Движение вверх/Русская американка

— По­верить не мо­гу, зав­тра мы уже бу­дем ле­теть в мои лю­бимые Шта­ты! Мне столь­ко вам на­до по­казать, Вла­димир Пет­ро­вич да­же раз­ре­шил мне пос­вя­тить один день ис­клю­читель­но куль­тур­ной прог­рамме и про­гул­кам по го­роду! — По­лина хо­дила по спаль­не в квар­ти­ре Па­ула­ус­ка­са взад впе­рёд, вы­удив из шка­фа бас­кетбо­лис­та фут­болку и на­дев ее на се­бя, и во­оду­шев­ленно рас­ска­зыва­ла о пред­сто­ящей по­ез­дке ре­бят. Ли­товец вы­шел из ду­ша с по­вязан­ным на бёд­рах по­лотен­це и взъ­еро­шил чуть влаж­ные во­лосы.
— Ма­лыш, хва­тит тут ска­кать, со­седей раз­бу­дишь, и ты опять заб­ра­ла мою фут­болку? Да­вай ку­пим те­бе одеж­ду, ес­ли не хва­та­ет — но ат­летка лишь по­виса­ет на его шее и улы­ба­ет­ся.
— Мо­деч­ка, мне прос­то нра­вит­ся хо­дить в тво­ём, так пах­нет вкус­но тво­им оде­коло­ном, у­ют­но, да и ты всег­да мо­жешь заб­рать своё об­ратно — на это спорт­смен до­воль­но ух­мы­ля­ет­ся и це­лу­ет брю­нет­ку, под­хва­тывая под яго­дицы, ког­да она об­ни­ма­ет его но­гами.
— Лад­но, хо­ди раз так — сог­ла­ша­ет­ся ли­товец, пог­ла­див По­лю по тем­ной ма­куш­ке, и са­жа­ет на кро­вать, по­ка сам под­хо­дит к шка­фу и оде­ва­ет­ся. Удов­летво­рён­ная от­ве­том, де­вуш­ка за­бира­ет­ся под пу­шис­тое оде­яло и ус­тра­ива­ет­ся по­удоб­нее. Вско­ре Мо­дес­тас ло­жит­ся ря­дом, и По­ля тут же при­липа­ет к сво­ему бас­кетбо­лис­ту, за­кинув на не­го од­ну но­гу. Ру­ка ли­тов­ца креп­ко об­ни­ма­ет де­вуш­ку, при­жав к се­бе.
— Спо­кой­ной но­чи — ат­летка под­ни­ма­ет го­лову и тя­нет­ся к гу­бам Мо­дес­та­са.
— Слад­ких снов, ма­ляв­ка — он от­пе­чаты­ва­ет на ее гу­бах по­целуй с до­воль­ной ух­мылкой, а По­ля лишь за­каты­ва­ет гла­за, рас­плы­ва­ясь в улыб­ке. Де­вуш­ке нра­вит­ся за­сыпать в об­нимку с Мо­дес­та­сом. Нра­вит­ся чувс­тво­вать се­бя за­щищён­ной и спо­кой­ной в его креп­ких ру­ках. Нра­вит­ся тас­кать его ру­баш­ки и фут­болки, так как иног­да он на­чина­ет не­доволь­но бур­чать на сво­ём ли­тов­ском, но по­том все рав­но раз­ре­ша­ет.

