12 глава
Темнота и боль во всем теле. Ощущения, которые чувствовала Ира, когда очнулась в неизвестном для нее месте. С большим трудом открыв глаза, она увидела тусклый свет от каких-то приборов. Попытка пошевелиться ничем не увенчалась, только почувствовалась еще большая боль в запястьях. Воспоминания прошедших событий ворвались в сознание.
– Я жива! Зачем? – очень тихо и не разборчиво сказала Ира.
Но рука почувствовала, что ее кто-то держит, и чье-то теплое дыхание согревает пальцы руки. Приподняв голову, она увидела человека, которого больше всего на свете не хотела видеть.
– Андрияненко?! – также тихо сказала она, но уже более понятно. Сил вырвать руку не было, сил вообще не было.
Лиза заснула прямо так, на стульчике, положа голову на край кушетки и не отпуская ладони. Она боялась отойти всего на шаг, боялась, что когда уйдет, не увидит, как мирно вздымается грудь, показывая, что человек еще жив. Она никогда и ничего в жизни не боялась так, как боится потерять сейчас ее.
– Андрияненко, – прошипела еще раз Лазутчикова и немного закашлялась. Во рту была сухость, от этого очень хотелось пить.
Лиза открыла глаза, как только услышала кашель и сразу ровно села. Она была несказанно рада и в то же время не бывало счастлива от одного взгляда карих глаз.
– Ты очнулась? – воскликнула шепотом Лиза.
– Убирайся, – Ире было невыносимо видеть Лизу рядом, – пошла вон … – приступ кашля не дал ей договорить.
Лиза сразу подскочила, но не для того, чтобы уйти, а для того чтобы подать воды Ире. Она взяла стакан и налила в него из графина воды и моментально вернулась к койке Лазутчиковой.
– Попей, – поднося к губам стакан, говорила Андрияненко.
– Я не буду пить из твоих рук, – убирая голову, сказала Лазутчикова.
– Не выпендривайся! – грубо кинула Лиза. Ее прежнее положение так и показывалось наружу. Но поняв, что именно оно заставило Иру пойти на этот роковой шаг, вздохнула и попросила, – пожалуйста, попей и я уйду.
Ира повернула голову и попила из стакана.
– Зачем меня спасли? – спросила она, смотря в серые глаза.
– Потому что это был наитупейший шаг с твоей стороны, – ответила Андрияненко, ставя стакан на тумбочку и нажимая кнопку вызова медсестры.
– Что, теперь твоя игрушка подпорчена? Переведешь меня в обычные шлюхи? – зло протянула Ира, как в палату вошла медсестра и включила тусклое освещение.
– О, вы уже проснулись. Мы думали, это случится не раньше утра, – говорила девушка и смотрела показатели на мониторах, – там ваши друзья уже несколько часов ждут, их мы к вам пустим утром, а сейчас отдыхайте. И скажите своей жене, чтобы тоже легла, после переливания нужно отдыхать.
– Принесите мою одежду, я уезжаю, – Лиза старалась сохранить спокойствие и равнодушие, после слов Иры, понимая как никогда, что заслуживает таких слов и такой реакции.
– Мисс, мы вас никуда не отпустим. Процедура была сложной, поэтому вы остаетесь под наблюдением. Ложитесь и отдыхайте, завтра к вам обеим зайдет врач, – сказала девушка и вышла.
У Иры расширились глаза от сказанных слов медсестрой. Когда девушка вышла, Лазутчикова перевела яростный взгляд на Андрияненко.
– Жена?!
– Жена, – подтвердила Лиза и понимала, что уйти ей хоть и говорят, что не дадут, но на это было абсолютно наплевать, – я сейчас уйду. Ты только не нервничай, – говорила Лиза и сама взялась за стакан, в который предварительно налила воду. И только поднесла его к губам дрожащими руками, но от небывалой слабости не удержала, и он упал прямо на пол, разливая воду и разбиваясь на осколки.
– Черт! – проговорила Лиза, смотря себе под ноги.
Медсестра вернулась на звук разбитого стекла.
