2
Группа «Бантан» готовится к выпуску нового альбома. Юнги не вылезает из студии до глубокой ночи, сочиняя музыку. У Чонгука, из-за своей бесполезно измотанной за два года души, прёт вдохновение и куча лирических стихов, которые Намджун приправляет жёстким рэпом, чтобы не было столь сопливо. Хосок с Чимином продумывают хорягу, которая подойдёт всем; что посложнее, они берут на себя. Джин постоянно у Бана, их продюсера, обсуждает этапы продвижения. Запись песен идёт полным ходом, скоро начнутся съёмки клипа. В общем, ребята по макуху в работе.
В зале слышен скрип кроссовок о полы, грохот прыжков и учащённое дыхание ребят. Они уже второй час репетируют связку танца, доводя её до совершенства.
— Нормально, — констатирует Хосок, хватаясь за бутылку воды. — Сейчас финальная часть и хорош.
— Да, на финал мы думаем сделать что-то крутое. Что-то вроде поддержки, — объясняет Чимин, вытирая полотенцем пот со лба. — Чонгук, твоя позиция посередине, потому тебе достаётся ответственный элемент. В конце ты должен будешь кого-нибудь из нас красиво «выкинуть» вперёд из нашей финальной стойки.
— Так, и кто же этот счастливчик? — удивлённо поднимает брови Чон, уперев руки в бока.
— Можно я?! — тянет руку Мин, быстро подскочив к Чонгуку. — Я лёгкий, он без труда сможет это сделать.
— Так-то оно так, — размышляет Хосок, — но ты стоишь на дальней линии в этот момент.
— Я могу поменяться, — быстро находится Мин.
— Вдобавок, ты и правда слишком лёгкий. Ещё не хватало, чтобы Чонгук швырнул тебя в зал своей силушкой богатырской.
— Да нормальный я, — протестует Мин, — у меня кость тяжёлая, между прочим. Вот, попробуй, — он без предупреждения запрыгивает на Чонгука, коалой обхватывая его ногами. Чонгук от неожиданности машинально подхватывает его под бедра.
— Ну как? — интересуется он уже у Чона.
— Да нормально, — бубнит охреневший Чонгук.
— Ну вот, я же говорил, — улыбается Мин.
— Да как ты побежишь с другого конца сцены? Тэхён заканчивает свою партию как раз рядом с Чонгуком, ему ближе всех. Он его легонько подкинет, чтобы прыгнул повыше и красиво опустился на одно колено перед публикой. И твоё это, фирменное подмигивание, слышишь, Тэхён? Ну как ты умеешь, в общем.
Тэхён стоит, кивает болванчиком, скрывая пробежавшую дрожь в пальцах, всё же уговаривает себя отнестись к этому профессионально.
— Ну вот и договорились, — подытоживает Хосок и даёт команду становиться на позиции.
Недовольный Юнги нехотя сползает с Чонгука и идёт к себе на третий фланг, в линию к Сокджину и Намджуну.
Тэхён допевает свою последнюю строчку и начинается последний проигрыш. Чонгук аккуратно берёт руку Тэхёна и, почти не делая толчка, выпихивает его на середину.
— Слабо! — орёт Хосок. — Ещё!
Второй раз получается чуть сильнее, но не то, что нужно. В третий раз выскальзывает потная рука самого Тэхёна и тот валится мешком на пол. Чонгук спешит подать ему руку, чтобы помочь подняться, но его опережает мигом подбежавший Сокждин. «Ты погляди на него, как связку танцевать — еле двигается, а тут сайгаком подскочил», — сетует раздражённый Чон. Хотя и сам понимает, что совершенно несправедливо. Сокджин ни в чем не виноват. И уж тем более в том, что его предпочли Чонгуку.
Тэхён хватается за шею Джина и тот ставит его на ноги.
— Так, перерыв пять минут, — оглашает Хосок и снова идёт к воде.
