сожителями Шастуна. 

 Квартира в которую парень должен сейчас заселится была боковая слева, на каждый этаж размещали по четыре квартиры и эта была чуть отдаленна от остальных. Дверь даже внешне выглядела лучше, чем у соседей, поэтому это вселяло чуть надежды на то, что квартира будет выглядеть не хуже. «Не судите книгу по обложке» конечно, но тут уже смотря что из этого всего можно назвать обложкой. Дверь, как обложка неплохая, а вот подъезд и фасад здания... Что ж о них стоит просто промолчать. Хотя в Воронеже, у Шастуна в доме, подъезд был не намного лучше, однако, там не стоял едкий запах сырости и старости, и периодически красили стены, чтобы избежать техсамых трещин и перекрасить злосчастные надписи сделанные бушующими подростками. 

 Антон присаживается на лестницу, которая ведёт на четвертый этаж и начинает ожидать. Мужчина, который должен сдать ему квартиру по всей видимости опаздывает и Шастун уже почти проклинает своё рвение заселиться, когда даже спустя пятнадцать минут он не появляется. У арендодателя отключён телефон, что становится понятно после нескольких неудачных звонков, а сообщение, как назло остаются непрочитанными. Антон уже начинает думать, что его обманули и привстаёт, собираясь уходить и затаскивать вещи обратно в лифт. Но на лестничной клетке вдруг слышится звук того самого ужасающего лифта-клетки, приезжающего на нужный третий этаж и тогда появилась надежда, что мужчина всё же пришёл его заселять. 

 — Антон? — послышался голос подходящего ближе к нему собеседника. — Ты что тут делаешь? 

 — Да вот, заселяться пришёл, — он стоит перед Арсением Сергеевичем, а тот ошарашено на него смотрит. Шастун лишь вздыхает поднимая брови, будто предвидит весь расспрос, который сейчас начнётся. 

 — Почему домой не поехал? Чего не к друзьям? — задаёт, как и ожидалось, вопрос за вопросом мужчина. — Где ты деньги взял-то в конце концов? Снова на работу устроился? 

 Парень от такого напора чуть млеет и тянет с ответом, в итоге отвечая лишь на предпоследний вопрос, опровергая своим ответом, самый последний. 

 — В долг взял, потом на работу устроюсь и верну, — малость взбудораженно поясняет тот и уже хватается за ручку своего чемодана. Он мало понимает, что конкретно здесь делает его куратор, может живёт по соседству, а может ещё что-то. Но задавать свои вопросы пока не спешит, ведь мужчина толком не разъяснившись переходит к следующим активным действиям. 

 — Так, — Арсений вздыхает и достаёт из кармана джинсов телефон, — подожди-ка немного. 

 Мужчина набирает чей-то номер и ждёт некоторое время, пока гудки закончатся и абонент возьмут трубку. Он отходит чуть дальше, так Шастун может услышать, что он говорит, но не слышит, что отвечает его собеседник. 

 — Пришёл я заселить квартиранта, как ты и просил, — начинает Арсений и в этот момент Антон лишь обреченно вздыхает помалу складывая в голове пазлы происходящего. — Вообщем можешь обратно открывать объявление и снимать бронь. 

 В этот момент мужчина поворачивается лицом к Антону и неодобрительно смотрит. Хотя может быть, смотрит он вполне обычно, но Шастуну кажется, что его взгляд пронзает тело выжигая дыры. 

 — Бери свои вещи и спуская их вниз, — обращаясь к парню произносит Арсений. — С тобой не соскучишься, — под конец он кратко улыбается и его «грозный» взгляд рушится, что малость успокаивает. Однако юноша хочет спросить для чего, ведь то, что он понимает из диалога его куратора с арендодателем — ведёт всё происходящее в иное русло от его планов. Но Арсений не обращает внимания на открытый рот Антона, продолжает вести свой диалог с другом и машет парню в сторону лифта.