Ран­нее ут­ро, бас­кетбо­лис­ту при­ходит­ся вста­вать в семь трид­цать, что­бы ус­петь одеть­ся, по­зав­тра­кать и дой­ти до Двор­ца Спор­та. Внут­ренние ча­сы сра­баты­ва­ют прек­расно, так как при­выч­ка вы­рабо­талась уже дав­но. Ли­товец от­кры­ва­ет гла­за и опус­ка­ет взгляд на мир­но со­пящую де­вуш­ку, ко­торая ут­кну­лась но­сиком в его клю­чицу. Обыч­но Мо­дес­та­су уда­ёт­ся ак­ку­рат­но вы­лез­ти из объ­ятий брю­нет­ки, не раз­бу­див ее, но в этот раз она сон­но раз­лепля­ет гла­за и цеп­ля­ет­ся паль­ца­ми за пле­чо спорт­сме­на, не­доволь­но про­мычав.
— Ма­лыш­ка, у ме­ня тре­ниров­ка ут­ренняя, спи — он чмо­ка­ет де­вуш­ку в ви­сок и улы­ба­ет­ся, так как По­ля тут же на­чина­ет вор­чать на те­му то­го, что Пет­ро­вич сов­сем уже с ума со­шёл с тре­ниров­ка­ми пе­ред вы­летом. Ког­да па­рень вы­ходит из ван­ной, то чувс­тву­ет за­пах креп­ко­го ко­фе и ещё че­го-то вкус­но­го. Про­ходя на кух­ню, он за­меча­ет По­лину, ко­торая до­жари­ва­ет на пли­те ом­лет. На сто­ле уже сто­ят две чаш­ки — его с чёр­ным ча­ем и ее с ко­фе. Бас­кетбо­лист под­хо­дит и об­ни­ма­ет де­вуш­ку сза­ди, нак­ло­ня­ясь и це­луя ее в ще­ку.
— Mano šeimininkė (*хо­зя­юш­ка моя) — неж­но шеп­чет па­рень на ли­тов­ском, и де­вуш­ке со­вер­шенно не обя­затель­но знать, что имен­но это оз­на­ча­ет, она прос­то до­гады­ва­ет­ся и улы­ба­ет­ся.
— Ну не мо­гу же я те­бя го­лод­ным ос­та­вить — по­вора­чивая го­лову, По­ля це­лу­ет спорт­сме­на в гу­бы — да­вай са­дись, уже все го­тово.
Пос­ле зав­тра­ка ре­бята вмес­те от­прав­ля­ют­ся во Дво­рец Спор­та, так как де­вуш­ка ре­ша­ет ещё раз пе­реп­ро­верить, не за­была ли она ка­кие-то до­кумен­ты.

В са­моле­те По­лина опять са­дит­ся к Вань­ке Едеш­ко, уже так тра­дици­ей сло­жилось, так что Мо­дес­тас не оби­жа­ет­ся, да и с Се­регой от­но­шения вновь ста­ли как преж­де.
— По­линоч­ка, а вот у нас есть очень важ­ный воп­рос, ка­са­ющий­ся эко­номи­чес­кой де­ятель­нос­ти Со­еди­нен­ных Шта­тов — по­низив го­лос и раз­вернув­шись к брю­нет­ке, на­чина­ет Кор­кия — где в Аме­рике ик­ру про­дать мож­но?
— Ик­ру? — ти­хо сме­ёт­ся де­вуш­ка — вы что, из Со­юза па­кет ик­ры спёр­ли?
— Ну по­чему же сра­зу та­кие сло­ва, прос­то по­за­имс­тво­вали — улы­ба­ет­ся Зу­раб.
— Хм, дай­те по­думать — де­вуш­ка сра­зу ста­ла прок­ру­чивать в го­лове за­веде­ния, где бы та­кой то­вар был при­нят по хо­рошей це­не — Ну есть од­но мес­течко, я вам по­кажу.
— Вот это прек­расно, как хо­рошо, что вы у нас есть — сра­зу за­улы­бались пар­ни.
— Вот же ж, спе­кулян­ты — сме­ёт­ся де­вуш­ка, ка­чая го­ловой.

Ре­бята до­гова­рива­ют­ся встре­тить­ся око­ло оте­ля, в ко­торый за­сели­лась сбор­ная че­рез час пос­ле при­ез­да, так как По­лине нуж­но бы­ло зас­ко­чить до­мой и по­ложить ве­щи. Де­вуш­ка шла по зна­комым ули­цам, бла­жен­но втя­гивая но­сом род­ной воз­дух. Го­род Ан­ге­лов с его энер­гичной сутью, бес­ко­неч­ной меч­та­тель­ностью, шу­лерс­твом и про­хин­дей­ством вку­пе с не­воз­му­тимым оп­ти­миз­мом встре­тил гос­тей яр­ким сол­нцем и при­ят­ным прох­ладным ве­тер­ком. За­ходя в свой не­боль­шой лофт с ви­дом на вол­ны Ма­либу, де­вуш­ка от­кры­ва­ет бал­кон нас­тежь, прос­то ва­лит­ся на кро­вать и па­ру ми­нут ле­жит, ут­кнув­шись в по­душ­ки, нас­лажда­ясь до­мом. Все-та­ки здесь она про­вела боль­шую часть сво­его детс­тва, здесь впи­тыва­ла все осо­бен­ности и тра­диции, здесь взрос­ле­ла и ку­роле­сила.

