Часть 8
Проснулась я тяжело. Такое ощущение, будто кто-то аккуратно, но настойчиво бил мне молотком по голове изнутри.
Я приоткрыла глаза, увидела знакомый потолок и выдохнула:
— Прекрасно...
Телефон валялся на тумбочке. Я потянулась, глянула на экран — 10:57.
С трудом села на кровати, голова тут же отозвалась глухой болью. Ноги были ватные, во рту сухо, в памяти — дыры. Я помнила только музыку, свет, Дину, смех... а потом — пусто.
Я медленно дошла до ванной, включила холодную воду и умылась, стараясь не смотреть себе в глаза слишком долго. Лёд по коже немного взбодрил.
На кухне я достала таблетку от головы, запила её большим стаканом воды, прислонилась спиной к столу и какое-то время просто стояла, слушая, как гудит внутри.
— Никогда больше, — пробормотала я, хотя сама знала, что это не первый и не последний раз, когда я так говорю.
После этого снова пошла в ванную, включила душ. Холодная вода стекала по спине, смывала с меня вчерашнюю ночь, остатки клубного шума и липкий запах сигарет, прилипший к волосам. Постепенно боль в голове отступила, мышцы расслабились.
Я вытерлась полотенцем, надела домашнюю футболку и штаны, собрала волосы в хвост. Стало чуть легче дышать.
Телефон завибрировал — Дина.
— Алло? — хрипло сказала я.
— О, живая, — усмехнулась она. — Ну как голова?
— Минус мозг, — честно ответила я. — Что вчера вообще было? Я помню только половину.
Дина замолчала на пару секунд, потом спокойно сказала:
— Тебя Пау отвёз домой.
Я резко села на край дивана.
— Ещё раз. Кто?
— Пау. Ну, твой... как ты там говоришь... «шумный ученик».
Я потерла лоб.
— Ты хочешь сказать, что мой ученик таскал меня по клубу и вёз домой?
— Ну, если по фактам — да. Ты уже стоять не могла нормально. Он вовремя тебя поймал, вывел, посадил, и всё.
Я молчала. Несколько длинных секунд.
— Ад? — позвала она.
— Я тут, — выдохнула я. — Охренеть.
— Выглядел, кстати, достаточно серьёзно. Ни шуток, ни понтов. Просто забрал и отвёз.
Я сильнее сжала телефон. В голове по кругу вертелось одно: Пау. Отвёз. Домой.
— Ладно, — тихо сказала я. — Спасибо, что сказала.
— Отдыхай. И не думай. Такое бывает.
— Угу...
Мы попрощались, и я положила телефон рядом.
Несколько минут просто сидела, уставившись в одну точку. Мысль о том, что он видел меня в таком состоянии, мягко говоря, не радовала. Но постепенно шок начал отпускать.
Было — и было. На работе он всё равно останется просто учеником.
Я включила ноутбук, достала стопку тетрадей и заставила себя переключиться.
⸻
Пахло кофе. Я сидела за столом с красной ручкой в руке и проверяла контрольные. Работа всегда возвращала в норму: формулы, ошибки, исправления, замечания на полях.
Чем глубже я уходила в тетради, тем меньше думала о ночи и о том, кто меня вчера тащил до дома.
Под вечер я доела что-то простое, быстро умылась и легла спать пораньше. Завтра — школа.
⸻
Будильник прозвенел в 6:30. На этот раз я проснулась чётко — без дергающих болезненных ощущений, только лёгкая усталость.
Я встала, пошла умываться. Холодная вода освежила кожу, я аккуратно промокнула лицо полотенцем, потом сделала лёгкий макияж: тон, румяна, стрелки, тушь, нейтральный блеск для губ. Глаза стали чуть ярче, вид — собраннее.
Открыла шкаф и достала одежду на сегодня. Хотелось выглядеть максимально профессионально, спокойно, строго.
Я надела белый лонгслив, сверху — серую костюмную жилетку, подобрала к ним серые прямые брюки. На ноги — чёрные лодочки, удобные, но строгие. Сверху — чёрное пальто, которое хорошо держало форму.
На плечо повесила свой любимый шоппер Coach — туда положила журнал, пенал, пару тетрадей, кошелёк, ключи. Волосы оставила распущенными, аккуратно их расчёсывая, чтобы лежали ровно.
В зеркале на меня смотрела молодая, но уже «собранная» учительница. Именно так и должно быть.
Я быстро позавтракала — тост, йогурт, кофе — и поехала в школу на машине.
⸻
Во дворе было шумно, ученики кучковались, смеялись, кто-то спешил, кто-то уже опаздывал. Я припарковалась, взяла шоппер и пошла внутрь.
Сначала — в учительскую.
Я открыла дверь, и меня встретил привычный гул голосов.
— Доброе утро, — сказала я, проходя внутрь.
— Доброе, Аделина Даниэловна, — отозвалась Марина Викторовна.
