Он вернулся
Ночь. Я очнулась в лесу. Холод пронизывал до костей. Под собой я ощущала что-то мягкое, словно белую простыню. Оглядевшись, я поняла, что вся я... в белом. Белое платье, белые туфли. И все вокруг было каким-то призрачно-белым, словно мир застыл в вечном сне.
Вдруг я услышала гул. Негромкий вначале, но быстро нараставший, превращаясь в режущий слух звук. Как будто что-то огромное, металлическое, приближалось. Я знала, что должна бежать. Не оглядываться. Просто бежать. Сердце бешено колотилось в груди, отдаваясь в ушах. Я чувствовала, что он за мной гонится. Он. Монстр. Я ощущала его присутствие, его зловоние, его жажду. И вот, я чувствовала, как он догоняет... как его холодное дыхание касается моей спины... как что-то огромное, темное, готово поглотить меня...
Я проснулась. Вскрикнув, я села на кровати, тяжело дыша. Холодный пот стекал по моему лицу. Слезы непроизвольно потекли из глаз. Очередной кошмар. Эти кошмары приходили без предупреждения, словно злые духи, преследующие меня. Они были такими яркими, такими реальными, что после пробуждения мне требовалось время, чтобы понять, что это всего лишь сон.
Я устала. Устала от этих внезапных вторжений страха в мою жизнь. Устала от этого ощущения преследования, от этой белой простыни, от этого режущего слух гула. Мне хотелось кричать, но из горла вырывался лишь тихий, жалкий всхлип. Я закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, но образ леса, монстра, холодного дыхания преследовал меня.
Я просидела так некоторое время, пытаясь прийти в себя. Наконец, дрожь утихла, но ощущение страха не отступало. Я посмотрела на часы. Почти три часа ночи. Бессонница, похоже, решила стать моим постоянным спутником.
Я встала, прошла на кухню, налила себе стакан воды. Руки все еще дрожали. Смотря в окно, я видела лишь темный силуэт домов, освещенных редкими фонарями. Ничего не напоминало о лесе, о монстре. Но ощущение присутствия чего-то темного, чего-то зловещего, не покидало меня.
Я вернулась в комнату, но лечь спать снова уже не было сил. Я села на край кровати, обняв колени. Попыталась вспомнить, что именно я видела в том лесу. Белое платье...
***
Утро. Или, вернее, уже день. Я так и не смогла выбраться из плена сна. Не спала почти всю ночь, пытаясь справиться с последствиями очередного кошмара. Поэтому, когда мама зашла в комнату и сказала, что Аскар пришел, я лишь глубже натянула на себя одеяло. Ничего не хотела слышать, ничего не хотела делать. Хотелось просто остаться в этом полусне, где не было ни лесов, ни монстров.
Но Аскар, казалось, не собирался уходить. Он вошел в мою комнату, тихо закрыв за собой дверь. И тут началось. Он с размаху плюхнулся на кровать, и комната наполнилась его звонким смехом и криками: «Вставай, соня! Время уже два часа дня!» Он начал трясти меня, прыгая на кровати, словно маленький ребенок. Я что-то невольно бормотала себе под нос, пытаясь отстраниться от этого вторжения в мой сонный мир.
— Ну же, Яся, проснись! - не унимался он. Наконец, он взял мои руки и, приложив усилие, посадил меня. Я все еще чувствовала себя как в тумане, но его настойчивость пробила завесу сна. — Почему так рано? - прохрипела я, пытаясь сфокусировать взгляд.
— Рано? Уже два часа дня! – ответил он с улыбкой.
Я ахнула. Два часа дня?! Как такое могло произойти? Я бросилась в ванную, чтобы хоть как-то привести себя в порядок. Умывшись холодной водой, я почувствовала, как реальность медленно возвращается. Вернувшись в зал, я увидела, что мама и Миша куда-то уехали. В зале был только Аскар.
— Ну что, сестричка, сегодня будет весело! - бодро сказал Аскар, подойдя ко мне. — Ты вообще готова к этому?— он подмигнул.
Я лишь попыталась как-то накинуть на себя кофту, но мои руки, все еще не оправившиеся от ночного кошмара, путались. Кофта оказалась надета как-то странно: рука оказалась там, где должно было быть отверстие для головы, и вообще, я выглядела как попавший в передрягу клоун. Аскар, заметив мои тщетные попытки одеться, расхохотался. Он достал телефон и начал снимать меня, его смех становился все громче.
И тут я точно проснулась. Увидев, что он снимает меня, я вскрикнула:
— Эй, Аскар, удаляй!
Мне было не до смеха. Я все еще чувствовала себя разбитой после ночного кошмара, и видеть себя в таком нелепом виде, да еще и снятой на видео, было для меня последней каплей. Я почувствовала, как щеки заливает краска, не столько от смущения, сколько от раздражения.