Только попробуй бросить меня!

История была написана и придумана за один день, чтобы отойти от тяжелого, закрученного сюжета и освободить голову. Так что серьёзно к ней относиться не стоит) 

Я бежала на первый этаж, когда нога соскользнула сразу на две лесенки и моё бренное тело покатилось вниз. Сегодня приезжает мой придурковатый брат, но не ему адресовано моё счастье, а его лучшему другу. Они просто не разлей вода, иногда их путают с братьями. В детстве мы постоянно были втроём, Матвей приходил к нам поиграть в приставку, а брата заставляли со мной нянчиться. Так я и росла, для начала казалась прилипшей к одному месту жвачкой. Малявка, за которой нужен глаз да глаз, которая тащилась за мальчиками куда бы они не пошли, и плакала если те не брали её с собой гулять.
Время шло, я становилась взрослее и уже не подлизывалась к пацанам, не просилась гулять вместе с ними, они уже словно по привычке брали меня с собой. Вместе пьяные тащились по домам, вместе смотрели фильмы и обсуждали глупых поклонниц мальчиков. Ах, какие были временна... Но всему хорошему суждено кончаться. Глеб (а именно так звать моего недалёкого братца) беспросветно влюбился и переехал в другой город, так как любовь всей его жизни училась именно там и её не удобно было постоянно приезжать на родину, чтобы увидеться с Глебом, а потом катить обратно, на учёбу. Познакомились они специфично, почти на похоронах... Её родители умерли в автокотастрофе, и она приехала в родной город на их похороны. Брат нашел её рыдающей на богом забытой лавочке. Вся промокшая под дождём и упитанная горем она не могла нормально мыслить и оценивать ситуацию. Так брат отмыл, отогрел и поставил на ноги девушку, за что она ему очень благодарна. В общем Анюта оказалась очень хорошей и забавной, виделись мы всего раз, до отъезда.
Разлуку с Глебом, я бы как-нибудь пережила, в принципе мне стоило вспомнить все его косяки, как сразу же становилось легче, но, когда выяснилось, что Матвей едет с ними, что-то внутри меня ёкнуло. Неужели они оба оставят меня одну, он оставит меня?! Тогда я только открыла для себя новые чувства к Матвею и не понимала, как он мог оставить меня... Я ушла в себя, стала закрытой, начала бухать, не жалея нервы родителей, и много думала. Получается, я для него просто сестрёнка лучшего друга, над которой можно посмеяться и ничего больше?

Год назад я поняла, что чувства не взаимны. Но я, Софа, убивала бы свою жизнь по парню и неразделённой любви?! Да фиг там, уже через месяц на радость родителей пришла в норму, смирилась с чувствами. Долгая разлука пошла на пользу, и они медленно, но, верно, угасали. Мы даже пару раз переговаривались по скайпу, и я вроде бы особо ничего не ощущала, так, лёгкую тоску. Всё наладилось и стало как раньше, мы остались друзьями, я взяла вверх над чувствами, осталась лишь небольшая обида, что они так просто меня кинули.
Потирая ушибленную пятую точку, я приняла папину руку, под ругательства матери, за мою неловкость. Вчера выяснилось, что брат со своей женой приезжает нас навестить, и естественно Матвей будет с ними. Я была просто в шоке и не могла уснуть всю ночь. Оказывается, очень ждала, чтобы снова увидеть их лица, погулять вместе, посмотреть сопливые фильмы или какой-нибудь боевик. Мне этого та-аак не хватало. В полночь я поклялась, что не дам волю сердцу, запру непрошеные чувства на замок, дабы не потерять бесценную и такую нужную мне дружбу.
Сейчас, уже почти совершеннолетняя, и вся такая красивая, непривычно женственная, в красном платьице, стою возле двери и жду пока сюда зайдут дорогие гости. Первого декабря, а именно через месяц мне исполнится восемнадцать. И я твёрдо решила, что переберусь учиться куда-нибудь поближе к брату. Правда родители еще не в курсе. Покосилась на нервных папу и маму, и пошла выпить водички, когда дверь с таким родным хохотом открылась. Я резко разворачиваюсь на 360, и вижу их. Глеб обнимает счастливую Аньку, а Матвей... К Матвею прижалась какая-то рыжая особа. Сердце невольно сделало кульбит, к этому я была явно не готова.
– Ма, Па, привет! Мы тут с лишним грузом! – весело заржал брат.
– Здравствуйте! – спокойно, но с улыбкой поздоровался Матвей. – Дядя Слава, Тётя Катя, знакомьтесь, это – моя невестка, Арина! – Только не это, только не эта! Ой-ёй, я совершенно, абсолютно к этому не готова! Перемотайте плёнку, я не должна стоять здесь!

