На ножах
– Весьма рад Вас видеть! – лемминг, встретивший Наташу у входа в квартиру, был сама учтивость. Но в следующий момент он не выдержал и быстро заговорил, забыв про этикет. – Ну наконец ты появилась! Может, хоть ты с этим справишься!
– Что-то случилось? – удивилась девочка.
– Ничего особенного... Просто твои лемминги...
– Что с ними? – у Наташи стало холодно в груди.
– Да не волнуйся ты так. Все с ними в порядке. Живы, здоровы...
– Где же они? Я хочу их увидеть!
Лемминг замялся:
– Тебе кого из них позвать? Лу или Гвендолин?
– Как это? – Наташа решительно не понимала, что происходит. – И Гвендолин и Лу, конечно же!
– Боюсь, не получится, – лемминг старательно отводил глаза. Тут он понял, что Наташа опять начнет задавать вопросы, поэтому пробормотал что-то вроде: – Погоди, сейчас, – вскочил в вагончик подвесной дороги и стремительно укатил в другой угол комнаты.
Наташа послушно принялась ждать, разглядывая лемминговский город, заполнивший комнату. Низкое Солнце светило сквозь облака желтым, стены домов с островерхими крышами, казалось, светились в прозрачном воздухе. Леммингов в эту пору было не много. Большинство сидели по своим домам и обедали. Из труб к потолку поднимались прозрачные дымки, и даже Наташа чувствовала такие уютные и домашние кухонные запахи. Подвесной мост, ведший от шкафа к небольшому столику с зеркалом, качнулся, и девочка увидела на другом его конце Гвендолин. Миниатюрная девушка в струящемся платье радостно бежала к девочке по прыгающим под ногами доскам.
Наташа села на стул и положила руки на стол, упершись в них подбородком, чтобы ее глаза были на уровне роста обычного лемминга. Гвен наконец добежала до конца моста и, остановившись почти у самого лица девочки, весело сделала реверанс:
– Как хорошо, что ты приехала! Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! И мы, наконец, продолжим путешествие, сколько можно на месте сидеть!
Глядя на ее радость, Наташа тоже заулыбалась. Она хотела уже что-то сказать, как вдруг лицо Гвендолин замерло. Губы ее сжались и миниатюрная девушка заметно занервничала. Проследив за ее взглядом, Наташа увидела приближающегося с другого конца стола Лу.
– Я пойду собираться, – поспешно пробормотала Гвен и после быстрого книксена удалилась по тому же мосту, по которому прибежала.
– Привет! – Подошедший Лу улыбался. – Здорово, что ты здесь.
Его взгляд остановился на драконе, сидящем на плече девочки, там, где обычно любил путешествовать сам лемминг, и слегка нахмурился.
Наташа почувствовала, как внутри теплеет, но беспокойство не оставляло ее.
– Что тут у вас происходит? – спросила девочка.
– У нас все в порядке, – легко произнес Лу, все так же улыбаясь.
– А почему убежала Гвендолин?
– Ну... – Лу отвел глаза.
– М?
– Это неважно, – Лу поднял глаза. – Это никак не повлияет на наше путешествие и на все остальное.
– Да что стряслось! – Наташа начала злиться.
– Я же говорю, все нормально. Пойду собираться, мы ведь уходим уже скоро, так?
В ожидании Лу и Гвендолин девочка открыла коробку со своими леммингами и выпустила их в город. Местные явно были рады гостям, и по многим признакам стало понятно, что в их честь готовят торжественный ужин. Из всего этого Наташа сделала вывод, что скоро уйти отсюда не удастся, и решила отдохнуть, устроившись у окна с книжкой.
Однако обеспокоенность непонятным поведением Лу и Гвендолин не покидала ее. Поэтому, когда на подоконнике появился Бруно, спешащий по каким-то своим делам, Наташа остановила его:
– Бруно, тут что-то непонятное происходит. То ли с Лу, То ли с Гвен. Может тебе кто-нибудь рассказал, в чем дело?
Бруно, весь в своих мыслях, рассеяно взглянул на девочку:
– А, эти... Да ну их, – он отмахнулся и двинулся дальше.
Наташа забеспокоилась сильнее. Подойдя к городу леммингов, Наташа заглянула сверху на улицы в поисках кого-нибудь из своих. Лемминги сновали взад и вперед, спешили по делам, прогуливались. Многие, почувствовав как тень от девочки накрыла город, поднимали головы и глядели на ее зависшее над крышами лицо и на громадные глаза, шарящие по улицам. Наконец девочка разглядела Роджера и, стараясь говорить негромко, чтобы совсем уж всех не оглушить, позвала:
– Роджер! – лемминг оглянулся, – Роджер, есть дело! Найди Гриффина. Я жду вас у подоконника.
Довольно скоро оба лемминга появились в условленном месте.
– Что происходит, м? – девочка сразу перешла к делу, – Вы в городе уже давно, должны знать! Что не так с Лу и Гвендолин?
– Голова у них не в порядке, – сердито и грубо ответил Роджер. – Если им оторвать головы, то сразу все встанет на свои места.
– Да ладно тебе, – попытался остудить его Гриффин. – Обычное дело. Ну, глупость, конечно, но что уж тут поделаешь.
– Глупость? Оторвать головы? – Наташа по-прежнему ничего не понимала. – Вы о чем?!
– Я думаю, – покивал задумчиво Гриффин, – некоторыми вещами заниматься бессмысленно. В конце концов – это их личное дело...
– Личное? – Наташа задумалась.
