***
Лиза стоит на крыльце небольшого бара, что открылся совсем недавно, и крутит в тонких пальцах плотный лист приглашения, украшенный серебристыми вензелями, паутинками и паучками. Как удачно, что она успевает вернуться к назначенной дате мероприятия в Москву из долгой поездки на родину. Дом даёт ей силы, а значит предстоящие месяцы обещают быть плодотворными. Но сейчас девушка просто разрешает себе потратить вечер на отдых.
Хэллоуин – особый праздник, который позволяет провести досуг среди "нечисти" не стесняясь любого самовыражения. Макияжи, костюмы, танцы. Лиза старательно игнорирует то, что на вечеринках к этому добавляются реки алкоголя, ведь ни один пьяница не испортит ей вечер. Хотя, на частных вечеринках, таких, как эта, не должно быть чего-то выходящего за грани приличия.
Лиза поправляет фиолетовый плащ, что с трудом подобрала для костюма Джокера, и с ноги на ногу переминается от вечерней московской прохлады. Мягкие черты подчёркнуты гримом с широкой алой улыбкой от уха до уха. Андрющенко никогда не претендовала на звание лучшего гримёра города, но сегодняшний образ она считает удачным, ведь таксист, что подвозил её до места, возмущался пугающим образом всю дорогу, вызывая у Лизы довольную ухмылку.
Наконец подходит её очередь и, протянув именное приглашение охраннику, девушка проходит внутрь. Помещение встречает пусть мигающим, но мягким, не режущим глаза светом. Музыка негромко играет в глубине, ожидая всех приглашенных, что постепенно наполняют зал бара.
Когда последний гость заходит, помещение кажется наполненным до предела – пройти, не коснувшись кого-то плечом, практически невозможно. Лиза долго листает ленту в соцсети, пока не слышит зазывающий голос ведущего, приглашающего всех гостей ближе к сцене. Он что-то шутит и рассказывает, но Андрющенко будто больше интересует музыка, под которую можно потанцевать.
Она отходит от основной толпы и к бару движется, чтобы взять воды. В помещении довольно жарко, а выходить из зала она не собирается из соображений логики – разгоряченное тело вкупе с прохладой улицы гарантируют ей очередную простуду.
– Бутылку воды без газа, – проговаривает она парню за баром.
Воспоминания двухлетней давности всплывают, когда татуированная рука бармена протягивает ей пластиковую бутылку через стойку. Как там Кира? Лиза много слышала о её бесчисленных проектах и вечной занятости съёмками и поездками. Они не виделись, кажется, целый год. Вуаль лёгкой ностальгии накрывает девушку, заставляя с грустью в последний раз улыбнуться сотруднику и отойти.
Андрющенко садится на дутый кожаный диванчик в ожидании, что в скором времени снова начнется музыка, и рассматривает проходящих мимо людей. Креативности гостей можно только позавидовать: настолько проработанные костюмы и грим, над которым корпели явно не один час, вызывают восхищение. Но есть и те, кто мало отличался от Лизы более расслабленным отношением к мероприятию: простые наряды, дополненные нарисованными порезами, эльфийскими ушами или ведьминскими шляпами.
Когда же на горизонте появляется смутно знакомый силуэт, облаченный в костюм Харли Квин, Лиза расплывается в широкой улыбке, что вторит гриму. Девушка в обтягивающей майке и шортах, что выгодно подчеркивают крепкую фигуру, а сверху куртка объёмная, что на пару размеров больше, старательно прикрывающая открытые места. Наряд явно выбирался в последний момент из того, что осталось. Волосы цвета снега, что еле достают до плеч, сейчас украшены цветными переливами под стать образу. Лиза не ошибается.
– Кирочка, – голос с каплей радости новой встречи привлекает внимание Медведевой. – Какая встреча.
– Здравствуй, Лиза, – Кира расплывается в улыбке мягкой, приятно удивлённая неожиданной встречей. – Какими судьбами здесь?
– Также, как и все, – Лиза кивает головой в сторону двери, у которой охранник передавал стопку приглашений администратору бара. – А ты чего одна?
– Да не важно, – Кира прядь светлых волос заправляет за ухо.
Лиза замечает, как цветная пыль с волос летит на костюм и неосознанно кончиками пальцев стряхивает порошок с чужого плеча. Тёмные глаза наблюдают за этим с интересом, а напряжённые от одиночества в толпе плечи расслабляются.
– Я рада, что ты тоже тут, кисуль, – Кира улыбается, глядя в глаза зеленоватые.
– Давно ты меня так не называла.
