Как обмануть айдолов: дополнение

Вот и девятое марта, день рождения Мин Юн Ги. Вроде бы ничего такого, каждый день у кого-то день рождения, но почему-то для меня это был особенный день. Может, потому, что я хотела, чтобы Юн Ги не забыл его? Или потому, что в этот день ко мне пришло осознание того, что я влюблена в этого парня? Да, именно влюблена. До этого я не была уверена, но он своим подвигом доказал это. Какой же это подвиг? Он полюбил меня вне зависимости от моей половой принадлежности. Эта отвага, на которую не каждый будет способен. Многие спросят, а как же Чон Гук? На месте. Все на том же месте. Только вот теперь он там не один, а с Юн Ги. Теперь у них идёт там реальная борьба за моё сердечко. И я не могу определиться.
Я заказала для Юн Ги ещё месяц назад дорогущие новые наушники последней модели, которые он так хотел, ещё с момента их выхода. Да, дорого, но, к счастью, я могу теперь позволить себе не только их, но и много чего другого. Я заказала их с доставкой на адрес кафе, где работает Ли Мин Ки, чтобы уж точно их получить. Девушка постоянно на работе, поэтому ей будет легче забрать у курьера посылку.
Так днем часа в два мне позвонила Ли Мин Ки, сообщив о том, что она получила коробку. Я же, быстренько слиняла с тренеровки.
-Чон Гук ~а, ну пожалуйста, прикрой меня, - умоляла я парня, пока был перерыв.
-Слушай, я понимаю, что нужно поздравить хена, но ради этого сбегать с тренеровки? - сказал он, скрестив руки на груди.
-Оппа! Ну пожалуйста.
-Перестань. Мы же договаривались.
-Буду называть тебя оппой пока не согласишься. Братец Чон Чон Гук, пожалуйста прикрой меня. Я всего лишь на десять минут отойду.
-Ох... Неугомонная ты девчонка, - выдохнул он. - Ладно, беги давай. У тебя десять минут!
-Спасибо, Чон Гук~и, - я запрыгала на месте от радости и, поцеловав его в щеку, быстро убежала.
Парень усмехнулся и посмотрел мне вслед.
Я быстро выбежала из агентства. Этот чёрт дал мне только десять минут времени. Конечно, я могу не следовать его указаниям, но я же обещала. Обещания надо держать. На улице уже было тепло, и светило солнце, поэтому я без страха выбежала в том, в чем тренеровалась: широкие спортивные штаны, большая футболка и кеды. Я встала на край дороги и посмотрела на телефоне время. Должна успеть. К счастью кафе было рядом, могу и добежать. Прохожие смотрели на меня с интересом, а некоторые девочки-школьницы даже по-моему узнали меня, но мне было не до них. Зажегся зелёный свет. Я, не посмотрев на дорогу, выбежала на пешеходный переход.

***

Это разве плохой сон? Сон, где ты гуляешь со своими детьми и мужем. Разве он может быть плохим? Хорошая погода, поют птицы. Вы где-то в поле, напоминающее русские просторы. Вокруг тебя бегают дети семи лет, мальчик и девочка, а с ними за одно и твой муж. Только вот лицо мужа ты никак не можешь разглядеть. Это и была самая кошмарная часть этого прекрасного сна. Я не могла понять, кто же это, Чон Гук или Юн Ги. Этот человек был прекрасен, я любила этого человека, но без понятия о том, кто он.
Звезды. Резко стало темно и были видны звезды. Рядом с тобой сидит именно тот человек, которого ты любишь. Поворачивая голову ты видишь Юн Ги. Этот сахарный котенок был во всем белом, даже его кожа практически сливалась с одеянием. Тёмные кудрявые волосы локонами спадали на лицо. Именно этот образ парня я всегда любила, образ ангелочка, который всегда улыбается. Повернула голову в другую сторону. Там сидит Чон Гук. Чёрная кожанка и рваные джинсы были на нем. Коротко подстриженные волосы заканчивали его образ плохого парня. Может, именно так парень выглядит в моем представлении. Я задумалась. Они нравятся мне оба, я обоих люблю, но надо решать.
