Солнце с голубыми глазами

Наруко медленно шла вдоль стены коридора, качаясь. Зря она не послушала Конан и не осталась отдохнуть, чакра еще не восстановилась полностью. Наруко завернула за угол, осмотрелась и поплелась дальше. У нее плохо получалось отслеживать эту чакру, но она точно знала, что она где-то поблизости.

- Что ты тут делаешь, Наруко-чан? – внезапно перед ней возник Пэйн. Он обеспокоенно посмотрел на нее, придержав, чтобы та случайно не упала.

- А? Вышла прогуляться, даттебайо, - тихо сказала Узумаки, улыбнувшись. – Пэйн-сан, можно попросить вас помочь мне?

- Да, конечно, - рыжий подхватил ее и, придерживая за плечи, повел в ее комнату. Блондинка почувствовала, как теряет сознание и начала падать, увлекая за собой мужчину.

- Все нормально? – тот слегка запаниковал и увидел, что девушка без сознания. – Эй! Ну и что мне?..

Вдруг сзади в него прилетел рассенган, припечатывающий к стене. Тут же его опутало множество цепей, сковывая движения. Клон девушки стоял поодаль, чтобы случайно не напороться на технику Пэйна. Наруко поднялась с пола и, как ни в чем не бывало, отряхнула одежду, подходя к рыжему. Она вытащила из его руки один из черных стержней и со всего размаху всадила его себе в бедро под удивленный взгляд Пэй.. Яхико. Тут же в ее тело влилась чужая чакра, которую она уже ощущала, а в голове вспыхнули образы местоположения главаря. Наруко вытащила стержень, создала несколько теневых клонов, чтобы следили за Яхико, и побежала в сторону Нагато, прихватив железяку на всякий случай с собой.

Она выскочила из укрытия организации и затормозила. Узумаки настороженно закрутилась, доставая из подсумки черный стержень. Она не ощущала поблизости никого, кто мог бы ей помешать, но какая-то тревога не давала ей покоя, словно это ловушка. Она выдохнула и воткнула железку себе в ногу, высовывая ее как можно глубже. Тут же голову резанула острая боль, от которой Наруко со стоном осела на землю, сжимая виски. Он явно протестовал против желания Узумаки найти его. Наруко, пересиливая боль, встала и побежала туда, куда ее тянул путь из чакры. Стержень она вытаскивать не стала, так как Яхико может в любой момент вывести из строя ее клонов и побежать в погоню, а если девушка будет плутать, станет легкой добычей. Выкинув из головы все посторонние мысли и сосредоточившись на волну Нагато, она прибавила скорость настолько, насколько позволяла боль от торчащего из ноги стержня

Чакра родственника указывала на небольшой холм примерно в километре от укрытия. Когда Наруко пробежала половину пути и уже смогла ощущать тщательно скрытую чакру, она с облегчением вытащила черный металл из тела, сползая по стволу деревы вниз.

«- Курама, пожалуйста, помоги.

- С черта ли я должен помогать тебе, когда ты страдаешь всякой дурью?! – заворчал Лис. – Сама лечись.»

Блондинка обиженно насупилась, но практически сразу почувствовала теплую, почти горячую родную энергию, расползающуюся по ее телу и залечивающую рану. Поблагодарив Кьюби, она поднялась и поскакала дальше, с каждым шагом все яснее ощущая чакру Нагато. Конан рядом с ним не было, значит, препятствий практически не будет. Если, конечно, он не вызовет к себе других пять тел, которых она уже видела в действии. Остановилась она только тогда, когда перед ней показался холм, а в нем небольшая пещера. Наруко поправила одежду, стряхнув грязь и пыль (не престало же к брату приходить в неряшливой одежде), и спокойным шагом направилась туда.

Волной враждебной энергии ее окатило, как только она переступила порог пещеры (если, конечно, в пещерах есть пороги). Не подавая виду, девушка гордо прошествовала к сидящему в самом темном углу мужчине. Она внимательно осмотрела его, и поняла, что он точно Узумаки – ну а как еще объяснишь то, что она чувствовала в нем огромный резерв и родную чакру, которые могут быть только у ее клана? Она ужаснулась, разглядев торчащие из спины длинные черные стержни. Вдоль позвоночника пробежали мурашки, но она мужественно подавила прилив ужаса и желания броситься их вытаскивать. Ребра, ключицы, остальные кости просвечивались сквозь тонкую мертвенно-бледную кожу, и казалось, будто он растает, если вывести его на свет.

- Зачем ты здесь? – хрипло спросил Нагато. В его голосе прослеживались стальные нотки. Узумаки вздохнула – ну конечно, она же предала его доверие, напав на рыжего.

- Не суетись, ежик, - ласково сказала та, развеивая клонов. Как только информацию о том, что Яхико свободен, получил красноволосый, атмосфера в пещере чуть потеплела. – Я не собираюсь нападать на тебя, я не предательница, как ты думаешь. Но после всего я даже не против сразиться с тобой.