Чонгук медленно выдыхает, приводя нервы в порядок. Поворачивает голову и видит, как Джин нежно обнимает Тэхёна, поглаживая по спине, что-то шепчет тому на ухо, от чего Тэхен начинает улыбаться, а затем целует в губы. Видит, как Тэхён прикрывает глаза, податливо отвечает. Хорошо, что студия почти пустая, а то желание расхуярить что-нибудь растёт в геометрической прогрессии.
Немного передохнув, вновь возвращаются к связке. Тэхён допевает свою партию, все чётко встают на свои позиции, и Чон выкидывает Тэхёна вперёд с такой силой, что тот чуть не врезается в студийное зеркало, вовремя сгруппировавшись.
— Воу, полегче, Чонгук, — забеспокоился Хосок.
— Ты в порядке? — бежит к Тэхёну Чимин.
— Я в норме, — в изумлении он оглядывается на Чонгука.
— Прости, — холодно отзывается на этот взгляд Чон.
— Ок, — командует Хосок, — давайте-ка ещё раз. Чонгук, отрегулируй свою силу.
Спокойной кивок Чонгука дает сигнал продолжать. И действительно, после этого они прогоняют элемент броска несколько раз и всё выходит идеально, так, как задумано.
⭐⭐⭐
Негромкий гомон стоит за столом. Ложки стучат о тарелки, ребята передают друг другу угощения. Вечер мемберов продолжается вкусными ужином. Чонгук обставляет себя тарелками, жадно поедая яства. Он мужчина и он голоден после целого напряжённого дня. Трубочкой Чон втягивает лапшинку от рамёна, следом закидывает кусок мяса, всё это аппетитно зажёвывая рисовой лепешкой.
— Хён, не подавись, — хихикает рядом Юнги, наблюдая мясорубку Чонгука.
Он лишь мотает головой, вытягиваясь вдоль стола, пытается подхватить палочками кусочек кимчи в тот же самый момент, когда в него врезаются чужие палочки.
— Извини, — поднимает на него глаза Тэхён, — бери ты, — предлагает он, всё не расплетая скрещенных палок.
Чонгук несколько секунд смотрит испытующе в ответ, затем быстро садится на место.
— Да нет, что-то перехотелось.
Тэхён накладывает себе, как воробышку, и поэтому теперь, под жалостливый взгляд Сокджина, кушает с его палочек, сочные кусочки курицы. Хотя, если честно признаться, аппетита сейчас совсем нет и он, давясь, еле проглатывает эти куски. Хотя Сокджин одобрительно отмечает, как тот похудел. Тэхён высокий, стройный, грациозный, что имеет немаловажное значение на выступлениях. Фанатам нравится такой Ким: девочки текут, фанбои дрочат.
После ужина вся компания располагается в гостиной перед огромной плазмой, чтобы насладиться вечерним просмотром фильма. Ребята рассаживаются, кто на полу, кто на кресле, основная часть распределилась по огромному дивану. Чонгук занимает самое удобное место в углу дивана, с ним рядом тут же плюхается Юнги. На подлокотнике со своими длинными ногами враскоряку угнездился Намджун. Тэхён же неизменно приземляется на колени к Сокджину. «Видимо, он уже и позабыл, что существуют другие сидячие поверхности, кроме сокджиновых костлявых ляжек», — так совершенно объективно, на его взгляд, рассуждает Чон.
Путём голосования выбрали фильм и погрузились в предлагаемую атмосферу. К середине фильма Юнги уже весь извертелся, будто шило в одном месте. То неудобно сидит, то нога затекает, то рука. С каждым движением всё ближе жмётся к Чонгуку, затем уже просто в наглую откидывает голову ему на плечо. Чон ничего не говорит, словно и не замечает этих поползновений. После этого Юнги начинает громко и глубоко вздыхать на его плече, и под шумок своего дыхания совсем ненавязчиво перекидывает руку через торс Чонгука. Минут пять улыбается мартовским котом, не замечая на себе удивлённые взгляды, но недолго.
— Прости, малыш, мне жарко, — аккуратно отодвигает Чон маленькую коалку от себя.
— Жарко? Может, водички принести? — суетится Юнги.
— Нет, сейчас всё пройдёт.