-Стас, - сказал Юн Ги, посмотрев на меня. Я поняла, что он смотрит на меня, как на парня.
-Тан Ни, - сказал Чон Гук, тоже посмотрев на меня.
Меня будто ударили по голове. Эти два образа перемешались в один, и перед мной предстал тот самый "идеальный" парень. Точнее нет, он не был идеальным. В нем было что-то лишнее. Но что? В этом человеке были две сущности: Чон Гук и Юн Ги. Я поняла, что они не уживутся вместе и нужно что-то делать. Надо их разделить, но как?
-Чон Гук, - сказала я. - Я выбираю тебя.
Но ничего не случилось. Парень даже ухом не повёл.
-Хорошо, - неуверенно сказала я. - Тогда Юн Ги. Ты будешь моим единственным?
-Правельный ответ, - сказал он.
Парень засветился, и шум, похожий на автомобильный гудок раздался у меня в голове. Этот шум сводил с ума, но я ничего не могла сделать.

***

Десять минут. Двадцать. Где её носит? И парни уже стали задаваться вопросом где она.
-Где, мать его, Стас! - крикнул вне терпения Нам Джун. - Ты говорил, что он отошёл на пять минут в уборную!
-Ну... Это... Он сейчас придёт, - сказал я и замялся от безысходности.
Где же она? Вдруг с ней что-то случилось? Да нет! Что с ней может случится! Это же Тан Ни. Она сама кого хочешь в беду загонит. Эта бешеная белка с шилом в попе может кого угодно до истерики довести. Черт. Но тем не менее она слабая и беззащитная девочка. А её глаза, когда я заставил признаться её в любви? Она тогда так смутилась и покраснела. Я думал, что все, теперь она будет паинькой, но нет же. Это лохматое чудо тут же начало дубасить меня подушкой. Она без стеснения переодевается при мне, зная, как сильно это возбуждает, но я не могу её тронуть, о чем она тоже знает. Я не могу причинить боль своей маленькой сестрёнке. Именно сестрёнке, потому что она мне не больше, чем младшая сестра. Я стараюсь отвлечь её внимание на кого-то из группы, это разные люди, но в последние пару дней был Шуга. Мы стали замечать, что именно он стал заглядываться на мою девочку. Я был не против. Пусть он выглядит опасным парнем, но в плане девушек он очень робкий и скромный, поэтому я особо не волновался на её счёт.
-Может, без него начнём? - предложил Чи Мин.
-Мы должны отработать вместе, - сказал Юн Ги и встал со своего места. - Малой, куда он пошёл? Ты же знаешь.
-Я же говорю, в туалет отошёл, - ответил я. - Может, ему плохо?
В тренеровочный зал вбежал менеджер Бон Паль. Он был напуган, но тем не менее говорить мог.
-Мне только что позвонили из больницы. Дабл-Ю сбила машина.
-ЧТО? - закричали все, подбегая к нему.
-Я не знаю. Я просто делал свою работу, тут мне звонят с неизвестного номера и говорят, что он в больце. Я позвонил уже его брату, он тоже едет.
-Нам надо срочно туда! - сказал Хо Сок, выбегая из комнаты. - Какой адрес больницы?
Мы, узнав адрес, направились туда, игнорируя расписание. Плевать на эти записи и тренеровки, у нас без неё все равно ничего не получится. А если там что-то серьёзное? А вдруг она погибла? Нет, Чон Гук, не думай об этом. С этой малышкой все в порядке. Ничего серьёзного не будет. Ведь так?
Когда мы приехали в больницу, то сразу же побежали к стойке регистратуры.
-К вам пол часа назад поступил пациент, которого сбила машина, - сказал Юн Ги, обращаясь к девушке. - Его имя Станислав Романов.
-Нет, простите, к нам таких людей не поступало,- ответила она, удивлённо смотря на нас.
-Да как же? Вы звонили Ким Бон Палю, менеджеру Стаса, - не унимался Юн Ги.
-Нет, простите. Такого человека у нас нет.
