Dance with side effect || Танцы с побочным эффектом [GOT7×BLACKPINK]

• • •

       Дженни и Лиса сейчас сидят в небольшой кофейне, которая им обеим нравится. Девушки закончили со всеми своими большими проектами для k-pop индустрии и теперь могут нормально вдвоем отдохнуть и поделиться новым опытом в реальной жизни, а не через сообщения в «KakaoTalk».

      — Как Тэхён? — интересуется Манобан.

      — Не поверишь, он просто невероятно сейчас танцует. Это, конечно, не предел его возможностей, но черт, если сравнивать с тем, как он начинал, то он — произведение танцевального искусства.
      
      — Ах-ха-ха-ха.

      — Я серьезно.

      — Я верю тебе. Уже хочу глянуть на это, — снова смех.

      — А ты как?

      — Джен, — Лиса немного засмущалась.

      — Что? — хитро улыбнулась та.

      — Я... Я теперь официально в отношениях, — еле выговорила Лалиса.

      — Пф. Я думала, ты что-то серьезное мне скажешь, а ты тут очевидные вещи мне говоришь. Все уже давно заметили, что ты с ним. Думаю, что даже тот, кто тебя не знает это заметил.

      — Йа, — Лиса легко ударила Ким в плече.

      Разговор был о многом: предстоящих мастер-классах от иностранцев, которые будут проходить в их студии, об отношениях Лисы, о работе модели Ким, которая стала очень востребованной.

      — Джен, а что у тебя с ним?

      — С кем?

      — Ты знаешь о ком я. С Джексоном.

      — А что у меня с ним?

      — Эй! Не увиливай от ответа. Я же вижу, что между вами что-то есть.

      — Между нами есть секс, — спокойно отвечает та.

      — Что? Нет, я не об этом. Он на тебя так смотрит, это точно не просто секс.

      — Ага, — протягивает Ким и приближается к уху своей подруги. — Это не просто секс, — шепчет та, — а прекрасная е*ля, которую я заслужила.

      — Джен!

      — Что?

      — С тобой все хорошо?

      — Со мной все отлично.

      — Найди себе наконец парня! Чем тебя Джексон не устраивает?

      — Меня?

      — Ну не меня же!

      — А кого?

      — Ладно, хорошо, поговорим об этом в другой раз, — пытаясь сдержать свой «добрый» гнев проговорила Лалиса. — Кстати, как у Вана с соревнованием? А то Марк только о своих успехах мне и рассказывает.

      — Какое соревнование? — искренне удивилась Ким.

      — Ты не знаешь?

      — Нет, — шатенка отрицательно мотает головой.

      — Оно и не удивительно. Сейчас проходит соревнование среди танцоров, на подобие того, в котором тогда ты участвовала, но это не баттлы, а, как я поняла, задания. Собственно, им дают тему, какое-то время на постановку, а потом выступления. Они проходят каждое воскресенье и в следующее, если я правильно поняла Марка, будет финал.

      — А это интересно, — заинтересованно протягивает Ким и смотрит в глаза рыжеволосой подруге.

      — Эх, я тоже бы хотела поучаствовать, но работа, — расстроенно ответила Манобан.

      — Это что, последнее соревнование в твоей жизни?

      — Ага... Следующее такое только через пять лет и не понятно в какой стране, а приз достаточно престижный. А к тому времени я состарюсь.

      — Не говори так, мы еще зададим этой молодёжи, — рассмеялась Ким.

      — Как насчет прийти туда и поболеть за них? Может, талантов откопаем для студии.

      — Я не против, у меня не было планов. А что по времени?

      — Это все проходит ночью поэтому я заеду за тобой.

      — Ладно, — отвечает Джен и возвращается к своему десерту. — Ещё успеем поговорить об этом на днях.

•••

      В студию прибывают всё больше новых студентов, так как молва о педагогах расходится с невероятной скоростью, а реклама в социальных сетях тоже даёт свои плоды. Студии каждого педагога посещает от пятнадцати человек каждый раз. Лиса даже сумела убедить Марка и Джексона открыть свои студии по hip-hop'у и krump'у соответственно.

