Одна в толпе
Я никуда не пошла и снова проспала весь день. Когда около 18:30 я начала собираться на концерт, я почувствовала себя более уверенной, как будто получила некоторый опыт — теперь это не казалось таким уж страшным. Когда пришло время выходить, мы выехали, и получилось так, что я села напротив Аскар, рядом с Азатом. Когда я садилась, Аскар задержался, и Азат оказался рядом, а мест больше не было, словно специально.
Честно, мне было тяжело дышать, особенно сидя рядом с Азатом, который, по его словам, видел меня заплаканной и растерянной. Мне не нравилось, когда люди видят меня слабой. Хотя Аскар всегда замечал, когда я показывала хоть капельку уязвимости. Снова уткнувшись в телефон, я вдруг почувствовала соприкосновение коленки Азата с моей. Он сидел, раздвинув ноги, как в самолете, и это меня бесило. Я пыталась убрать свою ногу, но он, казалось, умышленно двигал свою в мою сторону. Взбешенная, я взяла его коленку и оттолкнула к его другой ноге. Он обратил на меня внимание, а я посмотрела в его глаза, но затем он снова погрузился в телефон, и наши коленки больше не соприкасались.
Мы доехали до клуба, и всё было так, как раньше: клуб, много людей, которые, честно говоря, высасывали из меня энергию. Концерт прошел, и нас снова ждал отель. Три города пролетели незаметно. Я даже не знала, что еще рассказать — всё снова свелось к снам и веселью. Когда мы вернулись в Москву, я наконец-то вдохнула свежий воздух. Неведомая усталость, казалось, покинула меня.
— Наконец-то, — произнесла я, с облегчением.
— Я думал, тебе в кайф, последний город, Москва, — сказал Аскар.
— Да, не думай, что мне не понравилось. Это прикольно, но я просто не привыкла к такому и устала.
— Ладно, я понял, — кивнул он.
Когда я вернулась домой, рассказала маме о том, как прошли концерты. Затем встретилась с подругой и ей тоже всё рассказала. Позже опять оказалась дома и решила немного отдохнуть. Когда время подходило к концерту, я начала собираться. За мной приехали ребята, а я попрощалась с мамой и села в машину.
— Сегодня Москва, самый горячий концерт будет... — сказал кто-то из ребят.
— Да, — ответила я.
Мы доехали, и на концерте было гораздо больше людей. В этот раз я знала песни Аскара и пела их. А также знала пару песен Азата, но пыталась скрыть, что мне нравится их музыка. После концерта на улице Аскар сделал несколько фоток, а Азат прошел мимо. Толпа напротив нас была большой, все кричали, и мне казалось, что все смотрят на меня. Я стремилась скорее сесть в машину, но когда ребята сквозь толпу побежали к автомобилю, здоровый мужик в охране не впустил меня. Я попыталась объяснить, что я с ними, но он не стал слушать. В отчаянии я закричала:
— Азат!
Он был последним, кто шел в машину, и он не услышал. Мужчина держал меня, и пока Азат не сел в машину, я пыталась схватить его за руку, но лишь слегка коснулась. Он сел, и машина уехала. Я стояла молча, глядя им в след. Прошла через толпу и вызвала такси. Мне было обидно. Очень. Меня даже не заметили? Но ведь я кричала его имя так громко, он должен был услышать.
В такси я ехала, чуть заплаканная, снова уставшая. Мне звонил Аскар пару раз, но я не взяла. Да, я обиделась, и что? Приехав домой в плохом настроении, когда я снимала обувь, мама вдруг спросила:
- Ну как?
- Никак...
Я просто без лишних слов поднялась на второй этаж.
***
Сидя в беседке с Ариной, я задумалась о том, как непросто бывает откровенно говорить о своих чувствах. Но в тот момент, когда мы сидели вдвоем, я не смогла сдержаться.
— Как так можно было поступить со мной... — вырвалось у меня, и я почувствовала, как слова цепляют меня саму.
Арина внимательно слушала, иногда что-то комментируя, но я понимала, что не хочу нагружать её своими проблемами. В глубине души мне было важно только одно: быть понятыми. Но, как правило, когда ты делишься своими переживаниями, это вызывает больше вопросов, чем ответов.
После беседы с Ариной мы разошлись, и вот я опять осталась одна на улице. В этот момент мой телефон зазвонил. Это был Аскар. Я медленно нажала кнопку и подняла трубку, не спеша произнести вразумительное приветствие. Вместо этого я просто молчала, ожидая его слов.
— Яся? Ты слышишь меня? — его голос звучал с ноткой тревоги.
— Я слушаю, быстрее, — ответила я, сильно стараясь скрыть свои эмоции.
— Я понимаю, что ты обижаешься... Извини, правда, больше такого не повторится... — произнес он, и в его голосе была настоящая искренность.
Но что толку? Прошлое не стереть, и обида сжимала мою душу все крепче.
— Конечно, не повторится, потому что я вообще не собираюсь с вами связываться. И передай своему Азату, что он эгоист! — я сбросила трубку, чувствуя, как будто скинула с себя тяжелый груз.
Но этот груз не исчез с концами. Он остался со мной, давя на грудь. Почему? Почему я не могу просто забыть? Я не верю в то, что он действительно не слышал меня. Это словно застряло в голове и не даёт покоя. Я кричала во все горло, пытаясь достучаться до него в толпе, а он просто сел в машину и уехал.
Неожиданно меня накрыло чувство страха. Что, если бы это произошло в другом городе? В Питере, где незнакомые улицы и лица? Я бы, возможно, потерялась окончательно. В нашем городе у меня хоть были маршруты, места, которые я знала наизусть. Но что, если я окажусь одна среди незнакомцев, не зная, кого просить о помощи?