Прозрачная дистанция
24 сентября 2021
Утро пятницы проходило довольно обычно. За окном переменная облачность, но небо было светлее, чем в прошлые дни. Я проснулась чуть раньше будильника и, не раздумывая, потянулась к телефону, что лежал на подоконнике.
На экране загорелось уведомление из Инстаграма — непрочитанное сообщение в Директе:
«Доброе утро»
Это написал Ханали. Видимо, он тоже проснулся раньше, даже раньше меня.
Но после того, как я прочитала сообщение, почему-то не почувствовала привычной лёгкости. Вместо того, чтобы улыбнуться, на душе стало как-то тяжело.
В памяти всплыл вчерашний день, когда мы гуляли вместе. Всё прошло хорошо — даже слишком спокойно. Мы разговаривали, шутили, смеялись… Но когда я возвращалась домой, внутри появилась странная тяжесть.
Мысли снова и снова возвращались к Гульжан. Я всё думала, как рассказать ей, что снова начала общаться с Ханали. Представляла разные сценарии — как она отреагирует, что скажет, не обидится ли. И от этих мыслей становилось только тревожнее.
Сидя на кровати, я пыталась решить: может, поговорить с ней об этом в школе? На большой перемене, например? Наверное, она спокойно отнесётся. Хотя… может, и не спокойно.
А вдруг лучше дождаться конца уроков, когда мы пойдём по домам? Там можно будет спокойно всё обсудить. Но что, если разговор окажется напряжённым? Или, что хуже, всё закончится ссорой?
Эти мысли давили на меня, и я просто откинула их прочь. Встала с кровати и начала собираться в школу.
На улице было удивительно тепло для конца сентября. Лёгкий ветер поддувал, но не сильно. Хотелось бы просто гулять, а не идти на занятия.
К восьми часам мы уже сидели в классе. Первым уроком была русская литература — и, конечно, СОР.
Нам выдали отрывки из произведений, которые мы проходили. Нужно было прочитать и ответить на вопросы: что хотел сказать автор, какие чувства испытывают герои и всё в таком духе.
Задание оказалось несложным, и я быстро сдала тетрадь. Но радоваться было рано — второй урок тоже оказался СОРом, теперь по алгебре.
Вот тут стало труднее. В заданиях были и примеры из учебника, и те, что добавила сама учительница. Мы сидели молча, решая, уткнувшись в тетради.
На третьем уроке — история Казахстана. Майра Тлеубаевна только вошла в кабинет и сразу объявила:
— «Готовим двойные листочки!»
Одноклассники застонали, кто-то даже вздохнул с комичным отчаянием.
Снова СОР. Сначала тест, потом отрывок из исторического документа, а в конце — вечный вопрос: «Как вы считаете, сыграло ли это событие важную роль в истории Казахстана? Если да, то почему?»
Господи, я ненавижу эти вопросы. Над ними всегда начинаешь думать слишком долго, пытаешься подобрать аргументы, а потом просто не успеваешь всё дописать.
— «Все сдаём!» — это была последняя фраза, которую я услышала от Майры Тлеубаевны под конец урока. — «Быстрее, мы должны пройти новую тему!»
А потом, конечно, мы «разбираем» новую тему за пять минут — пока не прозвенит звонок.
Когда наконец началась большая перемена, я почувствовала настоящее облегчение.
Мы с Гульжан, как всегда, сидели в кабинете и обсуждали все сегодняшние СОРы — кто что успел, кто что напутал.
— Это было так забавно, — смеялась Гульжан, — когда Елдос вместо сотового сдал чехол от телефона.
— Ага, — подхватила я, — а потом Гульсум Ерлановна потребовала сдать сам телефон!
— Или ещё, — продолжила она, — во время СОРа по литературе Талгат опять задавал вопросы Татьяне Георгиевне, а Лера ему: «Господи, Абдиров, прекращай уже!»
Мы обе засмеялись. Но потом, когда Гульжан начала рассказывать про историю Казахстана, я вдруг заметила в её голосе что-то другое — напряжённое. Раньше этого не было. Её интонация изменилась, будто под поверхностью весёлого разговора проскользнула тень раздражения или усталости.
После уроков мы разошлись по домам. Дома я пообедала, потом села за уроки. Всё шло обычно, но мысли о той перемене не отпускали.
"Почему я только сейчас это заметила?" — подумала я.
"И почему атмосфера так резко изменилась, когда это случилось?"
Ответов не находилось. Мы ведь не ссорились, наоборот — в последнее время всё было спокойно, даже тепло.
Когда с домашними заданиями было покончено, наступил вечер, и мне стало скучно. Не хотелось ни в YouTube, ни в TikTok, ни даже в Инстаграм. Тогда я просто открыла галерею и начала листать фотографии.
Сначала попались снимки с летних каникул — июнь, поездка в Алматы. Фото с родственниками в горах, прогулка по Кок-Тобе, катание на аттракционе Fast Coaster, селфи в кабине канатной дороги. Всё это вызвало лёгкую, тёплую ностальгию.
Дальше — фото времён карантина: прогулки с мамой, обе в масках. И тут тоже накатила грусть.
Я листала дальше и неожиданно наткнулась на снимки из начальных классов. Среди них — одно старое селфи: я и Гульжан, у меня тогда был мой первый телефон. Она пришла ко мне в гости в первый раз. Нам было лет девять.
Глядя на это фото, я почувствовала гораздо сильнее ностальгию, чем от всех остальных. Тогда у нас не было никаких забот: ни ЕНТ, ни экзаменов, ни переживаний. Только школа, дружба и смех.
И теперь… между нами будто выросла невидимая дистанция.
Я боюсь, что если так пойдёт дальше, мы просто перестанем дружить.