Выход
Я очнулся в административной зоне, в разорванной и окровавленной форме, без кисти и с ножом в правой руке. Я поднял голову и увидел, как на меня с недоумением смотрят бойцы второго отряда, которые в самом начале спустились через другой вход, они без вопросов и лишних слов затащили меня к своим позициям, а после начали собирать монатки на выход отсюда, они не стали стесняться и вызвали лифт, чтобы перевезти меня на поверхность. Я заметил, что их пулемётчик взял РПК с собой, и я его остановил, сказав: «Стой, положи пулемёт на место, он мне понадобится». Он непонимающе посмотрел на меня, но положил обратно и зашёл в лифт с остальными. Тридцать секунд пролетели, как ветер, я уже не понимал, по какому времени ориентироваться, но то, что я жив, это точно. Когда меня доставили наверх, один из новобранцев-медиков сразу же наложил мне повязку и дополнительно вколол обезболивающее, все, кто были рядом, начали спрашивать, что там произошло. И я сказал, что туда ходу нет, и что отсюда надо бежать, пока ничего не случилось, я вкратце рассказал случившееся, и мы, собравшись все вместе, направились к выходу, попутно всё взрывая, чтобы никто и никогда больше не оказался в подобном, мы подорвали все входы и, посмотрев напоследок, двинулись назад по дороге. Идя по ней, мы даже наткнулись на подмогу, которая не добралась до нас, и выглядело это место печально, разорванные тела, лужи крови на снегу и набитый до отвала трупами включённый бронированный внедорожник. Мы выгребли всех трупов из него и, усевшись внутрь, на всех скоростях ринулись обратно на координаты нашей стоянки. Приехав туда, мы обнаружили его полностью пустым, машины были на месте, а палатки целыми, но не души, мы пять раз обошли этот лагерь, собрали медикаменты, боеприпасы, оружие, рации и также распределились на еще трёх внедорожниках, и мы такой колонной направились обратно на базу, путь был крайне не близкий, но делать было нечего. Наконец-то я смог поспать, и когда я проснулся, я почувствовал себя дрожащим от холода, «странно они забыли подогрев включить?» - подумал я, но, открыв глаза, увидел эту картину: наш внедорожник лежит на боку, в салоне я сижу один с запертыми дверьми, я не мог посмотреть, что происходит на улице из-за окон, которые были под и надо мной, но что точно, была ночь, причём глубокая, я открыл заднюю дверь, и она с хрустом раскрылась под своей тяжестью. Я увидел это сразу, два внедорожника догорающие на обочине и кучи трупов в округе. Я не заметил последний внедорожник, четвёртый. Надеюсь, они успели уехать и вернуться с помощью, если доедут... Я вышел из машины и почувствовал взгляд на себе, я начал вертеть головой, но никого не обнаружил, а ощущение всё усиливалось, я посмотрел на горящие внедорожники и заметил там порождение тьмы, я прыгнул обратно в свой внедорожник и хотел было поднять дверь обратно, но силы одной руки не хватало, а второй я просто не мог, попытавшись немного, я посмотрел на ту тварь, она не двигалась, я был безоружен и ничем не мог ей навредить, я аккуратно встал и медленными шагами начал подходить к ней, и когда я был в десяти шагах от неё, то я понял, что это просто обгорелый труп, который просто что-то делает на капоте. Я со смехом психа сел рядом с ней, не обращая на валяющихся рядом трупов, посмотрел на небо, возможно, в последний раз, и, замерзая, заснул в беспокойном сне.
Вот так меня и нашли поисковый отряд, я оказался единственным выжившим из разведгруппы №093, четвёртый внедорожник, как оказалось, был совсем недалеко от нас, просто он перевернулся в кювет. Потом меня увезли на базу и я отлёживался неделю, а после меня вызвали на рассказ этой истории.
- Что ж... - сказал кто-то за кадром задумчиво: - Опрос окончен, можешь идти.
Рассказчик встал из-за стола, взял шлем и вышел из-за кадра, запись шла еще минуту, но после прервалась.