***

Пью виноградный сок и стараюсь удержать поток молний из глаз. И это точно не из-та того, что все пьют красное вино, а я хлебаю сок. Нет, я уже давно бросила пить и курить, мне совсем не завидно. Но меня совершенно точно бесит эта сладкая парочка! Сколько я давила эти пакостные чувства, как долго топтала их ногами и переходила через себя, чтобы за несколько секунд всё это рухнуло! Стоило только увидеть, как к Матвею липнет какая-то рыжая мымра, мне захотелось зашипеть, запрыгнуть к парню на спину и отбиваться от всех наманикюренными когтями, лишь бы не трогали моё! Как же я влипла, за что жизнь так жестока ко мне? Я уверенна, что выдержала бы его присутствие, будь он один. Гораздо тяжелее же смотреть как он лижется с этой бестией в гостевой, забыв закрыть дверь. И я не подглядывала, а просто проходила мимо! Что мне теперь по собственному дому походить нельзя?

– Ох, Глеб, Матвей, какие вы уже стали взрослые! Каких девушек замечательных нашли... – Ну с этим я готова поспорить, у Матвея ужасный вкус... – Вот только про стариков совсем забыли! Целый год пропадали, думайте видеосвязи нам хватает? – Жаловалось мама.

– Да-а, телефон нам огород не перепахает и картошку не соберёт... – мечтательно закатил глаза папочка. Все засмеялись, а мне что-то было не весло. Рабочая сила уменьшилась, свободного времени стало меньше... Все обязанности брата разделились на нас с папой. Затопить баню, наколоть дров, огрести огород, помыть машину, а мама в свою очередь всё свободное время работала по дому и готовила кушать.

– За то сестре лишняя работа пошла на пользу, вон какая фигуристая стала. – Анька ткнула брата в бок.

– Глеб, Софа всегда была очень красивой, не говори глупостей! – Я мысленно поблагодарила Анюту. Она в отличие от пацанов всегда видела во мне девушку, а не глупого ребёнка.

– Да, Софка у нас совсем красавицей стала, когда успела только – С тоской заметила мамочка, разглядывая меня. От голоса Матвея у меня пошли мурашки.

– Заниматься начала, мне говорили на танцы ходишь. Мальчик появился? – усмехнулся "друг".

– Я хожу на танцы, только по тому, что мне это нравиться, а не ради мужиков. – Тут я даже почти обиделась. Мне действительно нравилось танцевать, следить за собой и выглядеть привлекательной. Но делала я это точно не ради пацанов, а ради себя. Ведь так прекрасно, когда тебе нравиться твоё отражение в витринах, когда можешь спокойно одевать бикини и не париться из-за складок, когда подружки фыркают тебе в лицо, и говорят, что просто с генами повезло, не зная сколько труда на самом деле было вложено в это тело... О нет! Я схватила телефон со стола и посмотрела время. Пол 9, блин блинский! Опаздываю!

– Софа, куда ты? – запротестовала мама?

– Я на тренировку опаздываю!

– Стой! – крикнул Матвей. – Давай подвезу, за одно и посмотрим, насколько ты преуспела в своём деле.Ева, Арина и Глеб согласно закивали. Я гордо хмыкнула и вернулась. Выпендриться перед нравившимся парнем? Это я всегда готова!

– Окей, только не забудь придерживать челюсть! – Кухня наполнилась смехом. Я подхватила свою любимую чёрную бейсболку с цепью и направилась в комнату, переодеваться.