– Я же сказала лечь. Вы очень слабы, и вам нужно отдохнуть и восстановиться, – она принудительно отвела Андрияненко к кровати, – ложитесь.
Лазутчикова с непониманием смотрела на медсестру и Андрияненко.
– Что с ней?
– Она спасла вам жизнь. А вам не следовало резать себе вены, если у вас есть человек, который вас так любит. Не думаете о себе, так о ней подумайте. Она извелась вся, – уходя, девушка отчитала Лазутчикову.
Лиза села на кровать и опустила голову, ей не хотелось смотреть в глаза Ире.
– Я уйду, сейчас, – тихо проговорила Андрияненко и начала снова вставать с койки.
– Мне влили твою кровь? – уточнила Ира, – почему она сказала, что у меня есть человек, который меня любит?
– Да. У тебя редкая группа крови, такая же, как и у меня. Времени было мало, кровь из другой больницы не успели бы доставить, – ответила Андрияненко и медленно пошла к двери.
– Ты не ответила на второй вопрос, – смотря в спину Андрияненко, настояла Ира.
– Я не знаю, почему она так сказала, – честно ответила Лиза и остановилась, уже берясь за ручку двери.
– Ляг на кушетку, как сказала медсестра. Но предупреждаю сразу, слов благодарности за мое спасение ты никогда не услышишь, – переводя взгляд на окно, проговорила Лазутчикова.
– Я и не жду. Как и не хочу их услышать, – сказала Лиза и все же послушала Иру и прошла к койке, садясь на нее.
– Какое благородство. Ты прям открылась с другой стороны, – сарказничала Лазутчикова. Ей было трудно говорить, а из-за лекарств опять началась сухость во рту.
– Я знаю, какого ты обо мне мнения. Можешь не стараться, – ухмыльнулась грустно Андрияненко, – и не нужно думать, что я изменюсь после этого. У меня не получится. Это чтобы ты знала, – вмиг серьезной и даже прежней становилась Андрияненкл.
– Да мне вообще плевать на тебя и твое поведение. Я не поменяю своего отношения о тебе, никогда не прогнусь под тебя, и никогда не буду делать то, что ты захочешь! – с трудом, но уверенно сказала Ира.
– Не делай, – только и сказала Лиза и легла, отворачиваясь спиной. Она закрыла глаза и начала тяжело дышать.
Лазутчикова тоже закрыла глаза. Она не понимала, что именно имела в виду медсестра, почему Андрияненко так себе ведет и почему она отдала ей свою кровь. За своими мыслями она очень быстро уснула.
А вот Андрияненко так и не смогла уснуть. Мысли проникли в белокурую голову и настолько, что не давали даже просто дышать, не то, что закрыть глаза и расслабиться.
Все же через час Андрияненко больше не могла лежать и, встав, посмотрела на Иру и поняла, что та спит. Она сразу вышла из палаты и увидела, как так и продолжают сидеть на лавочках возле палаты Гейт и Майэр.
– Мисс Андрияненко, – вскочила Кира и подбежала к Лизе, – нам сказали, что Ира, приходила в себя? Как она?
– Все в порядке, – устало проговорила Андрияненко, – Тейлор, принеси мою одежду, немедленно! – кинула она помощнику, и тот сразу пошел исполнять приказ, а Лиза в это время присела на лавочку. Голова кружилась, и общее ее состояние нельзя было назвать удовлетворительным.
– Зачем вы встали? Медсестра сказала, что вы останетесь здесь до утра, – присаживаясь рядом, спросила Кира, – мисс Андрияненко, вернитесь в палату.
– Мне кажется, Ира не будет в восторге, когда увидит меня утром. После ее поступка, ее не нужно нервировать. По крайней мере пока, – говорила своим обычным строгим и грубым тоном Андрияненко.
– Вы должны поговорить с ней. Если ваши слова сказанные в туалете правда, то вы должны повторить их для нее. Тогда, когда вы спасли ее в «Альтере» она что-то в вас увидела, но … потом она сама себя заставила выбросить эти мысли, – сказала Кира, смотря перед собой.