      Но всё же, особой популярностью пользуются студии Джен, которые на днях переходят в новую категорию и люди просто ловят момент, чтобы получить хоть капельку информации от этого танцора. Девушка рада этому и понимает, что скоро людей станет намного меньше, и нагрузка тоже поделится пополам, если не больше. С одной стороны такая перспектива радует, будет больше времени на работу модели и подготовку разных танцоров на чемпионаты, которой она занимается с недавних пор, увеличится зарплата, а с другой — как-то грустно. Многие уйдут, найдут альтернативу её студиям, перестанут с ней обмениваться своим опытом, историями, всё вернётся практически к тому, с чего началось, только с большими деньгами.

      Сегодня суббота и у Джен очередная съемка для Youtube-канала студии со своими девочками из группы по heels.

      
• Britney Spears — Toxic

      Активная и сексуальная хореография, которую группа отрабатывала практически месяц. Коленки постоянно были в синяках из-за неправильного выхода в партерную часть, связки болели из-за разных гранд-батманов, а спина из-за прогибов и каблуков. Но это не могло прервать волну удовольствия, которую девушки получали, танцуя такую хореографию.

      Проведя день максимально консервативно, молодые девушки раскрепощались, расслаблялись и выражали себя в этом танце. У каждой был свои стиль и свои предпочтения в стиле исполнения некоторых движений, а Дженни не ограничивала их.

      — Вы готовы? — интересуется Дженни за пять минут до окончания студии. Все знают, к чему был задан этот вопрос.

      — Я волнуюсь, — сказала одна из девушек.

      — Не переживай, — в этот момент дверь открывается и в студию входит серебряноволосый молодой парень с камерой. — Представьте, что он призрак, которого просто не существует. Смотрите на себя, наслаждайтесь своей красотой и сексуальностью в отражении зеркала. Вы лучшие и вы это знаете. Если бы это было не так, то мы бы сейчас не снимали эту хореографию на камеру для нашего канала.

      — Когда я стал призраком? — спросил Чон, включая камеру.

      — Когда выбрал этот цвет волос, — пошутила Дженни. — Кто первый? Три человека, пока я не начала сама выбирать.

      Поскольку желающие так и не нашлись, Дженни выбрала троих девушек, которых считала лучшими в группе. Да, им было чему учиться, каждая переделывала что-то под себя, и это смотрелось максимально гармонично.

      Одно видео, второе. Пришел черед Дженни Ким снять свое индивидуальное видео.

      — Девочки, кто-то снимет меня для Instagram'а? — Ким включает камеру на своем смартфоне и смотрит на группу.

      — Давай я, — слышится мужской голос где-то из-за спины Ким. Девушка оборачивается и видит там Вана. — Через зеркало? — парень забирает из рук девушки телефон.

      — Да, и по возможности, чтобы его не было видно.

      — Хорошо.

      Джексон уже знал какое видео хочет Ким. Он не впервые снимает ее для историй в Instagram. У Вана уже, можно сказать, есть опыт в этом деле.

      Ким выкладывается по полной. Максимально точные и музыкальные движения, стервозный взгляд и ощущение, что она королева этого мира. Как только Дженни заканчивает хореографию и начинает немного импровизировать, чтобы не отрывать хореографию, ведь танцор должен танцевать, пока играет музыка, даже если закончилась (или ещё не началась) хореография. Несколько движений и Дженни красиво покидает кадр, а Чонгук пролетом камеры снимает эмблему студии, на фоне которой танцевала Ким.

      Девочки начинают аплодировать. Ким всех благодарит за такую поддержку. В это время Джексон сделал несколько снимков на ее телефон, как девушка улыбалась, какой красивой она была в этот момент. Ван даже сам не осознавал, что фотографировал ее, наслаждатся красотой через камеру. Он в плену этой улыбки, красивых и искренних глаз, которые не умеют врать, честной души, которую девушка показывает в своих танцах, возможно, даже не осознавая, что показывает больше, чем хочет. Джексон даже не заметил, как все покинули зал, и как девушка сменила обувь на шлепки. После каблуков это было лучшим решением. Тогда он просто смотрел на нее и ловил моменты. Ведь они видятся реже, практически не общаются. Все в работе, а Дженни последнее время особенно, так как стала постоянной моделью для одного из популярных брендов косметики в Корее.
      