Я не ходила на обычные танцы, где был какой-нибудь педагог, который загонит тебя в рамки коллектива. Свою команду мы собрали сами, выбирая только самых крутых и умелых девушек. Никто в нашем коллективе не был главным, тут не было правил, мы танцуем что хотим и делаем то, что нравиться. Всего нас шестеро (с учётом прекрасной меня), тренируемся мы на всеми забытой заброшке, снимаем клипы, участвуем в конкурсах и часто танцуем на улицах. Сегодня был как раз-таки такой день, мы поставили номер под бешеный музон и хотим зарядиться эмоциями людей, поделиться с ними энергетикой и срубить немного денежек. Танец получился, как обычно, дерзким, но в этот раз ещё и страстным. Что-то у нас в последнее время разыгрались гормоны, подталкивая нас на игривое настроение, но это только на руку. Публика любит шум и перемены!

Итак, в моём гардеробе мало женственного, всё чёрное и иногда красное. Чтобы одеть? Порывшись в шкафу, я отрыла чёрные, кожаные леггинсы и красный топ, от которого до шеи доходила чёрная сетка, в целом он прикрывал только грудь. Поразмыслив, взяла любимую рубашку, она была на половину красная, на половину... Интрига... Чёрная конечно же. Накинула её поверх топика, думая о том, как эффектно она полетит вверх во время танца. Расчесав блестящие короткие волосы, я намалевала губы красной помадой, и нанесла румяна на бледную кожу, подкрасила и без того длинные ресницы, затем нарисовала свои фирменные, большие стрелки. На нос прицепила палёный пирсинг. Мама и от него была в шоке, молчу про настоящий. Папа же ржал, но ничего против не имел. "Подумаешь, козявка висит, модно же!" Вспомнив его фразу, я начала рассматривать железку, даже отошла от зеркала, чтобы посмотреть, как выглядит из далека. Да не, вообще на сопли не похоже! Стукнув себя по лбу, я одела кепку, пригладила волосы и выдохнув отправилась к выходу. Там уже ждала вся компания. Невольно задержалась на заинтересованных глазах Матвея.

– Опаздывает она, ага. Пол часа намалёвывалась! – Запротестовал Глеб.

– Вообще-то всего 15 минут, девочки у меня классные, поймут и простят. – Я перевела взгляд на Арину и столкнулась с её глазами, полными невысказанного негодования и протеста. Осторожно дамочка, выпадут – чуть не сболтнул мой шаловливый язык. Тем временем рыжая бабенция сглотнула и в тихом ужасе прошептала.

– Ты... Так пойдешь?.. – Я чуть не заржала как самый настоящий конь. Ну да, её закрытое, почти в пол платье, никак не сочеталось с моим топиком. Уверена, такими темпами она и паранджу носить станет.

– Да, я всегда так хожу. – Невинно пожала плечами. – Точно нормально? А то я переживаю недостаточно артистично для выступления. – задала я риторический вопрос Арине, поджав губы, тем самым сделав страдальческую гримасу. Мама зашипела на меня. А что я то? Она первая начала! И вообще задала очень некультурный вопрос...

– Ты рубашку застегнуть забыла, лифчик видно. – Признался Матвей и улыбнулся. Ох, ради таких ямочек я готова вообще этот "лифчик" снять... Чувствуя, как к щекам приливает кровь, я отвернулась, взмахнув каре и пошла на выход. Подметила и немного злую Арину.

В центре собрались все пять моих красоток. Привычно завизжав как курочки, мы кинулись обниматься.

– Мы уж думали ты кинула нас! – Подняв брови, пожаловалась Мира. Самая умная из нас, но от того не менее талантливая. Хлопнув в ладоши, мы спрятались под ёлками, чтобы пока что не привлекать лишние внимание. Быстрая растяжка, мысленный пробег по номеру. Привычное волнение и дрожь в коленях, кровь кипела. Сколько бы не выступала, страх всё равно есть, но это только раздразнивает и придаёт сил. Марта, местный клоун, так её обычно называют, уже вовсю настраивала колонку, она хоть и казалась довольно большой, но не являлась особо тяжелой, а звук был просто волшебный. Вот мы и таскаем её постоянно. На весь центр полилась громкая, но пока ещё медленная музыка. Народ начал собираться, моя компания же оказалась в первых рядах. Танец мы взяли из фильма " Валериан и город тысячи планет" выступление Рианны. Долго разучали его, потому что там у девушки была способность менять образ, мы же должны станцевать всё в одной одежде, но только так, чтобы зритель точно понял к чему всё это. Тяжелая задача, но разве это повод останавливаться?