Сначала я расстроился, а потом вспомнил. Она же девушка! И имя у неё другое. Я отчаянно стал вспоминать её имя. Её все называют Тан Ни, но это не полное имя. Какое же полное имя и фамилия? Вспоминай Чон Чон Гук, ты должен помнить! Но нет. Я не мог вспомнить.
-Тэ Хен! - обратился я к хену. - Как имя твоей девушки из России?
-Танни, - недоуменно ответил он.
-Да нет же. Полное имя! Как её полное настоящее имя?
-Я не понимаю зачем тебе, - ответил он. - Нам надо сейчас думать о Стасе, а не о ней.
-В этом и дело, - сказал я, но ничего не смог сделать.
-Это его брат? - спросил Нам Джун, указывая на парня, который вбежал в здание.
-Да, это Сергей. Это он, - сказал Чи Мин.
Её брат подбежал в панике к стойке.
-К вам некоторое время назад поступила девушка. Её имя Фёдорова Татьяна Владимировна, девяносто восьмого года рождения,- сказал он, задыхаясь, так как видимо бежал.
Да, Татьяна, точно. Вот же лопух!
-Да, конечно. Девушка поступила к нам в бессознательном состоянии после того, как её сбила машина. Она сейчас находится в операционной. Вы кем ей являетесь?
-Я её брат. Старший. Сергей. Ммм... Фёдоров Сергей Владимирович. В какой операционной она находится?
-В пятой.
Сергей тут же сорвался с места и побежал к операционной. Мы за ним. Никто не понимал, что происходит, но это ушло на второй план. Её брат остановился у дверей операционной. Дальше вход был запрещён. Он устало сел на стул и стал ждать.
-Черт, как это могло произойти? - спросил Тэ Хен.
-Да, Чон Гук, как это произошло? - сказал Сергей, посмотрев на меня. - Ты её лучший друг, ты должен знать.
-Я...
-Ты сказал нам, что он отошёл на время в туалет, - сказал подавленным голосом Юн Ги. - Как он оказался на улице? Черт, как... Да что вообще происходит?
-Хен, успокойся, - сказал Нам Джун, придерживая его за плечи.
-Ты будешь себя в этом винить, - сказал я и опустил глаза.
Да, Юн Ги будет винить в этом себя. Ведь это за его подарком она пошла, в его день рождения. Такой себе подарочек. Я не знаю, говорить ему или нет.
-Скажи, что случилось, - потребовал Сергей. Именно потребовал.
-Я... Он хотел кое-куда сходить, поэтому попросил его прикрыть на десять минут. Он сказал, что уйдёт всего на десять минут.
Я был в панике, как и все остальные. Я не знал, что мне делать. Даже говорить было уже сложно, слезы поступали комом.
-Он... Он хотел забрать посылку, которую доставили в кафе, где работает Ли Мин Ки...
-Что за посылка, Чон Гук ~и? - спросил Хо Сок. - Ты должен нам все рассказать.
-Это был сюрприз для Юн Ги хена, - я посмотрел на Шугу виновным взглядом. - Он хотел сделать тебе сюрприз. Я не знаю, что он заказал.
-Он... Он хотел сделать мне сюрприз? - дрожащими губами сказал Юн Ги, и из его глаз полились слезы.
Мы мало когда видели, чтобы он плакал, и вот сейчас один из немногих моментов его слез. Он сел на сидение напротив меня и взялся за голову. Сначала был один громкий всхлип. Потом ещё один. Парни смотрели на него удивлённо, а я уже давно догадался, что он любит её. Теперь он будет думать, что это из-за него все это случилось.
-Хен, ты в этом не виноват, - сказал я. - Это моя вина, так как я его отпустил.
-Заткнись! - сказал он срываясь на крик. - Заткнись. Закрой свой рот!!!
-Хен, - позвал его Нам Джун, сев рядом. Он обнял его. - Всё будет хорошо. Не переживай.
-Зачем он пошёл... Я бы обошёлся. Для меня не важен подарок, я благодарен ему за то, что он принял меня, - говорил сквозь слезы Шуга. - Почему жизнь так несправедлива.