Че­рез час она уже сто­ит пе­ред вхо­дом в отель в лег­ком цве­точ­ном ром­пе­ре вы­ше ко­лен.

Не­боль­шая ком­па­ния спорт­сме­нов во гла­ве с Ми­шико, ко­торый не­сёт в ру­ках па­кет с за­вет­ным то­варом, под­хо­дит к де­вуш­ке с яр­ки­ми улыб­ка­ми.
— По­линоч­ка, за­меча­тель­но выг­ля­дите — ода­рива­ют гру­зины ком­пли­мен­та­ми, а де­вуш­ка сме­ёт­ся, бла­года­рит и на­чина­ет ша­гать впе­рёд, приз­вав ре­бят сле­довать за ней.
— А рас­ска­жи нам об этом го­роде — про­сит Саш­ка Бе­лов — ты ведь тут уже дав­но жи­вёшь?
— О, я тут с са­мого рож­де­ния оби­таю, так что да, мо­гу нем­но­го рас­ска­зать — во­оду­шев­ленно на­чала ат­летка — Лос-Ан­дже­лес — это шум­ное ме­сиво куль­ту­ры, об­щес­тва и кух­ни, мер­ца­ющих ал­лей, не­сущих­ся нес­конча­емым по­током ши­кар­ных ав­то­моби­лей и ве­лико­леп­ных му­зе­ев. Это та­инс­твен­ные за­ко­ул­ки со сво­ими ми­рами и пра­вила­ми, са­мыми от­вязны­ми ту­сов­ка­ми и не­во­об­ра­зимы­ми прик­лю­чени­ями. По­бывав од­нажды на пля­же или прой­дясь по улоч­кам с паль­ма­ми, уже не за­хочешь у­ез­жать от­сю­да. Я ког­да ма­лень­кая бы­ла, то все вре­мя пы­талась взоб­рать­ся на са­мый верх паль­мы, и да­же один раз по­лучи­лось, прав­да, я чуть не упа­ла, но... — она не ус­пе­ва­ет до­гово­рить, как раз­да­ёт­ся гром­кий воз­глас «Polly, you're back!»
— Hey, Kevin! — де­вуш­ка по­вора­чива­ет­ся и ве­село при­ветс­тву­ет дру­га. Он сжи­ма­ет ее в объ­яти­ях и на­чина­ет что-то та­рато­рить на ан­глий­ском язы­ке — ре­бята, вы за­вер­ни­те нап­ра­во тут и впе­рёд иди­те. Я сей­час вас до­гоню — пе­рег­ля­нув­шись, спорт­сме­ны по­жима­ют пле­чами и по­вора­чива­ют за угол до­ма.

Че­рез пять ми­нут они уже иг­ра­ют в под­во­рот­не с мес­тной шпа­ной в бас­кетбол, пос­та­вив в ка­чес­тве пла­ты бан­ки ик­ры. По­лина удив­ленно смот­рит на то, как гос­тей сол­нечной Ка­лифор­нии в лёг­кую обыг­ры­ва­ют, и под­ме­ча­ет, что боль­ше не ста­нет ос­тавлять их од­них, а то ещё во что влип­нуть.
— Н-да, бас­кетбо­лис­ты. Чем­пи­оны вы мои, всю ик­ру свою про­иг­ра­ли, бла­го ва­люты у вас с со­бой нет, а то бы и ее приб­ра­ли. Но лад­но, не уны­вай­те вы так, они ведь не­чес­тно иг­ра­ют, да ещё и в од­но коль­цо — пы­та­ет­ся при­обод­рить де­вуш­ка пар­ней.
— Чес­тно, По­ля, чес­тно. Прос­то мы ни­куда не год­ные, ку­да там нам аме­рикан­цев на олим­пи­аде обыг­ры­вать, ес­ли да­же с эти­ми спра­вить­ся не смог­ли — взды­ха­ет Ал­жан.
— Так, ну рас­кисли. А ну-ка соб­ра­лись! За мной — ко­ман­ду­ет брю­нет­ка и ве­дёт ре­бят в один из зна­комых ба­ров. Как толь­ко ком­па­ния за­ходит внутрь зда­ния, раз­да­ёт­ся точ­но та­кой же ра­дос­тный крик, что и не­кото­рое вре­мя на­зад на ули­це, толь­ко уже от боль­ше­го ко­личес­тва лю­дей.
— Welcome back, darling, welcome back. And who are these guests? (*Ра­ды ви­деть те­бя сно­ва, до­рогая, очень ра­ды. А кто это за гос­ти та­кие?) — с не­под­дель­ной за­ин­те­ресо­ван­ностью спра­шива­ет бар­мен де­вуш­ку, ког­да та са­дит­ся за стой­ку. Она на­чина­ет рас­ска­зывать о под­го­тов­ке но­вой груп­пы под­дер­жки в Со­юзе, о бас­кетболь­ной ко­ман­де и в кон­це до­бав­ля­ет то, что их сей­час не ме­шало бы под­бодрить.
— Everything's on the house (*Все за счёт за­веде­ния) — без про­мед­ле­ний го­ворит па­рень за бар­ной стой­кой, уже раз­ли­вая вис­ки по ста­канам спорт­сме­нов.

