Проигрыш
Нам было семь, когда мы узнали, какая участь уготована Жертвенницам. Я помнила, как впервые увидела картинки в учебниках – яркие, завораживающие, где были изображены прекрасные Жертвенницы, облаченные в белоснежные длинные платья и серебристые маски, а драгоценные камни на них переливались разными цветами. Стояли Жертвенницы рука об руку с сильнейшими Деасами. Тогда я воспылала гордостью за то, что стану одной из них.
Так в своей жизни я не ошибалась еще никогда.
– Они такие красивые и величественные! Посмотри, Тень! – ткнув в одну из девушек на картинке пухлым пальчиком, благоговейно прошептала Катарина. – Это Аврора, главная из шести Жертвенниц! Она своей силой выравнивает энергетический поток и не дает ему взорваться!
Я с трепетом коснулась изображения.
– А еще она стояла в паре с самым сильным Деасом! И самым красивым! – захихикала Алия.
– Не отвлекаемся! – завопила Никербокер, когда заметила, что от урока нас отвлекают картинки. – Кто мне ответит, зачем Жертвенница встает в пару с Высшим Деасом?
Уничижительно оглядела она каждую из нас.
Я робко подняла руку и покраснела, когда наставница позволила ответить.
– Светлая Завеса, которая разделяет наш мир на две части, может пропускать сквозь себя только в одну сторону, – произнесла я, а Никербокер кивнула. – Только чистый душой человек может пройти через нее в Светлые земли, но тогда он не сможет вернуться обратно, потому что в его душе не хватит тьмы.
– Да! – воодушевленно перебила меня Алия, и я скривилась. – Поэтому Жертвенницы связываются между собой, создавая светлый энергетический поток, и одновременно Деасы делают то же самое, только у них энергия Тьмы. Эти потоки соединяются и открывают брешь в Завесе! Таким способом получается двусторонний портал, способный пропустить сквозь себя как Темных, так и Светлых людей!
– А брешь в Завесе нужны, чтобы мы забрали то, что принадлежит нам! Наши Светлые земли! – подытожила Оливия.
Тогда никто из нас не знал, что это игра, в которой мы заведомо проиграли и Светлые земли никогда не принадлежали нам. Жертвенницы выступали в роли ключа, открывающего двери самым страшным монстрам, живущим на планете. В детстве я смотрела на все совершенно другими глазами – как сквозь мутные, запотевшие стекла, – и даже Темные земли, населенные жуткими Деасами, казались мне уютным домом. А то, что, возможно, мы можем погибнуть, вызывало лишь улыбку.
«Мы не умрем! Деасы всегда будут рядом и спасут нас!» – как-то за обедом сказала Катарина, когда я впервые указала им на строчку из учебника. Там говорилось, что Жертвенницам не суждено прожить более пяти лет.
Со временем эти раздумья посещали каждую из нас: чем взрослее мы становились, тем четче понимали, что не хотим лишаться жизни даже на благо Темной стороны.
Я вспомнила наш первый побег из Обители, и по телу прошла волна дрожи. Этот день отпечатался в памяти как один из неприятных и, тем не менее, судьбоносных в моей жизни. Сейчас, сидя в темнице вместе с остальными сестрами, я могла только предаваться воспоминаниям.
Ни единого источника света здесь не было, отчего казалось, что я ослепла. Темнота вокруг жила своей жизнью, клубясь и становясь еще чернее, если я долго не закрывала глаза, до слез вглядываясь во тьму.
Я вздрогнула, когда рядом послышался тихий писк, а затем душераздирающий вопль Алии.
– О Темные, это мышь! Мы-ы-ышь! – верещала она.
– Успокойся, Али! Это всего лишь маленький грызун, он тебя не тронет! – пыталась
успокоить ее Оливия.
Я лишь усмехнулась и поудобнее устроилась в углу, обхватив колени руками и утыкаясь в них мокрым от непрерывно бегущих слез носом. В этом подземелье я была частым гостем и раньше даже получала удовольствие, находясь здесь вместо уроков у Никербокер.
Алия верещать не прекращала, перейдя на какие-то более высокие ноты, пронзающие мозг, и мне захотелось зажать уши.
– Это все Тень! Если бы Главной Жертвенницей была я или София, мы бы не проиграли! А теперь нас убьют, уничтожат, сожрут!
– А ну закройся, – грубо бросила ей Кин. – Пока мы живы, а дальше будет видно.
– Мы сделали все идеально, наша связь была стопроцентной, – сухо сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но подступающие к горлу рыдания уже душили меня.
– И почему-то мы не выиграли! – язвительно прошипела Алия. – Софи, а ты чего молчишь? Если бы главной была ты, то мы бы сейчас не сидели в этом грязном, вонючем подземелье вместе с крысами!
– Тень сделала все, что было в ее силах, я не сомневаюсь в ее лидерстве, – словно ветерок, прошептала София.
– Тише! Вы слышите? Кажется, кто-то спускается, – подала голос Катарина, и я прислушалась.
По каменным ступеням действительно кто-то спускался. Звук шагов эхом разносился по подземелью, отражаясь от влажных стен, и я зажмурилась, когда факелы резко вспыхнули, озаряя помещение теплым светом.