Начала кокетливо завывать музыка. Шестеро девушек, цокая каблуками встали на позиции. Резко развернувшись и сев в плие, будто на импровизированный стул, мы повернули головы к зрителям, загадочно улыбнулись и сбросили свои кепки. К мелодии добавилось пианино, втягивая зрителей в нашу игру. Развернулись, отбрасывая воображаемый стул. Взгляд в даль, прогиб и обзор на глубокий вырез. Слегка помяли грудь, не пошло, а экстравагантно, мы предпочитали думать так. Встав боком, повторили прогиб три раза, локти в сторону, затем более быстро еще столько же (помню на репетиции долго старались быть похожими не на бешеных куропаток, а хотя бы на шаловливых курочек в этом элементе). Плавно на прямых ногах мы нагнулись до земли, касаясь её ладонями и медленно встали на руки, раздвигая ноги в разные стороны, весьма пикантно выставляя на показ мягкое место. Должна сказать выглядело эффектно. Стойка на руках перешла в мостик, потом снова в плие. На носочках стали двигаться словно волны, качаясь в разные стороны, вверх, в сторону, вниз, вокруг головы, гипнотизируя руками, мы продвигались вперёд, заставляя толпу отойти. Резкий прыжок и стойка в струнку заставила людей вздрогнуть. Взмахнули руками словно срывая себя одежду (с меня же полетела рубашка). Сейчас нам нужно было сыграть медсестру-проказницу. Мы достали из карманов гламурный розовый стетоскоп и повесели на шею. Мельком удивившись ритму нашего сердца, посмотрели на прибор наигранно-круглыми глазами и приложили ладонь ко лбу, пробегая небольшой круг на месте. Поделившись на пары, согнули одну руку в локте и отставили её в сторону, выпячивая свою грудь, другая конечность делала вид что мы выслушиваем биения сердца у друга друга. Кокетливый вскрик переливающейся в стон, для эффекта удивления слегка подпрыгнули, и взмахнули руками. Мамы с детишками уже разошлись, остались только самые смелые и... И холостяки. А мы продолжали танец. Дальше должен быть отрывок на шесте, но у нас такой возможности не было, поэтому обходились без него. Вновь опустились к земле, в этот раз закидывая лишь одну ногу к верху, заставляя голодные взгляды полакомиться. Взмахнув ею мы подпрыгнули, полностью вставая на руки, и вновь развели ноги, плавно убрали левую руку, переключая весь вес только на правую. Толпа ахнула. Есть, впечатление произведено, а в наши кепочки капают деньжата. Но это только начало... Старясь держать равновесие, я поставила левую руку назад и сделала Сальто назад, после приняв кокетливую позу. Девочки же намеренно отстали, словно копирую мои действия. Сейчас я могла хорошо разглядеть нахохлившуюся Арину, тупо улыбающегося Глеба, гордую, но довольную Аню и любимые глаза, с интересом выглядывающие из прищура. Это вновь вскипятило кровь, заставляя её бурлить и не останавливаться. В мелодии послышалось веселое, девчачье "ля, ля-ля, ля-ля." Сняв с шеи аппарат, мы натянули его словно ремень. Взгляд из-под ресниц заменили самоуверенные глаза и милая улыбка с ямочками. Взмахивали и кружили стетоскоп для начала вокруг тел, затем подняли одну ногу вперёд, стетоскоп слегка обмотал ножку, чтобы он не соскользнул, согнули колено, затем резко отпустили ногу вниз, заставляя, специально сделанный длиннее чем обычно прибор, скатиться к щиколотке и обвиться вокруг неё. Начали прыгать через оставшейся торчащий кусок кнута, раскручивая его одной ногой, а другой перепрыгивая. Быстрый взмах, стетоскоп летит вверх и один его конец приземляется во вторую руку. Теперь у нас есть самая настоящая скакалка. Отойдя на приличное расстояние друг от друга, мы начали прыгать через неё назад и слегка вбок, чтобы не коснуться друг друга. Синхронность завораживала, и зрители застыли раскрыв рот. Последний прыжок был уже не через одну ножку, а две чтобы эпично закончить это движение. Плавно скользнули одной ножкой, уже в другую сторону и взмахнули руками. Снова встали боком и присели, закручивая "скакалку" в коленях. Создавая некий обруч и не переставая его крутить, медленно, в контраст быстрым движениям ног, подымали руки к голове. К музыке добавилось какое-то запевание, на вроде бы индейский лад, но исчез детский хор. Прибор отлетел в сторону. Быстро взмахнули ногой и прижались к ней рукой, сбивая школьный настрой, сгорбились сгибая локти и выгнулись разгибая их в стороны и ставя ногу на место, это движение было схоже с первым ( в том, где мы изображали курочек-кокеток), только в этот раз мы по очереди наклонялись то к левому плечу, то к правому, делая что-то вроде танца живота, ещё он было резче, этому способствовала и музыка. Выпрямившись, согнувшись влево и подпрыгнув на лету прижали ногу, что впереди, к груди, а руками рассекая пространство крутанули себя на 360. Почувствовав под ногами землю, мы словно поклонились ей, образовали круг, и как бы выполняя какой-то шаманский ритуал, на полусогнутых ногах потянули руки к небу, тряся пальцами и бегая по кругу. Завывание прекращается, заменившись на ритм 80-х. Озорно улыбнулись, выпрямились, ставя одну руку на талию, а другую пару раз протолкнули вверх, возвращая указательный палец к противоположному боку, затем назад к звёздам, выполняя популярное движение в стиле диско. Развели руки и начали кружиться, как снежинки, исполняя тяжелые пируэты, и постепенно красиво собирали руки к талии, словно Барби. Закончив, я сильнее натянула улыбку, стараясь унять лёгкое головокружение, вновь пошёл повтор первого движения: рука в бок, рука к звёздам. Дальше в фильме идут трюки с обручем, который тут мы подвесить не можем. Об этом тоже позаботились и умело обрезали музыку. Близился конец. Под плавное переливание, ритм становился всё тише и тише, мы отвернули головы и так же не торопясь сели на шпагат. Раздался негромкий взрыв, под который шесть девушек вновь обернулись к людям улыбаясь во все тридцать два. Хлопок, ещё один хлопок, и вот вся отмершая публика начала хлопать и завывать.