- После чего – всего? – подозрительно скосил один видный глаз Нагато.

- Я хочу чтобы ты помог мне восстановить клан Узумаки и исполнить мою мечту обзавестись семьей.

- Я тебе пообещал исполнение желания, ты недовольна?

- Не-а, - поморщилась Наруко и, сев на каменный пол пещеры, активно замотала головой. – Я не хочу то, что нереально. То есть, я знаю план Обито и Мадары, они создают Вечное Цукиеми и погружают всех в сон, где их мечты сбываются. Жаль, что даже я, натренированная самим Учихой Саске, не смогу противостоять их гендзютсу. Вот только я не хочу сон, я хочу, чтобы все было по-настоящему. Я хочу настоящую семью, настоящую любовь, настоящий клан, настоящую деревню.

- И все равно я тебя не понимаю, - нахмурился красноволосый. – Какой тебе смысл делать все это? Реальность приносит лишь боль и разочарование. Я видел, как ты вчера плакала из-за своего друга. Неужели ты не понимаешь, что, попав в Вечное Цукиеми, никогда не будешь страдать?

- Я не хочу быть слабачкой, которая не способна пережить маленькую грусть жизни. Ты прошел войну. Я горжусь, что мой брат смел и удачлив. Но у меня встречный вопрос: неужели ты не понимаешь, что попасть в мир, где все идеально, хотят только куски собачьего дер*ма?

Нагато дернулся, как от пощечины и взглянул на девушку. Она создала клона, и тот тут же покрылся сияющей чакрой. Вмиг мрачная пещера озарилась золотым светом. Наруко с интересом стала озираться.

- Как тут мрачно, - протянула блондинка. – И света практически нет. Да и, насколько я знаю, Конан практически не покидает убежище. Тебе разве не одиноко?

- Одиноко?

- Да, это когда в груди все сжимается, и становится трудно дышать. Тебе кажется, будто пустота и темнота вокруг давит на тебя, а потом резко начинаешь говорить или просто издавать какие-то звуки, потому что пугаешься из-за того, что кажется, словно ты оглох от постоянной тишины. В детстве, когда мне было одиноко, я еще плакала, часто и громко. Тебе разве не бывает одиноко?

- Бывает. В такие моменты я вспоминаю Яхико и заставляю его приходить сюда, чтобы рядом был хоть кто-то, - задумался Нагато и сам не заметил, как сказал правду. Он резко осознал, что сказал, и покраснел, отводя взгляд.

-Этого не надо стыдится, - Наруко решила подойти к нему, но резко остановилась, испуганно оглядываясь и развеивая клона. Узумаки-старший дернулся, волнение младшей передалось и ему, он напрягся. – Меня начали искать, сюда приближается Конан, - прошептала блондинка.

- Иди, - так же тихо сказал второй. – Ты знаешь, где найти меня, приходи иногда, - он снова покраснел и потупил взгляд.

- Хорошо, - Наруко улыбнулась и, махнув на прощание, использовала Технику Теневого Сокрытия, выскакивая из пещеры. Она постояла там минут пять, пока взволнованная и перепуганная Конан не влетела (в прямом смысле, она распалась на кучу листочков и влетела) в пещеру. Тогда Наруко довольно улыбнулась и направилась обратно.

- Жрать хочу, хочу жрать!! Жрать! Жрать!!

- Да ты замолчишь?! – зашипела Наруко и с лисьей грацией придавила Хидана к полу, начиная душить того подушкой.

Тоби валялся на полу, держась за живот, Дедара и Кисаме на заднем плане залились громким смехом, Сасори хрипло засмеялся, а Какузу отвернулся, подавляя рвущийся наружу дикий смех, наблюдая за мини-дракой этих двоих.

- Да отвали, ты, бл*ть, блондинистое тупорье!!

- Эй! – возмутился Дейдара, и только хотел запустить в Хидана своим «искусством», как его руку остановила подоспевшая вовремя Конан. Она облегченно выдохнула, когда Яхико разнял двоих драчунов, скидывая их на диван к остальным.

- Мы с Конан уходим, - строго сказал лидер, останавливая руки Наруко и Хидана, не давая тем снова подраться. – Поэтому Сасори, ты остаешься за главного. Следи за этой парочкой, - он грозно сверкнул на насупившихся шиноби и, кивнув Конан, пошел к выходу.

- Наруко-чан, можешь, пожалуйста, накормить всех? Я в долгу не останусь, - мягко улыбнулась синеволосая, заметив легкий кивок блондинки.

- Чего??! Да она меня отравит нах*й!!

- Не заткнешься – я сам тебя травану, понял? – Сасори угрожающе поднял вверх хвост с намазанным на его конец ядом. Хидан нервно сглотнул и больно толкнул Дейдару под ребро.

- Спроси у нее, что сегодня на обед.

