7. Игра.
Раскатка перед началом игры уже началась, и Виктория изо всех сил старалась не смотреть на команду соперников. Прозвучал свисток главного орбитра и громкоговоритель огласил начало хоккейной игры. На трибунах она увидела знакомое лицо Николая Семеновича Бакина и помахала ему. Тот улыбнулся и тоже поздоровался с ней жестом. Точилин и Макеев стояли как неподвижные статуи, наблюдая за игрой. Виктория стояла в сторонке, внимательно наблюдая за игрой. Из-за сильного прессинга соперников смены проводились чаще, а голос отца звучал все громче и громче.
— Куда он ведет? Отдай шайбу! — Вика несвойственно себе закричала, и закрыла лицо руками. На удивление послышался свисток и на табло появилась надпись 0:1. К скамье подъехала вторая пятерка и села отдыхать.
— Антипов, если бы 17 номер был чуть быстрее, твой маневр бы не удался.
— Понял, Сергей Петрович. Но шайба то в воротах оказалась. — Сказал Антипов и выгнул бровь, смотря на хмурящихся тренеров.
— Антон, а если бы она пролетела мимо ворот? Такое тоже могло бы быть. — Вика наклонилась к нему и сделала укоризненное выражение лица. — Так что думай что делаешь.
— Понял, Виктория Сергеевна. Но шайба то засчитана.
— Антипов, хватит трепаться. — Сказал Точилин и несильно стукнул его планшетом по шлему. Вика с вопросом посмотрела на него и уничижительно прищурилась.
Первый период наконец закончился со счетом 0:1, и Вика следом за «Медведями» вышла в коридор. С другого выхода пошел «Факел» и Макееву кто-то окрикнул. Следом за ней развернулись и косолапые, чтобы посмотреть на этого смельчака.
— Виктория Сергеевна, уделите минуту своего времени? — Перед ней стоял Федор Калашников с угрюмым лицом. Вика быстро подошла к нему и отвела в сторону, чтобы ее команда не слышала их разговор.
— Говори что тебе нужно. У тебя ровно минута и она уже идет.
— А ты осталась такой же вредной. Хотел узнать как ты поживаешь. — Калашников потянулся рукой к ее лицу, но та убрала его руку от себя.
— Не трогай меня. — Она грозно посмотрела на него и сжала кулаки. — Поживаю я хорошо, все было относительно пока тебя не увидела. У тебя все?
— Нет, не все. Хотел спросить, ты как тут вообще оказалась? Думал, ты больше не свяжешься с хоккеем.
— А вот это уже не твое дело. Иди к своим, пока проблем не отгрёб. — Вика развернулась чтобы уйти, но Федор схватил ее за руку и потянул на себя. Медведи, которые еще не скрылись в своей раздевалке, быстро среагировали и подошли к ним.
— Отпустил ее быстро. — Щукин старший подошел к ним и положил руку на плечо Виктории, показывая всем своим видом, что если Калашников что-то сделает, ему будет плохо.
— Ты че, оглох? Проблемы ищешь? — Антипов сразу сжал кулаки, до скрипа в костяшках и посмотрел на соперника исподлобья.
— Калашников, иди уже своей дорогой. Столько лет прошло, а ты все еще не можешь забыть старые события. Хотя ты сам во всем был виноват. — Вика выдернула руку и отодвинула своих медвежат от него. —Больше ко мне не подходи, иначе все может закончиться плачевно. Идем, ребят.
Она сгребла ребят в охапку и повела в сторону раздевалки. Как только те оказались в помещении, на них вопросительно уставился Макеев.
— Я не понял, вы где были?
— Не спрашивай, позже объясню. Продолжай. — Она немного постояла и послушала указания отца, а после незаметно выскользнула в коридор. Отыскав тренера Факела, та спокойно подошла к нему и попросила с ней поговорить.
— Иван Александрович, — Она придержала мужчину за локоть. — Я вас убедительно прошу, контролируйте своих хоккеистов.
— А в чем дело? Они что-то не так сделали?
— Спросите лучше у Федора Калашникова, думаю, он вам объяснит.
— Виктория Сергеевна, я не понимаю вас. Калашников сейчас находится в раздевалке, я только его видел.
— А он сразу же после первого периода пошел в эту раздевалку, или задержался в коридоре, докапываясь до меня? — С ухмылкой спросила она и выгнула бровь.
— Что?
— Я думаю вы все слышали. — Не попрощавшись Вика отошла от него и оперлась на стену. Вздохнув, та подумала и решила выйти на второй период. До выхода на лед осталось 2 минуты, поэтому та поспешила к своим. Как только ее увидел отец, тот вопросительно посмотрел на нее.
— Ты сказала что не выйдешь. Что изменилось?
— Все это в прошлом. Пусть он не думает что из-за него я не поддержу своих любимых медвежат. Тем более, он знатно понервничает немного когда увидит меня на скамье.-Самодовольно улыбнувшись, Вика посмотрела на команду.