В этот момент наши телефоны одновременно стали издавать звуки. Все мы разом посмотрели на приходящие сообщения. Что это? Новая статья?
-Да как так то? - воскликнул Чи Мин.
-Что там, - спросил Шуга, поворачивая свою голову в сторону парня.
-Новая статья,- ответил Сергей и посмотрел на него. - Это про тебя и...
-Про меня? - парень посмотрел статью.
Там говорилось о том, что между Шугой и Дабл-Ю есть какие-то отношения, и были преведены несколько фактов, которые на самом деле ничего не доказывали. Но тем не менее Юн Ги стало от этого ещё тяжелее.
-Да чтоб их...
-Как они так угадали момент? - спросил Чи Мин.
-Они могли его угадать только в одном случае, если его специально сбили,- ответил Нам Джун. - Но этого не могли сделать специально. Откуда они могли знать, когда он будет переходить дорогу?
-Тут все сложно. Даже если они в этом виноваты, то будет очень сложно доказать, - сказал Джин. - Юн Ги, не переживай, с ним все будет хорошо.
Мы так просидели достаточно долго, сколько прошло? Час? Или два? А сколько ещё предстоит? Мы сидели в гробовой тишине, пока не вышел врач. Даже Юн Ги перестал плакать вслух.
Из операционной вышел мужчина, врач, и посмотрел на нас. Мы тут же вскочили, окружив его, Сергей вышел вперёд.
-Что с ней? - спросил он. - Что с моей сестрой?
-Она жива, не переживайте, - сказал он. - Во время операции возникли некоторые сложности, но вроде все обошлось. Операция была на позвоночник, поэтому после того, как она очнется, мы осмотрим её на наличие повреждений.
Сергей выдохнул с облегчением. И потёр лицо.
-Вы её брат?
-Да. Я Сергей Фёдоров.
-Пройдемте, надо оформить некоторые документы, - сказал он, указывая рукой вперёд.
-Конечно. Вы же понимаете, что это должно оставаться в секрете? Никто не должен знать, что...
Мужчина осмотрел парней и улыбнулся.
-Конечно, я понимаю,- сказал он.
-Мы можем её навестить? - сказал я.
-Можете, но она сейчас без сознания. Не думаю, что вы сможете поговорить. Подождите, пока действие наркоза не пройдёт.
-Нам бы просто убедиться, что все в порядке, - сказал Юн Ги сдавленным голосом.
-Конечно. Тристо шестая палата.
Врач и Сергей ушли в неизвестном направлении заполнять документы. Парни посмотрели на меня.
-Спрашивать не стоит? - спросил Нам Джун.
-Нет, - я покачал головой. Я понял, что они все узнали, но разве её здоровье не важнее?
Мы пошли в её палату. Я зашёл первый, парни держали Юн Ги, чтобы тот не сорвался, но не думаю, что они его удержат. Я медленно подошёл к её койке. Тан Ни лежала неподвижно. Даже не сразу поймёшь, что она только после операции. Сев около неё, взял её за руку.
-Эй, ты слышишь меня? - тихо спросил я.- Пожалуйста, держись. Все будет хорошо, малышка, я верю в тебя. Мы верим в тебя. Только очнись, прошу. Врач сказал, что операция прошла успешно, поэтому ты должна быстро восстановиться. Мы без тебя на сцене не сможем. Ты стала частью моей жизни и жизни BTS. Сестрёнка, пожалуйста, открой глаза.
Но она не отвечала. С одной стороны я понимал, что она просто ещё под наркозом, но с другой, было страшно. Я боялся, что она никогда не очнется.
Мы были рядом с ней ещё минут двадцать, пока нам лично не позвонил директор и не сказал придти обратно в агентство. Он заверил нас, что с ней все будет хорошо, что Бон Паль сейчас придёт к ней и будет присматривать. Мы согласились. Когда выходили, то Юн Ги задержался ещё минут на пять, но мы не стали ему ничего говорить, и просто оставили их наедине.