– Офигеть сестра! Ты поосторожнее, видела бы как на вас пялятся мужики...- Первый подошел Глеб, обнимая Аню.

– Видела. – Усмехнулась под счастливые выдохи девочек.

– А родители знают какими танцами ты занимаешься? – Скептически выгнула бровь Арина, сложив руки на груди. Что, завидно? На мою радость Матвей прицыкнул своей невестке, но я всё равно ответила.

– Догадываются, но ты увидела что-то незаконное, о чём им бы стоило волноваться? Гимнастика теперь по запертом?

– Арина просто переживает, не кипятись. – Будто почувствовав неладное, брат положил руку мне на плече.

– Я понимаю.

– Ну, мы катим домой или может куда-нибудь ещё? – Спросила Анна. Ещё три подружки, Наташа, Диана и Жанна вышли из толпы, отмахиваясь от пацанов и встали рядом с двумя сёстрами, Мирой и Мартой.

– Есть одна идейка – В унисон сказали девки. Марта продолжила.

– Тут неподалёку есть один клуб, где нас впустят без приглашения. Туда пешочком дотопать можно, в машину всё равно все не влезем. Переглянувшись, мы согласно кивнули. Правда Арину пришлось немного уламывать, хотя я не понимала зачем. Не хочет, пусть шурует куда-нибудь, желательно не в мой дом...

Клуб поприветствовал нас шумом популярной попсы, запахом алкоголя и толпой. Сев за вип-столик (не без помощи друзей Миры и Марты), мы заказали пару коктейлей, мальчики взяли виски со льдом. Бее, после моего месячного запоя, я и алкоголь, это – разные миры. Подмигнув мне, Анька утащила всех на танцпол, заранее зная, что Матвей не любит танцевать.

– А ты чего не идешь? – Словно для приличия спросил дружок – Матвей.

– Натанцевалась...

– Ты так изменилась, даже волосы вон обстригла. Как ты вообще? – Я пожала плечами.