 Юноша спускается на первый этаж со своими вещами, следом через пару минут прибывает и Арсений. Мужчина проходит чуть вперёд помогая Шастуну протащить вещи и натискает кнопку маленького пульта, открывая машину. Антон молча стоит и наблюдает за тем, что сейчас происходит, приподнимает брови и сглатывает ком в горле. Его округлённые глаза мечутся в немом удивление, он уж очень сомневается в правильности своих догадок или просто не хочет в них верить. 

 — Садись, — открывая перед парнем дверь машины твердит его преподаватель. 

 — И куда вы меня повезёте? — слова звучат протяжно, а голос играет в новых нотах сомнения. 

 — В лес, — сквозь невесомую ухмылку твердит мужчина, а затем уходит складывать вещи в багажник. Антон всё ещё стоит на улице не присаживаясь в салон машины, так как до сих пор не хочет понимать к чему клонит мужчина. — Я пошутил, садись давай, — он вновь машет рукой и когда Шастун всё-таки садиться, быстро захлопывает за ним дверь. 

 Арсений заводит машину и трогается с места. Антон рассматривает виды за окном, всё ещё приводя в порядок свои мысли. Они молчат какое-то время, но вскоре мужчина всё же нарушает эту идиллию: 

 — Деньги, не важно у кого ты их там взял, верни, — размеренно твердит мужчина не поворачивая голову в сторону собеседника. Он прекрасно понимал, что долги вещь очень тягучая и девятнадцатилетнему Антону в такое ввязываться не обязательно, когда на примете есть самые крайние варианты. Особенно, когда он точно знает, сколько стоит аренда этой квартиры. И пусть количество нулей не особо большое, оно всё ещё тянет студента в ненужные финансовые проблемы. 

 — Так а где я жить буду? Мне, как минимум, весь июнь некуда деться, — чуть взволнованно произносит парень. Он догадывается, что сейчас ответит мужчина, но хочет удостовериться в собственных догадках. 

 — На это есть я. Мог бы сразу сказать, а не маяться какой-то херней, — не «фильтруя» слов молвит старший. — Поживёшь у меня, как ты говоришь: «как минимум, весь июнь» 

 Антон приподнимает брови от услышанного, убеждаясь в том, что его домыслы правдивы, а решения Арсения слишком очевидны. Парень сходу пытается отговориться от всей этой авантюры, прибегнув уже даже к варианту с Лизой. Он был бы не против, пожить с мужчиной, который и так нагло живет в его голове уже хрен пойми сколько, но из каких-то личных доводов и не желания приносить неудобство соглашаться не хочет. 

 «Парадокс ебучий» — скользит в мыслях Шастуна, ведь ситуация, кажется, действительно противоречит чему-то общепринятому. 

 Такое рвение кажется ему странным, если не говорить по другому, разве должно мужчину вообще это волновать? Непременно, он его куратор, учитель, но не родитель ведь! Антон вполне может принять такое решение самостоятельно, к тому же, будучи уже совершеннолетним. Да и откуда Арсению знать, может он у родителей денег занял, а так как съехал, решил позже им вернуть, ведь они и так работают не покладая рук. Но все попытки на сопротивление остаются проигнорированы, а некоторые остаются даже не озвученными, ведь после нескольких попыток ясно — всё бестолку. Шастун отнекивается не из-за неприязни или страха, как это было ранее, сейчас он действительно не хочет доставлять неудобства. Да и в целом, мало представляет их общее проживание. В один момент их общего молчания, мысли парня уходят в сторону одной идеи: просто сбежать из машины. Дернуть ручку, разбить окно... Но в таком случае занятые в долг деньги, уйдут на обслуживание и ремонт машины, а это ненамного лучше, если не хуже.

