Глава 26. Тихий шторм
Лёша не устраивал сцен. Не язвил, не срывался, не бросал саркастичные комментарии.
И именно это больше всего напрягало Алину.
Обычно он постоянно лез к ней со своими подколами, мешался под ногами, раздражал и веселился. А теперь… молчал.
Но этот взгляд.
Спокойный, отстранённый, чуть прищуренный — словно он наблюдал за хищником, который зашёл на его территорию.
Алина сидела за редакторским столом и пыталась сосредоточиться на статье. Никита рядом что-то объяснял, пододвигая к ней распечатки.
— Смотри, тут неплохо, но лучше добавить конкретики. Например, вместо «некоторые студенты жалуются» — «более 30% первокурсников отметили проблему».
Алина кивнула.
— Логично.
— Я могу помочь с обработкой данных, если хочешь.
— Было бы круто.
— Тогда давай после пар разберёмся?
— Давай.
— Хорошо, — Никита улыбнулся и взглянул куда-то за её плечо. — Хотя кажется, кто-то уже не в восторге от этого плана.
Алина напряглась.
Она обернулась.
Лёша стоял у книжного шкафа и якобы что-то искал среди папок.
Но Алине не нужно было быть гением, чтобы понять — он слышал каждый их разговор.
И не просто слышал.
Он молчал.
Лёша всегда что-то говорил. Всегда находил повод уколоть её, посмеяться, вставить своё веское слово.
А теперь — ничего.
Только мимолётный взгляд, который был слишком… спокойным.
Алина сжала ручку.
— Слушай, мне кажется, или твой редактор меня ненавидит? — полушутя спросил Никита.
— Да он всех ненавидит, — буркнула Алина.
Но сама почему-то украдкой посмотрела в сторону Лёши.
Он уже не смотрел на них.
Но что-то подсказывало ей — он слышал всё.
Алина попыталась сосредоточиться на работе, но ей мешало ощущение, что за ней наблюдают.
Лёша не подходил, не встревал, но его молчание висело в воздухе, как грозовая туча.
— Окей, — Никита наклонился к её листу, тыча пальцем в текст. — Здесь можно сделать покороче, слишком длинное вступление.
Алина автоматически кивнула, хотя её мысли были совсем не о статье.
Она снова скользнула взглядом в сторону Лёши.
Он спокойно листал какие-то документы, но держал их в руках так крепко, что костяшки пальцев побелели.
Это было странно.
Не Лёша. Не его стиль.
Обычно он бы уже влез с комментариями, пошутил бы, сыпанул парой колких замечаний, но сейчас…
Тишина.
Глухая, раздражающая, давящая.
— Эй, ты чего зависла? — Никита легонько стукнул её ручкой по руке.
Алина вздрогнула.
— Чего?
— Я говорю, ты вообще тут?
— Да, конечно, — буркнула она, отводя взгляд от Лёши.
Никита усмехнулся.
— Окей. Тогда скажи мне, что тебя так напрягает?
— Ничего.
— Точно?
— Абсолютно, — отрезала она и уткнулась в текст.
Но мысль не отпускала её.
Лёша не шутил, не язвил.
Значит, что-то не так.
Тишина длилась ещё минуту, прежде чем Алина услышала знакомый голос:
— Ну и что тут у нас за романтический ужин при свечах?
Она медленно подняла голову.
Лёша стоял рядом, скрестив руки на груди и глядя на неё с привычной ухмылкой.
Алина прищурилась.
— Вернулся к жизни?
— А то. Ты же знаешь, я не могу долго оставаться в стороне, когда ты вытворяешь что-то подозрительное.
— О, спасибо за доверие, — хмыкнула она.
— Да всегда пожалуйста, беда.
Никита, казалось, был абсолютно невозмутим.
— Мы просто работаем, Лёш.
— О, конечно, конечно, — кивнул тот, садясь на край стола. — Просто работа. Просто глубокие взгляды, лёгкие наклоны друг к другу…
Алина закатила глаза.
— Если ты закончил свои гениальные наблюдения, то можешь не мешать?
— А вот и нет. Я главный редактор, имею право следить за процессом.
— Ты не следишь за процессом, ты следишь за мной, — парировала Алина.
— Разве ты не этого всегда хотела? — Лёша широко улыбнулся.
Алина шумно выдохнула.
Никита лишь усмехнулся.
— Ну, хорошо, если ты так заинтересован в рабочем процессе, может, сам внесёшь правки?
Лёша притворно задумался.
— Ой, беда, если я начну вносить правки, ты точно потом меня убьёшь.
— Справедливое замечание, — кивнула она.
— Вот и я о том же. Поэтому я просто тут посижу и понаблюдаю.
— Как будто у меня есть выбор, — проворчала Алина.
Лёша довольно ухмыльнулся и откинулся на спинку стула, словно и не было этих нескольких дней странного молчания.
Алина хотела бы сказать, что ей стало легче.
Но что-то подсказывало ей — это ещё не конец.