– Да не изменилась почти, разве что стала серьёзно заниматься танцами, и да, подстригла волосы. – Упустила момент, что я просто проспорила, будучи бухой и отрубила их осколком от бутылки... Заиграла знакомая песня, ритм танцпола изменился, люди начали двигаться в такт музыки, медленно и страстно. Я по привычке начала пританцовывать.

– Потанцуем? – Сердечко забилось как башенное.

– Ты же не танцуешь?

Он уже не слушал меня, по-собственнически схватил за локоть и потащил на середину зала. Прижал за талию, ближе, к горячему телу и мы медленно, словно пробуя эту близость на вкус и запах, начали двигаться. Чем дольше играла песня, тем более близкими и раскрепощёнными становились движения. Он кружил меня, обнимал, я подпрыгивала, на лету делая шпагат, прижималась к нему, в бешеном водовороте звуков и чувств. Мы явно наслаждались близостью, и это сводило с ума. Не заметили, как на танцполе стало больше места, а когда песня закончилась все начали улюлюкать.
Придя за столик, Арина отодвинулась от Матвея и скинула с себя его руку. Огошеньки, обидки пошли. Всё складывается даже лучше, чем я ожидала.
Предупредив брата, мы с подругами вышли из-за стола и направились в закулисы. Марта и Мира сразу предупредили нас, что нужно будет станцевать старый, добрый "Макарена", и тогда все коктейли сегодня наши, как и пропуски в клуб. Мы только за, особенно я, ведь можно на халяву поесть, а уж станцевать этот танец было проще простого. Одев радужные парики, короткие юбки и шорты, всяких ярко-кислотных цветов, нацепили различные браслеты, Мира и Марта даже очки-черепашки нацепили. Сделав несколько фото и немного поржав, отправились на сцену. Подождали пока нас объявят, и выбежали вперёд, высоко закидывая ноги за собой. И пошло-оо. Это было нечто, мы смеялись и не сдерживались. Народ верещал, люди вблизи даже повторяли, втягивая других в движение. Боже мой, мы веселились словно маленькие девочки на дискоче, но даже так делали всё синхронно и красиво. Особенно классно у нас получалось крутить попами, это мы умеем.

