[ЗАВЕРШЕНО] Как стать воспитателем в детском саду для духовных зверей S-класса

Жизненных вещей для малышей было очень много. Бай Нос обычно покупал десятки бутылочек и кружек в форме животных, тарелки, палочки и прочее — ведь детёныши‑зверолюди особенно любили всё в форме зверей.

Закончив с этим, он занялся едой: мясо нужно было нарезать на куски, обсушить бумажными полотенцами и завернуть в плёнку. Десятки стейков из говядины и баранины он сложил в большой контейнер.

Свежую говядину он тоже делил на порции, фрукты мыл, нарезал и складывал в контейнеры. Всё это Бай Нос хранил в своём терминале, чтобы на прогулках сразу доставать и кормить малышей.

Хо Жаньчуань всё время был рядом, молча помогал.

Раньше он только видел, что Бай Нос заботился о детях тщательно: всегда мог приготовить смесь, еду, фрукты. Но теперь понял, сколько труда стояло за этой заботой.

Хо помогал мыть фрукты, а Бай Нос вырезал их фигурными формами и раскладывал в контейнеры, по три‑четыре вида в каждом.

Через некоторое время Хо вдруг сказал: — Сяо Бай, ты очень устаёшь. После завтра я назначу тебе помощника.

У воспитателя должен быть ассистент. Но сначала чёрный леопард не принимал чужих, потом сам Бай Нос отказался, а позже Хо из личных чувств сам стал помогать.

Теперь он понимал: так нельзя, работа слишком тяжела. Ему было жаль Бай Носа.

Тот удивлённо посмотрел: — Ассистента?

Хо кивнул. Если Бай Нос хотел того воспитателя по имени Ари, он согласился бы.

И Бай Нос действительно сказал: — А можно Ари?

Лицо Хо потемнело. Он молча мыл вишни, потом кивнул: — Можно.

Он подумал: Бай Нос не принимает его из‑за Дахэ. А у Ари нет духовного тела, и если они будут часто вместе, Бай Нос может влюбиться. Ведь Ари смотрел на него слишком особенным взглядом.

Хо сдержал недовольство. Дахэ на диване даже перестал пить молоко. Он слышал разговор и ему стало больно.

Учитель не принимает Хо из‑за меня. Если бы не я, он бы согласился? Я не хочу, чтобы он выбрал другого спутника.

Но вскоре Бай Нос, закончив с едой, сказал, вытирая руки: — Если нужен помощник, я хочу пригласить господина Орла.

Орёл мог бы помогать с птенцом.

Хо кивнул: — Можно.

Для него было важно лишь, чтобы Бай Нос был доволен.

Бай Нос взглянул на него: — Спасибо, директор. Я отнесу Чирика спать. Спокойной ночи.

Хо сжал губы: — Спокойной ночи.

Когда дверь закрылась, Хо и Дахэ встретились глазами. Дахэ печально покачал головой и лёг на диван.

Хо никогда не думал, что поиск спутника будет таким трудным. Дахэ — его духовное тело, они едины. Он не мог представить, что его спутник откажется из‑за страха перед Дахэ.

Ведь во время близости он мог вернуть Дахэ в духовное море, и ощущения были бы общими. Но примет ли это Бай Нос?

Хо сел на диван и вместе с Дахэ смотрел на дверь.

Дахэ вздыхал, выражая разочарование.

Хо тоже молчал: — Не знаю, есть ли у орла ещё чувства к учителю Бай.

Он думал о другом: нужно скорее решить вопрос с птенцом. Из информации, полученной от наёмников, стало ясно: старые семьи объединились с одним из вице‑правителей и готовят войну на планете Хо.

Цель — сам Хо. Если он падёт, военное положение главной планеты ослабнет, и соперники нападут.

Хо и наследный принц давно готовились к этому. Теперь настал момент, и Хо должен был вести войска. Но оставлять птенца рядом с Бай Носом он не хотел.

Дахэ тоже понимал это и грустил ещё больше.

Хо тихо сказал: — То, что он не принимает нас, может быть и к лучшему. Задание слишком опасно. Вернусь ли я живым — неизвестно...

Чэнь Мин только оправился от болезни, ему нужно заново привыкать к орлу. Поэтому Хо не собирался брать его. Он оставит Чэня и Монса рядом с Бай Носом, а сам поведёт новоиспечённых S‑уровневых на закалку.

Им как раз не хватало опыта.

Если всё закончится плохо, орёл будет рядом с Бай Носом, и Хо будет спокоен.