– Не нужно. Это не нужно ни ей, ни мне. Все, что было в туалете, это были эмоции, страх и ничего больше. Я не изменюсь. Я по-прежнему холодная, бездушная и бессердечная стерва, которой наплевать на мнение окружающих. Я не умею ни любить, ни чувствовать. Я умею только управлять и требую полного послушания, – говорила Андрияненко абсолютно серьезно, четко и резко, но все же чувствовался некие нотки надрывности в голосе, – она мне его не даст, а заставлять я больше не буду.
– Вы любите ее, и я это знаю, и вы это знаете. Тогда в туалете, когда вы увидели ее в крови, вы больше всего на свете боялись ее потерять. Так что же вам мешает завоевать ее любовью, а не властью?! – посмотрев на опустившую голову Андрияненко, спросила Майэр.
– Характер. Мой долбанный характер, не терпящий возражений и пренебрежения. Меня этому учили с детства. Один раз я позволила себе отступить от правил, и это привело к смерти любимого мной человека, – не стала скрывать ничего Лиза и прямо сказала Кире, – больше я не позволяю себе чувствовать. Только холодный расчет и строгость в действиях. Полный контроль во всем и всех, – на этих словах Лиза встала с лавочки, увидев Тейлора с ее одеждой.
– Вы потеряли любимого человека, позволив себе чувствовать, и вы чуть не потеряли любимого человека, не дав себе чувствовать, – констатировала Кира, – сейчас у вас есть реальный шанс любить, быть любимой, не обращая внимания на власть и подчинение.
– Нет, Кира. У меня нет этого шанса. Ни меня, ни ее уже не изменить, – последнее, что сказала Андричненко и, посмотрев на Тейлора, сказала, – переоденусь в машине, поехали, – и прямо в больничном халате проследовала к выходу.
– Кира, я пришлю за вами водителя, – сказал Тейлор, смотря, как медленно идет к выходу Лиза.
– Тейлор, отдайте мисс Андрияненко это, – Кира достает из кармана старый кожаный брелок, на котором выбита танцовщица, – это брелок Иры.
– Кира, зачем? – недоумевал парень.
– Тейлор, просто передай, – вкладывая вещь в ладонь парня, сказала Кира, и пока никого из персонала не было пошла в палату Лазутчиковой.
Тейлор сжал брелок и пошел за Лизой, которая в это время уже выходила из больницы. Они быстро сели в машину и поехали к дому. Лиза так и не стала переодеваться. Приехав домой и только выйдя из машины, Тейлор остановил Андрияненко и сказал.
– Мисс Андрияненко, возьмите, – и протянул брелок.
Лиза недоуменно на него посмотрела, а он взял на себя смелость и сам вложил вещь в руку Лизы, своими же пальцами сжимая ее.
– Это ее брелок. Мисс Андрияненео, пожалуйста, подумайте над словами Киры.
– Гейт! Это не твое дело, – взорвалась Андрияненко, но брелок продолжала держать в руке, – заедешь завтра, в час дня, – последнее кинула Лиза и пошла в квартиру.
Время было совсем позднее, а вернее раннее утро и Андрияненко, надеялась, что Карэн вовсе нет, или она крепко спит. Но Лиза ошиблась, и только переступив порог квартиры, услышала шаги из стороны спальни.
– Мисс Андрияненко, – Карэн быстро вышла навстречу Лизе. Девушка была очень взволнованна, а когда рыжеволосая увидела внешний вид Андрияненко, ее охватила паника.
– Что с вами? Почему на вас больничный халат? – Карэн подошла и начала осматривать Лизу.
– Лисичка, ты почему не спишь? – спросила устало Лиза, проходя мимо малышки и не акцентируя внимания на ее вопросах.
– Я беспокоилась о вас и не могла уснуть, – проходя за Андрияненко, ответила девушка.
– Со мной все в порядке. Иди, ложись, – скомандовала блондинка и прошла на кухню.
– Мисс Андрияненко, пойдемте в комнату вместе, я помогу вам расслабиться, – протянула Карэн.
– Малышка, подумай, прежде чем предлагать, – доставая бутылку виски, грубо предупредила Андричненко.