- Наруко, слушай, что сег..

- Рис и мясо с овощами, - отрезала та, обиженно направляясь в сторону кухни. Она схватила смеющегося Тоби за шкирку и под удивленные взгляды остальных потащила его за собой. – Что? Он самый нормальный из вас, он мне и поможет. А кого мне предлагаете выбрать? Человека-амфибию? Это бревно? Бомбу ходячую? Нечисть, собирающуюся ограбить банк? Или вообще вот это полуголое чмо? Оденься, озабоченный, - кинула она подушку в Хидана под громкий смех остальных. Тот показал ей язык и отвернулся.

- Наруко-семпай, Тоби будет хорошо помогать, и тогда Тоби получит побольше мяса, да? – смеялся брюнет, принимая от Узумаки кастрюлю и сковородку. – Тоби хороший мальчик! Тоби будет помогать! Тра-ля-ля-ля-ля-ло-ло-ло!

- Господи, почему все Учихи, которых я знаю, такие придурки?! – хлопнула себя по лбу Наруко, наполняя кастрюльку водой. – Саске, Итачи, теперь вот Обито, офанареть. Это проклятье?! – бормотала она, не замечая, как тот пораженно застыл, глядя на девушку. – Держи, поставь на огонь, пожалуйста.

Наруко подняла взгляд на застывшего Тоби, вздохнула и, развав его пальцы, вложила в них кастрюлю, подталкивая к плите и принимаясь за сковородку.

- Обито? – окликнула она до сих пор стоящего без движения мужчину. Тот вздрогнул и перевел взгляд на нее. Он быстро поставил посуду на плиту и прижал девушку, наклоняясь прямо к лицу той, заставляя ее прогибаться в спине.

- Я против педофилии, - проворчала Наруко.

- Как ты узнала? – не обращая внимания на ее колкость, спросил Учиха.

- Так я угадала? Вот так сюрприз, - съязвила та, вырываясь из захвата.

Дальше дело пошло молча. Обито и Наруко абсолютно не разговаривали, только изредка Учиха бросал задумчивые взгляды на нее. Узумаки его явно плохого настроения не разделяла - готовка развеселила ее, и под конец она начала носиться по кухне с песней, то и дело что-то помешивая и проверяя.

- Послушайте, Обито-сан, - протянула девушка. - Вы любите данго?

- Данго? - задумчиво наклонил голову мужчина. Он представил в голове разноцветные сладости, покрытые сладким сахарным сиропом, и живот предательски заворчал. Он отвернулся, скрывая смущение от внимательно смотрящей на него девушки, которая тут же достала муку и зеленый чай.

- Поможете? - невинно улыбнулась блондинка. - Какие данго ты предпочитаешь?

- Трехцветные, - Обито немного опешил от ее легкого общения с ним на "ты", ведь даже Конан и Пэйн обращались к нему до жути формально. Удивительно, но это звучало из ее уст настолько естественно, что Учиха просто не мог злиться, он даже легко улыбнулся. - С зеленым чаем и клубникой. А потом без соевого соуса, он слишком соленый, мне нравится просто сахарный сироп. И шарики побольше!

Брюнет звонко засмеялся, скидывая на стол ингридиенты. Все же Узумаки распологала у себе.

Они дружески болтали, лепя и пропаривая шарики из рисового теста. Наруко могла говорить без умолку и чем угодно на свете: о погоде, о том, что ей сегодня снилось, она возмущалась из-за поведения Хидана и хладнокровности и нежелании бороться с ним Сасори. Обито с удовольствием слушал ее, иногда даже сам говорил что-то долго и, как ему казалось, нудно, но девушка внимательно слушала, давая советы. Учиха внезапно отметил, что она напоминает ему Рин - она также эмоциональна и по-детски наивна, рядом с ней очень уютно, будто на все это время он окунулся в детство, которого ему так не хватало. Словно Наруко дарила то тепло, я котором он нуждался больше всего. Обито резко осознал это и от шока выронил кастрюлю с только что сваренным горячим сиропом, Узумаки испуганно дернулась, оборачиваясь. Мужчина стоял не шолохнувшись, когда патока начала быстро и болезненно прожигать кожу, он растерянно посмотрел на блондинку, до которой только дошло случившееся.

- Господи, - воскликнула она как-то испуганно-недовольно, складывая печати и окатывая брюнета волной ледяной воды. - Ты точно Учиха? - но, заметив, что мужчина в глубочайшем потрясении, смягчилась, однако все равно говорила с легким укором, словно отчитывала маленького ребенка. - Нет, я серьезно. Из всех Учих, которых я знаю, ты пока что самый неуклюжий. Ты чего сжался-то весь? Я не кусаюсь пока!

Она звонко и свободно засмеялась и прикрепила к мужчине печать, которая тут же начала с приятной прохладой залечивать ожоги. Она отошла к плите, начиная варить замену вылитому сиропу.