Чон с немым стоном пытается вытянуть ноги, потому что те реально затекли в одном положении. Он вертит сначала одной ступнёй, затем второй.
— Что, ноги устали?
— Есть немного, слишком нагрузил сегодня.
— Давай сюда.
Не успел Чонгук опомниться, как Юнги одним махом подхватил его ноги и закинул себе на колени. Чон успел лишь сделать удивлённые глаза, когда с него уже стянули носки и принялись массировать ступни. Чонгук уже открыл рот, чтобы возразить, но чуть не выпустил слюну от кайфа, когда Юнги стал нажимать на нужные точки и разминать каждый пальчик. Затем Чонгук так разомлел, что и вовсе перестал хотеть этому воспрепятствовать. К концу фильма он уже почти заснул, от волшебных ручек Юнги, когда ему резанули по уху слова:
— Тигрёнок, принеси мне воды.
Тэхён наконец встаёт с насиженных колен, и получает лёгкий шлепок по попе от Сокджина, видимо, для скорости. Всё настроение Чонгука вмиг рассеивается.
— Спасибо, Юнги, — Чонгук даёт понять, что на этом массаж закончен, аккуратно выпутываясь из цепких пальчиков младшенького. — Я пойду спать.
— Но кино ведь ещё не закончилось, — препятствует Юнги.
— Потом расскажешь конец. Что-то я устал, — Чонгук, пожелав ребятам спокойной ночи, уходит к себе.
Юнги, прикусив щёку, крепко сжимает кулаки. Слева от него громко цокают и он оборачивается. Намджун, всё ещё сидящий на подлокотнике, красноречиво мотает головой. Юнги обдаёт его ледяным взглядом, без слов высказывая, что ему всё равно, кто что о нём думает. Он презрительно хмыкает, и вздёрнув нос, гордо удаляется к себе.
Тэхён, вернувшись со стаканом сока, замечает, что их компания убавилась на две конкретных единицы. Поцеловав Сокджина, он тихо просит разрешения тоже пойти к себе. В ответ на что Сокджин предупреждает, что заглянет к нему ночью. А это значит, что Тэхёну нужно быть готовым во всех смыслах.
⭐⭐⭐
Уже под утро, когда Сокджин насытился Тэхёном и уснул в его кровати сном младенца, Тэхён, напротив, заснуть не мог. В комнате стало слишком душно, что даже трудно дышать.
Тэхён выходит на кухню, берёт стакан и наливает себе воды из-под крана. Пока он жадно глотает живительную влагу, то не сразу замечает тихий силуэт у окна. Он тянется к выключателю света.
— Не надо, — разрывает тишину голос Чонгука.
— Почему? Что ты здесь делаешь в темноте?
— Тоже, что и ты, — он покачивает своим бокалом с водой в руке.
— Тебе тоже не спится?
— Как раз наоборот, очень хочется, — парень делает два шага вперёд, — но у меня за стеной, походу, «кошка» всю ночь рожала. Знаешь, так кричала, я аж переживать начал.
Щеки Тэхёна мгновенно вспыхнули. Да, об этом он не подумал. Комната рядом с его всё время пустовала и он не стеснялся в ярком выражении своих эмоций, особенно ночами, проведенными с Сокджином.
— Чонгук, я понимаю, как сейчас это выглядит… — Тэхен пытается облечь в слова свои жалкие объяснения, — понимаешь, я и Сокджин, мы…
А Чонгук вдруг осознаёт, что не хочет слушать никакие объяснения и оправдания, ведь всё уже свершилось. Они не вернутся в свои восемнадцать лет, он не вычеркнет из жизни два года армии и тот факт, что Тэхён принадлежит другому. Поэтому - зачем?
— Не стоит, — останавливает его Чонгук, одним глотком допивает воду и оставляет стакан, — приятных снов.
До будильника ещё пара часов и Чонгук хотя бы их собирается провести спокойно.
Оставшись один на кухне, Тэхён тяжело вздыхает. Опираясь руками в стол, он всё смотрит на стакан Чонгука, гипнотизирует.
Как же он рад, что Чонгук вернулся, и как же он ненавидит то, что он вернулся!