– Не нравится? – бровь тёмная вверх скользит вопросительно.
– Да нет, мне нравится, – Лиза подхватывает Медведеву под локоть и тянет в сторону бара. – Юля бывала тут раньше. Говорит, что есть парочка интересных коктейлей.
– Правда? – Кира следует за Андрющенко, подходя ближе к бару.
Они усаживаются на высокие стулья и внимательно рассматривают небольшое меню, испещрённое замысловатыми названиями коктейлей, чуть касаясь друг друга локтями. Лиза пальцем показывает несколько позиций, что ей посоветовала подруга. Сделав заказ, девушки долго болтают обо всём и ни о чем, пока рядом с ними не появляется пара бокалов с цветастой жидкостью, густо украшенной на праздничный манер.
– Это правда неплохо, – Лиза глаза округляет удивлённо, когда она с удовольствием втягивает напиток через трубочку.
– Жутко сладко, – Кира пробует собственный и тут же жмурит глаза.
– Попробуй моё, – Лиза двигает бокал ближе к Кире, та поступает также, двигая уже собственный бокал.
Одновременно они смыкают губы на коротких трубочках и в глазах друг друга ищут реакцию. Да, идея поменяться была очень удачной. Когда в бокале остаются только кусочки льда и пара ломтиков цитрусов, разговоры ведущего утихают, а музыка становится всё громче. Ди-джей мешает треки и добавляет детали в мелодии, что привычные песни кажутся чем-то новым, завлекающим.
– Потанцуем? – Кира со своего стула спускается и протягивает ладонь татуированную приглашающе.
– Почему бы и нет? – протягивает свою в ответ.
Девушки в центре зала останавливаются, тут же оказываясь в эпицентре всеобщего веселья. Басы заменяют всем биение сердец, а тела двигаются в такт мелодии как заворожённые. Глаза в глаза. Ни Кира, ни Лиза оторваться друг от друга не могут в этом звуковом безумии. На этом балу нечисти они становятся единым целым в своих нарядах, что подобраны на удивление складно для обеих.
Кира к уху чужому наклоняется, чтобы перекричать музыку.
– Давай выйдем, тут жарко, – голос хриплый смешивается с громкими мелодиями.
– Там холодно, – наклоняется, отзеркаливая чужое действие, Лиза.
– У входа пледы.
Андрющенко моргает, глядя прямо в глаза, даёт безмолвное согласие. Пройти сквозь танцующую толпу получается с трудом, но они справляются. Накинув на плечи тяжёлые клетчатые одеяла, они оказываются на практически пустующем крыльце, а после с лестницы спускаются, останавливаясь чуть поодаль.
– Свежий воздух, наконец-то, – Кира выуживает из кармана объёмной куртки пачку сигарет и зажигалку.
Она хочет предложить Лизе, но вспоминает, что та не притрагивается ни к чему, что вызывает зависимость. В татуированных пальцах зажимает никотиновую палочку, подпаляет кончик и впускает в лёгкие горький, раздражающий слизистую дым.
– Ты себе не изменяешь, – улыбается Лиза и нос всё же прячет под пледом. Не ясно, чтобы согреть или не вдыхать запах.
– Как и всегда, – говорит и шмыгает носом. Москва, и правда, не радует тёплыми ночами.
– Как тебе вечеринка? – теперь плед на Лизе больше напоминает балаклаву, из-под которой выглядывают лишь глаза и раскрасневшиеся щёки.
– Немного затянуто, – задумывается и выбирает наиболее подходящие слова. – А ещё я готова сжечь этот костюм.
– Соглашусь, – хихикает Андрющенко, чуть наклоняясь вперёд. – Я бы и минуты в этих шортах не простояла.
– Надо было одеться Шреком, – Кира закатывает глаза и бычок тушит о металл урны рядом.
– Тебе и так очень идёт, – Лиза прямо в глаза смотрит, показывая честность слов.
– Тебе тоже, – улыбка с клычками острыми, появляется на лице. – Особенно этот макияж.
– Издеваешься? – Андрющенко глаза закатывает шутливо, беззлобно.
– Может немного, – Кира чувствует, как ночная прохлада заставляет кожу на запястьях краснеть. – Вернёмся?
– Я бы поехала домой, – Лиза плечами пожимает. – Главное – засветилась на фото внутри, а в остальном я бы посмотрела какой-нибудь фильм под тёплым одеялом.
– Тебя отвезти? – вопрос без тени шутки.
– Да я бы такси вызвала, не беспокойся, – она не хочет неудобств подруге доставлять. – Тем более ты вернуться хотела.