— У меня и у самого квартира съёмная, но тебе за неё платить не придется, — сквозь улыбку произносит мужчина, а Шастун всё не может уловить и понять такого решения Арсения. Несомненно за последнее время они стали проще относится друг к другу, особенно после диалога в аудитории во время пропущенного опроса по экономике. Но разве это не было слишком... слишком нестандартно и открыто? Слишком просто, быстро и необдуманно. Ведь у мужчины свой режим, свои привычки, своя жизнь в конце концов. И так упрямо втаскивать в неё Шастуна, ещё мало кому удавалось. Кроме него самого, точно так же, когда-то давно. Арсений втягивал парня в свою жизнь, а Антон без сопротивлений поддавался, но так было раньше, а не сейчас. 

 — Может я хотя бы часть суммы от аренды буду оплачивать, так будет честно, — в надежде делает попытку Антон, до конца по-прежнему не смерившись с фактом их общего проживания. Арсений в ответ лишь странно косится на него приподнимая брови и качая головой. — Но почему? Я ведь могу спокойно устроится на работу, к тому же сейчас лето, учёбы нет. 

 Мужчина на очередной вопрос парня сильнее сжимает руль, ему сложно донести до Антона, почему он принимает такое импульсивно решение, скорее всего, потому что честно сам не может признаться в этом себе. Арсению хочется наверстать, всё то, что как песок проскользнуло сквозь пальцы за год. И кажется, что двенадцать месяцев — не так уж и много, но это время загоняет их в окову. Слишком много: потерь, событий, людей, которые успели промелькнуть за этот несчастный год. 

 Если бы не было ничего в прошлом, Шастун бы без сомнений обратился к мужчине, но сейчас, этот вариант изначально не рассматривался им, хоть и раздумывая, оказывался лучше, чем нежеланные для студента долги. К тому же, на такую крупную сумму, как оплата месячного проживания в квартире. 

 — И всё же, я ведь могу чем-то помогать. Я не намерен бестолку сидеть на вашем обеспечении! — цокает Антон, всё ещё раздражённый таким безвыходно сложившимися положением. 

 — Антон... — вместо жестикуляции мужчина наконец-то вставляет и своё слово. Точнее протяжно называет парня по имени и вскоре продолжает. — Дай мне шанс исправить то, что я сделал. Даже, если я пытаюсь изменить что-то таким странным способом, — Арсений не смотрит на Шастуна и это он делает не зря. Ведь если он сейчас столкнётся с взглядом парня, ему станет не по себе. 

 Антон неотрывно смотрит на профиль мужчины и явно замечает, как тот сейчас напряжен. Парень хмурит брови и даже приоткрывает рот, чтобы ответить что-то, но мысли уже не так хорошо складываются, а голос уже явно не прозвучит так уверенно. В один миг он понимает то, что за все четыре месяца с их встречи не мог уложить в голове — мужчина действительно сожалеет. Рвётся, мечется, принимает любые, даже самые абсурдные решения, лишь бы сократить эту неумолимую дистанцию в их общении.

 Ему жаль и теперь Шастун понимает это, даже на секунду ужасается, что не мог распознать этого ранее. Когда Арсений говорил это при их первой встрече, когда любезно приносил ему лекарства, когда просто спрашивал такое простое: «как дела?» — ему было не безразлично. А Шастун всё упрямо игнорировал, сносил на оправдания и лесть. Иногда, конечно, ощущал теплоту от нечаянных жестов и слов мужчины. Но только сейчас осмыслил, что случайными они не были никогда. 

 В дороге он ещё несколько раз оценивает произошедшую ситуацию, в действительности начиная думать, что так будет проще. Работать конечно придется, но для собственного обеспечения, а не ради возвращения долга. Рассказать об это Диме — тот с огромной вероятностью поначалу не поверит, а после придумает привычную шутку на этот счёт. Парень даже улыбается, представляя язвисто-шутливый голос друга, на новость о произошедшем событии. 