Ведь орёл действительно любил учителя Бай и мог его защитить.

Хо и Дахэ долго сидели и думали.

Отдавать своего спутника сопернику было тяжело.

Хо мучился: Если бы можно было носить Бай Носа в кармане и всегда брать с собой...

А Бай Нос, вернувшись в спальню с птенцом, тоже чувствовал сильное смятение.

Возможно, из‑за временной метки он теперь чувствовал зависимость от Хо Жаньчуаня. Даже когда они только что вместе работали на кухне, одного запаха влажного леса после дождя было достаточно, чтобы сердце у него стало мягким, и он невольно хотел приблизиться к Хо ещё сильнее.

Бай Нос не был традиционным омегой. Он никогда не мечтал стать «канарейкой», зависящей от альфы. Его симпатия к Хо была не из‑за силы или положения, а потому что сам Хо соответствовал его вкусу: зрелый, спокойный, решительный.

Внешне — тот тип, который Бай Нос ценил. По характеру — дополнял его. Иметь любимую работу и параллельно завести отношения с подходящим мужчиной — это было бы прекрасно.

Ведь у него с детства не было семьи. Иногда он фантазировал, что найдёт спутника и родит двоих детей.

Но у него не было духовного тела, и он не мог принять Дахэ.

Бай Нос вздохнул, покачал головой, прижимая птенца: Ладно, не думать об этом. Потом разберёмся.

Он посмотрел на вялого птенца и тихо спросил: — Чирик, что с тобой? Почему после купания ты такой без сил?

Птенец жалобно лежал в его объятиях и тихо пискнул.

Его хозяин, юноша Адеан, был заперт адъютантом Хо в водной темнице. Его духовная сила подавлена, ледяная вода доходила до шеи. Слабый, раненный, он терял силы. Но он не хотел склонить голову, не хотел клясться именем Звериного Бога в верности Империи.

Лучше умереть, утонуть, чем есть хлеб Империи!

Птенец слабел вместе с хозяином.

Бай Нос догадался: хозяина наказывают. Ведь он был из наёмников, участвовал в нападении на Хо. В таких делах даже добрый Бай Нос не мог быть слепым.

Он жалел птенца, но не собирался просить за него, не зная всей правды.

Он выключил свет, оставил ночник, укутал птенца в одеяло и тихо сказал: — Бедняжка. Может, скажи хозяину, чтобы он сотрудничал с директором. Он ещё молод, только что пробудил духовное тело. Директор не станет его мучить.

Адеан, хоть и был в темнице, заботился о своём духовном теле. В холодной воде он мечтал о нежных объятиях учителя Бай.

Он давно установил связь с птенцом, но был слишком слаб, чтобы говорить.

Услышав слова Бай Носа, птенец поднял голову, упрямо посмотрел на него и сердито пискнул. Его взгляд ясно говорил: Лучше умереть, чем поклясться.

Бай Нос: ...

Он покачал головой, сжал пухлые щёки птенца: — Так я не смогу тебе помочь, Чирик.

Птенец знал это, но всё равно устроился в его объятиях, ожидая сказки на ночь.

Адеан, будучи низшим слугой в отряде, часто подвергался побоям без причины. Его били за неудачи, за настроение начальства, просто так.

После работы он прятался в трюме корабля и тайком включал трансляции учителя Бай.

Наверное, каждый, кто не имел духовного тела, мечтал пробудить его и попасть под заботу учителя Бай.

Он видел, как тот готовил игрушки, сладкое молоко, печенье с цифрами, как обнимал малышей и рассказывал им сказки.

Адеан завидовал им до боли.

Если бы я поступил в академию... Если бы родился на главной планете...

Юноша всегда мечтает о невозможном.

Кто бы мог подумать, что его духовное тело, брошенное в джунглях, найдёт сам учитель Бай?

...

Бай Нос открыл свой терминал, достал детские книги. Он подумал о хозяине птенца и решил рассказать историю о стойкости, переменах и поиске себя.

Он сказал орлу: — Перед сном давайте послушаем сказку.

Птенец сразу оживился, глаза засверкали.

— Чи-чи!

Он радостно кивнул.

Да! Я так жду сказки учителя Бай!

Адеан, сидя в воде, подумал: Сказка учителя Бай уменьшает мою боль.

Бай Нос выбрал книгу. На обложке была зелёная гусеница в тёмной пещере, вокруг — блестящие глаза.

Он прочитал название: — Сегодня мы расскажем историю «Гусеница в туннеле».