– Я подумала. Мисс Андричненко, я … я уверенна, что хочу этого, – ответила девушка, подходя вплотную к Андричненко.
– Нет. Карэн, ты не хочешь этого, – останавливала Андрияненко, грубо отталкивая малышку. Лиза потянулась к бокалу и сразу налила себе.
– Мисс Андрияненко, пожалуйста, я хочу этого. Вы стали очень дороги мне, – Карэн опять подошла к Лизе.
– Что значит дорога? Крошка, не говори лучше этого, – держа бокал в руке, зло смотрела на малышку Андрияненко.
– Мне … я испытываю к вам чувства. Поэтому очень хочу быть с вами, – промямлила Карэн.
– Хочешь, говоришь? – усмехнулась зло Андрияненко и поставила бокал на стол. И медленно и с опасной ухмылкой посмотрела на Карэн.
– Хочу.
– Ну, тогда пошли, – зло кинула Лиза, сильно схватила запястье девушки и поволокла за собой.
Карэн быстро пошла за Лизой. За то время, которое она находилась с Андрияненко, она поняла, что влюбляется в Лизу и этот человек ей не безразличен.
Лиза привела ее в спальню и буквально затолкнула девушку туда, сильно толкая и захлопывая дверь.
– Раздевайся! – совсем озверела Андрияненко.
Карэн начала раздеваться, хотя ее пугали обезумевшие глаза Андрияненко, но отступать было не куда. Оставшись в нижнем белье, она сделала шаг в сторону Лизы.
– Совсем! – вновь зарычала Андрияненко, так и продолжая стоять на месте.
Девушка выдохнула и неуверенно сняла с себя нижнее белье.
– Мисс Андрияненко …
– Что мисс Андрияненко? – шикнула Лиза и подошла к Карэн, грубо схватилась за грудь девушки, сильно сжимая.
– Вы не такая, вы … в вас есть нежность, – Карэн накрывает руку Лизы своей рукой.
– Ты ошибаешься. Ты жестоко ошибаешься, девочка, – ухмыльнулась Лиза и грубо скинула руку Карэн, а сама своей рукой до боли сжала сосок малышки, а второй грубо раздвинула ножки.
Почувствовав грубость Лизы, Карэн закусила губу, чтобы не завыть.
– Ну а теперь скажи, как тебе это нравится, – вновь зло заставляла Лиза, так и продолжая грубо мучить крошку.
– Нравится, я хочу этого.
– Хорошо, – усмехнулась Лиза и резко убрала руку от груди, а через секунду уже намотала рыжие локоны себе на кулак и грубо дернув, поволокла малышку к кровати.
Карэн пыталась не издать ни звука, но было больно, и стон сорвался из ее уст. Из глаз хлынули слезы и потекли по щекам.
– Мисс Андрияненко, я люблю вас…
Лиза очень резко и со всей силы кинула Карэн на кровать, и малышка оказалась лежать лицом в подушку. Лиза запрыгнула яростно на постель и быстро перевернула девушку. Видя ее слезы и слыша такие слова, она остановилась в своих грубых действиях.
– Мисс Андрияненко, пожалуйста. Я же вас слушаюсь, зачем вы так со мной?
– Потому что я такая! Карэн, я только так и умею. Подумай хорошенько, готова ли ты к этому, – холодно и с долей злости требовала Лиза, сидя на ногах крохи и вновь грубо и больно сжимала обе груди сразу.
– Вы другая, я не верю, что вы такая. Я защищала вас перед Ирой, – в слезах сказала Карэн.
– А я такая, Карэн, я такая, – констатировала Лиза и прекратила всяческие действия, слезая с ног крошки и вставая на ноги.
– Нет. Это не так. Вы можете быть доброй. Я могу привести сотню примеров, которые произошли за это время, – плача говорила девушка.
– Лисичка, – тихо проговорила Андрияненко и, взяв одеялу, накрыла обнаженную девушку. А сама села на край кровати и нежно погладила рыжие локоны, – не плачь. Малышка, ты только не плачь, – успокаивающе говорила Лиза, понимая, что серьезно переборщила.
