Почему ты думаешт, что мы станем семьëй?
Вечер выдался тихим — редкость для нашего городка. Мы шли по улице, в руках у меня был бумажный стаканчик с колой, у Томми — мешочек попкорна, который он постоянно мне подсовывал.
— Если так пойдёт и дальше, — сказал он, жуя, — то скоро все будут думать, что у тебя уже моя фамилия.
Я остановилась на секунду, посмотрела на него и ничего не сказала. Шли дальше, но теперь молча.
— Эй, — он заметил мою паузу, — я что-то не так сказал?
Я вдохнула, медленно, будто подбирая слова:
— Томми… ты же знаешь, что в моей семье всё было не просто?
Он кивнул, чуть нахмурившись:
— Знаю.
— Тогда почему ты шутишь, что мы станем семьёй? — спросила я, стараясь, чтобы в голосе не было ни злости, ни обиды, — Я же всё равно не верю в семьи… наши обе — как пример, как не надо.
Томми остановился и какое-то время просто смотрел на меня. Потом выдохнул, убрав мешочек попкорна в сторону:
— Наверное… потому что я хочу, чтобы у нас было иначе. Чтобы у нас получилось то, что у них не получилось.
Я отвернулась на секунду, чтобы спрятать смешанные чувства — тепло и тревогу одновременно.
Он сказал это тихо, но так серьёзно, что я непроизвольно встретилась с ним взглядом.
В глазах не было ни привычной нагловатой искры, ни шутки — только решимость.
— Понимаешь, — продолжил он, — я же не про ту “семью”, что как у нас дома. Не про крики, не про битьё тарелок. Я про что-то своё. Про то, когда мы сами выбираем, кто нам близкий человек.
Я чуть нахмурилась:
— А если вдруг… не получится?
— Значит, мы хотя бы попробуем, — он усмехнулся, но в улыбке была странная мягкость. — Я просто… я вижу, как ты смотришь, когда смеёшься. И знаю, что если кто-то и сможет сломать этот чёртов круг, то это мы.
Я хотела что-то ответить, но он вдруг шагнул ближе, не давая времени на сомнения, и обнял меня так, будто боялся отпустить.
Не крепко, не для показухи — а так, чтобы я почувствовала: он на самом деле верит в то, что говорит.
— У нас будет иначе, — повторил он прямо у моего уха.
И я, сама того не замечая, впервые за долгое время чуть-чуть в это поверила.