Обито следил за равными и немного резкими движениями девушки, постепенно понимая, что сходств с Рин у нее практически нет. Он глубоко вздохнул, садясь за стол, и закрыл глаза.

- Приятного аппетита! - внезапный возглас вытянул его из депрессивных воспоминаний. На столе красовалось несколько тарелок - одна с рисом и мясом, вторая с овощами, а чуть поодаль третья с парочкой данго. Блондинка поставила чашку с чаем. - Ты же не хочешь, чтобы другие увидели, что под маской?

- Ага, спасибо большое, а ты?

- А что я? - весело спросила та, накладывая еду в коробочку, вытащенную из фуинов в ее подсумке. Она аккуратно положила пару данго, а потом достала небольшой термос и наполнила его чаем. - Я перекушу в комнате, обед с этим идиотом я не выдержу, - блондинка выразительно закатила глаза, намекая на Хидана. Обито тихо посмеялся и принялся за еду, с удовольствием отмечая, что Наруко лишь мельком глянула на его настоящее лицо, не приставая с расспросами и тому подобным.

Она собрала несколько порций и понесла в обеденную комнату, расставляя все на столе.

- Эй, ребятня, - тоном матери сказала она, заглядывая в комнату, где сидели остальные, - обед готов.

Тихонько улизнув под их радостный гогот, Узумаки выскочила из убежища и побежала уже знакомой дорогой к холму, на всякий случай использовав Призрачное Сокрытие. Она досконально просканировала местность и только после того, как убедилась, что никто не охраняет Нагато, вошла в пещеру, снимая технику и лучезарно улыбаясь. Тот поднял на нее глаза и слабо улыбнулся.

- Куда ты их отправил? – будничным тоном спросила младшая Узумаки, доставая собранный обед и озаряя пещеру режимом биджуу.

- Они пошли исполнять заказ, - красноволосый сначала удивленно смотрел на принесенную еду, а потом начал высвобождать руки. – Какой-то феодал заказал устранение одного из членов клана соперника.

- Опять? Подобные заказы слишком часто поступают в последнее время, тебе не кажется? Что-то явно происходит в этой деревне Дождя. Разве гражданская война не закончилась?

- Закончилась, - кивнул Нагато, проглотив кусочек мяса. – Вкусно, - протянул он, прикрыв глаза. Наруко улыбнулась. – Закончилась, но остались еще кланы, которые воюют между собой. Поэтому заказывают убийства «вражеских» предводителей.

- Как то это неправильно..

- А что бы ты делала на их месте? – пожал плечами мужчина, отправляя в рот кусочек еды. – Чем больше членов клана, тем он влиятельнее. А влияние сейчас всем нужно.

- Я бы не стала воевать с другими, - нахмурилась девушка, задумавшись. – Влияние, конечно, важно, но его можно добиться иным способом. Например, помощь Каге и деревне. Так и доверия будет больше, и влияния. Все же во время войны люди пойдут не за теми, кого больше, а за теми, кому доверяют.

- Ты пацифистка, - констатировал Узумаки. – Однако клан с маленькой численностью никто всерьез воспринимать не будет, поэтому для начала стоит увеличить количество членов клана, а потом уже приниматься за то, что ты говоришь. Большие кланы давят маленькие, поэтому лучше устранить соперников, иначе это может потом сыграть с тобой злую шутку. Психолог из тебя отличный, но вот глава клана неважный.

- Поэтому я и хочу, чтобы эту роль взял на себя ты, - как само собой разумеющееся сказала Наруко. Нагато подавился чаем, закашлявшись. Блондинка заботливо постучала брата по спине.

- Ты наверняка пошутила, - Узумаки смотрел на сестру как на сумасшедшую. – Я не подойду для этого. Во-первых, как видишь, я немного не в форме, а во-вторых, я не могу стать главой несуществующего клана.

- Узумаки разбрелись по всему миру, поэтому найти их можно. С тобой нас будет трое, за поиски других возьмусь я и наша сестра.

- Кто еще? То есть, я не то, что согласен, просто интересно.

- Я поняла, - хитро улыбнулась блондинка. – Третья – Узумаки Карин, уже в Конохе.

- Взрослая?

- На пару месяцев старше меня.

- Понятно. То есть, если я останусь здесь, вся твоя идея провалится? Две молодые девушки не смогут поднять с колен целый клан.

- Ты прав.

- Ясно, но все же, предположим, я соглашусь, где, по-твоему, Узумаки будут жить и процветать? В Конохе?

