Я назову эту звезду твоим именем.

Звёзды...

Что такое звёзды? Мы не всё знаем о космосе, о его прекрасных красках и космических объектах. Не каждый ведь знает, что там есть квазар, который способен одним лучом разрушить нашу планету.

Именно ночью он показал ему звёзды. Казалось, они никогда так ярко не светили.

— Чан, а ты помнишь, как показал мне звёзды? — сидя под мостом, спросил Минхо.

— Конечно, Хош. Самый счастливый день остался в моём сердце, — ответил Чан и посмотрел в его глаза.

Ли Минхо довольно тихий и замкнутый парень. Простыми словами, меланхолик. Ему только недавно исполнилось 17 лет, а он уже задумался о том, чтобы положить конец всему тому, что с ним связано. Ненавидел Минхо себя, и с этим, по его мнению, ничего поделать не мог. Тогда он и пошёл на мост. Смотря то на свои ноги, то на прохладную воду в конце октября, его сердце в груди сжималось, а душа и вовсе отгоняла подальше от края. Время ведь далеко не детское.

— Ты с дуба рухнул?! — спросил парень, отталкивая Ли подальше от этого места.

— А ну брысь! Быстро убрал руки! — тот отпустил его, а Минхо посмотрел в глаза напротив. — Что тебе надо?!

— Ты что собрался делать?

— Я думаю, не трудно догадаться, — ответив невнятно, Ли достал из кармана пачку красный Мальборо, а после зажёг сигарету и пошёл своей дорогой.

— Так, стоять! — парень остановил его. — Не верю я тебе, снова придёшь сюда... Давай дружить?

— Дружить? Ха-ха-ха, насмешил... Дружат только дети.

— Тебе сколько лет?

— 17. Ну и что с того?

— Ты тоже не взрослый, поэтому можешь дружить. Да и у дружбы нет возраста, Ли Минхо, — парень искреннее улыбнулся.

— А откуда ты знаешь моё имя? — удивился Минхо.

— Небо тёмное мне подсказало. Меня зовут Бан Кристофер Чан. Можешь звать просто Чан. Мне 18.

— Нет смысла начинать общение. Всего доброго, мистер Чан, — Ли уже собрался уходить, но Бан резко взял за запястье. — Да что тебе надо?!

— Я хочу кое что показать, — ответил тот.

— Нет, спасибо, не буду смотреть на обнажённых людей.

— Какие мысли у тебя... Сейчас все думают только о деньгах и порно. Но то, что я тебе покажу — будет прекрасным и невероятным.

Доверившись словам Чана, Минхо слегка кивнул и вместе с ним пошёл под мост. Сев на холодный камень, Ли не понимал, зачем согласился.

— Ну и что дальше? — спросил он.

— Тихо, — повисло (повидло блин) молчание в воздухе. — Чувствуешь лёгкий ветер? Сейчас он докоснётся до тебя и унесёт с собой все твои переживания и трудные времена. Слышишь море? Своими волнами он не даёт твоим мыслям завладеть тобой. Замечаешь ночную атмосферу в конце октября? Она даёт тебе внутренний покой и умиротворение. Видишь, как в обычных вещах можно заметить нечто уникальное? — с улыбкой спросил Чан и посмотрел в глаза Минхо.

Тот слегка кивнул. Он осмотрелся по сторонам и заметил все эти мелочи небытия, а после спросил:

— А что ты ещё можешь сказать или показать?

— А ты не замечаешь самого главного? — удивился Бан.

— Извини, но я не такой внимательный, — неловко засмеялся Ли.

— Ничего страшного, — Чан взял сигарету Минхо и потушил об кирпич, а после посмотрел на небо и добавил: — Подними глаза. Звёзды — наш путь домой и отличные напарники. Если невинная душа теряется во тьме ночном, то звезда полярная начинает светиться ярче всех, указывая дорогу обратно домой. Когда человек пытается сдержать слёзы, которые так предательски хотят идти, он смотрит на звёзды, чтобы успокоиться. Небо звёздное дало обещание — никогда нас наедине не оставит. И даже если рядом никого не осталось и ты в печали, то посмотри на тёмное небо и найди свою маленькую звёздочку, которая даже почти погасшая даст тебе яркий свет в твоих карих глазах.

— А ты случайно не поэт? — спросил тот.

— Ц, нет, меня не тянет к этой деятельности, — слегка захихикал Бан. — Я сейчас живу в общаге для танцоров. Вдобавок, пишу свои песни. А ты где учишься?

— Я тоже на танцора. Твоя академия случайно не находится на улице Кванджу Усан-Дон?

— Верно, именно там. Получается, мы танцуем в одной академии.

— Получается так.

Смотря на звёзды и разговаривая на приятные темы, море слушало смех парней, которые прекрасно беседовали. Душе настало пробужденье: и вот опять явилась ты, как мимолётное виденье, как гений чистой красоты...

Прошёл год.

Место под мостом пустовало раньше.

В ней не было ни жизни, ни тепла.

Появились они однажды,

И тьма ушла сама в грустный рай.

Были написаны красивые стихи, басни, рассказы.

Слух Минхо слушал интересные повести Чана.

