4
Влад. Пять лет назад
Смотрю в след сбегающей кошечке и улыбаюсь. Никуда ты милая не денешься. Я попробовал тебя на вкус и хочу еще.
– Леонид, – зову водителя к открытому окну, – когда зарегистрируется, узнай на респешене какую-нибудь информацию. Хотя бы имя.
Водитель молча кивает и уходит. Ценю его за это качество: исполнительный, не задет лишних вопросов, не болтает направо и налево.
Через несколько минут Леонид садится за руль и докладывает, выезжая с парковки:
– Татьяна Сомова. Прилетела на семинар. Номер 623, забронирован сургутской компанией. Извините, больше ничего не сказали.
– Этого достаточно.
Никогда не верил в судьбу, но то, что Колючка приехала на семинар, одним из организаторов которого являюсь я, не может быть простым совпадением.
Поднимаю перегородку и достаю телефон. Есть у меня один человек, которому можно доверить такое деликатное дело.
Бывший одноклассник Кирилл, вернувшись из армии, отучился и пошел работать в органы. Зарплата не устроила, и он начал работать в службе безопасности у нас.
– Привет, Влад. Ты по делу или просто так?
– Привет, Кир. И то, и то.
Пересказываю информацию, полученную от Леонида.
– К вечеру нужно узнать о ней, как можно больше, – прошу я.
– Впервые ты просишь разыскать бабу, – ржет друг. – покорила каменное сердце с первого взгляда?
– Во-первых, не баба, а молодая женщина. Во-вторых, сердце не при чем, член на нее настроился как радар.
– Одного раза не хватило?
– Я, блядь, даже ширинку не расстегнул, – рычу в трубку.
На том конце раздается гомерический хохот. Придурок.
– В штаны спустил, что ли? – веселится Кир.
– Идиот, что ли? – передразниваю. – Сбежала раньше.
– От тебя-то? Чем дальше, тем страньше, – задумчиво тянет друг. – Ты ищешь бабу, а не она тебя. Сбежала она, а не ты. Требую подробности.
А что я могу рассказать? Я заебанный очередным перелетом решил взбодриться и выпить кофе, и вдруг в поле моего зрения попало чудо в шубе. Правда шубой это назвать сложно, какая-то кошка драная. Я смотрел на девушку как на чучело. Но вот она забегает в туалет, а через пятнадцать минут оттуда выходит нимфа.
Там что, долбанный портал в Нарнию?
Рыжая мазнула по мне равнодушным взглядом, явно кого-то выискивая, и потопала охрененными ножками в туфлях на высокой шпильке к выходу. Поднял глаза выше и как привязанный пошел за сладкими булочками, покачивающимися в такт шагам. Разве что язык не вывалил и слюной не начал капать.
Очнулся только, когда она закончила разговор. С языка само сорвалось приглашение подвезти, но я никак не ожидал отказа. Взбесила засранка. Знала бы она, что я почти никогда не предлагаю помощи незнакомым людям и исключение сделал только ради нее, не была бы столь категоричной.
Спасибо ее сексуальным, но неустойчивым каблукам за возможность облапать попку под благородным предлогом. Решение натянуть малышку по самые яйца укрепилось окончательно. И пока я этого не сделаю, не успокоюсь.
И насрать мне на кольцо на пальце. Ее муж либо импотент, либо слабоумный, если отпускает такую женщину дальше десяти метров от себя, а не трахает несколько раз на дню. Танюшка мне чуть пальцы не сломала, пока в оргазме билась.
Вспоминаю ее вкус, и яйца начинают звенеть, исполняя серенаду рыжей ведьме.
– Обойдешься, – отрезаю я, поправляя кирпич в штанах. – Займись поиском информации.
Конкретно же меня повернуло. Я даже себе не могу ответить, зачем мне что-то о ней знать. В любовь с первого взгляда я не верю. Но я привык прислушиваться к своим желаниям. Хочу информацию – значит получу.