- Нет, на границе страны Огня есть заброшенная пустующая страна Водоворота. Ты наверняка слышал о ней, страна чуть меньше страны Дождя по площади? – дождавшись задумчивого кивка, она продолжила. – Во время войны она была почти разрушена, да и территория там не очень, поэтому она была объявлена нейтральной стороной, пусть и без населения. Никому не нужны такие опасные земли. Там есть всего несколько городков, и скрытая деревня Узушиогакуре. Вся эта деревня была заселена практически одними Узумаки, это, можно сказать, их «клановое гнездо». Именно поэтому эта страна была очень влиятельной на политической арене – никто не хотел ссориться с Красными Демонами Водоворота, - Наруко гордо выпятила грудь. - Когда я общалась с Цунаде-баа-чан, она пообещала замолвить словечко за нее на совете, чтобы ее восстановили в статусе самостоятельной страны. Но мы пришли к выводу, что она должна сделать это только после того, как я восстановлю Узушиогакуре, а также соберу хотя бы десятка два Узумаки и уговорю их поселиться обратно на родине. Это будет очень проблематично, но если с нами будет потенциальный сильный глава, а также два восхитительных сенсора, которые смогут найти остальных по чакре, проблема становится разрешимой.

- Интересно, - Нагато задумчиво улыбнулся, отпивая чай. - Поэтому ты пришла в Акацуки? За мной?

- Нет, я пришла, потому что мне пообещали настоящую любящую семью, - без тени веселья отрезала Наруко. – Сейчас, найдя тебя, я просто пытаюсь получить то, что мне пообещали.

- Что ж, возможно, я согласен на твое предложение. Но остается одна очень большая проблема. Обито-сама. Он просто так не отпустит никого.

- Я этим займусь.

- Хорошо, тогда следующее: как много нам нужно восстанавливать. Конечно, я верю тебе, но лучше самому посмотреть.

- Яхико?

- Да, когда они с Конан вернутся, вы вместе отправитесь в Узушиогакуре, я замаскирую это как разведку в страну Огня.

- С Обито я разберусь, он начал симпатизировать мне, - Нагато удивленно взглянул на нее. – Поняла сегодня, пока мы готовили обед. Как скоро они вернутся?

- Дня два или три, не больше.

- Идеально, мне хватит этого времени, - ослепительно улыбнулась куноичи, принимая из бледных рук брата пустые коробочку и термос. – Пока, Нагато!

Она крепко обняла красноволосого и быстро смылась, пока тот не вышел из шока от объятий. Когда девушка походила к укрытию, она почувствовала чакру Обито, явно ждущую ее. Узумаки быстро использовала технику Сокрытия и смогла проскользнуть мимо, но перед самым входом он ее все-таки окликнул.

- Стоять, - на удивление в голосе не было холода или стали, просто спокойствие и даже расслабленность. – Мимо меня просто так не пройдешь. Ну и куда ты ходила? – он повернулся, смотря прямо в лицо невидимой девушки. Та вздохнула и сняла технику.

- Бегала к другу.

- Другу.

- Ну..

- Зачем тебе Нагато?

Наруко затупила. Он все знает.

- Так-то он мой родственник, я не могу его просто так бросить одного в какой-то темной пещере. Относила ему обед.

- Ну и как же ты поняла, что он тоже Узумаки?

- Почувствовала знакомую чакру, когда случайно напоролась на черный стержень из тела Пэйна, - уклончиво махнула рукой блондинка. Все же она не ожидала, что он засечет ее.

- Не ожидала, что я засеку? – догадался Обито и, развернувшись, пошел в рощу. – Идем.

Наруко, сгорая от любопытства, побежала за Учихой, догоняя. Они шли не очень долго, может, мину пять, пока наконец не пришли к реке. Брюнет уселся на камень, скрестив руки и ноги. Наруко присела рядом. Учиха глубоко вздохнул и снял маску, ероша волосы. Узумаки улыбнулась уголками губ. Он начал ей доверять – хороший знак.

- Ты бегала к нему не просто относить обед. Что вы задумали?

- Задумала? Я? – Наруко невинно захлопала глазками, приложив руку к сердцу, чем рассмешила собеседника. – Я такой человек, что не могу бросить семью. У меня ее никогда не было, поэтому, когда у меня появились те, кого я могу считать роднёй, я не смогу их проигнорировать, когда им плохо. Кстати, я тебе вот что скажу: не доверяй ни Зецу, ни Мадаре, они тебя используют.

- Мадара пообещал мне мир, в котором я могу быть с Рин. Я живу только мыслью, что смогу снова ее увидеть.

- Ну и зачем? Она давно погибла, сама, без чьей-либо указки. Взяла и бросилась на Райкири Какаши, жертвуя собой ради деревни, ее никто не просил. Смысл жить в мире, где все идеально? Не знаешь боли – не знаешь настоящей радости. Разве это хорошо – жить в иллюзии, которую могут в любой момент развеять, и тогда тебе будет в сто раз хуже, чем сейчас? Я скажу тебе то же самое, что сказала Нагато. Я не хочу быть слабым, не способным пережить малейшую горечь жизни, кусочком помета.

- И после этого ты говоришь, что просто относила ему обед, - усмехнулся Обито. Он уже устал удивляться.

