Леска
Мы шли впятером — дом был старый, обветшалый, с прогнившими досками и запахом сырости в воздухе. Где-то наверху скрипнуло, но никто не обратил внимания: мы уже давно научились не шарахаться от каждого звука. Особенно когда цель — найти, что осталось после тех, кто жил здесь раньше.
Полы поскрипывали под кедами, фонарики дрожали в руках. Я шла чуть впереди, держа руки в карманах, внимательно оглядываясь, хоть и не показывала виду — напряжение уже сидело в плечах.
— Сюда, по лестнице, направо. Там вроде ещё одна комната, — сказал Фарадей, указывая на поворот.
Мы свернули в узкий коридор, в конце которого чернел прямоугольник открытого дверного проема. Не дверь — просто пустота. Комната в темноте.
Я уже занесла ногу, чтобы войти первой — привычка — как вдруг резко замерла на пороге, будто в меня ударило чем-то невидимым. Что-то мелькнуло. Не двинулось — блëснуло. Краем глаза я уловила это — странный, едва заметный отблеск в воздухе. Чужой, неестественный.
Позади кто-то уже шагнул ко мне, возможно, Томми или Вудди, но я молча вскинула руку поперек, преграждая путь.
— Подожди, — только и сказала, не сводя глаз с пустой тьмы в проеме.
— Что? — раздалось удивлëнно, но никто не двинулся.
Я протянула руку назад, не отрывая взгляда от комнаты:
— Фонарик. Дайте.
Кто-то молча вложил его в мою ладонь — возможно, Дейви. Я включила его, наклонилась чуть вбок и начала светить не прямо, а под острым углом, почти касаясь лучом самого края проема, как будто пыталась подсветить пыль в солнечный день.
И тогда — все увидели.
Внутри комнаты, от стены к стене, от пола к потолку, от угла к углу, натянута тонкая, едва заметная леска, поблëскивающая только под определëнным углом света.
Тонкая, как волос, но со странным металлическим блеском.
Фарадей вскинулся:
— Что за...?
— Это леска, — прошептала я. — Острая. Как нож.
— Я бы влетел туда прямо грудью, — выдохнул Вудди, немного бледнея. — Это что вообще?.. Зачем?..
Томми подошëл ближе, напряжëнный, с тихой яростью в голосе:
— Это ловушка. Нас не хотели, чтобы мы туда зашли. Или… хотели, чтобы кто-то не вышел.
Мы все на мгновение замолчали. В фонарном свете леска еле-еле дрожала — как будто чувствовала, что её раскрыли.
Я стояла всё ещё с поднятой рукой, сердце стучало в висках, но голос был ровный:
— Если бы кто-то зашëл первым… мы бы сейчас выносили его обратно. Не весь.
— Ну нафиг этот дом, — пробормотал Вудди.
Дейви всё ещё смотрел в комнату. Потом медленно сказал:
— Хорошо, что ты это заметила.
Я кивнула. Но внутри гулко отдавалось только одно: а если бы не заметила?
Позади Томми тихо, почти незаметно, коснулся моей руки — не хватая, просто проверяя, что я в порядке.
Мы уже собирались уходить. Осторожно отступали от проёма с этим клубком из лески, когда я краем глаза заметила нечто в глубине комнаты — что-то среди теней, за паутиной натянутой проволоки.
Я прищурилась, наклонилась чуть вперёд, снова подняла фонарик и посветила глубже, обводя комнату лучом. Что-то блеснуло. Металл? Кожа? Блёклый, знакомый цвет.
И вдруг — щёлкнуло в голове. Я знала это.
— …Что за хрень? — вырвалось у меня вслух.
Ребята замерли.
— Что? — отозвался Томми сразу. Он шагнул ближе.
— Это… это же… Томми, это твой жетон.
Я обернулась на него. — Тот самый, с цепочкой. Ты говорил, что потерял его.
Томми резко подошёл ближе, вглядываясь туда, куда я светила. Его лицо вытянулось.
— ...Да. Это он. Точно.
Серебристый жетон на цепочке, лежал посреди комнаты — аккуратно, как будто кто-то его положил. На пустом деревянном ящике. Вокруг всё ещё натянутая, смертоносная паутина лески.
Я сжала фонарик крепче.
Спокойствие исчезло. Где-то глубоко внутри поднималась злость и отчаянное желание вернуть то, что трогать никто не имел права.
— Кто-то его у тебя взял, — прошептала я. — И… оставил тут?
— Или бросил. Как наживку, — пробормотал Фарадей, мрачно.
Я уже сделала шаг вперёд, ступая ближе к порогу. Всё ещё не в комнате, но уже ближе, чем раньше. Фонарик светил в самую гущу — ящику оставалось шагов пять.
— Эй… — Томми поймал меня за запястье. Не резко, просто чтобы я почувствовала.
— Не надо.
Я не отводила глаз от жетона.
— Но это твоë. Он был у тебя. Это важно, да?
Он кивнул.
— Да. Но не дороже тебя.
Пауза. Он смотрел на меня с такой серьёзностью, будто в комнате был не жетон, а что-то совсем другое.
— Это не стоит того, чтобы ты сделала хоть шаг туда.
Сзади раздался голос Дейви:
— Мы найдём, как достать его. Без риска. Придумаем.
Фарадей уже доставал блокнот и делал наброски комнаты. Вудди разглядывал углы с фонарём, высматривая, где начинается каждая леска.
Но я всё ещё стояла у входа. Хотелось выдохнуть, а не получалось.
Томми всё ещё держал моё запястье.
— Пожалуйста, — сказал он, мягко, но с нажимом. — Не геройствуй. Он не забирал тебя. Значит, и я не заберу себя обратно ценой твоей жизни.
Я посмотрела на него. И шагнула назад.
Фонарик выключился.