***

Как больно видеть любимого человека в таком состоянии, особенно, если виной этому был ты. Это из-за меня он попал под машину. Из-за меня все это случилось. Если бы он не пошёл за этим чёртовым подарком. И все ради меня? Ради меня этот воробушек свалил с тренеровки никому ничего не сказав? Как же это бесит. Не послушный малыш, который все делает по своему. Он никогда никого не слушает, а то, что ему говорят его хены просто пропускает мимо ушей. Можно было бы это свалить на его русскую натуру, но нет. Он вырос в Корее. Просто ему хочется свободы. Он до ужаса упрямый, но это его упрямство довело до того, что теперь он в нашей группе. Теперь он часть BTS. И наша формула такая: восемь минус один равно нулю. Этот воробушек теперь часть нашей команды, и часть меня. Я влюбился в него, как пятилетний мальчишка, хотя, мне наверное и есть пять лет. Я никого так сильно никогда не любил, я готов идти за ним хоть на край света, готов защищать его и оберегать. Общество не одобрит наши отношения, тем более в Корее, но я готов на все, ради него. Даже если он скажет, чтобы я ушёл из его жизни, я сделаю это. Я сделаю все, чтобы он был счастлив.
-Эй, воробушек, - сказал я, сжимая его руку. - Пожалуйста, поправляйся. И прости своего хена. Прости меня, что позволил тебе пострадать. Я переживаю за тебя и скучаю. Поправляйся быстрее, пожалуйста. И я обещаю, мы отправимся в путешествие, хочешь? Мы возьмём отпуск на недели две, или на месяц и уедем. Хочешь? Только выздоравливай скорее. Я мало кому это говорил, да и ты знаешь, что я не люблю выражать свои чувства, но... Я люблю тебя. За эти две недели наших отношений я сказал тебе это лишь раз, теперь говорю ещё раз. Я люблю тебя, воробушек. Люблю! Пожалуйста, не покидай меня. Я приму любого тебя. Даже когда ты будешь называть меня котиком, ничего не скажу. От тебя это слышать приятнее всего. Ты единственный из младших, кто не всегда называет меня хеном. Ты это делаешь только на камеру, а в жизни общаешься со мной, будто мы на равных, вне зависимости, что разница у нас в пять лет. Ты такой удивительный. Я не против. Называй меня, как хочешь, только чтобы ты был рядом. Сейчас твой брат и врач как-то по другому тебя называли. Они называли тебя девушкой. Я запутался. Да мне сейчас и не важно это, главное, чтобы ты был здоровый. Это сейчас главное. Мне пора идти. Директор нас зовёт. Ты не волнуйся, сейчас придёт Сергей и Бон Паль, они присмотрят за тобой. Я приду к тебе завтра, когда ты придёшь в себя. Прости меня ещё раз за это. И... Жду тебя на сцене, а самое главное, в своих объятиях.
Я встал и поцеловал его в лоб. Я был уверен, что он меня слышит, поэтому общался с ним, как будто он мне сейчас ответит. Я и хотел, чтобы он мне ответил.
Я развернулся и пошёл на выход, напоследок обернувшись, чтобы посмотреть на него. Такое ощущение, что он просто спит. Хотел бы я, чтобы это был просто сон.

***

Что-то тёплое... Живое...
Будто я окунулась в тёплую воду, чувствуя течение. Это было течение жизни. Мои восемь месяцев с бантанами. Почти год... Кем я стала для них? Другом? Братом? Или так же осталась никем.
Нет...
Этого не может быть. Есть же Юн Ги и... И Чон Гук. Они любят меня. Ведь так? Я смотрела, как они выступают на сцене. Но я была среди зрителей. В этот момент они не знали кто я, они не знали восьмого мембера Дабл-Ю. Для них я была всего лишь фанатка. Вокруг меня ютились люди, а я была у самой сцены. Народ стал сзади меня раступаться, и кто-то толкнул меня в спину, пытаясь вывести на сцену. Я поддалась. А уже на самой лестнице обернулась. Чон Чон Гук. Это ты. Это ты вытащил меня на сцену! Да. Так оно и было. Остальные мемберы побежали ко мне и подали свои руки, чтобы помочь взобраться к ним. Все, кроме Юн Ги, который стоял в стороне и не обращал на меня внимания. Мин Юн Ги, ты должен меня выслушать!