Ре­бята и прав­да уте­ша­ют­ся не на шут­ку. По­лина кра­ем гла­за сле­дит, что­бы они не на­чали кру­шить иму­щес­тво, но са­ма то­же вы­пива­ет уже не пер­вый бо­кал, си­дя за сто­ликом с дав­ни­ми друзь­ями. Меж­ду паль­ца­ми дер­жится свёр­ток из па­пирос­ной бу­маги с лег­кой тра­вой, мозг уже на­поло­вину за­мут­нён удов­летво­рени­ем от боль­шо­го пе­реры­ва, да­же но­ги уже не так хо­рошо дер­жат, но ат­летка все рав­но идёт тан­це­вать. Все про­сят ее спеть, она за­быва­ет по­лови­ну слов, но ни­кого не вол­ну­ет, да и ее то­же. Но ве­селью при­ходит ко­нец, ког­да от­ку­да не возь­мись по­яв­ля­ет­ся Бе­лов и в бук­валь­ном смыс­ле стас­ки­ва­ет де­вуш­ку со сце­ны.

Сер­гею про­тив­но ви­деть сколь­зкие взгля­ды дру­гих муж­чин в ба­ре на де­вуш­ку. Свои-то лад­но, пь­яные и не со­об­ра­жа­ющие тол­ком от та­кого ко­лос­саль­но­го раз­гро­ма. -21 оч­ко, все-та­ки. Сей­час Бе­лову очень не хва­та­ет ря­дом ли­тов­ско­го дру­га, ко­торый бы дав­но дал по­лови­не этих доб­ро­жела­телей по ли­цу пос­тавлен­ным уда­ром. Хо­чет­ся са­мому ко­го-то при­ложить, но по­нима­ет, что тут толь­ко дра­ки ещё не хва­та­ет. Сер­гей, нес­мотря на все про­тес­ты По­ли, та­щит де­вуш­ку за ру­ку к вы­ходу из клу­ба.
— Ты что тво­ришь? Сов­сем уже моз­ги му­зыкой от­би­ло? — спорт­смен встря­хива­ет де­вуш­ку, что­бы она пос­мотре­ла на не­го.
— А что? У ме­ня под кон­тро­лем бы­ло все, все под кон­тро­лем бы­ло, ох, ка­жет­ся уже го­вори­ла... — сме­ёт­ся де­вуш­ка и на­чина­ет пля­сать, но в сле­ду­ющую се­кун­ду прон­за­ющая боль в ко­лен­ках от­рез­вля­ет рас­су­док. По­лина хва­та­ет­ся ла­доня­ми за бас­кетбо­лис­та и мор­щится, из­да­вая стон бо­ли. Он тут же по­нима­ет, что имен­но не так, ведь сам па­ру дней на­зад скла­дывал­ся по­полам от бо­ли, по­ка пы­тал­ся до­пол­зти до сум­ки с инъ­ек­ци­ей.
— С со­бой есть? — ко­рот­ко спра­шива­ет Бе­лов, под­хва­тывая брю­нет­ку на ру­ки, и из­ви­ня­ет­ся, ког­да она ши­пит от бо­ли.
— Нет, я... я толь­ко не­делю на­зад ко­лола, не ду­мала, что за­болит так ско­ро — ру­ки на­чина­ют под­ра­гивать от на­каты­ва­ющих сок­ра­щений мышц и не­выно­симой бо­ли.