Выходили со сцены, когда музыка все ещё шла, не прерывая танца. Люди расступались, что-то кричали и даже шли за нами, пока шесть девушек не потерялись в толпе.
Возвращались мы за стол безумными и позитивными. Решили не переодеваться, так как выйти из образа нам было уже тяжко.
– Ха-ха, ты видала как народ повторял за нами? У меня аж мурашки по коже, смотрите! – Я жестикулировала руками в разные стороны, пытаясь передать свои ощущения, под хохот девочек. Наши улыбки медленно сходили с лица, когда заметили за столом только Глеба с Аней.
– Брат, аа...
– Поссорились, пошли мириться. – Не двусмысленно потёр макушку братец.
– Ясно. Блин, мне же нужно зайти к однокурснице и забрать у неё тетрадку, не сдам – препод убьёт! – Надеюсь мне поверили, потому что я уже никого не слушая, мчалась вперёд, позабыв об одежде.
Даже думать было мерзко, о том, как они будут "мириться". Мне очень хотелось остаться наедине с собой, так что, засунув наушники в уши и прихватив Наташкин скейт (она позволяет), покатила на нашу заброшку. На глазах застыли слёзы. Надо привыкать, я что же, буду вены резать, когда у них дети родятся? На этой мысли всё и пошло не так, как надо было. Я начала откровенно рыдать, слыша всхлипы даже через песню и не видя тёмную и мокрую от дождя дорогу. Поскользнувшись, не очень удачно упала на мягкое место, благо реакция позволяла, и я подставила руки, царапая их в кровь об асфальт, за то спасая голову. Тело болело от долгих танцев, душа от ужасного с ней обращения. Упала на дорогу наплевав на холод, грязь и прочее. Представив, что со стороны я выгляжу как плачущий клоун, сквозь рыдания начала смеяться. Ну вот, теперь ещё и на сумасшедшую похожа... А может у меня и правда того самого, с головой не в порядке? Тогда это многое объясняет и мою любовь к бесчувственному парню-ледышке тоже. Никуда я уже не поехала, а до дома добиралась пешком, так как ехать было уже слишком опасно, тем более в моём состоянии. Залезла через открытое окно на кухне, так как дверь была слишком скрипучей. И застала саму рыжую бестию за пожиранием моего мюсли. Ну капец просто, не девушка, а хомяк какой-то... От неожиданности и моего вида девушка вскрикнула
– Да тише ты! Всех крыс перепугаешь...
– К-каких крыс? – Девушка явно не понимала шуток... В голове созрел план, как поднять себе настроение.
– Как каких?! Матвей тебе не говорил? Так у нас крысы завелись, большущие, что жуть, у меня под кроватью всё в мышеловках вон! А вы мышеловки не проверяли?
– Не проверяли... – Заскулила Арина. А я начала привыкать к этому блаженному вкусу мести.
– Ну ничего, завтра скормим...
– Скормим?!
– Да тише ты, говорю выползут сейчас, как спать потом будем? – Девушка закивала головой. – Так вот, у нас у соседей собака есть, чихуахуа, Аидом звать. Так мы ему этих крыс и подкидываем, хочешь завтра вместе посмотрим, кровь, кишки, аж смешно! – тихо захихикала я – Смотрю обычно, и думаю, что это им карма за все бессонные ночи. – Смачно откусила огурец и закончила свою байку. Аринка молчала, а глаза так и вываляться. Нечего на чужие батончики посягать! По лестнице спустился Матвей, в одной футболке и боксёрах, я отвернулась.
– Вы чего тут... Господь, Софа, ты с какой войны? Арин, ты не видишь, что ли?
– А, Матвей! Крысы! – Тут я не удержалась и прыснула.
– Какие крысы? - Нахмурив брови спросил Матвейка.
– Под кроватью, мышеловки проверить надо! – Я уже валялась на полу так и не дожевав огурец.
– Арин, не там никаких мышеловок и тем более крыс. Иди спасть. – Рыжик ушёл, а я старалась подавить смех перед разносом. Он подошёл и до боли сжав мой локоть, поднял с пола.
– Ты под чем-то? - Бессовестно стал разглядывать мои глаза.
– Отпусти придурок, мне больно! Я спать хочу... – Услышав меня, он ослабил хватку, но не отпустил.
– Шесть утра, а ты шляешься не понятно где! Хорошо, что твои родители не проснулись, и не застукали тебя. Ты хоть представляешь, как мы волновались?! Где. Ты. Была?! – Рявкнул Матвей, а я едва удержала новый порыв слёз.
– В Караганде!
– Софа, так не делают!
– А как делают?! Бросают подруг в клубах, так делают?!
– Я тебя не бросал, Глеб с Аней остались! И ты прекрасно понимаешь почему я ушел...
– Понимаю, и даже вижу, хорошо помирились, раз её жрать приспичило! – Я вырвалась из ослабшего захвата и побежала в комнату.
Сняв с себя колючий парик, побрякушки, платье и туфли, упала на постель в одном нижнем белье. Ну вот не знала, что он за мной попрётся!
– Со-оф. – Я взвизгнула и спряталась под одеяло с головой. – Ой, блин, прости...– Почувствовала ка прогнулась двуспальная кровать. – Ну вылезай... Знаешь, как я соскучился? Прости что накричал, переживал просто, ещё Арина со своими истериками... – Ну вот как, его такого сладкого, ненавидеть? Я тихонько высунула из-под пледа голову, он нежно улыбнулся, показывая такие нужные ямочки. – А давай фильм посмотрим? – Он схватил пульт и включил телек, а я улыбнулась. И как в секунду из убитой девушки можно превратиться в самую счастливую? Очень просто, я же Софа!
– У меня фильм один скачан уже как раз! – С воодушевлением вспомнила я.
– Замечательно! Впустишь? – Без смущения, ну почти без смущения, распахнула одеялко и впустила Матвея. Он положил мне руку на плече и прижал к себе, тело отозвалось дрожью. Так как в детстве уже не будет... Мы запустили какую-то диснеевскую сказку. Знакомый логотип обещал, что мы волшебно проведём вечер... Утро.
Я уже совсем не думала про поступки героев и коварство злодеев, когда он начал поглаживать мою руку. Я для начала замерла, и даже перестала дышать. Вдруг он перепутал меня с Ариной? Но хоть сейчас мне хотелось забыться, впервые пойти на поводу у чувств, и я пошла, а точнее придвинулась. Вжалась в мускулистое тело, вдыхая его аромат и сплетая наши ноги.
– Софа-а- Почти простонал парень, а я стала еще счастливее. Значит он совсем не думал о своей невестке, а был со мной? Улыбка вновь стёрлась. Или своими действиями я заставила его вернуться на землю? Так, если я опять разведу тут сопли будет не хорошо, надо собраться... Я лишь на секундочку коснулась носиком его тела, чтобы получше прочувствовать его запах и запомнить, как он с тихим рыком перевернул меня на спину и навалился сверху.
– О-оой, М-матвей, ты чего?
– За свои действия надо отвечать! – Он наклонился и поцеловал меня в ключицу.
– Что я сделала то? - Спросить вышло только шепотом.
– Всячески провоцируешь и соблазняешь меня, весь грёбаный день! – Провёл ладонью по талии.
– И никого я не соблазняю, что ты напридумывал?!
– Да-а, ты себя видела?! А эта одежда? Ты хоть знаешь, о чём говорят мужики, видя тебя? – Скользнул ниже и остановился на бёдрах сжимая их.
– Пусть говорят, подумаешь...
– Я расстался с Ариной, завтра она уезжает.
– Что? – Это у меня глюки начались?
– Я расстался с Ариной и завтра она за мои деньги уезжает обратно. А я остаюсь, планирую купить квартиру и переселить тебя туда, чтобы каждый день смотреть телевизор, потом пожениться, завести детей и разжиреть. – Я начало нервно смеяться.
– Ты спятил, вы же жениться хотели...
– Соф, она была лишь заменой тебя. – Он нежно заправил прядь мне за ухо. – Я так скуча-ал, как полный кретин бросил тебя... На самом деле просто не понимал, насколько ты мне важна, думал это лишь увлечение, привязанность, а потом дошло, что хочу с тобой разжиреть.
– Вот только разжиреть? – С обидой переспросила Матвея. Он лукаво усмехнулся.
– О-оо, и много-много чего ещё... Например вот это...– Его ладонь скользнула в мои кружева. Я ахнула.
– Это мне определённо нравиться больше...
– Иди сюда!
– Только попробуй бросить меня! – Прошептала в губы любимому, перед тем как на него накинуться.
А дальше мы как можно тише "мирились"...

