Офисный спектакль

- Думаю, нет смысла уже это откладывать, - сказала я, придвинув к себе кружку чая. – Но о чем именно ты хочешь поговорить?

- О нас, - коротко сказал он.

Запрокинув голову, я рассмеялась в полный голос.

- О нас? – спросила я, попытавшись сдержать смех. – А разве существуем мы? По моему ты никогда не ассоциировал себе как человека в паре. Ты же у нас Казанова.

- Настя, - попытался остановить меня Игорь.

Но куда там. Меня уже понесло. И я не виновата. Это все лишь потому, что я беременна. Кидает из одной эмоции в другую как на американских горках.

- Что Настя? Разве я не права? Ты сам мне сегодня говорил, что из-за твоих благородных намерений ты перестал со мной общаться. Ты не хотел этого, не я. Так о каких «нас» ты сейчас говоришь?

- Я тогда не знал что... - начал говорить он.

Но кто ему даст закончить?

- Не знал что? Что я беременна? А что это меняет Игорек? Ты вдруг воспылал ко мне огромной любовью? Что-то я сомневаюсь, - в этот момент он попытался меня перебить, но я опять-таки ему это не позволила. – Ах, нет. Ты решил, что как благородная личность теперь просто обязан на мне женится. Так вот спасибо дорогой, но мне этого добра не надо. Хочешь помогать ребенку? Да, пожалуйста. Прятать его я от тебя не буду. Но жить с тобой даже ради него не стану. Поверь ненавидящие друг друга родители не пойдут ему на пользу. А может ты не знаешь как от меня отделаться? Так не волнуйся. Если тебе этот ребенок не нужен, то принуждать не стану.

- Ты все уже решила? – сказал он, откинувшись на стуле.

- Тут нечего было решать. Ребенок и мой и твой. Хочешь принимать участие в его жизни. Принимай. Хочешь помогать финансово. Помогай. Не хочешь ни того ни другого. Да, пожалуйста. Тебя никто не заставит. Я и сама справлюсь.

- А ты не хочешь услышать, что же думаю по этому поводу я?

- Знаешь? Не имею особого желания. Я, как ты помнишь, вообще не желала этого разговора и нахождения тут. Но не все происходит так, как мы хотим. Но ты прав. Нам следовало это обсудить. Но опять-таки повторюсь хотелось бы не сейчас. Но раз уж мы тут-то я должна выслушать что же хочешь ты.

- Спасибо за такое благородство, дорогая, - сказал он, изобразив шуточный поклон. - А теперь послушай, что думаю я. Я думаю, что ребенок должен расти в полной семье. Я рос в такой, и не жалуюсь.

- Ты себя слышишь? – прервала я его. – Похоже, нет. Я же тебе русским языком говорила, что в такой семье, какая будет у нас, ребенку будет ужасно находится. Да как ты можешь сравнивать твоих родителей, которые любят и боготворят друг друга, с тем какая семья будет у нас. Хотя как у такой пары как твои родители родился ты мне до сих пор не понятно.

- Спасибо за комплимент, Настенька. Но прошу тебя, впредь не перебивай меня и выслушай до конца.

- Не обещаю, - буркнула я.

- Настя, - угрожающе проговорил он. – Закрой свой милый ротик и слушай. Я настаиваю на том, что ребенок должен жить в семье, и он будет жить в семье. Поверь, я не допущу обратного.

- Игорь, - начала жалобно я. - Неужели тебе этого хочется? Зачем тебе это? Ты же живешь свободной жизнью. Так живи ей. Зачем тебе геморрой в виде жены и ребенка?

- Это мои проблемы, а не твои.

- Ах не мои? – опять завелась я. - Еще как мои. Это мне придётся жить с мужчиной, который ежедневно будет приходить домой с запахом новой женщины. Это мне придется терпеть сочувствующие взгляды моих родных и друзей. Это мне придется объяснять ребенку, что папы по ночам дома нет потому, что он работает, а не потому что он спит с очередной ***. И это меркнет по сравнению с тем что мне придется жить с человеком, который меня ни в грош не ставит. Да что там. Мне просто придется жить с человеком, который меня просто не любит. А, знаешь ли, каждой женщине хочется любить и быть любимой. А ты меня всего этого лишаешь.

И я заревела. Заревела навзрыд. Со слезами из меня выходили все плохие эмоции. Пока я все рассказывала ему, я очень живо в своей голове представляла эту картину, и мне становилось страшно. Ведь я соврала ему. Соврала, что не люблю. Люблю и очень сильно. И эта любовь делает весь мой рассказ еще страшнее. Ведь я буду мучиться. Буду мучиться от ежедневной ревности. Это просто будет съедать меня изнутри. Не хочу. Не хочу жить с ним. Не хочу знать, где он и с кем. Не хочу ежедневно ждать и думать, вернется ли он с работы. Не хочу.

За время своего внутреннего монолога я и не заметила, что Игорь пересадил меня на свои колени и укачивают как маленького ребенка. И к собственному стыду мне совершенно не хотелось вырываться из этих объятий.

- Не плачь, котенок мой, - вдруг тихо зашептал Игорь мне на ушко. – Тебе нельзя плакать. Тебе нужно только радоваться. Хорошая моя, успокойся.

А я случайно не падала в обморок? А может у меня глюки на нервной почве?