Через некоторое время она нашла Лу, перенесла его в укромное место, подальше ото всех, села рядом и пристально посмотрела на него. Лемминг смутился.
– Лу, нам идти дальше, и я должна знать. Что происходит?
– Да все нормально, – Лу смутился еще больше. – Ничего такого.
Наташа улыбнулась и продолжала молча смотреть на человечка. Лемминг вздохнул:
– Ну, так получилось. На самом деле действительно все хорошо. Просто нам с Гвендолин не надо видеть друг друга и все.
– Как ты это себе представляешь? Я же вас повезу в одной коробке!
– Я думал об этом. Знаешь, мне нравится этот мир. Я подумал и решил, что останусь здесь.
– Что? – Наташа ушам своим не верила, – Ты что? А говоришь, ничего серьезного! Ты так обижен на Гвендолин, что готов покинуть всех нас! Это возмутительно!
– Да нет, не обижен... – пожал плечами лемминг и замолчал.
– Что тогда? Она обижена? Или она тебя боится? Или ты ее? Или может ты вдруг понял, что терпеть ее не можешь? Или наоборот...
Наташа замолчала, широко раскрыв глаза. Она поняла. Лемминг понуро смотрел себе под ноги.
– Ты влюбился, – констатировала девочка, уже не спрашивая, а утверждая. – И давно?
Лемминг поднял глаза:
– Давно. Еще до того, как мы пришли в твой мир.
И вроде бы почти все лемминги были найдены, и Наташа сейчас находилась в дружественном мире, но почему-то от этих слов Лу ей стало так одиноко, как не было даже тогда, когда она, потеряв леммингов, оставалась одна среди бесконечного города.
– А я думала, что все о тебе знаю, – тихо сказала девочка. А потом вдруг вспомнила: – Но как же... Мы же затеяли путешествие потому, что ищем возлюбленного для Гвендолин! Как же так?!
– Да, все верно. Я люблю ее, она любит того, к кому мы идем.
– Но ведь ты сам просил меня помочь Гвендолин найти ее возлюбленного! А выходит, ты сам ее любишь!
– Ты так удивляешься, – усмехнулся Лу, – как будто я мог сделать что-то другое.
Наташа не знала, что и сказать.
– Но ведь все было нормально! Вы не бегали друг от друга, мы долго путешествовали вместе! Так что же произошло?
Лу закивал:
– Да, все было спокойно. Но... Когда мы оказались только вдвоем: вместе сбежали от коллекционера, вместе были неприкаянными... Я ничего не делал такого, но Гвен было тяжело так долго находиться в моем присутствии. Вот она и сказала, как только мы добрались сюда, что видеть меня не желает и все такое. В общем, теперь мы не общаемся. Совсем.
– Ты ее еще и оправдываешь! – возмутилась Наташа.
Лу помолчал немного, а потом серьезно взглянул девочке в глаза:
– Теперь ты сама понимаешь, мне лучше остаться здесь. Если я и она окажемся в одной коробке, передеремся совсем.
– Даже не думай! – рассердилась Наташа. Потом замолчала, невидящим взглядом глядя перед собой. Лу переминался с ноги на ногу.
– Ты иди пока, – наконец тихо сказала девочка. – Я хочу побыть сейчас одна. Мне надо понять, как быть.
Лу понимающе кивнул и, не оборачиваясь, ушел к городу. Наташа осталась в одиночестве. Ей почему-то не думалось о том, как теперь быть с Лу, и с Гвендолин, и с путешествием. Цель всего странствия, раньше такая простая и очевидная, неожиданно лишилась своей прелести и значительной части смысла. Совсем без всяких мыслей девочка сидела и глядела на суету леммингов, на снующие вагонетки, качающиеся подвесные мосты. Солнце клонилось к закату, и от домов по комнате потянулись длинные тени.
Когда уже совсем стемнело, к Наташе пришли лемминги и позвали ее на торжественный ужин, но девочка отказалась. Она все так же сидела в своем углу и смотрела на блистающий огнями город. Из-за домов доносилась музыка и смех.
А когда наступило утро, Наташа собрала всех своих леммингов. Лу и Гвендолин расположились в разных концах стола.
– Мы сейчас отправляемся, – девочка посмотрела на Гвендолин, и та опустила голову. – Я знаю, что в нашей компании... не все дружны. Думаю, имеет смысл как-то помириться, чтобы можно было путешествовать дальше.
– Наташ, – с легкой досадой ответил Лу мельком взглянув на Гвен. Под его взглядом лицо девушки словно бы окаменело. – Давай я все же останусь здесь. Так действительно будет лучше.
– Или я останусь, – сердито взглянула на него Гвендолин. – В одной коробке мы точно не уживемся.
– Значит так, – Наташа тоже рассердилась. – Без тебя, – девочка посмотрела на миниатюрную девушку, – нам нет смысла путешествовать дальше. Но Лу я тоже здесь не оставлю. Я не бросаю друзей. Так что... Так что варианта два. Я всех вас забираю, и либо мы немедленно возвращаемся домой – и там уж сами разбирайтесь друг с другом. Либо мы идем дальше, и в этом случае тебе и Лу придется научиться мирно жить в одной коробке. Думаю, какой из двух вариантов выбрать, решать тебе.
Гвендолин все так же сердито смотрела на Наташу. Та не отводила встречного взгляда.
– Возвращаться совсем уж глупо, – наконец сказала арфистка.
Наташа выдохнула, улыбнулась и поставила на стол картонную коробку.