 К моменту, когда их поездка заканчивается, Антон успевает пройти все стадии эмоционального реагирования: отрицание, от неожиданности предложения или скорее принуждения к переезду. Гнев, на отсутствие его собственного выбора. Торг, во время диалога с мужчиной и мыслей о переезде к Лизе. Депрессия, которая у него прошла в искажённом виде уныния и смятения. Ну и под конец — принятие. Где-то между этими пятью стадиями у него промелькнуло и осознание, того, на что он так упорно закрывал глаза из-за страха. 

 Произошедшее было слишком неожиданным, поэтому довольно сильно потрясло парня. Если бы они действительно обговорили это с Арсением, ещё с утра, когда стояли у университета — у него была бы возможность прийти к такому решению вполне самостоятельно. А сейчас мужчина был зол или расстроен, из-за того что Антон побоялся попросить у него помощи. Конечно, всему виной то, что было когда давно, пусть и не так далеко, как моментами кажется. Но ведь сейчас всё не так плохо и после своего смирения Шастун это понимает, мысленно соглашаясь с этим вариантом и осознавая, что так станет куда веселее. Если эту ситуацию вообще можно рассматривать с такого ракурса. Но и фраза, произнесённая мужчиной с тяжестью, помогает испытать что-то невнятное. То, что словно помогает ему теперь принять такое решение, из собственного желания дать шанс. 

 Как оказалось, квартиру парень решил снять у Сергея Матвиенко, конечно он не знал этого, да и не знал особо кто он вообще такой. Зато Арсений знал, они преподавали в одном университете и были хорошими друзьями уже много лет. Сергей уехал по делам за границу и попросил своего друга заселить нового квартиранта. В этой квартире когда-то мог поселится и Арсений, в дни, когда сам переезжал в столицу. Но она была уже долгое время занята постоянными квартирантами, которые съехали только в конце весны. А в этот раз своё желание пожить в этой квартире изъявил Антон. Только парень не до конца понимал, что долг за оплату квартиры ему позже придется потом и кровью возвращать, даже своему лучшему другу, который мог бы и простить эту сумму. Шастун не любил дребезжащие темы задолженностей, поэтому никогда не просил помощи в крупных суммах. Это был первый и единственный случай, который даже сейчас выходит боком, потому что парень едет совсем не в ту съемную квартиру. 

 Квартира мужчины же находилась относительно далеко от того места, где они не так давно снова встретились. Тут уже правда и район другой и дома поприличнее. Арсений помог парню донести все вещи, а затем приоткрыл перед ним двери квартиры, позволяя пройти внутрь. Чемодан и всё к нему прилежащее затащили в зал и Антон оглядел квартиру. Здесь было весьма просторно, как минимум в зале. Сама квартира не особо большая, но уже обжитая и не такая «холодная» на вид. 

 — А вы один живете, раз так спокойно меня приволокли? — как-то двусмысленно, словно любовница из сериалов спрашивает Шастун. 

 — Один, — мужчина чуть улыбается, явно чувствуя от этой фразы такой же подтекст, — Спальня тоже одна, но в зале диван можно разложить, где спать будешь, решай сам. 

 Антон умолкает, ему бы хотелось в привычной шуточной форме, которой он набрался от Димы и пользовался в компании, ответить: «с вами», но он откладывает эту темную идею до других времён. Мужчина уходит предположительно в сторону кухни, оставляя Шастуна одного в зале. Парень обходит комнату, чуть не спотыкаясь о собственную кучу вещей. Белые стены, красивая новая мебель, какие-то картины на стенах и растения в горшках. Небольшой телевизор и шкаф с левой стороны от него. Вдоль стенки была расположена полка с большим количеством книг, а возле дивана стояла тумбочка с торшером.

— Чай будешь? — послышался издалека голос мужчины. Антон отвечает своим кратким: «да» и вскоре сам приходит на кухню.Она была не особо большого размера и все по классике: холодильник, газовая плита, шкафы с посудой и прочим кухонным хламом. Стол, несколько стульев по разным сторонам и небольшой балкон за стеклянной дверью. 