– Вот нам и пришел конец… – прохрипела Алия, отползая к дальней стене и волоча за собой грязный подол платья.
По ступеням в черном плаще спускался Безликий, скрывая лицо под капюшоном, в котором клубилась непроглядная тьма. Он держал в руке острый, сверкающий в бликах огня клинок.
«Буду бороться до последнего вздоха, желательно не своего», – подумала я, когда Безликий схватил меня за шкирку, выволок из темницы и грубо швырнул на пол.
– И что ты сделаешь, перережешь нам глотки? – прохрипела я, глядя в зияющее черной пустотой лицо. Безликий же, играя рукоятью меча в руке, молчал.
Его воины уже вытаскивали моих кричащих и отбивающихся сестёр. Кин, словно дикая кошка, прыгнула на одного из них и вцепилась зубами в плечо. Воин даже не вскрикнул, лишь резко оторвал Кин от себя и швырнул на каменный пол.
– Отпустите, прошу! Возьмите меня седьмой Жертвенницей в другую группу! – причитала Алия, размазывая грязными руками слезы по лицу.
Конечно, наше сопротивление было напрасным. Что мы можем сделать Высшим Деасам? Тем, кто способен жить тысячи лет, сильнейшей расе на земле.
– Твои подруги уже готовы предать тебя, – с улыбкой в голосе сказал Безликий, и я отползла дальше, упираясь спиной в холодную стену.
– Заберите Алию, я не против, она мне все равно никогда не нравилась, на том свете без нее будет гораздо… – я замолчала, подбирая слова, – спокойнее.
– Что? – заорала Алия и с удвоенной силой забилась в руках Деаса. – Я так и знала, что ты меня никогда не признавала! Я знала!
Но я даже не смотрела в сторону своих сестер, лишь прожигала взглядом Безликого.
– Убить всех, эту – в мой кабинет, с ней я расправлюсь сам, – кивнул на меня он и растворился в темноте.
Очнулась я на полу в незнакомом кабинете. Мышцы неприятно покалывало – должно быть, я долго лежала неподвижно. В кабинете никого не было. Поднялась на ноги и подергала металлическую ручку в попытке открыть дверь. Конечно же заперто.
Огляделась в поисках чего-то, что поможет мне выбраться. Высокий дубовый стол, на котором аккуратными стопками располагались бумаги,
обитое мягкой тканью кресло и пушистый ковер, на котором я и пришла в себя. Ничего подходящего я не видела – ни ключа, ни кувалды.
«Конечно… что бы здесь забыла кувалда?»
– Кто… – попыталась сказать я, но в горле неприятно засаднило. Наверное, из-за крика я сорвала голос.
В душе кольнуло, и я вытерла бегущие по щекам слезы. Мои сестры уже мертвы, им перерезали горло и бросили умирать в подземельях Обители.
За дверью послышались шаги, и я отпрянула к столу, хватая с него толстую книгу.
Ручка двери дрогнула, поворачиваясь, и я занесла руку для броска.
– Решила почитать напоследок? Похвально. – В комнату вошел Безликий. В помещении сразу же стало тесно, а воздух раскаленными иглами вонзился в легкие.
– Где мои сестры? – прошипела я, не опуская книгу, хотя рука уже начала заметно подрагивать.
– Где и должны быть, конечно же.
Безликий прошел к столу, отодвинув меня в сторону так небрежно, будто я была предметом мебели.
– Что ты со мной сделаешь?
– Смотря чего ты хочешь, – пожал плечами он, удобно усаживаясь в мягкое кресло и закидывая ногу на ногу. Я уставилась на блестящий, начищенный носок его сапога.
– Могу сломать тебе шею… – загибая пальцы, проговорил он. – Могу скормить своему Охру, он как раз не ел дичь пару дней и с радостью обглодает твои кости. А может быть, отдать тебя на растерзание солдатам?
– Только подойди ко мне, и я клянусь…
– Поцелуешь меня, как тогда, в библиотеке?
Отвечать я не стала, резко развернулась и бросилась в сторону двери, отлично помня, что Безликий не запирал ее за собой. Моя рука потянулась к ручке, я дернула дверь на себя, выскакивая в прохладные объятия коридора. Я бежала так быстро, как никогда в жизни. Каждую секунду ожидая, что руки Безликого сомкнутся на моем горле. Не оборачиваясь, проскакивая один лестничный пролет за другим, я влетела в нашу спальню, где еще вчера жили мы вшестером, и замерла на пороге.
– Тень? Наконец-то!
На моей шее сомкнулись горячие руки, и я, не веря своим глазам, уставилась в лицо улыбающейся Катарины. Ее зеленые глаза быстро наполнялись слезами, которые, рисуя влажные дорожки, стекали по веснушчатым щекам.
– Вы живы? – задыхаясь, только и смогла вымолвить я, глядя на толпящихся за спиной Катарины сестер.
– Мы победили, – так же тихо прошептала она.
Это означало лишь одно – нас ждала долгая дорога в Аркад, где мы и должны исполнить свою миссию.