Птенец увидел гусеницу и сразу клюнул картинку: — Чи-чи!

Гусеница — еда!

Бай Нос: ...

Он удержал его: — Не балуйся. Давай посмотрим, о чём эта история.

Он открыл первую страницу. Там гусеница, круглая и растерянная, сидела на камне в тёмной пещере, где не видно ни зги.

Бай Нос тихо сказал: — Карби — это гусеница, которая только что родилась. Она появилась сразу в темноте. Вокруг — мрак, мир словно хаос, ничего не видно, ничего не потрогать. Она испуганно лежала на камне и не знала, что делать и куда идти.

— Но в смутных воспоминаниях у неё был голос: иди туда, где свет, там твоя мама.

Испуганная гусеница подумала: Что такое свет? Где найти маму?

Бай Нос перевернул страницу. На рисунке гусеница сделала несколько шагов, а вокруг появились странные глаза, большие и маленькие, светящиеся в темноте.

— Однажды маленький голос сказал гусенице: «О, бедняжка, куда же ты идёшь?»

На картинке чёрная слизня сидела на стене, наклонив голову и глядя на гусеницу.

Гусеница испугалась и сказала: — Я иду туда, где свет.

Слизня рассмеялась: — Глупышка, света не существует.

Они все родились в этом мире тьмы, и света здесь нет.

Гусеница не поверила. Её мама там, где свет, мама не обманет.

Она пошла дальше. Вдруг рядом задышал зверь, высунул длинный язык и пригрозил: — Эй, если пойдёшь дальше, я тебя съем!

Гусеница спросила: — А в твоём животе есть свет?

Бай Нос перевернул страницу. На картинке — летучая мышь, висящая вниз головой, с красными глазами, злобно сказала: — Конечно нет. Света не существует.

Гусеница отвернулась: — Тогда ты не можешь меня съесть. Мама ждёт меня.

Она пошла дальше, долго и устало. Вокруг глаза смеялись: — Смотрите, это глупышка ищет свет! Ха‑ха! — Света нет, бедняжка даже не знает.

Гусенице стало тяжело.

Когда она почти сдалась, вдруг увидела на стене туннеля что‑то сияющее: красивые крылья с узорами, сверкающие в темноте.

Гусеница восхитилась: — Ты свет? Ты мама?

На картинке бабочка откладывала яйца на листе. Услышав её, сказала: — Бедняжка, когда не знаешь, где свет, иди за своим сердцем.

Гусеница не поняла: — Сердце? Это свет?

Бай Нос перевернул страницу, посмотрел на птенца: — Чирик, что такое свет?

Птенец поднял крылья и указал на учителя Бай: — Чи‑чи.

Рядом горел ночник. Бай Нос подумал, что птенец показал на него, и улыбнулся: — Свет Чирика здесь.

Он указал на своё сердце: — А мой свет — здесь.

Птенец посмотрел на него с любовью.

Адеан тоже подумал: Хотя моя жизнь — тьма, учитель Бай — мой свет.

Бай Нос прочитал слова бабочки: — Сердце — это твоя мечта, цель, всё. — Если свет — твоя мечта, он в сердце. — Если свет — всё для тебя, он и есть сердце. — Сердце может быть всем.

Гусеница растерялась: — Как же мне попасть в своё сердце?

Она просто хотела найти свет, а теперь должна искать сердце.

Она ушла от бабочки, посмотрела на глаза вокруг и поняла: нельзя слушать чужие отрицания, нельзя всё время спрашивать дорогу. Нужно самой преодолеть страх и найти путь.

Она закрыла глаза, заткнула уши и сказала: — Я не боюсь тьмы и чудовищ, потому что свет в моём сердце!

Она пошла дальше, долго и долго, пока почти не упала.

И вдруг услышала другой звук, почувствовала тепло. Открыла глаза — и увидела, что вышла из туннеля и лежит на зелёном листе!

Вокруг были стаи бабочек.

В конце истории одна бабочка стояла на цветке, а неподалёку был водосток. Там сидели слизни, висели летучие мыши и другие странные насекомые.

Одна бабочка только что отложила яйца и вылетала из водостока.

Бай Нос посмотрел на последнюю страницу и сказал: — Свет рядом. Пережив всё это, всё изменится.

Он закрыл книгу, погладил птенца и тихо сказал: — Чирик, иногда нужно меняться. Нельзя всё время оставаться в старой тьме.