Звёзды светили так ярко тогда,

И мысли о суициде исчезли в густом тумане.

Потерялись. Бывает.

Но он продолжил жить, смеяться, плакать,

Продолжил и... Любить?

Неизвестно кого пока любит,

Но хочет подарить ему звезду.

Самую красивую назвать его именем,

Чтобы не угасала в ночи далёком.

— Я одного не понимаю. Нафига ты стал танцором, если ещё прекрасно пишешь стихи?

— Не знаю. И не смущай меня, малявка, — широко улыбнулся Чан и дал ветру поиграть с бумажным самолётиком.

— Да ты меня на год старше! С чего это малявка? — Ли в шутку задел друга, не переставая смеяться.

— Не знаю. Но я уже полюбил тебя как...

— Как младшего брата?

— М, — их взгляды встретились, а зрачки расширились. — почти.

На небесах загорелась звезда — яркая, единственная и прекрасная. Везде были фонари, но её свет светился ярче. И, раскидывая новые мечты по всем странам, счастью не было предела. Душа расцвела с новой архидеей, а сердце растопила ледяной лёд. Посмотрев на необыкновенное созвездие, Чан улыбнулся и сказал: 

— Я назову эту звезду твоим именем.

— Ты что? У неё и так есть своё имя. Но приятно слышать. Спасибо большое, — слегка улыбнулся Минхо.

Сердце артериальное начало быстро биться, душа танцевала вальс. Кузнечики, сидящие в кустах, сели на травку и начали играть свою мелодию на арфе. Светлячки, пытаясь не светить ярче звезды, кружились над парнями. И музыка города приглушила звук — поэт начал новый стих заката.

Солнце янтарного цвета садилось на край моря, создавая впечатление, что вот-вот погаснет. Но если бы оно ушло, то в душе останется маленький свет. По истине, этот луч невозможно убрать. Он будет светится ярче всех, но не ярче звезды. И худые пальцы Бана напишут новый рассказ. Ли послушает очередные небылицы, связанные с его фантазией. Они будут прекрасны, превосходны. Чан читал и для Минхо, и для небес. Пишет он правда умиротворённо.

— «Я найду своё счастье?» — спросил он у Луны. Она светила так ярко, как только могла. Будто давала понять, что он не один, что всё сможет, всё в его силах. И юноша не угасал — дышал он ровно и надёжно. А счастье он найдёт, и покой свой обретёт. Не возьмут его силы тёмные, не позабудет он себя. Тьма закончилась тогда, и закат начался с того дня.

— Чан, а как ты так пишешь? Может, где-то учился или практиковался?

— А? Что ты? Вовсе нет. Чтобы написать какую-то историю, не нужно много силы. Достаточно того, чтобы посмотреть на свою душу и узнать, что она чувствует. Та начнёт тебе шептать о своём состоянии, а ты под её диктовку напишешь сюжет, — слегка улыбнулся Бан.

— Да ты даже сейчас умудрился что-то новое придумать! — засмеялся Ли.

— Минхош...

— Да? Я тебя слушаю.

— Не стоило миллион душ, чтобы увидеть счастье.

— Да ты поэт и танцор!

Смех из их уст раздался спокойный. Не был звонкий и бесячий. Дул ветерок прохладный. Рассказывал он волосам о тех местах, где успел побывать. Бабочки, садясь на красивые васильки, готовились ко сну, чтобы не нагружать свои красочные крылья после долгого полёта с небом. Казалось в миг, время будто остановилось. Не было слышно машин проезжих. И поэт скоро закончит свой стих. Пока не потянулся к клавиатуре, сидя на кухне и медленно попивая горячий кофе. А гирлянда из искуственных листьев украшала весь дом. Смерть отступила порой. И жизнь казалась полноценной, когда рядом был он.

— Ли Минхо, — сказал Чан.

— Я слушаю, — посмотрев на друга, Минхо собрался слушать новые фантазии.

— Её зовут Ли Минхо, — указав на звезду, ответил Бан и взглянул в глаза напротив.

— Я думал, что ты шутишь! Это так приятно... Спасибо большое, Чан, — слегка улыбнулся Ли.

Из взгляды упали на губы друг друга. Между лицами оставались чёртовые сантиметры. И, сокращая их с каждой секундой, чужие, казалось бы, губы всплелись в нежный танец. В животе появились бабочки, а сердце билось словно барабан. Ощущая вкус губ на своих, звезда начала светиться ярко. Они не забудут этот вечер. Воспоминания останутся в их душах, что провожали не попутный ветер. Начнутся новые истории, возможности. Начнётся новая глава! Надежды будут всегда. И поэт дописал стих, с улыбкой смотря на закат...

Звезда указала дорогу,

Где тебя смогу найти.

Я потерял тревогу,

Ведь рядом был ты.

Спасёшь меня от депрессии?

Выход не нахожу сам...

Мой плейлист играет ночами,

Ведь слезам нет конца.

Гори звезда родная,

Светись ярче всех!

Я приду ещё раз, обещаю,

А ты не угасай ночами.

Пишу стих я длинный,

Но длиннее оказалась судьба моя,

Ведь рядом есть ты,

Который сможет меня полюбить.

— M. T.