Список Желаний....
– Только она и любит. – Пробормотала она под простыней.
– Как не хорошо. Я должна буду сказать маме, что ты неприветлива со мной, – стала угрожать я.
Ира сбросила простынь с головы и закричала:
– Она не твоя мама!
Спасибо тебе господи за это, подумала я про себя. Иначе я бы не могла делать с тобой то, что собственно и делала вчера ночью. Так что там о прошлой ночи, что она сделает, если я ее прямо сейчас поцелую? Лучше не надо. Я не могу приставать к ней. Я отвернулся, подавив искушение.
– Пойду готовить завтрак. Я надеюсь, ты не помешана на подсчете калорий, потому что мы будем есть блины.
Будучи на кухне, я решила не думать об обнаженной Ире в моем душе.
Тридцать минут спустя, я уже поела, когда Ира вышла из ванной, одетая как обычно, с потемневшими мокрыми волосами.
– Давай поешь, пока я принимаю душ. Я оставила ручку и бумагу на столе. Твое домашнее задание на сегодня: записать все, что ты бы сделала, если бы это не имело никаких последствий.
– И почему я должна это сделать? – воинственно спросила она.
– Потому что я так сказала, а я босс. – Это было так просто. Я не знаю, сдала бы я ее Джулии на самом деле? Я решила бы эту задачку, если бы она не сделала то, что я ей сказала.
– Катись, прими уже душ. Ты воняешь.
После душа, я нашла Иру, сидящей на диване, веселой с самодовольным выражением на лице. Я направилась к столу, чтобы прочесть ее список.
1. Дать Лизе по морде.
2.Украсть машину Лизы и насладиться ездой, а потом раздолбать ее о кирпичную стену.
3. Сделать так, чтобы Лизу исключили из моей школы, так что ей придется жить в другом месте.
Я взглянула на Иру и отметила еще более самодовольную улыбку.
– Что? – невинно спросила она.
Я закатила глаза и продолжила читать.
4. Оставить метки (это означает написать свое имя на стене в общественном месте, белый мальчик!)
5. Сделать татуировку.
6. Станцевать уличный танец в центре на 16-й улице.
7. Забросить черлидинг.
8. Поехать в Лас-Вегас.
9. Снова двинуть Лизе по морде.
10. Забить на школу.
11. Завести новых (настоящих) друзей в школе.
12. Пойти в клуб и напиться до веселых поросят.
13. И много чего другого, но это тебя совершенно не касается!
Я снова взглянула на Иру, но она не встретила мой взгляд.
– Лучше бы тебе не смеяться надо мной. Ты хотела список – ты получила его.
Список не был особенно фееричным или захватывающим на мой вкус, но это было только начало.
– Я и не собиралась смеяться над тобой. Но прежде, чем мы закончим, мне хотелось бы выяснить, что означает число тринадцать. Думаю, что я смогу помочь с большинством желаний. Но, конечно, мы не будем делать ничего, чтобы навредить мне или моей машине.
Это уж точно.
– Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что сможешь мне помочь? Я не могу этого сделать. Да мама убьет меня, особенно если я брошу черлидинг. Пожалуй, она даже согласится на татуировку, но бросить черлидинг – нет! Ее кислая мина напомнила мне мордаху Чэнса, когда на днях отец сказал ему приступить к выполнению домашки. Смотреть, как твой собственный отец, играет роль родителя другого мальчишки, было очень странно. Но должна сказать, что в таком возрасте я была менее управляемым, чем Чэнс.
– Ну, у тебя нет выбора, помнишь? Или ты делаешь то, что я говорю, или я сливаю мамочке все твои секреты.
– Ты должно быть самая ужасная сводная сестра на свете, – сказала она, как будто это может ранить мои чувства. Наоборот, я восприняла это как комплимент. Не быть хитрой, значит быть скучной.
– Итак, пора идти. Я позвонила твоей маме и уже дала ей знать, что ты будешь помогать мне с отчетом в городской библиотеке. Я сказала, что мы мечтаем получить хорошую оценку, будем надрывать мозг и поэтому вернемся поздно. Возьмем мою машину, она гораздо круче твоей.
С видимой неохотой Ира вышла со мной из квартиры и поплелась в бокс, где был припаркован мой авто.
– Твоя тачка ничуть не круче моей, – прокомментировала она пока я выезжала. – Кстати, куда мы едем?
– Мы собираемся купить краску.
Поздним воскресным утром движение не было перегружено, поэтому я с легкостью маневрировала по улицам.
Она уставилась на меня.
– Мы не можем пойти и отметиться! Среди бела дня! Ты, что хочешь, чтобы нас арестовали?
– Нет, я определенно не хочу, чтобы меня снова арестовали, так что нам придется быть очень осторожными.
– Снова? О, мой бог! Так тебя и вправду уже арестовывали? Тогда какого черта?