      — Эй, — уже не понятно какой раз Дженни пытается заговорить с парнем, который завис с телефоном девушки в руках.

      — А? Что?

      — Телефон мне отдашь? — тихо, даже устало спрашивает Ким. Нагрузка все-таки сказывается на самочувствии, хоть девушка и не жалуется.

      Ким недосыпает, под глазами появились синяки, которые очень волнуют окружающих, тон кожи стал бледнее, да и сама девушка похудела, только стала выглядеть еще болезненнее. Именно в этом момент Ван замечает изменения в ней. Они не виделись примерно две недели, а она так изменилась.

      — Поужинаем? — парень не торопится возвращать телефон.

      — Не хочу, — отвечает Ким и тянется к своему телефону.

      Но Джексона такой ответ не устраивал. Он спрятал телефон в свой карман и всячески увиливал от Ким, которая старалась до него добраться.

      — Я приготовлю что-нибудь дома. Поехали, — тот хватает девушку за руку.

      — Я не хочу, — Ким старается вырвать свою руку из сильной хватки Цзя Эра, но все попытки были тщетными.

      — Мы ужинаем, и я возвращаю тебе телефон, это не обсуждается.

      — Блять, хорошо! Только отпусти, мне больно, — сдалась Дженни.

      На такие разговоры девушки парень ответил лишь поцелуями. Нежными, трепетными, медленными. Ким ненавидела такое, и это было наказанием, которое придумал для нее Ван. И это действительно работало, девушка стала меньше выражаться в такой манере.

      — Я не буду с тобой сегодня спать, — после поцелуя проговаривает тихо Ким и обгоняет парня, чтобы первой выйти из студии.

      — Я и не намекал на это, — резко, слегка ухмыльнувшись, отвечает Ван. — Можешь после ужина домой поехать.

      Девушка лишь недовольно морщится на эти слова парня. Ким быстро шла по коридору, затем скрылась за дверями женской раздевалки, где уже никого не было, и переоделась так быстро, как только могла. Свободная толстовка, которую она не так давно приобрела, уже скрыла красивые формы, узкие джинсы создавали какой-то контраст между объемным верхом и утонченным низом, а тапочки сменили массивные зимние ботинки, которые Дженни просто обожала. Сумки у неё с собой сегодня не было, так как важные вещи, а таких было не много: телефон, ключи и кошелек, Дженни распихала по многочисленным карманам своего пуховика.

      Джексон, в свою очередь, тоже сменил обувь, накинул куртку и ждал у выхода из студии девушку, крутя в руках её телефон, который не намеревался отдавать ещё ближайшие два часа.

      — Поехали? — спрашивает Ван, только что подошедшую недовольную девушку, которая смотрит куда-то в сторону. Ким лишь кивнула. — Ты обиделась? — уже спускаясь по лестнице спрашивает парень, а в ответ тишина. Дженни не спешит отвечать на его вопросы, не хочет.

      Нет, не обиделась, просто странно это всё. Ким не может разобраться сама в себе. Они давно не виделись, и когда девушка окинула взглядом очертания фигуры парня, посмотрела в его глаза, увидела улыбку вновь, то почувствовала себя очень странно. Сердце начало стучать вдвое быстрее, захотелось улыбаться, но Дженни всё старалась скинуть на ПМС, хотя получалось это с трудом. Ещё девушке впервые понравился такой поцелуй. В нём не было той привычной пошлости, привычной похоти и желания. Что-то новое и такое приятное, такое необычное и в то же время желанное до такой степени, что коленки начинают подрагивать.

      Джексон Ван стал причиной изменений в Дженни Ким. Он стал тем спусковым механизмом, который запустил процесс возвращения той Дженни, которой она была те несколько ужасных лет назад. К той Ким, которая была изначально — нежной, тихой, романтичной. К той Дженни, которую девушка старательно старалась утопить в алкоголе, заглушить её громкой клубной музыкой. Но признает ли это сама девушка? Она не хочет этого. Снова быть слабой и беспомощной — глупо. А оставаться такой, какой она является сейчас — ещё большая глупость, которую она может совершить. Тусовщицы не знают боли, но и настоящую любовь им не дано увидеть, лишь фальшивые слова подарены им. Изменится ли она в кардинально иную сторону, станет ли той, которая обретет истинное счастье любви?