- Один разговор ничего не значит, - отрезала та.

- Возможно. Но все же. Слишком много ты на себя берешь, тебе не понять моих чувств. Я потерял ту, которую любил.

- И которая любила заносчивого гения, - закатила глаза Наруко. – Я вообще родителей потеряла. Тебе проще – найди себе другую девушку, которую будешь любить, а мне не найти новых маму с папой невозможно. Ты пожертвовал собой ради Какаши-сенсея, я очень благодарна тебе, иначе меня бы здесь не было, - шутливо ударила она его кулаком по плечу. Обито вопросительно посмотрел на девушку. – Моя подруга, Сакура, с детства была влюблена в Саске, моего друга, она была готова убить меня. Но потом она встретила Какаши, и предмет ее обожания сменился. Поэтому я все еще жива, а Какаши-сенсей, возможно, нашел свою любовь. Ты осчастливил сразу четверых минимум. Я, Сакура, Какаши и Саске. Если бы не ты, ничего бы этого не было. Все же война страшная штука, - Наруко поежилась, - надеюсь, я предотвращу ее.

Обито поднял взгляд на небо. Блондинка недолго сидела на месте, она практически сразу же спрыгнула и начала бегать, собирая цветы.

- Вот, смотри! – она сунула ему под нос симпатичный букет полевых цветов. Там были ромашки, колокольчики, какие-то мелкие желтые и сиреневые цветочки, куча зелени и длинных колосков. – Как думаешь, Нагато понравится? – она с нежностью поправила букет и по-детски громко засмеялась. Обито кивнул и улыбнулся.

Внезапно он вспомнил о том, что это дочь Кушины и Минато. Его сенсея, то есть, он ей как брат, он ощущал в ней что-то близкое и родное. Фактически, девочка осталась сиротой по вине Мадары. Но она не рвется мстить или убивать Учих направо и налево, она радуется жизни, стараясь найти замену разбитому сердцу. Если бы Обито мог вернуться в Коноху лет на десять назад, он бы непременно взял опеку над этой неугомонной девчушкой, которая словно снова окунулась в детство, и сейчас бегала босиком по траве, но у нее есть Нагато, Джирайя, на крайний случай Цунаде или Какаши, которые также не отказались бы от этой возможности. Наверняка эта блондинка в последнюю очередь ожидает видеть рядом с собой его, Обито. От этой мысли сердце болезненно сжалось. Он успел привязаться к ней всего за какую-то жалкую неделю. Может, она и права, говоря, что Мадара лишь использует его, все же тому нет смысла просто так спасать мальчика, а потом и лечить его в обмен на воскрешение силой ринненгана Нагато. Учиха тяжело вздохнул и не сдержал улыбки, увидев, как девушка пропахала носом землю, запнувшись о камень. Все же она еще ребенок. Он вспомнил, как она содрогнулась, говоря о войне. Может, она и наивна, но весь ужас войны, забирающей так много жизней, она понимала и не хотела испытывать на своей шкуре. Внезапно он встрепенулся, осознав, о чем думает. Он вскочил на ноги, но тут же сел, увидев, как Узумаки возится на берегу реки, строя что-то из песка. Не мог ее сейчас оставить, внезапно в нем проснулось что-то типа материнского инстинкта защитить того, кто нуждался в защите. Хотя, судя по тому, что он видел, ЭТА девушка уж точно не нуждалась в его опеке. Но все же. Когда у кого-то напрочь отсутствует инстинкт самосохранения (действительно, у кого же?), невольно тебе хочется оградить его от всего плохого.

- О чем ты мечтаешь? – этот вопрос вырвался у мужчины против воли, и он тут же прикусил язык, когда девушка подняла глаза на него с таким выражением лица, словно это было очевидно.

- Хочу большую и любящую семью. Я мечтаю о том, что однажды я заново отстрою Узушиогакуре и восстановлю свой клан.

- Поэтому тебе нужен Нагато? За этим ты пришла в Акацуки?

- Я пришла, потому что мне пообещали исполнение моего желания, - где-то она уже на это отвечала, - а нуждаюсь я в Нагато, потому что у меня иной путь достижения желаемого, нежели гендзютсу, - она выразительно посмотрела на Обито и поднялась с песка.

- Он согласился?

- Заинтересовался, - осторожно ответила куноичи, настороженно осматривая брюнета. Хоть враждебности не было, и чакра его текла спокойно и размеренно, что говорило о том, что он не собирается ничего предпринимать, с хитрыми Учихами надо быть настороже. Даже прожив девять лет бок о бок с Саске, она не до конца понимала его мыслительный процесс. – Если хочешь останавливать – можешь не пытаться, я буду драться, но все равно уйду.

- И не собирался, - засмеялся Учиха. Его забавляли перепадки настроения Наруко. – Мне просто интересно, ведь если вы с Нагато уйдете, а за вами наверняка последует и Конан, весь смысл организации пропадет. Акацуки создавались ради воскрешения Мадары, Нагато очень ценен.