– Только из-за холода, – Кира посмеивается, стягивая с плеч плед. – Но ты соблазнила меня тёплым одеялом, не могу ни о чем больше думать, кроме него.
– Тогда я за.
Вернув пледы в крупную корзину у входа, девушки быстрыми шагами доходят до небольшой парковки, где терпеливо ждёт арендованный Кирой автомобиль. Салон холодный, а подогрев сидений, к сожалению, не предусмотрен. Потому дорога обещает быть быстрой, чтобы не заработать себе насморк.
Когда девушки выходят из машины, они, прижавшись друг к другу, лишь бы сохранить последние капли тепла, бегут ко входу в апартаменты, что радуют теплом и лёгким пудровым ароматом помещения. Лифт, что будто ждал их, впускает в кабину и на нужный этаж летит стремительно. Кира старательно выдыхает горячий воздух на замёрзшие пальцы, а Лиза растирает ладонями то плечи, то бёдра.
Несколько шагов по коридору, и Лиза дверь отпирает стремительно, впуская Киру за собой. По очереди занимая туалет, они от грима избавляются наскоро и наконец оказываются в комнате, что наполнена мебелью, но всё равно ощущается просторной.
– Я поставлю чай, – когда Медведева из ванной выходит, Лиза уже в домашней одежде к небольшому столику, на котором покоится электрический чайник и пачка печенья, подходит. – Да не мучайся, возьми что-то из моих вещей и переоденься.
– Спасибо, – Кира с запястья стягивает резинку и подвязывает волосы для удобства.
Она прямо на пол кладёт свернутую куртку, а после и остальные элементы костюма. В одном лишь нижнем белье становится ещё прохладнее, отчего мурашки всё тело покрывают стремительно. Открыв шкаф, Кира старательно пытается найти футболку и штаны, но одежда больше походит на склад чёрных рубашек и брюк.
Лиза с интересом наблюдает за тем, как Медведева ищет одежду. Щёки бледные покрывает лёгкий румянец, что легко можно списать на последствие холода, но Андрющенко понимает, что это не так. Лиза внимательно рассматривает чужое тело, пока Кира натягивает найденную наконец одежду.
– Твой чай, – Лиза протягивает кружку с забавным принтом в чужие руки.
– Спасибо, – Кира благодарно принимает напиток и делает глоток. Приятное тепло разливается по телу, вызывая мягкую улыбку.
– Я планировала посмотреть "Коралину в стране кошмаров" сегодня, – она голову чуть наклоняет устало, желая скорее улечься в кровать.
– Я не против.
Лиза включает ноутбук и открывает подготовленное ещё утром видео, располагая компьютер на собственных коленях. Кира усаживается рядом, прикрывая колени одеялом и поправляя подушку за спиной. Когда девушки наконец находят удобную позу, комфорт и тепло дарят расслабление и покой. Персонажи на экране бесконечно мелькают, особо не привлекая внимания уставшей Киры, что упорно старалась не уснуть. Но голова всё-таки оказывается на плече чужом, даря спокойствие. Разморенная активными танцами и холодной погодой, Кира засыпает.
Лиза, до этого увлеченная сюжетом, бросает взгляд на девушку, стараясь не потревожить чужой сон. Ставшие более мягкими, черты лица Медведевой вызывают на лице Андрющенко улыбку. Кира на её плече такая мягкая, тёплая, трогательная. Этот момент Лизе хочется запечатлеть в памяти.
Тяжело вздохнув, Лиза аккуратно убирает ноутбук на пол и укладывает чужую голову на бёдра собственные. Пальцы неосознанно в волосах светлых путаются, массируя кожу. Зрачки зеленоватых глаз в удовольствии расширяются, когда снизу слышится довольное урчание, так похожее на кошачье.
Это ощущение близости, такой забытой за годы, греет внутри. Счет времени теряется, Лиза не знает сколько они сидят так, дыша в унисон. Это, кажется, может продолжаться вечно, но Кира чуть щурится во сне, а после открывает глаза.
– Я что, уснула? – Медведева потирает глаза кулаком. – Прости, я поеду, наверное.
– Оставайся, – Лиза сверху вниз на Киру смотрит и снова зарывается в светлые локоны.
– Ты не против? – тёмные омуты заглядывают в зеленоватые в ожидании ответа.
– Если бы я была против, – улыбка Лизина обнажает блестящие брекеты на зубах. – То не предложила.
– Тогда ладно, – Кира вновь глаза прикрывает и проваливается в сон, ещё более расслабленный, рукой татуированной обхватывая чужое колено.