      Всю дорогу до квартиры Вана девушка думала об этом, но так и не смогла как-то красиво сформулировать всё то, что сейчас творится в голове, поэтому просто забила на это. Сейчас она поужинает с этим надоедливым китайцем, который почему-то перестал казаться таким, получит свой телефон и спокойно поедет домой.

      Вечер, а точнее уже ночь, проходит не так уж и плохо. Ким смотрит какой-то фильм, который включила на большой плазме в гостиной Вана, а тот что-то готовит на кухне уже час. Дженни, уже по изученным маршрутам, нашла бутылочку, уже открытого, красного вина и бокалы, которые сопровождают её тихий вечер. Слишком домашняя обстановка. Уютно и приятно находиться в этой квартире сейчас, глаза невольно закрываются, фильм теряет смысл, так же как и Дженни нить повествования. Голова девушки плавно опускается поверх рук на спинке черного дивана, а волосы прикрывают уже спящее лицо Ким.

      Джексон закончил с готовкой, и хотел уже громко крикнуть, чтобы девушка шла на кухню, но сначала решил глянуть, чем же занята Ким весь вечер. Работающий телевизор, девушка, спящая не в очень удобной позе, эта картина вызвала улыбку на лице парня. Он прекратил приготовления позднего ужина, который, как понял он, плавно перерастет в завтрак, и подошел к Дженни. То же милое лицо, только вот синяки под глазами — она слишком устала, они не красят её, а лишь придают реальности её образу «сильной женщины», которая не нуждается в заботе противоположного пола.

      Ван присаживается на корточки рядом с диваном и несколько секунд разглядывает лицо девушки, которое всё ещё частично скрыто за непослушными каштановыми волосами. И в течение следующего мгновения правая рука убирает часть волос за ушко Ким. Девушка во сне немного причмокивает и более удобно сквозь сон укладывает свою голову на руках. Джексон же улыбается, а потом берет миниатюрную шатенку на руки и переносит её в спальню, где есть только два источника света: Луна и свет из коридора. Ван медленно и аккуратно укладывает девушку на кровать и укрывает теплым одеялом. Впервые на его памяти эта девушка свернулась, как котеночек в клубочек, чтобы поспать, и это было невероятно мило.

      После этого Джексон ещё сидел некоторое время на полу и смотрел на Ким, которая так умиротворенно спала после бокала или двух вина, которое они не допили в прошлый раз, он держал её за руку, которая была на редкость холодной и просто смотрел, наслаждался такой ей, которой Ким старалась не быть. Но время шло, и Ван пошёл выключить телевизор, который что-то говорил на фоне и очень сильно раздражал, а так же повыключал везде свет и принял душ и лишь потом присоединился к Дженни в кровати. Нежно обнял, он почувствовал, как девушка сама прижалась к нему сильнее и немного расслабилась, и заснул.

      Долгий и глубокий сон, который последнее время был похож на мечту для обоих превратился в реальность.

      «Крепкие объятия, теплая постель и человек, который любит», — так бы Ким ни за что не подумала, но это воскресное утро стало исключением.

      Девушка открывает с трудом свои глаза, после такого крепкого и долгожданного сна, который восстановил большую часть ее жизненных сил. Первое, что она видит — ключницы парня. Девушка чувствует то, как ей тепло и уютно, что она не хочет заканчивать этот момент. Но вот боль внизу живота думает совсем иначе. С трудом Ким сбрасывает с себя руки Джексона, делает это достаточно грубо, и бежит в сторону сначала своей куртки, а потом и душа.
      
      Парень проснулся от таких действий Ким. Она была странной сегодня. Именно это пришло в голову Вана, но потом он начал волноваться. Сон отступил куда-то на второй план, он покинул теплую постель и подошел к двери и в ванную.