- Настенька, успокаивайся, пожалуйста, - проговорил он.

Я, наконец, пришла в себя и попыталась вырваться из его объятий, но у меня, конечно же, этого не получилось.

- Сиди спокойно, - проговорил он и устроил меня поудобнее на своих коленях.

- Не хочу я сидеть у тебя на коленях, - проворчала я, попытавшись выбраться опять.

- Я отпущу тебя, если ты успокоишься.

- Я спокойна.

-Я вижу. Ладно, хоть плакать перестала.

Я замолчала и, насупившись, уставилась на свои руки. Спустя пару минут Игорь тяжело вздохнул и аккуратно пересадил меня на мой стул.

- Наверное, нам стоит отложить этот разговор, - проговорил Игорь. – Не хочу, что бы ты тебе стало плохо.

- Нет. Что уж там. Я хочу, что бы этот разговор закончился здесь и сейчас.

- Уверенна.

- Игорь не будь таким сентиментальным. Тебе не идет.

- Настя, зачем ты делаешь из меня монстра. Поверь, я не такой.

- Знаешь со стороны виднее.

- Не спорю, - проговорил он, взяв мою ладонь в свои руки. – Не вырывайся, пожалуйста.

Я посмотрела на него и решила, что хотя бы на этот раз не делать все наперекор. Тем более его руки были такими теплыми.

- Насть, можешь ты меня до конца выслушать? Я не прошу тебя, прямо завтра становится моей женой. Я в принципе не прошу тебя становится моей женой. Просто давай ради ребенка попробуем пожить вместе. Мы же, как то ладили до недавнего времени.

- Не я виновата в том, что это поменялось.

- Я виноват. Ты права. И я хочу все исправить, - я попыталась опять его перебить, но теперь он не дал мне этого сделать. – А по поводу твоих слов о мучении. Поверь я не допущу того что бы на тебя как-то не так смотрели. Никто не усомнится в том, что мы отличная пара.

Я смотрела на него и не могла поверить его словам. Ну, зачем? Зачем ему все это?

- Игорь, но зачем? – озвучила я свои мысли.

- Хочу что бы ребенок жил в полноценной семье.

Но почему то мне показалось, что не это он хотел сказать.

- Игорь, это бессмысленно. Зачем тебе мучится? Мы живем в современном мире, и твой аргумент не имеет смысла в нем. Я же сама не заставляю тебя это делать. Так не делай этого.

- Я хочу этого и мы это сделаем.

- Но зачем? – задала я, наверное, в сотый раз этот вопрос.

- Да потому что я хочу, что бы моя любимая женщина, которая ко всему прочему ждет от меня ребенка жила рядом со мной, - прокричал он и, отойдя к окну, повернулся ко мне спиной. – Я идиот, который сам все разрушил. Хотя нет. Я просто трус, который испугался такой сильной привязанности к девушке, что просто решил ее бросить. А теперь эта девушка и знать меня не хочет. И если раньше я мог хотя бы надеется на взаимность от нее, то теперь мне видимо этого в жизни не заслужить.

Я слушала его и не верила своим ушам. Это сон. Это не может быть правдой. Не мог Игорь такого сказать. Такого просто не может быть.

Я попыталась ущипнуть себя и, почувствовав боль, поняла, что это мне не снится.

- Нет, - прошептала я.

- Что «нет»? – спросил меня Игорь, повернувшись ко мне.

- Этого не может быть, - прошептала я. – Это не реально. Ха. Да ты меня, наверное, разыгрываешь. Ведь, правда, разыгрываешь?

У меня начиналась истерика. Я просто не могла поверить в то, что он сказал. Я начала истерически смеяться. Сначала Игорь долго смотрел на то, как я смеюсь, потом быстрым шагом подошел ко мне и, подняв меня на руки просто поцеловал.

И я мгновенно ответила. Я так скучала по его губам, что с жадностью путника в пустыне вцепилась в него и со всей отдачей отвечала на его поцелуй как будто он единственный источник влаги. Не знаю сколько мы так целовались но спустя какое то время я почувствовала что уже сижу на столе и чьи то жадные ручки пробираются мне под рубашку.

- Маленькая моя, - прошептал он, перейдя с поцелуями к моей шее. – Котенок мой.

Я млела под его губами и руками. и мне было так хорошо.

Не знаю, чем бы это все закончилось, но нас прервал звонок в дверь. Хотя первую минуту мы пытались не обращать на это внимания, но видимо человек находящийся за дверью не думал уходить.

- Я убью того кто там находится, - проворчал он с явной неохотой убирая от меня руки.

- Ставлю свою тачку на то, что это Костик, - проговорила я, поправляя на себе одежду.

- Уверен, что ты права, - сказал он, направляясь к двери.

Но, не дойдя, он развернулся и, подойдя ко мне, взял мое лицо в ладони и проговорил:

- Как только я выйду из этой комнаты, ты же не решишь снова ненавидеть меня?

Он смотрел на меня с такой надеждой, что я начинала все больше верить ему. Какая же я дурочка. Но я люблю его, и мне очень хочется дать ему этот шанс.

- И не надейся, - сказала я с улыбкой.

- Котенок, - ласково проговорил он и, поцеловав меня легонько в губы, вышел из кухни.

Надеюсь, я не совершила ошибку.