Наверное, дело в усталости и в том, что она полностью в моем вкусе. Обожаю, когда во время жесткого секса, есть за что подержаться. А вот что я не люблю, так это боль и стыд в женских глазах. Особенно в ее глазах.
Я не принуждаю женщин со мной спать, они приходят и с удовольствием исполняют все мои прихоти. Признаю, с Танюшкой я погорячился, немного заигрался. Видел, как она жалась к дверце, стараясь сесть подальше от меня, как боялась собственных желаний.
Нужно было действовать поделикатнее, но упускать возможность было бы верхом тупости. Когда Таня наклонилась за телефоном, я вдохнул легкий цветочный аромат ее духов, и крышу сорвало. Сердце застучало, разгоняя кровь. Перед глазами стояли только мягкие сексуальные изгибы. Казалось, если не дотронусь – умру.
Или яйца разорвет.
Лучше сожалеть о содеянном, чем об упущенной возможности.
Не успеваю даже в номер подняться, как в холле меня отлавливает один из партнеров и приглашает пообедать. Я очень голоден, даже постная рожа Виталика-подхалима не испортит аппетит, так что соглашаюсь.
Он, не умолкая, треплется о всякой ерунде. Предлагает выпить за контракт и продолжительное сотрудничество, но я отказываюсь. Особенно радуется, что завтра для всех участников семинара будет вечеринка в одном из лучших баров Краснодара.
Пока офисный планктон будет бухать и жрать за наш счет, мы, рыбки покрупнее, –обсуждать контракты. А потом будут разбирать шведский стол из подвыпивших сотрудниц, чтобы отодрать в укромном уголке. И я уже знаю какой десерт выберу.
Остается всего пара часов на отдых, так что без сожаления обрываю треп Виталика и ухожу. На семинаре мне делать нечего, приеду к его окончанию и встречусь с руководителями компаний. Это мероприятие все лишь ширма для обсуждения важных вопросов в неофициальной обстановке. Завтра примутся окончательные решения и подпишутся контракты.
Решу эти дела, найду Ежика и со спокойной совестью и пустыми яйцами отчалю к немкам. Давно задумался возглавить филиал в Германии на несколько лет.
Опенгер главенствует там уже много лет, отец ему доверял. Неделю назад при телефонном разговоре он намекнул, что некоторые партнеры ведут нечестную игру.
Побывав в Кельне, я только убедился, что фрицы что-то задумали.
Вот и устрою им девятое мая. Пусть не думают, что, сидя в Москве, я ничего не знаю. Каждый раз видя их слащавые рожи, чувствую, как они хотят избавиться от моего присутствия поскорее.
Только сейчас эта идея с переездом не кажется мне такой уж зер гуд как неделю назад.
Встряхиваю головой, возвращаясь к рабочему настрою. Надо еще дяде позвонить. Он младший брат моего отца и взял надо мной опеку, когда родители погибли.
Мне было тринадцать, и Саше пришлось вернуться из Америки, где он закончил обучение в колледже и только начал развивать свой бизнес. Но авиакатастрофа внесла коррективы в наши жизни.
Дядя на пятнадцать лет старше меня и никогда не пытался заменить мне отца, просто был другом, в котором я тогда нуждался.
Когда ему пришлось возглавить компанию отца, Саша был слишком молод. Бедняга наизнанку выворачивался, чтобы всему научиться и сохранить бизнес.
– Саш, привет, – здороваюсь, когда дядя берет трубку после второго звонка.
– Блядь, племяш, чего трезвонишь?
– Ты что еще спишь?
– Суббота. А вчера была бурная ночь, – сонно бубнит.
Посмеиваюсь. Сорок два года, а кабель еще тот. Никогда не был женат, туманно отвечая на вопрос «почему». Однажды по пьяни обмолвился, что упустил ту самую.
– Влад, ты по делу?
– Да. Я не подписал документы.