- И что будешь делать?

- Распущу организацию, - пожал плечами Обито. Рядом с Наруко такие решения давались очень легко. – Может, пойду с вами, кто знает? В Конохе нукеином я не считаюсь, просто погибшим «героем», так что восстановиться всегда смогу, всего делов-то – дать просканировать чакру и сверить ее с показателями в записях.

- Но ведь Зецу..

- А что Зецу? Убить его всегда можно. Я с этим справлюсь, удара от меня он точно не ожидает. Лучше скажи мне, когда вы пойдете с Нагато осматривать Узушиогакуре?

- Когда Яхико и Конан вернутся. Через два-три дня.

- Тогда в чем проблема? – засмеялся Обито. – За это время я выведу из строя фикус, а потом, пока вы будете бегать в деревню, распущу Акацуки. Где мы встретимся?

Наруко вспомнила слова, написанные на свитке в Цукуеми Саске, и нахмурилась. Нельзя вот так просто верить кому-либо, лучше сейчас последить за этим брюнетом.

- Может, ты придешь к нам в Узушио? Только Конан не забудь, она же там иначе с ума сойдет!

- Без проблем. Отследить тебя я всегда смогу, - Обито легко и искренне улыбнулся и натянул маску обратно на лицо. – Будем выжидать.

Наконец настал тот самый день, когда Яхико вернулся с Конан. Сообщив, что поступила новая миссия разведки в стране Огня, рыжий практически выволок Узумаки из убежища. Она просканировала местность, запомнила чакру Зецу и направилась вслед за Яхико к холму. Она вошла в пещеру и озарила его золотым светом своей чакры. Нагато мягко улыбнулся, отключая контроль над телом старого друга, который тут же упал замертво, словно и не его контролировали. Наруко одним прыжком подскочила к брату и аккуратно начала вытаскивать из спины красноволосого черные штыки, прикрепив печать для лечения.

- Ты поговорила с Обито? – старший Узумаки морщился от боли, когда его сестра вытаскивала очередной стержень. Умереть от потери крови ему не давали медицинские знания Наруко. Мало того, что печать лечила и стягивала его раны, она еще и наполняла его тело чакрой, запечатанной в фуине.

- Он решил пойти с нами, и меня это немного напрягает.

- Думаешь, он что-то задумал? Не доверяешь ему?

Наруко что-то промычала, вытаскивая последнюю железку и прицепляя новую печать, убирая старую.

- Типа того. Он сказал, что избавится от Зецу, но мне не верится, что он мог всего от одного разговора измениться..

Она придержала мужчину, осторожно опуская того за землю. Ноги его практически не держали. Она достала из пространственных печатей черный плащ с капюшоном, такой же, какой был на ней, и накрыла плечи Нагато.

- Каким путем будем добираться?

- Есть напрямик, но тогда придется идти через Коноху, а мне не очень хочется. Есть другой вариант – по границе страны Огня. Недалеко отсюда, километрах в ста, есть печать Летящего Бога Грома, я могу перенести нас туда, но потом придется идти пешим ходом. Это еще примерно четыреста километров. Ты выдержишь?

- Да, твоя печать очень хорошо действует. Но откуда у тебя печать так далеко?

- Помнишь, я сражалась с ниндзя из Листа? – Наруко бросила один кунай Неба на всякий случай куда-то в потолок, проверяя, чтобы тот хорошо прикрепился. - Там был один, которого я бралась учить Хирайшину, а чтобы было проще, мы использовали уже проверенные печати с моей чакрой, поэтому я могу перенестись. Держись.

Мгновение – и два шиноби появились на скале неподалеку от какого-то богатого особняка. Нагато придержал Наруко, не давая той оступиться, и они вместе понеслись туда, куда кивнула девушка. Бежали они довольно быстро, даже при том, что Наруко не использовала ни режим отшельника, ни режим биджуу. Через каждую сотню километров они тормозили, чтобы блондинка на всякий случай оставляла свои кунаи с печатями, если вдруг понадобится путь к быстрому отступлению. Все же Наруко давно не была в этой деревне, последний раз был два года назад, когда она еле уломала старика-отшельника посмотреть на эту страну хотя бы издалека, поэтому она не могла с точностью сказать, теплый ли прием ждет их в стране Водоворота. Весь путь у них занял от силы неделю, бежали они практически без остановок, целебные печати куноичи отлично поддерживали уровень чакры, поэтому задерживались они только на короткие ночлеги, которые и то происходили тогда, когда кто-нибудь начинал падать от усталости.

