Глава 38
Я проснулся среди ночи, коснулся рукой, кровати, где обычно спала Ева, было пусто. Я поднялся, надел штаны и поплелся вниз. Гостиная. Потирая глаза, заметил Еву и ломанулся к ней. Она лежала на полу, рядом на столе стоял какой-то пузырек с таблетками.
- О, Боже, детка, что с тобой?! Глория!!! – заорал я диким голосом.
Я подбежал к Еве и взялся ее обнимать. В голове самые страшные мысли, крошили мне сердце. Неужели она решили оставить меня одного. Нет, пожалуйста, нет! Ева резко открыла глаза и испуганно отодвинулась от меня.
- Что случилось? Ты бледный такой! – осторожно спросила она.
- Ты...ты....все хорошо? – заикаясь, спросил я, касаясь ее лица рукой, что бы удостоверится, что она настоящая.
- Да. Я не могла уснуть, сидела, читала книгу, потом выпила снотворное.
- А почему на полу? – не доверчиво уточнил я.
- А что, нельзя? – непонимающе ответила Ева.
- Все, что хочешь, милая. Все, что хочешь! – сказал я и подошел к ней, начал обнимать. Она немного отстраненно прижалась ко мне. И уточнив, все ли у меня нормально, пошла наверх, спать. А я так и остался в гостиной. Достал виски и наполнил рюмку, потом еще. Руки все еще тряслись. Я покрылся холодным потом. Одна только мысль о том, что ее может не быть убивала во мне все живое. Не хотелось даже думать, что было бы, если мои мысли оказались реальностью. Я понемногу сходил с ума. Ее вспышки гнева, агрессии, что выливались на меня, словно горячая, вязкая смола, в которой тонули мы оба. Она, то ненавидела меня, то сжималась в моих объятиях и тихо роняла слезы мне в душу. Я не знал, каким будет завтра. Я не знал, какой она будет. Все, что я понимал, все, что чувствовал – это удары. Резкие, четкие удары. В спину, в челюсть, в поддых. Я медленно тлел, а рядом горела Ева.
Вместе с Эбби исчезло все. Моя маленькая принцесса. Я так и не подержал ее на руках. Так и не подержал.... Я опрокинул еще одну рюмку и сжал челюсть от горечи. Словно желчь разлилась по всему горлу, по всему нашему дому. Я встал и прошелся по коридору к детской, в которую мы так и не решились зайти с того самого дня. Глаза укрылись пеленой, и я быстро вытер слезы, будто боялся, что их кто-то заметит. Я прошел к крошечной кроватке и оперся руками. Такая пустая комната. Такая пустая...
- Мр. Мэйсон, вы в порядке? – послышалось слева. Я повернулся и увидел Глорию. Я молчал. Просто опустил голову и старался дышать. Она подошла и беззвучно положила свою руку сверху моей, - Со временем станет легче. Вы справитесь.
- Я перестаю в это верить, - обреченно произнес, так тихо, что и сам почти не услышал свой голос. Глория начала уговаривать меня лечь спать, и я покорно ее послушал.
Наша спальня. Ева лежала ко мне спиной застывшая словно статуя, то ли спала, то ли делала вид, что бы я, не разговаривал с ней. Я ворочался полночи, пытаясь сложить эти гребанные мысли. Каждую ночь я слышал ее рыдания. Каждую ночь она сбегала в гостиную, будто боялась ко мне прикасаться. Будто я был центром ее боли, и она старалась держаться подальше. Я возил ее к психиатру, но все сеансы заканчивались молчанием и без меня. И вот уже, который день она просто не смотрела мне в глаза, не хотела даже подсказать мне, чем ей помочь. Твою мать, я с трудом разгребаю собственную боль. Нет сил.
Я не мог смотреть, как она гаснет, как позволяет себе тонуть.
- Ева поговори со мной...- просил я.
- О чем? - вымученно говорила она.
- Я не знаю... детка, скажи мне, что я должен делать? – я прикоснулся к ней но не почувствовал ее тепла, ее души. Казалось, что она за много миль отсюда, где-то там, где нет всего этого ада.
- Ничего... оставь меня....- тихо сказала она и снова заплакала.
Я притянул Еву к себе и обнял, мне нестерпимо было видеть эти слезы в ее глазах. Я бы сделал что угодно, лишь бы все можно было исправить, ради нее я был готов на все безумства мира. Зачем еще нужна была моя любовь?
- Сладкая, я рядом.
- Помоги мне... мне так больно, невыносимо больно.
- Но как я тебе помогу, если ты все держишь в себе? – она молчала тихо лежа в моих объятиях, - Я просто хочу снова увидеть твою улыбку, ну... улыбнись, я же тебя люблю, слышишь?
- Не нужно, не нужно меня любить,... это я во всем виновата! Ненавижу себя!
- Ты не виновата, это обстоятельства... и ничего кроме, понимаешь?
- Нет... нет, - она что-то тихо бормотала себе под нос пока не уснула.
Я лежал, крепко обнимая ее, мое сокровище. И я боялся, что она не сможет выкарабкаться.
Будильник звенел так громко, словно кто-то положил мне его на голову. Я скривился и встал. Работа – это все что у меня осталось, от меня самого. Теплый душ, горячий кофе, я почти был готов уходить, как заметил Еву, что спускалась по ступенькам со спортивной сумкой. «Неужели она решилась?! Неужели снова танцует?!» - пролетело в моей голове, и я улыбнулся, надеясь, что она ко мне вернется. Моя Ева ко мне вернется.
- На репетицию? – не пряча любопытства, спросил я.
- Да.
- Куда? С кем танцуешь?
- Какая разница?! – продолжала она резко отвечать мне. Я стиснул зубы, она во время это заметила и продолжила, - Вчера встретила знакомого, он предложил кое-что.
- Какого знакомого? – уточнил я, она молчала, - Ева ты предлагаешь мне по слову из тебя вытягивать? Ты же не на детекторе лжи. Поделись со мной.
- Хорошо! Я встретила Джэя! Ясно?!
Я резко вдохнул и пошатнулся, будто кто-то толкнул в спину. Только не это! Злость разжигала мне вены и этот ее взгляд, будто она уже переступила через меня. Я впечатал кулаком в стену, от чего эти фанерно-цементные ошметки выскочили с другой стороны.
- Это тот самый Джэй? – медленно прорычал, не разжимая челюсть.
- Да, - спокойно ответила Ева, направившись к двери.
- Какого черта, Ева! – заорал я так, что она остановилась и замерла возле меня. Я присел, облокотившись о стену. Все разваливалось быстрее, чем я успевал клеить.
- Это просто работа, - тихо сказала она и ушла.
Она ушла. Просто прошла мимо меня, растоптав, все, что мне было так дорого. Я знал, что ей сложно, но, блядь, я тоже потерял много. Я тоже остался без Эбби, без моей маленькой принцессы. А теперь она лишила меня последнего, за что я держался. Она лишила меня, себя.