— Какая ты лиса все таки. — Сказал Кисляк и надел шлем.
— Кислый, молчи... — Щука толкнул его в сторону открывшегося прохода. Прозвучал свисток и начался второй период.
...
Спустя три периода тяжелой борьбы с «Факелом», «Медведи» все же одержали победу. Вика наблюдала за ликующими парнями и восторженно улыбалась. Тренера уже поздравили игроков и скрылись в тренерской, а Макеева никак не могла налюбоваться ими.
— Ну что, косолапые. Поздравление от директора. Молодцы, 3:0, это прям.. Ух! Давно такого хоккея от вас я не видела. Ну что, празднуйте, но сильно не шумите. Завтра тренировки не будет, а с 30 числа работаем в обычном режиме. Отдыхайте, родные.
— Вика, а не хочешь победу с нами отметить? Мы небольшой компанией соберемся в кафе. Я, Щукины, Костров, Антип и Пономарев. — Сказал Кисляк и натянул футболку. — А, еще Бакин. Если не проспит. — Андрей подмигнул Семену.
— Я подумаю. И если что наберу тебе. Пока.
Вика быстро вышла из раздевалки и написала отцу, о том что придет сегодня поздно. Та хотела немного прогуляться и освежить голову, или посидеть с медвежатами. Как только Макеева вышла из дворца она направилась к машине и... Увидела своего отца с какой-то дамой. Через несколько секунд, она узнала в ней мать Антона - Юлию Борисовну Антипову.
— Вот это поворот... — Вика продолжила следить за ними, пока те не попрощались. Отец с улыбкой проводил ее взглядом, а после посмотрел в телефон. Она быстро села в машину и услышала звук сообщения. Ей ответил отец: «Хорошо. Буду тебя ждать.». Вика подумала про себя: «А не надо ждать.. Планы поменялись. Только что.».
Она подождала пока отец уедет с парковки и побежала обратно в ледовый. Увидев несколько своих хоккеистов, та спросила где Антон. Те сказали что он уже ушел, и Вика расстроено пошла к машине. Телефон его тоже был недоступен.
— Вот где он шастает когда так нужен! Алло, Кислый? Где вы там сегодня собираетесь? Я приеду. Угу, во сколько? Поняла. До встречи. — Макеева сбросила звонок и посмотрела на время. Встреча была уже через 40 минут, поэтому та неспеша поехала в кафе. Там уже сидел Антон и Саша, поэтому Вике не было скучно ждать остальных.
— Кстати, Антон.. Твоя мама она свободная женщина?
— В каком смысле?
— В смысле, по паспорту.
— Да. Что за вопрос?
— Да так, интересно стало. Просто она такая красивая у тебя. Думаю, мужчины толпами за ней ходят.
Антон молча смутился и поймал трубочку губами, а Вика отвернулась к окну. Вскоре собрались все остальные, но Вика была как-то отстранённа от веселья. Рядом с ней сидел Миша, и тот весь вечер бросал на нее обеспокоенные взгляды. Когда все уже собрались уходить, тот вызвался проводить ее. Как только они вышли из кафе, Миша заговорил.
— Вика, что с тобой?
— Со мной все хорошо. А что?
— Ты весь вечер сидела грустная. Не слушала нас, хотя мы тебе вопросы задавали.
— Миша-а, не грустная я была! — Вика рассмеялась и прикрыла рот ладонью. — Просто задумалась. До конца сезона осталось немного. Думала о вашей дальнейшей судьбе.
— Вика, не ври. У тебя уши сжимаются когда ты говоришь ложь.
— Что, правда? — Вика потянулась к ушам и начала трогать их. — Мишка, со мной все нормально. Я просто раздумывала о вашей дальнейшей жизни.
— Это из-за Калашникова?
— Пфф, он не достоин даже одного упоминания, целый вечер я бы не стала на него тратить.
— Ну ладно... Пока, Вика.
— Миша, тебя не нужно подвести?
— Нет, я пешком пройдусь.
— Ну давай, до встречи.
...
Вика действительно вернулась домой поздно. Отец спал, но когда Вика "очень тихо" пошла в комнату, проснулся и вышел в коридор.
— Я думал ты придешь немного пораньше.
— Я писала что задержусь.
— Где была?
— Неважно. Спи. — Макеева закрылась у себя в комнате и увалилась на кровать. Через силу переодевшись в пижаму, та уже собиралась закрыть глаза, но голову заняли мысли об отце и матери Антипова.
«Может они просто пересеклись и ничего у них нет... Хотя папа так искренно улыбался только мне и маме. Странно все это.. Антону нужно рассказать, две головы лучше.»
Покончив с надоедливыми размышлениями, та наконец выключила ночник, накрылась одеялом и закрыла глаза. Сон не шел, ведь назойливые мысли перебивали все желание заснуть. Виктория крепко зажмурилась, и начала считать баранов, а через несколько минут наконец провалилась в чуткий сон.