Т/И спасла жука из лужи
Наруто
Наруто прыгает по лужам во время перерыва на тренировке. Внезапно над ухом раздаётся твой вскрик:
— Осторожно! — и твои руки резко оттаскивают назад посреди прыжка.
Сорвав растущий рядом клевер, ты опускаешься на корточки перед лужей, в которую Узумаки собирался приземлиться, и только тогда он замечает в мутной воде барахтающегося жука. Ты протягиваешь насекомому цветок, и оно тотчас взбирается по лепесткам. Друг опускается рядом, разглядывая фигурные рожки и ярко-синий окрас.
— Какой красивый. — широко улыбается Наруто, с необычной осторожностью поглаживая гладкий панцирь.
А потом ты сажаешь жучка на твёрдую землю, и он уползает по своим делам, а Узумаки помахал ему рукой.
С тех пор, прыгая по лужам, это чудо будет смотреть, нет ли там живности. И если увидит тонущее насекомое, обязательно поможет ему выбраться.
Тен-Тен
Сама бы так не сделала, однако сочла твой поступок милым.
Саске
Саске никак не отреагировал. Ты вообще подумала, что он не заметил. Вот только ты ошиблась.
Однажды, где-то три года спустя, мститель в полном изнеможении рухнет на землю. Усыпанное свежими шрамами и ссадинами тело будет адски болеть до последней мышцы, рукоять катаны окрасится алым под судорожным хватом разбитых пальцев, а в мозгу будет колотиться отбойным молотом: «Мало, ничтожно мало! Я не могу снова проиграть Итачи! Я должен стереть его в порошок!» Вдруг его взгляд упадёт барахтающегося в луже жука. И тогда Саске словно зачарованный доползёт до островка зелени, сорвёт белую хризантему и протянет её насекомому. А когда жучок вскарабкается по лепесткам, медленно перенесёт его на сухой участок. «Давно ты превратился в Т/И-чан, Саске-теме?» — как наяву раздастся в его голове голос Наруто. «Заткнись, усуратонкичи. Ты превратился в неё куда раньше меня», — мысленно огрызнётся Уччиха. И впервые за долгие месяцы улыбнётся. Бледно, но искренне.
Неджи
Неджи с минутку может только смотреть на тебя в полном шоке. Это всё кажется ему слишком сюрреалистичным, лишь железная уверенность как в своём зрении, так и в своём рассудке заставляет поверить глазам.
— Зачем ты это сделала? — спрашивает он наконец нарочито безразличным тоном.
— Чтобы жук не утонул, конечно. — пожимаешь плечами ты, словно это что-то само собой разумеющееся, а случившееся для тебя обыденность.
Хьюга хмурится:
— Он же всё равно умрёт. Не в этой луже так в следующей. Почему тебе в принципе есть до этого дело?
— Потому что я куноичи. — твёрдо произносишь ты, глядя ему в глаза — А твой подход делает существование шиноби бессмысленным.
У неджи закрадывается нехорошее предчувствие. В своём рассудке он уверен, но вот в твоём...
— Что ты имеешь в виду? — внешне Хьюга сохраняет спокойствие.
— Люди тоже умрут. Не насильственной смертью так от старости. Не после первого покушения так после десятого. Зачем тогда разбираться с тем, что им угрожает? А если применять наши навыки на практике нет смысла, то какой резон изучать искусство шиноби?
«Ёкаи, похоже, моя догадка верна» — проносится в мыслях Неджи.
— Люди и жуки это две большие разницы. — возражает он — Тем более, нам платят за услуги.
— Людям нужно вооружённое вмешательство, где ты зачастую в смертельной опасности. Или, как минимум, найти пропавшую кошку, которую надо выслеживать, быть может, несколько часов, а потом ещё ловить и нести хозяину, рискуя быть исцарапанным. — качаешь головой ты — А жуку всего лишь подать растущий на расстоянии вытянутой руки цветок — всё пропорционально. И если бы я потребовала за это соразмерной платы, выяснилось бы, что такой маленькой денежной единицы просто не существует.
Неджи не может ответить: просто застывает, переваривая твои слова. Ты уже направляешься обратно к тренировочному полю, как вдруг он вспоминает твои мягкие, почти не усливающие боль прикосновения к спине сквозь полубессознательное состояние и подаренные лекарства. Белёсые глаза расширяются.
— А мне ты помогала, потому что я для тебя как этот ничтожный жук? — выходит громче чем следовало бы.
Ты оборачиваешься с лёгкой усмешкой:
— Будь он ничтожным, утонул бы сразу а не барахтался. И просто не дожил бы до момента, когда я его заметила.
Хината
Хината тайно наблюдала за вами бьякуганом, сидя за валуном. Когда ты отпустила жука, он уполз как раз в её сторону. Химе сидела неподвижно, затаив дыхание, поэтому насекомое без опасений забралось тыльную сторону её ладони. Ощутив лёгкую щекотку, Хина наконец отвела от тебя взгляд, очнувшись от наваждения, и заметила жучка. Страхуя жука свободной рукой, она осторожно подняла ту, на которой он сидел, на уровень глаз, чтобы получше рассмотреть переливающийся на солнышке панцирь. Лицо освещает тёплая улыбка. Заметив, что жучок завозился, Хината немного переползает, чтобы опустить его на землю по другую сторону от проходящего рядом овражка, и машет рукой ему вслед.
Хатаке-сенсей
Для Копирующего Ниндзя это был удар под дых. Слишком внезапно. Настолько, что даже осознать не успел, а воспоминания уже нахлынули лавиной, сметая всё на своём пути. Побелевшие пальцы сами собой стиснули ткань напротив вспыхнувшего болью сердца. Загуствевший воздух закупорил горло. Хатаке убежал в лес, не разбирая дороги и рухнул на землю. Слёз давным-давно не осталось. Он просто сжался в пульсирующий комок боли, позабыв обо всём на свете, кроме заливающей руки крови. Невидимой. Только Хатаке чувствовал жуткий металлический запах, явственно ощущал эту липкую влагу... И знал, что не отмоется от неё никогда. И не посмеет.
Гай-сенсей
Сам сенсей этого не видел. Но как только узнал от Тен-Тен, спросив, куда пропал Какаши, сразу бросился его искать. А когда нашёл, рухнул рядом и переложил голову Хатаке к себе на колени. Гай молчал — слова были не нужны. Просто гладил друга по спине, давая понять, что рядом. За ворот скатилась одинокая слезинка. Гай безумно жалел, что ты не появилась хотя бы на два года раньше. Что Какши осознал: вылавливающая жуков из луж девочка способна пройти через жестокость и не сломаться, когда было уже слишком поздно. Единственное, что немного утешало его — Ли заболел и остался сегодня дома. И сенсей даже под пытками не расскажет ему о случившемся на этой тренировке.