15. Одиночество поколения
Как я понял, большая часть моих клиентов были женаты или состояли в отношениях. По этой причине многие не могли привезти меня к себе домой. Позвать их к себе у меня тоже не было возможности, хоть это и срывало добрую часть свиданий. Поэтому приходилось импровизировать. Клиенты побогаче снимали номер в отеле, чаще всего в таком случае я проводил с ними всю ночь за дополнительную плату. Некоторые предлагали заниматься сексом прямо в машине. И если минет там организовать было ещё вполне реально, то полноценный секс удавался с переменным успехом. Удобно лечь вдвоём на заднем сиденье почти никогда не получалось, и мы делали это сидя. При этом я оказывался сверху, и именно на мне лежала ответственность за поступательные движения вверх-вниз. Меня хватало ненадолго, спустя пять минут я уже выбивался из сил, и партнёру приходилось как-то наловчиться двигаться подо мной самому.
Я понял, что выгоднее брать хорошие презервативы с эффектом передачи тепла тела. От них ощущения были более естественные, а значит, клиент быстрее кончал. Стоили они всего на 200-300 рублей дороже обычных. Смазку же я брал классическую, избегая различных добавок для согревания или большего возбуждения, боясь повредить нежную микрофлору своего кишечника.
Я старался выставлять встречи так, чтобы у меня не выходило больше одного секса в день, потому что задница после него слегка побаливала, и второе проникновение за сутки было уже более неприятным.
Спустя три недели после нашей первой встречи мне написал Александр. Он предложил встретиться в том же месте, на тех же условиях. Я согласился. Вечером этого же дня я снова ехал на такси в хороший отель. Я сказал, что мог бы приехать и на автобусе, но Александр настоял на машине.
— Хочу, чтобы ты был полностью отдохнувшим к нашей встрече, — сказал он по телефону.
Это заставило меня предвкушать что-то необычное. Признаюсь, мне даже стало интересно. Я испытывал симпатию к этому человеку. Он был моим первым мужчиной, вёл себя обходительно и не докучал разговорами вне работы. К тому же он прилично платил.
Я ступил на сухой асфальт и направился ко входу в отель, но меня перехватили на полпути.
— Здравствуй, — Александр осторожно держал меня за локоть. — Прогуляемся?
Я улыбнулся и дал повести себя по проспекту Ленина. Мы шли плечо к плечу, но не решались взяться за руки, хотя я чувствовал, что он этого хотел. Наши руки изредка соприкасались как бы случайно. Я хотел убрать руки в карман худи, но решил, что Александру это не понравится. Он и так стянул с меня капюшон, чтобы видеть моё лицо.
— Как ты проводил это время? — спросил он, когда мы свернули в парк за оперным театром.
— Ну, знаешь, — я смутился, — занимался подобным. Учился. Залечивал палец брату и перечислял ему все профессии, на которых он сможет работать и с девятью пальцами. А ты?
— Моя жизнь совершенно неинтересная. Если не считать встреч с тобой, я, можно сказать, и не живу вовсе.
— Зачем же жить такую жизнь?
— У меня есть много обязанностей перед важными мне людьми.
— Понимаю.
— Давай зайдём поужинать? — предложил Александр. — Выпьем вина, если ты не возражаешь.
Мы зашли в небольшой ресторан, украшенный жёлтыми лампами. Я никогда не был в подобных заведениях. Я ощутил, как тут дорого, только взглянув на вельветовые кресла. Мне, как обычно, стало неловко. Александр вот был одет в строгое пальто, начищенные туфли и тёмные джинсы, которые наверняка стояли дорого, но были сделаны так, чтобы казаться дешёвыми и потёртыми. Я задумался над тем, сколько же ему лет, и вопрос слетел с моих губ прежде, чем я успел подумать о его корректности.
— Мне сегодня исполнилось сорок два.
— Так у тебя сегодня день рождения? Мог бы предупредить, я бы приготовил подарок.
— Это лишнее. Для меня подарок — провести время с тобой, — Александр принял у официанта меню и раскрыл его.
— Так мы празднуем?
— Можно сказать и так. Я очень давно не отмечал свои дни рождения, но сегодня почувствовал себя одиноко и решил провести его в приятной компании.
— Можно тогда в качестве подарка я прочитаю тебе стих? — с волнением спросил я.
— Только если не о любви.
Я налил немного воды в стакан из графина, который стоял на каждом столике, промочил горло и прочитал ему стих Александра Вавилова «Страна советов»:
Не пойму, какой тебе дать совет?
Не смотри на небо, купи слона,
Посылай любого придурка на...
Не вини себя, не плати за свет,
Почитай отца своего и мать,
Не сердись на ближнего своего,
Верь в зубную фею и волшебство,
Научись молчание понимать,
Заведи собаку, не пей вина...
Стоп! Заговорился. Конечно, пей.
Не садись на цепь, не цепляй репей.
Но запомни, это твоя вина,
Что в соседней сказке иной расклад:
Тролль на балалайке играет блюз,
Минусы судьбы образуют плюс,
Крематорий, кладбище и закат.
Чуть поодаль снова цветёт война.
Армия Альянса бомбит Белград.
Все Балканы белым огнём горят...