 Арсений поставил две кружки чая на стол и уселся напротив парня, это чем-то напомнило их диалог в аудитории, поэтому Шастун неосознанно ощутил дрожь по спине. 

 — Так чего ты домой не поехал, раз негде было оставаться? — возвращаясь к тому, с чего они начинали, вопрошает мужчина. 

 — Меня там не ждут, — честно, но весьма скованно отвечает парень, пожимая плечами. 

 — Чего ты так думаешь? — Арсений сдвигает брови к переносице, удивляясь такому точному, но по его мнению неверному, факту. 

 — Родители работают постоянно им до меня никогда дела не было, — равнодушно твердит парень. Он замечает, что взгляд мужчины становится каким-то тусклым, возможно, он начал переживать, но сам парень давно переболел этой темой. — Вот, а к Диме не смог поехать, как обычно это делал, он улетел на практики, вернётся где-то в июле. 

 — Как обычно? — уточняет мужчина снова смущённый уверенными словами парня. 

 — Да, я часто у него просиживался раньше, когда в Москву приезжал. Да и после переезда тоже, — глотая горячий чай поясняет парень. 

 — Понял, — кивнув головой ответил мужчина. Он пропустил многое из жизни Антона, но полностью осознавал, почему так произошло. — А мне почему сразу не сказал, я ведь не самый чужой человек? 

 Слова «самый чужой человек» даже для него звучат отстранённо. Мужчина понимает, что был не прав и на месте Антона, даже с объяснениями и оправданиями не смог бы себя простить. Да он в целом и не знал простили ли его, не спрашивал и до сих пор ничего не объяснял. Но парень не выглядит обиженным, скорее более закрытым по отношению к нему, чем когда-то ранее. Скорее всего, таким же закрытым, как в самом начале их знакомства. 

 — Я даже не рассматривал такой вариант, не хотел бы вас тревожить, — смущённо ответил тот. 

 — Ты можешь обращаться ко мне в любое время, — мужчина улыбнулся и взъерошил его волосы на голове, чуть привстав со стула ради этого жеста. — Прости, что принял такое решения, не спросив у тебя ничего, если вдруг передумаешь, то можешь съехать. Но не переживай, мне ты ничем не помешаешь. 

 Парень улыбается ему в ответ, кратко кивая головой, говоря этим: «Прощаю». Арсений выглядел, как человек которому можно доверять и он хотел бы это делать без задних мыслей. Но их общее прошлое — оно не забывалось и всё ещё оставалось чем-то отдаленным и неизвестным моментами, чем-то глубоким и тёмным. 

 Они сидят в кухне ещё некоторое время, снова обсуждая иные отдалённые темы. Обговаривают следующий учебный год и Арсений даже спрашивает о том, будет ли юноша ходить на его пары, ведь теперь они будут необязательными. Шастун улыбается этому вопросу и говорит, что подумает над этим. Если у него будет хватать времени, то он будет только рад. К тому же, мужчина всё ещё остаётся его куратором и они смогут видеться в университете и в другое время. 

 Ближе к обеду Арсений уходит из дома, сказав, что сходит в магазин за продуктами, так как теперь нужно кормить на одного человека больше, чем ранее. Шастун отказывается идти с ним, отвечая, что лучше разложить некоторые вещи. Решили, что спать он будет в зале, не выгонять ведь хозяина квартиры из его же комнаты? Ему освободили и так ранее полупустой шкаф и парень на скорую руку раскидал по полкам вещи. Обжил комнату некоторыми другими деталями: где-то расчёска, которой он почти не пользовался; где-то зарядка для телефона; но всё остальное без фанатизма. Проживёт он тут всего месяц, а потом приедет Дима и он сможет перебраться к нему. К слову о Диме, Антон роется в карманах в поисках телефона и пишет другу.

Антон: Привет, Дим, не занят?

Дима:Хай, не особо, практики нет сегодня, сижу футбол смотрю.

Антон: Не хочешь в видеочате созвониться?