Карэн немного вылезла из-под одеяла и обняла Лизу, утыкаясь лицом в бок.
– Ну, все, все, успокойся, – обняла в ответ Карэн Андричненко и гладила успокаивающе по голове, – прости меня, Лисичка.
Карэн успокаивалась и переставала плакать, но Лизу из своих объятий не выпускала.
– Что-то случилось? Почему вы так разозлились?
– Случилось, крошка. Случилось ужасное и это я уже не смогу исправить, – все же отстранила от себя девушку Лиза и села чуть поодаль.
– Не говорите так, все можно исправить. Нельзя исправить только смерть, – обняв свои колени, сказала Карэн, – вы же все можете.
– Лисичка, она и была почти там. Она почти умерла, – говорила Андричненко, опустив голову.
– Кто? Кто она? Мисс Андрияненко, что случилось? – в панике тараторила Свифт. Такую удрученную Лизу она не видела и даже не могла себе этого представить.
– Лазутчикова. Она порезала вены, – очень тихо ответила Лиза и запустила пальцы в свои волосы, сильно мотая головой.
– Нет. Нет, Ира?! Мисс Андрияненко, она не могла, она очень сильная. Ира… – осознавая, Карэн заплакала, – но вы сказали, что она почти умерла. Значит, она жива. Значит, все будет хорошо, она же сильная!
– Жива. Слава Богам, врачи успели вовремя. Но она была на грани! – на этих словах Андрияненко резко встала с кровати, отходя на несколько шагов.
– Я! Это все я, Карэн! Из-за меня она порезала вены, из-за меня чуть не умерла! Она не сломалась, она никогда не сломается! Она сильная, сильнее всех! – крикнула истеря Андрияненко и ушла в ванную.
Карэн сидела на кровати, отходя от шока произошедшего. Встав, она быстро надела свою одежду и подошла к двери ванной.
– Мисс Андрияненко, не корите себя. Если вы виноваты, просто извинитесь или докажите, что сожалеете. Ира очень добрая и отзывчивая. Мисс Андрияненко, только не делайте тех ошибок, которые сделала она, – боясь, что Андрияненко может повторить поступок Лазутчиковой, сказала рыжеволосая.
Лиза стояла голая под струями ледяной воды и совершенно не слышала, что ей говорит Свифт. А лишь подставив лицо под воду, старалась сохранить остатки былого спокойствия и холодности ко всему.
Карэн сходила на кухню и заварила крепкий чай. На столе она нашла кованый брелок, который не раз видела в руках Лазутчиковой. Взяв его и чашку чая, девушка вернулась в спальню и села на пол у двери ванной, в которой все еще находилась Лиза и стала ждать ее выхода оттуда.
Андрияненко вышла еще через почти час. Уже полностью замерзнув, до дрожи в костяшках Лиза, наконец, закрыла кран и обернувшись в полотенце, еле шагала. Усталость от процедуры переливания и слишком сильные эмоции и переживания надломили Лизу и совершенно лишили каких-либо сил.
– Мисс Андрияненко, – позвала ее Карэн и дотронулась до ледяного плеча, – Елизавета, вы вся замерзли, – не замечая, что первый раз назвала Андрияненко по имени, протараторила Карэн, – пожалуйста, лягте в кровать, – Свифт подвела Андрияненко к кровати. Откинув одеяло и избавив от полотенца, она уложила ее на нее. Лиза не сопротивлялась, когда Карэн вновь скинула одежду и крепко прижала к своему горячему телу.
У Лизы больше не было сил ни на что. Ни на разговор, ни тем более на какие-либо действия или сопротивления. Она чувствовала себя абсолютно опустошенной и виноватой во всем. Она прекрасно понимала, что это все из-за нее, но также понимала, как она беспомощна, и что уже ничего нельзя исправить или изменить. Андрияненко закрыла глаза и хотела как можно быстрее уснуть, а проснуться и понять, что это был всего лишь сон.
Андрияненко уснула очень быстро, а Карэн еще долго наблюдала за спокойным во сне лицом блондинки. Но усталость взяла свое и Карэн тоже уснула.
________________________
2790 слов