***

Сегодня 2 декабря и после моего 20 дня рождения мы решили закатить ремонт.
Закидывала в корзинку уже третий плед подряд, на этот раз он был очень супер-пупер-пушистый, чем другие, но и те два тоже невероятные, так что я не могу их тут оставить.
– Соф, вот скажи мне, зачем тебе столько, не спорю, этих замечательных пледиков? Ты же всё равно постоянно скидываешь с себя все покрывала, во время сна... – Протестовал Мотя, толкая тележку.
– Так это что бы ты меня укрывал, думал всё так просто?
– С тобой никогда просто не бывает. И ты опять одела эти ужасно-короткие шортики, ради бога носи их дома, я же замучаюсь отбивать от тебя мужиков.
– Матвей ты или не Матвей? Совсем сопляком в последнее время стал, ноешь и ноешь. Тоже беременный что ли? – Он поднял меня словно пушинку.
– Это я то сопляк, я, то ною?! Да ты вспомни как...– он приземлил меня на пол. – Погоди ка... В смысле беременный, в смысле тоже?
– Ну и тугодум же ты... – Я направилась вперёд к прилавкам, скрывая своё красное лицо.
– Соф, подожди. – Он выглядел растерянным, но улыбался. Стало немного легче. – Правда беременна?
– Нет Матюша, я это, прикольнуться решила... – Попыталась пошутить, но вышло не очень.
– Хахаха, Соф, господь, как я тебя люблю! Нам осталось только родить и разжиреть!
– Да что ты пристал со своим " разжиреть"? Даже не думай, что я растолстею и брошу танцы! Вот рожу тебе тройню и поеду в Голливуд!
– Эх, а я так надеялся...

Конец.