      — Джен, ты в порядке? — спросил парень. За дверью было тихо. Ни ответа, ни шума воды. — Дженни, — тот снова стучит в дверь и дергает за ручку, но дверь запрета.

      Джексон уже снова собирался стучать в дверь и кричать, но дверь открывается с той стороны и девушка выходит из помещения.

      — С тобой все хорошо?

      — У тебя есть болеуталяющие? — вопросом на вопрос отвечает Дженни Ким.

      — Да, — подумав где-то секунду, отвечает Джексон. — А зачем тебе?

      — Тащи сюда, я умираю, — девушка схватилась за живот и снова пошла в комнату, в теплую кровать, которая, к огромному огорчению, уже успела потерять то уютное тепло.

      — Эй, что случилось? — Джексон растерялся и последовал за девушкой, которая, игнорируя его присутствие, продолжала свой путь к кровати.

      — Женский цикл случился! — раздраженно крикнула Ким.

      Джексон был ошарашен и не знал что делать. Вроде бы все естественно, но общаться с девушкой, которая так открыто об этом говорит было в новинку. Да и не просто с девушкой, а с той, которая ему нравилась. В эти мгновения Джексон пытался вспомнить все, что знал об этом не очень приятном периоде в жизни девушек, и понял, почему у Ким такое паршивое настроение, и почему она так странно себя ведет, просто сама не своя.

      — Тебе какие обезболивающие?

      — Если есть, то на травах, они мне лучше помогают.

      — У меня нет, но я могу сходить в аптеку. И раз я буду там, что-то еще купить?

      — Будь добр, купи упаковку прокладок, а то такими темпами я не скоро домой попаду, а у тебя вряд ли найдутся.

      — Ладно, — спокойно отреагировал Ван, но в голове был хаос.

      «Что мне нужно сделать? Купить прокладки? Что это вообще такое и как их выбирать?» — именно такие мысли были у парня в голове.

      С одной стороны эта ситуация максимально неловкая, но с другой — парню в любом случае пришлось бы столкнуться с подобной ситуацией, если не Дженни, то какая-нибудь другая девушка поставила бы его в такое неловкое положение.

      — Позвонишь, как будешь в аптеке или магазине, куда ты там идешь? Я скажу какие тебе стоит купить, вряд ли ты запомнишь.

      — Хорошо, а ты, — Ван был серьезен, — поешь пока меня не будет. Я не позволю тебе гробить свой желудок.

      — Окей. Иди уже, — Ким усмехнулась.

•••

      Дженни Ким выполнила то, что сказал парень. Она позавтракал и отметила, что этот парень стал готовить намного лучше с их первых подобных посиделок.

      Девушка сменила свою уличную одежду на огромное худи парня, которое уже стало её домашней одеждой в этой квартире, а на ступнях красовались миленькие носочки, совсем не в её стиле. Волосы, собранные в небрежный пучок, лишь придавали атмосферу одомашненности.

      А Джексон Ван за эти от силы двадцать минут прошел семь кругов ада. Как же было неловко стоять в магазине в отделе женской гигиены и выбирать нужную упаковку для Джен. Все покупатели странно косились на парня, и тот уже не выдерживал такого давления. Пусть Ким и объяснила парню, какие именно нужно купить, но мозг Вана отказывался воспринимать информацию в тот момент. И в итоге Джексон схватил первую попавшуюся упаковку и со скоростью света, после оплаты чека, примчался домой.

      Парень с огромным шумом открыл входную дверь и так же громко снял свою обувь, которую даже не удосужился спрятать в специально отведенную тумбу в коридоре. Парень проходит на звук шумящей воды, который привел его на кухню.

      «Ради такого зрелища, стоило пройти все эти адские испытания», — проносится в голове у Вана, и он расплывается в улыбке при наблюдении за Ким, которая сейчас моет посуду.

      Она такая домашняя, впервые Вану показалось, что между ними появилось нечто большее не только с его стороны, но и с её. Девушка, как бы сейчас это странно не было, стала более мягкой по отношению к парню, сама того не заметив уже давно, да и Ким уже предпочитала его компанию, а не своей лучшей подруги Пранприи, которая погрязла в своих отношениях с американцем.