Я попыталась протянуть ему руку, но он будто выставил стеклянный барьер, через который могли пройти только остальные мемберы. Мы начали выступать, я вместе с ними на сцене. Но что-то не то. Его не хватает. Пока я пыталась найти Юн Ги, то споткнулась и упала. Было больно. Но первый, кто подошёл ко мне, чтобы поднять, был он. Шуга схватил меня и поднял себе на руки, а потом не отпускал до самого конца.
Вот это было похоже на реальность. Чон Гук был первым, кто поверил в меня. Бантаны помогли мне утвердиться на сцене. А Шуга... Он помог мне выбраться из той ямы, которую мне вырыли СМИ. Он взял ответственность поддерживать меня на себя и до сих не отпускает. Несмотря на то, что сначала мы были друг другу никем, сейчас мы с ним очень близки.
Я открыла глаза, и меня ослепил яркий свет из окна. Осмотрелась. Где я? Почему я в больничной одежде? Воспоминания больно отражались в моём мозге. Голова болела жутко. И спина тоже. Я пыталась вспомнить. Помню то, как уговаривала Чон Гука отпустить меня. Помню дорогу и светофор. А дальше? А дальше провал, и вот я здесь.
В комнату зашла медсестра увидела, что я пришла в себя. Она тут же побежала куда-то. Если я в больнице, то, скорее всего, за врачом. Я была права. Через пять минут пришёл врач.
-Очнулась?
-Что случилось?
-Тебе нельзя волноваться. Ты попала под машину, и мы сделали операцию, - сказал он, осматривая меня. - Что беспокоит помимо шрама на спине?
-Ну... Я...
Я увидела, как он трогает мои ноги. Именно увидела, а не почувствовала.
-Я не чувствую ног, - сказала я, не понимая, что это может значить.
-Полностью, или какую-то определённую зону? - он начал надавливать на разные участки ноги, смотря на мою реакцию.
Я же, попимо того, что пыталась ощутить его прикосновения, старалась подвигать хотя бы пальцами на ноге.
-Ничего. Обсалютно,- ответила я и осознала всю серьёзность ситуации.
-Без паники, - сказал врач, увидев мою ошеломленную реакцию. - Мы сделаем тчательный  осмотр и решим, что же случилось.
-Но... Если я не смогу ходить то... - из моих глаз полились горячие слезы. - Я не смогу больше выступать.
-Не переживай, - он погладил меня по голове. - Всё будет хорошо. Мы ещё не знаем, почему так. Может твои ноги просто не отошли от анастезии. Все хорошо.
Хорошо... Он хоть сам себя слышит? Ничего не будет хорошо! Я айдол, мне нужно выступать. Я не могу без сцены. А как я друзьям в глаза смотреть буду? А родителям? Бантаны меня возненавидят. Черт. Я только начала свой путь, и вот так просто можно лишить меня мечты? Просто перерезав какой-то нерв в моем позвоночнике?
-Сделайте все, чтобы я смогла ходить, - сказала я приказным тоном. - Вы обязаны сделать все возможное. Я заплачу любые деньги. У меня есть деньги. Только исправьте это!
-Вы понимаете, что не все можно сделать за деньги? Вы не должны отчаиваться. Я назначу вам полное обследование. Отдыхайте.
И он ушёл. Ушёл, оставив наедине со своими мыслями. А зря. Человек в таком состоянии может сделать с собой все, что угодно. И признаюсь, мне хотелось в тот момент умереть. Ведь я не могу без танцев, без выступлений. Я буду выглядеть жалко, сидя на сцене в инвалидном кресле. Я не хочу такой жизни. Но он же сказал, что это может быть и не серьёзно. Он же сказал, что надежда есть. Значит, нужно ждать. Нужно верить. Надо посмотреть, что покажет исследование. Может, и не надо волноваться по этому поводу?