В общем, не меняется ни хрена.
Гитлера преследует Холокост.
Над Наполеоном смеётся тьма.
До Европы вновь добралась чума.
На Голгофе снова распят Христос.
Если это всё не твоя вина,
Почему тогда виноватых нет?
И какой теперь тебе дать совет?
Не бомби Белград и продай слона.
Он внимательно выслушал меня, а потом легонько поклонился мне головой.
— Ты даже не представляешь, насколько попал в точку, — с некой грустью произнёс Александр.
— Значит, в чём-то есть твоя вина?
— Скажем так, я не безгрешен.
— Разве не все мы?
Мы погрузились в меню. Картинок здесь не было, а большинство слов ни о чём мне не говорили. Прорепетировав несколько раз заказ в голове, я заказал тальятелле с острым соусом, надеясь, что мне всё же принесут макароны, и стейк из говядины. Александр заказал себе какой-то суп с непроизносимым названием и салат из рукколы, редиса и помидор черри. На цены я старался не смотреть, иначе мне становилось не по себе.
— Я готов выслушать твою историю, — сказал мой клиент, когда официант отошёл.
— Какую историю? — не понял я.
— Как такой парень, как ты, оказался связан с проституцией?
Я отпил ещё немного воды, размышляя над тем, можно ли ему довериться. Решив, что он для меня просто чужак, который уйдёт из моей жизни так же легко, как появился, я поведал ему историю про долг отчима, про угрозу моей девушке и младшему брату, про попытки заработать другими способами. Он слушал, положив голову на руки, и, казалось, следил за каждым моим словом.
— А как же кредиты? — спросил Александр, когда я закончил. — Или занять у знакомых? Ведь это не такая большая сумма.
— Для меня большая. Только один банк согласился дать мне кредитку на 200 тысяч. Но и там есть свои ограничения. Занять мне не у кого. Вешать кредит на бабушку или дедушку я не хотел, да и не думаю, что им дадут просто так много денег, — я водил пальцем по узору на скатерти.
— Да, непростая ситуация, — заключил Александр. — Получается работать?
— Я зарабатываю достаточно, чтобы вовремя погашать долг.
— Я не про это спросил.
— Не знаю, — признался я. — Хвалебных отзывов мне никто не оставлял. Ты пока единственный, кто вернулся снова. Пока клиенты есть. Не знаю, получается или нет.
— Я готов оставить первый хвалебный отзыв, если это облегчит тебе жизнь.
Официант принёс бутылку вина, выбор которого я доверил Александру, и разлил его по широким бокалам. Вспоминая все свои знания о распитии хорошего алкоголя, я сначала понюхал содержимое бокала, потом покрутил его в руке и только потом отпил небольшой глоток.
— Ну как? — спросил Александр. — Ощущаешь фруктовые нотки и лёгкий оттенок коры дуба?
— Ощущаю красное полусладкое.
— Вот и я тоже сколько не пил вино, оно всё одинаковое на вкус.
— Какое самое дешёвое вино ты пил в своей жизни?
Он задумался на минуту, а потом ответил:
— Белое столовое вино, 500 рублей за бутылку, на свадьбе одной из моих сотрудниц.
— Ха! 102 рубля за литр. Коробочная изабелла из далёкого 2016го.
— Мне кажется, или ты тогда был ещё несовершеннолетним?
— Был. Но я его и не покупал. Мы украли его с дворовым приятелем и распили на гаражах.
— А ты не такой пай-мальчик, каким кажешься, — Александр впервые рассмеялся при мне.
Мы распивали вино в ожидание заказа. Когда его принесли, мы ели молча. Сытная еда немного сгладила моё алкогольное опьянение, но Александр разлил ещё вина по бокалам, и я захмелел. Было тепло, сытно и приятно. Голова слегка кружилась, вещи казались более интересными и весёлыми. Разговор пошёл ещё легче. Я пытался расспрашивать что-нибудь про жизнь Александра, но он постоянно отмахивался, что это не интересно, и он хочет послушать меня. Вино сделало меня более разговорчивым. Я рассказал про смерть мамы, про смерть отчима, про остатки своей семьи и наши с Алесей планы на Тёму. Рассказал, как бегал от ментов по лесу. Рассказал даже про сегодняшнюю стычку с мужиками на остановке. Когда мне показалось, что говорю слишком много, я замолчал. Александр отметил мою миролюбивость и спросил, всегда ли я такой.
— Я думаю, в мире и так слишком много насилия и жестокости. Поэтому я стараюсь избегать физических стычек. Это не в моём стиле.
— То есть ты — пацифист?
— Думаю, да.
— Это очень редкая позиция в наше время. Особенно из уст молодого человека. Хочешь десерт? — спросил Александр.
— Нет, спасибо, я наелся.
— Тогда пойдём в отель?
Мы по очереди приняли душ и улеглись под одеяло. Я думал, что дальше последует секс, но Александр просто обнял меня со спины и прижался носом к шее. Он уснул почти сразу, а я ещё долго слушал его размеренное дыхание у себя под ухом. Слушал и думал, насколько же человек в свои 42 года может быть одинок, что платит мне просто, чтобы поспать в одной кровати.