      Дженни не заметила, как на кухне появился хозяин квартиры. Он просто стоял у стола с белым непрозрачным пакетом в руке и смотрел. А девушка домывала уже последнюю тарелку. Она думала о многом. Шум воды позволил девушке немного уйти в себя. Ким любила этот специфический шум воды, который издавала сантехника, и этот шум позволял Дженни Ким уйти в себя максимально глубоко. Она думала, анализировала, старалась дать ответы на свои же вопросы, сравнить саму себя. Ей показалось вообще странным, что ей было комфортно в такой вот вчерашней, ночной обстановке этой квартиры. Давно она такого не чувствовала. Ощущения будто просто возвращались, они не были новыми, а сердце будто переродилось с появлением этого парня в её жизни. И пусть поначалу он был просто парнем на ночь, после нескольких студий, дней общения, он стал намного ближе лучшей подруги. Он слушал, он поддерживал, он уважал и помогал. Такое отношение со стороны парня, с которым, девушка фактически спала, было для неё удивительным. Ведь как это обычно бывает, когда мужчина получает то, что хочет, он перестает уважать девушку, она ему больше не нужна, она становится мусором, от которого хочется избавиться. Но он...

      Джексон Ван определенно был особенным в жизни Дженни Ким, хоть, и практически полгода, девушка старалась это отрицать. Зима и шум воды сподвигли её на необычные размышления. И вот теперь, когда она снова смотрит в его глаза, на его улыбку, на самого парня, который всё ещё стоит у стола, Ким смотрит на него иначе. Совсем не так, но девушка старается это скрыть. Пока что она не уверена в своих ответах, ей нужно время. А вот сердцу хочется просто кричать о том, что сейчас происходит у неё внутри.

      На кухне зависает неловкая тишина, и её старается разорвать Ким. Она громко сглатывает и резко, неожиданно для себя, задает вполне ожидаемый вопрос.

      — Купил?

      — Купил, — парень демонстрирует пакет. — Я думал, ты будешь спать, а не заниматься уборкой.

      — Тут попробуй заснуть, — хмыкнула Ким и выхватила пакет из рук парня.

      Девушка быстро просмотрела его содержимое и одним движением достает баночку с лекарством, со спасительными таблетками, которые облегчат её существование на ближайшие четыре часа, пока она не доберется до дома. Максимально быстро девушка находит бутылочку воды, которая так же была в пакете, и запивает таблетку, которая должна подействовать через двадцать минут. Дженни довольно шумно проглатывает огромное количество воды и после блаженно прикрывает глаза, оставаясь в неподвижном положении некоторое время.

      А Ван просто наблюдал. Ни одно слово не могло сорваться с его уст. Он просто смотрел на это домашнее создание — Дженни Ким, которое просто создано для любви, понимания и заботы и не мог поверить, что именно эта девушка тогда танцевала в клубе, когда они снова встретились.

      — Долго пялиться будешь?

      — А «спасибо» сказать не хочешь? — парировал в таком же грубом тоне Ван.
      

      — Спасибо, — Дженни немного смущается и проходит мимо Джексона, который не выпускает Ким из своего поля зрения. Девушка проходит в комнату, берет свои вещи, стягивает с себя толстовку, оставаясь водном белье. Но Вану абсолютно не нравится перспектива этих действий шатенки.

      Не то, чтобы ему не нравился вид обнаженного тела Ким, совсем наоборот, оно было усладой для его глаз, но вот девушка собирается сменить его толстовку на свои повседневные вещи и покинуть его квартиру. Джексон этого не хочет. Тяжелые шаги слышит девушка за своей спиной, но старается делать вид, что не замечает этого. Она только натянула на себя джинсы и собиралась облачить верхнюю часть своего тела в другую толстовку, но этого не произошло.

      Ван кладет свою голову на левое плечо Ким, прижимая девушку ближе к себе, и обнимает её так крепко, что хватается ладонями за свои руки немного выше локтя, ближе к плечевому суставу. Кожа его холодных рук соприкасалась с теплой кожей девушки, которую из-за контраста пробрала дрожь, а в районе ключиц было невероятно неприятное ощущение холода.