Двое Узумаки стояли на одном из многочисленных холмов, окружающих ныне разрушенную деревню, которая, судя по размеру и количеству обломков, была когда-то довольно процветающей скрытой деревней. Внутри деревни протекала тихая полноводная река, метров пятьдесят в ширину, тут и там валялись обломки мостов, пресекающие реку, отчего в одних местах ее воды закручивались в небольшие водовороты, а в других образовывали небольшие застои. Узумаки молча переглянулись и начали медленно спускаться к развалинам, тихо восхищаясь величием даже в таком виде. Они осторожно шли вдоль широких улиц, осматривая каждый булыжник. На некоторых крупных камнях, скорее всего обломках стен, были вырезаны или выгравированы спирали, такие, какие были на одеждах шиноби Конохи. Нагато остановился и знаком подозвал к себе сестру. Та аккуратно перепрыгнула на камень, на котором стоял красноволосый и посмотрела туда, куда он указывал. Они стояли на небольшом возвышении, созданном булыжниками, а прямо под ногами был практически не тронутый войной каменный пол с уходящей вниз лестницей.

Нагато осторожно откинул камень, мешающий проходу, и первым начал спускаться, что, к слову, заняло минуты три. Внизу было прохладно и свежо, а еще очень темно, поэтому Наруко активировала режим биджуу, озаряя просторное помещение, напоминающее чем-то храм Узумаки в окрестностях Конохи, однако здесь не было бесконечных рядов книг и свитков, это был огромный зал с настолько высоким потолком, что даже золотой свет не доставал до него. На стене напротив той, откуда они пришли, был выгравирован знак клана и косым витиеватым почерком - «Узумаки». На помосте около этой стены стояло что-то вроде длинного плоского камня с косым верхом. Они подошли к нему и мужчина, смахнув пыль, громко прочитал то, что было написано.

- Только настоящий Узумаки может войти сюда, раз вы здесь, значит кровь благородного клана течет в вас, зажигая сердце. Помните свои корни и не срезайте свои ветви, только так вы станете единым целым со своим разумом.

- Звучит немного жутко, - поежилась девушка, - будто это писала какая-то старушка.. Я ощущаю здесь плохую энергетику, аж мурашки по коже. Пойдем отсюда, а? Позже вернемся.

Нагато кивнул, и они вышли из подвала, полной грудью вдыхая теплый воздух. Снаружи было гораздо теплее. Наруко заметно расслабилась. Она позвала брата и дотронулась до его шеи - старший почувствовал неприятное жжение там, где она его коснулась.

«- Это печать для ментального общения, - пояснила девушка.

- Предлагаешь разделиться? – моментально догадался мужчина и, дождавшись кивка, согласился. – Ладно, если найдешь что-нибудь опасное, обязательно зови.

- А ты – если найдешь что-либо интересное.»

Они, чуть осмелев, побежали в разные стороны.

Наруко медленно бродила из улицы в улицу, осматривая каменные обломки. То тут, то там попадались знаки клана. Не найдя ничего интересного, кроме парочки полуразрушенных статуй, она решила перейти на другую сторону реки. Едва не угодив в один из водоворотов, она перепрыгнула на другой берег, осматривая местность и прикидывая, с чего бы начать исследование. Ее заинтересовал какой-то длинный камень, похожий на колонну, и она побежала к нему. Это оказалось единственное практически не разрушенное здание. Осмотрев его колонны и стены, Наруко нашла укрепляющие печати, и невольно восхитилась, задрожав от благоговейного волнения – видимо это было очень важное здание, раз его так укрепили. Она зашла внутрь, вдыхая запах пыли и каких-то сушеных трав. Внезапно она почувствовала всплеск чакры, и замерла – судя по ощущениям, это был чистокровным Узумаки. Она сверилась с местоположением Нагато через печать и, почувствовав, что это точно не он, побежала к источнику чакры, который уводил ее вглубь здания. Она остановилась перед поворотом, за которым была эта чакра и решила собраться с мыслями, чтобы хоть немного расслабиться. Она попробовала прочувствовать присутствие чужой чакры и различила, что практически весь этот берег реки был тонко пропитан еще чьей-то чакрой, идентичной этому источнику за поворотом. Она сжала виски, успокаивая расшалившееся дыхание. Если им с Нагато повезло, они нашли еще двоих Узумаки. От одной этой мысли по спине бежали радостные мурашки.

- Ну и чего вы остановились? – мягко сказал хриплый мужской бас, и Наруко вздрогнула. Она собралась с духом и выскочила из-за поворота, во все глаза смотря на старика перед ней.

У него были глубокие умные серые глаза, как у Кушины, морщинистое лицо и длинные, до плеч, седые волосы, но тут и там показывались красные прожилки. Он оценивающе осматривал девушку перед ним, которая с таким же восхищением и радостным изумлением следила за каждым его движением.

- Вы ведь.. – голос Наруко чуть охрип от волнения. – Вы Узумаки?

- Да, Узумаки. Узумаки Хитосе, к вашим услугам, милая леди.

«- Нагато, живо шуруй сюда, я нашла старика Узумаки! Я на другом берегу реки, где сохранившееся здание с колоннами!!»