— Да ты во­об­ще не ду­ма­ешь, я смот­рю — за­каты­ва­ет гла­за ком­сорг и спе­шит в отель, бла­го до­рога быс­трая. Весь путь ту­да По­лина так сжи­ма­ет пле­чо пар­ня, ут­кнув­шись ему в грудь, что ка­жет­ся, си­няки точ­но по­том ос­та­нут­ся, но Сер­гею пле­вать, лишь бы не слы­шать, как ей боль­но. Он бук­валь­но за­лета­ет в но­мер, са­дит де­вуш­ку на свою кро­вать и од­ним рез­ким дви­жени­ем рас­сте­гива­ет че­модан. Дос­та­ёт шприц, на­бира­ет нуж­ную до­зу то­го са­мого дип­роспа­на, ко­торым По­лина са­ма ког­да-то бук­валь­но спас­ла его. Де­вуш­ка сжи­ма­ет в ку­лач­ке пок­ры­вало, об­ло­котив­шись спи­ной на сте­ну, зак­рыв гла­за и тя­жело ды­ша. Бе­лов вво­дит ле­карс­тво в од­ну мыш­цу ко­лена и ждёт по­ка по­дей­ству­ет. Ког­да По­ля чуть об­легчен­но вы­дыха­ет, то ко­лет во вто­рую, от че­го она нег­ромко взвиз­ги­ва­ет.
— Бе­лов, те­бя кто во­об­ще ко­лоть так учил! — тут же не­доволь­но хму­рит в при­выч­ной ма­нере бров­ки де­вуш­ка, а по­том от­ки­дыва­ет­ся на по­душ­ки, по­тому что неп­ри­ят­ные ощу­щения на­чина­ют рас­се­ивать­ся. Ком­сорг все си­дит, не ше­велясь, и смот­рит на ат­летку, хо­чет пол­ностью удос­то­верить­ся, что она приш­ла в нор­му.
— На­до ид­ти... до­мой. А, мо­жет, к Мо­де? Нет, нет, нель­зя в та­ком сос­то­янии, тут ос­та­нусь луч­ше — ве­дёт сво­еоб­разный ди­алог са­ма с со­бой По­лина, об­ни­мая по­душ­ку и вды­хая при­ят­ный оде­колон, ко­торым уже ус­пе­ла про­питать­ся на­волоч­ка. Че­рез се­кун­ду она вы­тяги­ва­ет од­ну ру­ку в сто­рону ком­сорга, си­дяще­го на краю кро­вати.
— Се­реж, Се­режень­ка, спа­сибо те­бе — шеп­чет ат­летка, да­же не под­ни­мая го­ловы — ты толь­ко ляг ря­дом, не нуж­но на по­лу, на по­лу ду­ет, Се­реж, ляг — жа­лоб­но про­сит брю­нет­ка, прак­ти­чес­ки не осоз­на­вая собс­твен­ных слов и дей­ствий от эф­фекта ле­карс­тва, ал­ко­голя и вы­курен­ной «си­гаре­ты». Бе­лов лишь за­каты­ва­ет гла­за, все же ус­ме­ха­ясь в свои усы, и ло­жит­ся ря­дом, толь­ко что­бы де­вуш­ка ус­по­ко­илась.
— Ну и нак­лю­калась же ты — ка­ча­ет он го­ловой, ук­ры­вая ус­певшую уже слег­ка за­мер­знуть спорт­смен­ку оде­ялом.
— Я не клю­калась, Се­рёжа. И во­об­ще клюк­ву не люб­лю, она кис­лая — уже в по­луд­ре­ме мор­щится По­ля — ты толь­ко ни­кому не го­вори, обе­щай, слы­шишь? Обе­щай — она пы­та­ет­ся по­тере­бить бас­кетбо­лис­та по пле­чу, но это по­луча­ет­ся сла­бо, а в сле­ду­ющую ми­нуту она уже слад­ко спит, рас­сла­бив­шись. Ком­сорг улы­ба­ет­ся от та­кой кар­ти­ны и ак­ку­рат­но, бук­валь­но ка­са­ясь толь­ко кон­чи­ками паль­цев, уби­ра­ет тём­ный ло­кон, упав­ший на уми­рот­во­рен­ное ли­цо де­вуш­ки.
— Обе­щаю.