      — Давай проведем этот день вместе, — шепчет Ван. Тихо. Слишком тихо. Даже при таком его расположении было трудно разобрать, что он говорит. — М? — дожидается ответа тот. Девушка уже стоит в его объятиях минуты три и всё ещё ничего не сказала.

      — И что мы будем делать? — совершенно спокойно и для себя спонтанно отвечает та.

      — Не хочу на улицу, вряд ли ты хочешь гулять. Поэтому, я предлагаю провести день в компании хороших фильмов и вкусной еды.

      — Почему?

      — Джен... Ты мне нравишься, — улыбка Вана, которую Дженни Ким не видит и легкий, невесомый поцелуй в шею.

      Дженни не знает, что сказать. Дар речи просто отняло. Даже воздух после слов парня, который ее обнимает, сложно вдыхать. В груди расцветает какое-то непонятное чувство, ей оно нравится.

      — Не нужно ничего говорить, Дженни. Просто знай это. Я всегда буду на твоей стороне и буду всегда защищать тебя от неприятностей. Ты всегда сможешь прийти ко мне, и сейчас, я хочу поднять твое настроение.

      — Фантастика.

      — Фантастика?

      — Да. Я люблю фантастические фильмы, — спокойно проговаривает девушка.

      — Я тебя понял, — улыбнулся парень и отправился в гостиную. — Одевайся и приходи, — кричит по дороге парень.

      А Дженни лишь улыбается, как дура, сама себе. Может и не в лучшем состоянии здоровья, но она рада, что сейчас проведет день с этим парнем. А душа Дженни терзается. Она не может решиться. Говорить ему о том, что сама чувствует или нет. Но так и не решилась. Девушка просто выходит в гостиную с клетчатым коричневым пледом в руках и в толстовке парня, снова. Но вот в такой обстановке — впервые. Никакой похоти или страсти, просто домашняя и ни к чему непринуждающая атмосфера. Расслабляюще.

      Ни парень, ни девушка совершенно не помнят, когда в последний раз проводили такие домашние дни. Постоянные работа и выступления поставили крест на таких вот выходных, но это воскресенье стало особенным. Дженни подходит к дивану, уже завернутая в плед, а Ван что-то настраивает на телевизоре, чтобы включить фильм. Ким садится на теплый пол между журнальным столиком и диваном, на который она опирается спиной и временно закидывает голову. Джексон же после всех настроек берет бутылочку пива, от которой Дженни предпочла отказаться, и садится на диван, держа в одной руке бутылку, а второй перебирая волосы Ким. Девушке это нравится. Шатенка периодически блаженно и лениво прикрывает свои глаза от таких действий Вана.

•••

      День Дженни и Джексона проходил невероятно спокойно, уютно и мило. Девушка вела себя как можно тише и нежнее, как это было когда-то, когда она встречалась с Хосоком, который растоптал ее, а Джексон проявлял невероятную заботу к Ким, собственно, как и раньше. Но, даже в этот спокойный и милый день были часы, когда Джен становилось скучно, или она о чем-то задумывалась и начинала подшучивать над парнем, который увлеченно смотрел очередной фильм.

      Под рукой у каждого была коробка уже остывшей пиццы, но Дженни почему-то решила, что лучше всего будет украсть коробочку Вана. В голову этой девушки периодически приходят безумные и странные идеи, которые она подавляет в себе, но не сегодня. Только Джексон хотел взять очередной кусочек пиццы с грибами, Ким схватывает коробку и прячет за собой с противоположной стороны от парня и хитро улыбается. На это Ван обратил внимание и непонятливо глянул на девушку, которая сидела у его ног.

      — Верни, — строго проговорил тот, но на лице появилась лёгкая улыбка.

      — Не-а, — отговорилась весело особа женского пола и хитро заулыбалась. — Отбери! — девушка вскочила на ноги и отошла на пару шагов.

      Парень тяжело и громко вздыхает, одним движением убирает длинный плед назад и смотрит на шатенку.

      — Ты же знаешь, что доиграешься.

      — Мы этого не узнаем, пока не проверим.