– Черт, племяш, – сонливость дяди улетучивается, голос становится твердым и раздраженным, – тебе в феврале стукнуло двадцать пять, ты уже давно должен был вступить в права наследства, как завещал твой отец. Меня скоро посадят за то, что я до сих пор числюсь главой компании.
– Не посадят. Я подготовил новый пакет документов. Как только вступлю в наследство, поделим компанию пополам, ты станешь управлять в Москве, а и я улечу в Германию.
– Ты серьезно? – шокировано спрашивает дядя. – Это же компания твоего отца.
– Если быть точным, изначально она принадлежала деду. Твоему отцу.
– Я хоть и ношу фамилию Орлов, но в семье всегда был паршивой овцой.
Морщусь от такого сравнения. Саша родился на севере от другой женщины. Когда его мать умерла, дед забрал его в семью. Бабушка плохо приняла пасынка и при любой возможности напоминала ему, что Саша нагулянный и никогда не станет полноценным Орловым.
Так рассказывал отец. Они с Сашей крепко сдружились и стали братьями. Поэтому по завещанию родителей дядя должен был стать моим опекуном и до моих двадцати пяти лет управлять компанией.
– Саш, не говори так, – прошу я, – ты мой дядя, самый близкий и родной человек, которому я бы собственную жизнь доверил.
На том конце воцаряется тишина, только слышно, как Саша тяжело дышит.
– Ну ты и сказанул. Скупую мужскую не пустил? – натянуто смеется он.
Дядю смущают откровенные проявления чувств, поэтому всегда отшучивается.
– Не объяснишь, откуда взялась эта идея? – откашлявшись спрашивает Саша.
– Меня напрягает, что происходит в нашем филиале в Европе. К тому же это неплохой шанс проверить свои силы и навыки как руководителя. Саш, что тебя беспокоит?
– Не хочу, чтобы ты пережил тот же геморрой, что и я.
– На тебя все свалилась неожиданно. А я уже несколько лет твой заместитель, кое-чему научился. А если с филиалом не справлюсь, что мне делать у руля?
– Тебя не переубедить, – вздыхает Саша. – Ладно, прочту документы и обсудим их, когда вернешься.
Закончив разговор, я раздеваюсь, завожу будильник на всякий случай и откидываюсь на кровати. Несколько перелетов подряд, а я уже чувствую себя старым пердуном.
Глядя в потолок шикарного номера, планирую с чего начать, когда перееду, но мысли постепенно скатываются к Тане. Вспоминается ее грустный взгляд, когда она, забыв обо всем, смотрела в окно автомобиля. Мне так захотелось узнать, что ее расстроило. Но стоило спросить, выпустила иголки. Забавная. Как бы мне хотелось, чтобы поездка длилась дольше. Уверен она бы закончилась жарким сексом на заднем сидении, а не побегом с поджатым хвостом.
Интуиция подсказывает, что стыдно ей стало не перед мужем, а в первую очередь перед собой. Таня пожалела, что поддалась. А может пожалела, что так кайфонула с мужчиной, которого видит в первый раз в жизни.
Только я кое-что понял, трахая разных баб. Если в браке все хорошо, каким бы красавцем я не был, женщина не подпустила бы меня. И точно не кончила, как бы я не ласкал. Не было бы отражения моего необузданного желания в ее глазах.
Таня молодая, значит замужем недавно, должна порхать и счастливо улыбаться. А у нее тоска в глазах. Или я выдаю желаемое за действительное.
У нас очень мало времени. И впервые мне важно, чтобы женщина принадлежала мне целиком и полностью, без стыда и сожалений.
Стоило вспомнить ее вкус, податливое тело в руках, как вся кровь устремилась к члену. Заколдовала она его, что ли? Я же не подросток, который впервые увидел голые сиськи по телевизору, и уже готов залить себя преждевременной эякуляцией.
Ну рыжая ведьма никуда не денешься! Найду, заклеймлю, вытрахаю из тебя все воспоминания о муже, а потом... Что? Заберу с собой? В Тулу со своим... пряником? Точнее: в Кельн со своей фрау?