Птенец, услышав сказку, стал грустным. Но эта грусть исходила от его хозяина — Адеана, который всё ещё был заперт в водной темнице.

Адеан чувствовал грусть: Если бы в детстве меня не схватили наёмники... Тогда он остался бы на родине. Пусть бедной и отсталой, но там были знакомые люди.

В его жизни, конечно, было бы много трудностей, но не столько жестокости. Может быть, он встретил бы кого‑то такого же доброго и мягкого, как учитель Бай.

Он сидел в ледяной воде, глаза покраснели. В этот момент адъютант вошёл и принёс еду. Увидев его лицо, удивился: — Ого, ты плачешь?

Адеан: ...

С красными глазами он зло посмотрел: — Сам ты плачешь!

Адъютант: ...

Он молча положил у двери кусок хлеба, холодный, как вода: — Ешь.

Адеан посмотрел на хлеб. Он давно был голоден. Пусть хлеб выглядел плохо, но для него это была роскошь. На корабле наёмников он и такого не получал.

Он колебался, а адъютант добавил: — А я слышал, кто‑то говорил: «Лучше умереть, чем съесть кусок имперского хлеба».

Адеан: ...

Он отступил в угол и замолчал.

Птенец тоже стал вялым, отражая состояние хозяина. На следующий день, когда Бай Нос проснулся, птенец ещё лежал, весь растрёпанный, как комок ваты.

Бай Нос умылся, стал готовить завтрак и открыл трансляцию.

Он всегда выходил в эфир утром в восемь, примерно на час. Днём и вечером тоже, но недолго.

Теперь он знал: у него много поклонников, они щедро дарили подарки. Он не мог не выходить в эфир.

Зрители, ждавшие несколько дней, взорвались от радости:

— Ааа! Любимый! Наконец‑то ты вернулся! 

— Учитель Бай, где вы были? Почему не было эфиров? Звёздочка и Ха Е выросли, а вы не появлялись! 

— Говорят, главнокомандующего Хо пытались подставить, он потерял контроль. Правда? Учитель Бай ухаживал за ним?

Комментарии летели так быстро, что Бай Нос едва успевал читать.

Он готовил птенцу кашу и сказал: — Доброе утро! Я готовлю завтрак малышу. А вы уже ели?

Зрители: ???

— Что? Звёздочка и Ха Е ведь выросли! 

— В академии не объявляли новых S‑уровней. Почти все кадеты уже пробудились. Может, он кормит На Би? 

— Но в её рационе нет бурого риса. Ей дают овощи и лепестки!

...

Бай Нос приготовил кашу, салат, молоко. Поставил еду на стол и сказал: — Завтрак готов. Теперь приготовлю для директора и Дахэ. Они скоро вернутся с тренировки.

Хо всегда вставал рано и тренировался. Раньше он занимался вместе с Ха Е в саду. Теперь один.

Слова Бай Носа удивили зрителей: 

— Дахэ? Директор? Почему он готовит им завтрак? 

— Неужели правда: после того как Хо потерял контроль, его успокоил учитель Бай и Тэн Шэ, и теперь они спутники? 

— Нет! Это слухи! Учитель Бай — наш общий!

...

Бай Нос не смотрел комментарии, он был занят завтраком.

Он приготовил на пару баоцзы и три миски вонтонов. Баоцзы были заранее слеплены, а вонтоны — свежие.

В миску он положил приправы, водоросли, креветки, зелёный лук и кинзу. Залил бульоном — запах пошёл по комнате.

Капнул немного кунжутного масла и поставил баоцзы и вонтоны на стол.

Затем пошёл в сад, добавил фруктов На Би. Розы цвели ярко. Он сорвал одну красную и положил у её замка: — Доброе утро, прекрасная принцесса.

Он коснулся её розового носика и полил розы на окне.

На Би понюхала цветок и безжалостно оторвала лепесток, начала есть.

В это время Хо вернулся с тренировки. Уставший Тэн Шэ лежал у него на плече, а в руках он держал коробку с едой.

Он знал: учитель Бай всегда готовит малышам, но сам ест просто. Хо, живя здесь, не хотел быть обузой, поэтому ходил в столовую и приносил еду.

Но, войдя, он увидел на столе ароматные баоцзы и вонтоны.

Он замер на секунду и быстро спрятал коробку в терминал.

Бай Нос как раз вернулся с балкона и увидел Хо Жаньчуаня, в майке, весь в поту после тренировки. Его лицо слегка покраснело: после тренировки запах, похожий на феромоны, был ещё сильнее.