      — Да я вижу таблетки на тебя не в том русле подействовали, — рассмеялся Ван и наконец-то встал с дивана. Он приготовился ловить бунтарку в своей квартире.

      — Дело в том, — Дженни ловко убежала за диван, теперь он служил преградой и защитой от Джексона, — что я всегда такой была, просто сдерживалась, — объясняет Ким и перебегает на противоположную сторону, меняясь с Ваном местами.

      — Да?

      — Да, — протягивает Ким.

      — Может еще чего интересного о себе расскажешь? — хитро улыбается парень.

      — А может и расскажу, — отвечает девушка.

      Пара уже давно не в гостинной у телевизора в уютной атмосфере, а уже бегает по всему дому. Оба начали выдыхаться, да и Дженни не удобно бегать с огромной, хоть и полупустой, коробкой в руках. И проиграла она на просторах все той же гостинной, в которую они вернулись спустя минут тридцать безрезультатной беготни и разных шуток. Дженни просто споткнулась о что-то, скорее всего о воздух, который она не заметила. Ибо ноги заплелись, и девушка плюхнулась на мягкий, ворсинистый ковер, а Джексон такого не ожидал.

      Ван, как только увидел это, сразу же подбежал, дабы помочь. Джексон протягивает девушке свою правую руку со словами: «Не ушиблась?» — но оказывается рядом с Дженни, которая потянула парня на себя. И тот, следует заметить, упал достаточно «удачно», если можно так сказать.

      — Не ушиблась, — тяжело выдыхая и часто дыша после этого ответила Дженни. Ее грудь слишком часто вздымалась, что не могло не приковывать внимание Вана, хоть он и привык к телу девушки в своих руках, а вот глаза все ещё смотрят, как впервые.

      Но это длилось недолго. Тишину нарушал только телевизор, который все ещё транслировал фильм, о котором уже все давно забыли и погрузились во что-то другое, более интересное для них. И сейчас этот интерес был прикован к губам. Дженни смотрела на тонкую и красивую линию губ Вана, который был все ещё сверху, его руки, слегка согнутые в локтя, были по обе стороны от ее головы и где-то даже больно тянули волосы, но Дженни не сильно обращала на это внимание. А Джексон смотрел на глаза, которые были слишком красивыми, но мутными в тот момент. Такими он их еще не видел. Взгляд девушки завораживает, а дыхание сейчас резкое, но тяжелое, она вдыхает теплый воздух через рот, потоками щекотя парня. И в один момент Джексон стал медленно сокращать между их губами расстояние.
      
      Нежно и невесомо тогда он ее поцеловал. Ким ответила так же. Никакой пошлости, требовательности или чего-то еще. Просто нежность царила сейчас между ними. Одна из рук Вана переместились на щетку Ким и нежно ее поглаживала, а девичьи руки обвили шею парня и слегка притянули к себе.

      Этот момент мог продлиться еще дольше, если бы не телефон, который сначала вообще никто не слышал. Кто-то настырно пытался дозвониться до Джексона, и нервы парня сдали. Тот резко отстраняется от Ким, которая уже была практически убаюкана таким поцелуем.

      — Кто это?

      — Организаторы.

      — Организаторы чего? — уточняет Ким, вставая с пола.

      — Танцевального соревнования в котором я, вообще-то, участвую.

      — Чего хотели?

      — Задание объявили на следующую неделю.

      — И что там?

      — Парное задание, — разочарованно ответил Джексон.

      — Парное?

      — Мгу. Поставить парную хореографию. Стиль, музыка и пара не важны.

      — С Марком танцевать будешь?

      — А ты не хочешь? — парень обнимает девушку со спины и кладет свою голову на её плечо. Ким молчит. — Станцуешь со мной свой стиль? Расскажешь о себе больше?

      — Если только ты сможешь выслушать мою душу, — холодно отвечает Ким. — Я подберут трек и что-нибудь придумаю, но готовься пахать как проклятый, — это уже было сказано с улыбкой, которую Джексон не увидел.

      — Какая ты строгая, — сделал милое и детское лицо Ван.

      — Уж какая есть, — рассмеялась Ким.

      

To be continued...