Друг находился в другой стране и было бы не очень опрометчиво, звонить по обычному телефону.Через несколько секунд, получая положительный ответ, парень набирает Позова через мессенджер. 

 — Нормально слышно меня? — интересуется парень по ту сторону экрана. 

 — Да, но картинка чуть плывёт, — показывая насколько мало это заметно пальцами, отвечает Шастун. 

 — Да тут в хостеле вай-фай так себе, — качая головой молвит тот. — Покажи кстати квартиру в которую заселился. 

 — Кстати об этом, — затянуто начинает парень, — Я тебе перекину деньги обратно на карту, я в ту квартиру не переехал. 

 — А где ты тогда? — в недоумении спрашивает друг, беспокоясь о том, что он сейчас может услышать. 

 — Теперь у Арсения, — пожимая плечами бросает Антон, наблюдая за искаженной экраном реакцией Позова. 

 — Серьёзно что ли? — его глаза округляются, а со временем на лице появляется ехидная улыбка. Это именно то, чего стоило от него ожидать. — Ну-ну, удачи тебе там. 

 — Да иди ты! — беззлобно рыкает парень, прекрасно понимая ход мыслей Димы. — Ты даже не представляешь, насколько странно сложился этот переезд. К тому же, мы до сих пор не поговорили толком. 

 — До сих пор блять? — уже намного более удивлённо интересуется друг. На что Шастун лишь кивает головой. — Я думаю теперь, живя в одной квартире, точно успеете. 

 — Я на это надеюсь, — чуть отвлеченно молвит Антон. 

 Тему опускают и их диалог уходит в обсуждение какого-то футбольного матча. Точнее в основном говорит Дима, Шастун в этой теме мало разбирался. Он был намного больше падок на мьюзиклы и сегодня планировал провести вечер именно за одним их них. Из коридора слышится звуки открывающейся двери и через несколько мгновений со стуком в комнату проходит Арсений. 

 — С кем это ты там? — кивая на телефон спрашивает преподаватель. — Если не секрет.

 — С Димой, — поворачивая гаджет в сторону мужчины, где на весь экран мелькает лицо Позова, твердит Шастун. Дима машет рукой и бросает звонкое: «Здравствуйте», на что Арсений отвечает тем же. 

 — Закругляйся потихоньку, скоро обедать будем, — разворачиваясь к кухне молвит мужчина. — Но если что, можешь потом сам поесть, — спешит добавить Арсений. Сейчас он вновь осторожничает, потому что не хочет снова увидеть такую разъярённую реакцию парня. Но Антон в ответ лишь одобрительно хмыкает, а мужчина скрывается за дверью. 

 Проходит ещё около пяти минут их диалога с Димой и Шастун всё же отрывается, говоря, что, пожалуй, действительно стоит заканчивать диалог. Друг соглашается с ним, зная, что помимо футбола у него есть и другие дела и лишь быстро рассказывает историю которую начал до конца. 

 — В общем, с новосельем тебя, — с смешком произносит друг в конце. — Счастливых вам голодных игр, и пусть удача всегда будет с вами, — цитируя строчки фильма произносит Дима. Антон смеётся и попрощавшись сбрасывает трубку. 

 Немного смутно ощущается вся сложившаяся так неожиданно ситуация, парень живет со своим преподавателем, к тому же куратором. Живет с когда-то его вожатым и по сей день неравнодушным ему человеком? Пусть это и не на всё время, наверное стоит сказать, что обдумав всё, он даже чуточку счастлив. И не смотря на недоговоренность, о которой он снова вспоминает после диалога с Димой, просто надеется, что они скоро это исправят, что откроются друг другу и что всё окажется не так страшно, как парень сам думает. Иногда человеку нужен толчок, людей или обстоятельств, которые подтолкнут его в нужную сторону к новым решениям. Сегодня этим толчком стал Арсений, а Шастун, впервые не избежал попытки мужчины исправить что-то.