Хо посмотрел прямо на него: — Сяо Бай, доброе утро.

Теперь он даже перестал добавлять «учитель».

Бай Нос кивнул: — Доброе утро, директор. Завтрак готов, я пойду разбудить Чирика.

Он поспешил в спальню. Хо смотрел ему вслед, хотел что‑то сказать, но промолчал, лишь взглянул на шар трансляции и ушёл в свою комнату принимать душ.

Зрители в эфире были в восторге: 

— Семья, я чувствую что‑то необычное! 

— По опыту... Учитель Бай влюбился! Чёрт! 

— Не похоже. Он явно избегает Хо. Может, тот его преследует? 

— Они живут вместе! И даже узнав, что Тэн Шэ притворялся детёнышем, Бай не рассердился! 

— Какая же удача у Хо!

...

Хо после душа привычно взглянул на трансляцию и подумал: Какая удача? Учитель ведь отказал мне.

Он вздохнул, поднял вялого Тэн Шэ: — Пойдём, есть.

Бай Нос при встрече с Хо чувствовал, как сердце бьётся быстрее. Вернувшись в спальню, он сам себе вздохнул: Всего лишь временная метка, ничего особенного. У моих друзей тоже бывало — одноклассники, соседи помогали временно метить. Это не проблема.

Но он всё равно вспоминал тот день в пещере. Вздохнув, он посмотрел на сонного птенца, погладил мягкий пух и тихо сказал: — Чирик, вставай, солнце уже светит.

Птенец давно проснулся, но был слишком слаб и лежал без сил.

Бай Нос поднял его, проверил ногу в гипсе — завтра можно будет снять, сегодня нужно беречь.

Он отнёс его в ванную, умыл лицо и лапки, и радостно поделился с эфиром: — Смотрите, это Чирик! Разве он не милый?

Зрители: ...

Ещё недавно они ругали Хо за удачу, а теперь уже умилялись пушистику.

— Чёрт, в академии недавно был спецнабор хищных птиц, и вот ещё одна? 

— Когда? Я не слышал! А павлин считается хищником? 

— Каждый год есть спецнабор. Хищных птиц мало, а они нужны для мехотрядов и воздушного патруля. С тех пор как орёл потерял контроль, уже три года подряд набирают. 

— Если Бай заботится о нём, значит, это точно S‑уровень. Но у него нет золотого жетона. Не из академии?

...

Бай Нос видел просто милого пушистого детёныша, а зрители обсуждали его происхождение.

Он взял мягкую расчёску и аккуратно причесал птенца: — У Чирика пух такой кудрявый и белый. Когда вырастет, станет чёрным?

По его знаниям: если детский пух жёлтый — потом белый, если белый — потом чёрный.

У птенца клюв был загнут, как у орла, и тело немалое. Скорее всего, это один из видов орлов.

Бай Нос, держа ухоженного птенца, сказал тихо: — Похоже, Чирик вырастет в орла.

...

В это время Чэнь Мин установил на балконе дверь для орла. Теперь тот мог перелетать на соседний балкон, но там дверь не открыли.

Не беда, он просто хотел посмотреть.

Орёл прилетел в сад на крыше, увидел На Би, жующую лепестки розы, дружелюбно махнул крылом и прильнул к стеклянной двери, глядя внутрь.

На Би: ... Люди! Тут птица подглядывает!

Бай Нос сел напротив Хо с птенцом на руках. Тэн Шэ послушно лежал рядом с Хо и ел баоцзы, украдкой поглядывая на учителя.

Бай Нос ел мало — одной миски вонтонов ему хватало. Баоцзы он приготовил для Хо и Дахэ.

Птенец был слаб, но очень голоден. Ему нужно было много еды для восстановления, а энергия духовного тела переходила и к хозяину.

Хозяин Адеан был в плохом состоянии, поэтому птенец ел жадно: съел всё своё и ещё два баоцзы.

Хо смотрел на Бай Носа. Тот избегал его взгляда.

Хо тихо сказал: — Не нужно готовить мне завтрак. Я буду есть в столовой.

Бай Нос впервые посмотрел на него: — Это не трудно. Столовая далеко, идти долго. Лучше здесь.

Готовить ему было несложно. Сложнее — отношения с Хо.

Дахэ теперь не смел подходить к Бай Носу, ведь именно из‑за него тот отказал Хо. Он боялся, что его присутствие ещё больше оттолкнёт.

Поев, он молча ушёл в комнату и больше не выходил.