— Привет, — махнул рукой молодой физик, Диего Кристианович.
— Ну как выходные? — поинтересовалась кто-то из старших учителей.
— Спокойные, — ровно ответила я. — Готова к новой неделе.
Влада Александровна, завуч, зашла следом, что-то быстро сказала по поводу расписания, потом протянула мне журнал:
— Вот, ваш журнал 11 "Б". Не забудьте, у них сегодня первый урок.
— Спасибо, — кивнула я, взяла журнал и снова мысленно собрала себя.
⸻
Я вошла в класс, открыла журнал и начала:
— Так, 11 "Б", посещаемость.
По списку всё шло обычно:
— Марти?
— Здесь.
— Родригес?
— Здесь.
— Лопес?
— Тут.
Я дошла до строки:
— Кубарси.
В классе кто-то сразу откликнулся:
— Его нет, он на выездном матче. Команда уехала в другой город на пять дней.
— Понятно, — сказала я спокойно и отметила его отсутствующим по уважительной причине.
Абсолютно стандартная ситуация.
Но когда я закрыла журнал, вдруг почувствовала странную... пустоту.
Как будто кому-то не хватало.
Как будто в классе чего-то было меньше.
И тут же сама себя одёрнула:
*«Глупости. Тебе просто привычно, что он постоянно шумит, перебивает и тянет на себя внимание. Стало тихо — вот и непривычно». *
Я углубилась в объяснение темы и намеренно перестала думать о нём.
После того как я закончила объяснять новую тему 11-му «Б», я ещё раз просмотрела свои записи в журнале и отметила, кто присутствовал, а кто нет. Пау, как и всю неделю, отсутствовал — впрочем, я уже знала, что команда «Барселоны» уехала на матчи в другой город на пять дней.
Остальные четыре урока пролетели довольно спокойно. Я проводила материал уверенно, не углубляясь в лишние детали — сил после вчерашнего было немного. Иногда даже ловила себя на мысли, что автоматически произношу объяснение, а сама думаю о том, что подруга сказала мне утром: Пау отвёз тебя домой.
Мысль колола мозг, как тонкая заноза, но каждый раз я отмахивалась и заставляла себя переключаться.
Когда последний звонок наконец прозвенел, я облегчённо вздохнула.
Я занесла журнал в учительскую, раскрыла шкафчик, положила его на нужную полку и попрощалась с коллегами:
— Всем хорошего вечера.
— И тебе, Аделина, отдыхай, — ответили мне в ответ.
Я вышла из школы, вдохнула холодный воздух и направилась к парковке. Хотелось просто тишины и нормальной еды.
⸻
По дороге домой я заехала в супермаркет — тележка быстро наполнилась овощами, пастой, соусами, курицей, сыром, свежим хлебом. Немного сладостей, хотя себе обещала «не есть лишнего». Но сегодняшний день точно требовал чего-то приятного.
Дома я разобрала пакеты, аккуратно расставила продукты по местам и, чтобы отвлечься окончательно, решила приготовить полноценный ужин.
Сначала — цезарь.
Хрустящий салат, обжаренная курица, чуть тёплые гренки, нежный соус — кухня наполнилась запахами, которые сразу создавали атмосферу спокойствия.
Потом — паста карбонара.
Пока она томилась на плите, я включила тихую музыку. Пожалуй, только такие вечера и могли вернуть меня к нормальному состоянию.
Я поужинала, поставила посуду в раковину и устроилась на диване с пледом. Включила свой любимый сериал — ту самую историю, которую могла смотреть бесконечно. Сюжет словно выталкивал из головы все лишние мысли.
Через пару серий я почувствовала, как расслабляется тело.
Я встала, умылась прохладной водой, переоделась в мягкую пижаму и, полистав телефон ещё минут десять, наконец легла спать.
Голова уже не болела. Мысли стихли.
И только где-то глубоко оставалась едва уловимая тень вопроса:
Зачем Пау вообще привёз меня домой?
Но я выключила свет — и мыслям пришлось подождать.
От лица Пау
Город был другим, поле было чужим, но для меня сейчас важно было только одно — играть.
И всё равно, где-то глубоко, я думал не только о футболе.
В перерывах я вспоминал клуб.
Как она вошла — в чёрном корсете, брюках клёш, в сапогах на каблуке.
Совсем не такой, как в школе.
Вспоминал, как она падала — и как я подхватил.
Как она почти не держалась на ногах, но всё равно пыталась делать вид, что всё под контролем.
Как я дотащил её до лифта, до квартиры, уложил на кровать, укрыл.
И как потом стоял у двери и понимал: всё, назад дороги нет.
Мне нравилась она.
Но показывать это я не собирался.
Ни друзьям, ни ей.
*«Вернусь — буду делать вид, что мне всё равно.
Но всё равно буду её добиваться. По-своему. Медленно. Так, чтобы она ничего не поняла... пока». *