Я могла бы сказать, что она одновременно в шоке и умирает от любопытства. Ку-ку? Да здесь малолетняя преступница. Первый арест – это было как обряд посвящения. Но во второй и третий раз, это было уже совсем не забавно.
Я улыбнулась загадочно только чтобы позлить её.
– Хочешь узнать об этом?
Ближайшая скобяная лавка была не так уж близко, поэтому понадобилось время, чтобы добраться туда. Когда мы нашли аэрозольные краски, она выбрала ярко-розовый и лазурный. Я как обычно взяла белый и черный. Красота в простоте, так всегда говорит моя мама. Данте и я занимались этим в средней школе. И не смотря на то, что это было ребячеством, остались только хорошие воспоминания.
Я не была в нашем любимом месте для отметок уже довольно давно. Это был промышленный район с многочисленными складами и огромными уродливыми кирпичными зданиями. Поскольку было воскресенье, вокруг почти никого не было. Мы припарковались на пустыре и вышли из машины, чтобы отыскать нужное место.
Ира была на взводе как парень в свой первый раз. Я покачала головой, схватила ее сзади и стала шептать ей на ухо:
– Полиция уже приехала за тобой, Ира. Они уже тут, просто ждут, когда же ты достанешь баллончики с краской.
Она вывернулась из моих рук.
– Заткнись, Лиза! Не все могут запросто нарушать закон. Так, где мы это сделаем?
Вместе с нервозностью, я также чувствовала ее приятное волнение, такое как у парня, который предвкушает свой первый секс втроем.
– Как насчет задней стены этого здания? – я указала на склад, перед которым не было припарковано никаких автомобилей.
Мы обошли здание, и я встряхнула наши баллончики с краской. Она сконцентрировалась и уставилась прямо на стену.
– Ну, и чего ты ждешь? – спросила ее я.
– Я не могу решить, что мне написать.
– Если захочешь, я могу попозировать для тебя обнажённой, и ты сможешь нарисовать меня, – поддразнила ее я.
– А что, если это увидит какая-нибудь бедная старушка или маленький ребенок? Думаю, я просто напишу свое имя. – Она начала рисовать, поэтому я тоже занялась этим.
Двадцать минут спустя, я услышала, как она объявила:
– Готово.
Отойдя назад, я осмотрела ее работу. Лазурным она написала Джиджи и обвела это ярко-розовым. Внизу подписала ДКР Взрывная команда. Не без потеков, но в целом неплохо.
– Что за ДКР?
– Это название нашей команды, Группа Взрывные Денверские Крутые Ребята. Джаред придумал это.
Ее щеки разрумянились, было очевидно, что она ждет моей реакции.
– Как-то это немного по-дурацки. Звучит как название диснеевского шоу.
– Ну, мы могли бы изменить его, но так уж сложилось после средней школы. Все уже знают это название, – сказала она, словно, защищаясь. – Джареду тоже теперь не особенно нравится, но это название возникло, еще когда они были маленькими детьми.
Она повернулась, чтобы посмотреть на то, что нарисовала я, немного правее от ее «произведения искусства».
– Ты такая извращенка.
– Однако это не отменяет этой истины принцесса.
Я изучала творение своих рук. Мне нравилось. Я нарисовала стрелку, указывающую на ее имя со словами: она так горяча со мной. И внизу подписала свое имя курсивом.
Ира попыталась стукнуть меня по ноге, но я пресек ее жалкие попытки. Она собиралась попробовать снова, когда в тридцати футах от нас открылась задняя дверь склада, и мужчина средних лет вышел, держа по мешку с мусором в каждой руке.
Он взглянул на нас, заметив аэрозольные баллончики в наших руках, и закричал:
– Я звоню в полицию, шпана! – бросил мусор и двинулся к нам, вынимая сотовый из кармана.
– Беги! – сказала я Ире, уже планируя вернуться сюда позже и сфотать наше совместное творение. Бедная девочка застыла в шоке, так что мне пришлось дернуть ее за руку, чтобы заставить двигаться. Мне нужно было время, чтобы захватить баллончики с краской, так как в полиции уже было досье с моими отпечатками. Конечно, они не обязательно снимут отпечатки с баллончиков. Так-то у них полно других проблем, например, тяжкие преступления.
Мы добежали до машины и забрались внутрь. Осторожно, я посмотрела на Иру, ожидая увидеть ее испуганной и в слезах. Вместо этого, она усмехалась и была в приподнятом настроении.
– Ты получила удовольствие?
Она все еще улыбаясь, выпалила:
– Да, думаю, то, что мы почти попались на горячем, сделало приключение еще более захватывающим! Что мы будем делать дальше?
Я ничего не могла с собой поделать. Она была такая милая в этой своей радости от совершения мелкого правонарушения. Обхватив ее лицо, я порывисто прижалась к ее губам. На мгновение она замерла, но вернула поцелуй. Тепло расплескалось внутри меня. Я отпрянула, смакуя внезапное смущение в ее глазах.
– Сейчас мы пообедаем и навестим моего друга.