Часть 2
Часть 2
Кошмар наяву.
Обвинение.
Только сердце чувствует ложь там,
Где глаза видят правду.
Прошло уже больше недели с того момента, как я попала на стажировку к Арону. Моим куратором стал Омаэль, но это и так было понятно. Ведь он единственный, кто мог проверить мою работу с особо важными документами. К ним подпускались только трое, но теперь и четверо. И никто не знал, что такие приближенные люди могут так подставить своего директора.
За два дня до этого.
-Влада, можешь подойти? – Секретарь Арона крикнул мне из-за своего стола.
-Уже бегу.
«Н-да. Надо бы его имя спросить, а то только «Извините, пожалуйста», да «Подскажите». Надеюсь, он ещё не понял, что я его не знаю.»
-Что случилось? – Я пришла к его столу и встала с другой стороны.
-Да. Иди сюда. – Он показал на место возле компьютера и немного отъехал на своём стуле. –Смотри. Тут у тебя в отчёте написано, что документы были переведены на личную почту. Мою. Но я ничего не получал.
-Ну как же. Вы мне сами на столе оставили адрес почты. У меня даже тот листик остался.
-Неси его сюда.
Я побежала к себе и взяла тот отрывной листик, который приклеила к экрану ноутбука, чтобы не потерять и не забыть. Аккуратно оторвав скотч, я понесла его опять к нему.
-Вот он.
-Но это не она. Хотя цвет листа и почерк схожи, но не идентичны. Может, это почта другого человека?
-Но кроме вас мне никто её не давал.
-Я отправлю это на обработку. Узнаем чья. Хотя, это если повезёт.
После того, как он ушёл, мне оставалось только лихорадочно покусывать ногти и ждать. Это первая моя такая оплошность. Последние дни шли очень гладко. Я получила зарплату за две недели, которые была у Арона домработницей. Хотя я пыталась сказать, что почти ничего не делала, ему пришлось лежать в больнице, но он не стал этого даже слушать. Теперь у меня есть приличная сумма, и я смогла оплатить первый взнос за лечение бабушки. Через несколько дней буду получать оценку за работу на стажировке, и от этого будет зависеть моя оплата за неделю. Я уже подала заявку на второй взнос и никак не могла сейчас потерять эти деньги. Ситуация была очень странная. Точно помню, что это были за документы. Они содержали в себе полную отчётность за последние действия и подписанные договоры. Там даже была сводка о крупных делах, которые хотят отправить на наше рассмотрение. Меня точно уволят, если они пришли не туда.
В этот момент дверь в наш кабинет открылась, и вошёл секретарь.
-Ну что? – Я вскочила со стула от волнения.
-Пока не знаю. Но одно могу сказать точно – эта почта не значится в базе нашей кампании.
-Как же так? – Секретарь посмотрел на меня как на дуру и, сняв очки, опёрся о своё рабочее место.
-Знаешь. Я всё больше убеждаюсь, что вся эта затея со стажёрами была грубой ошибкой, а особенно допускать таких, как ты, к работе с документами. Если тебе удалось добиться расположения босса, то сидела бы и не отсвечивала. – Я впервые увидела его таким злым.- Если я окажусь прав и ты сделала это специально, а передо мной играешь тут комедию, то мне придётся лично настаивать на твоём отстранении не только с работы, но и от учёбы. Не думаю, что с таким рекомендательным письмом, которое ты получишь после этого, тебя возьмут хоть куда-то. А я буду рад этому посодействовать. – Только сейчас я заметила, что во время своей гневной речи он постоянно надвигался на меня и уже почти нависал над столом, довлея. – Но буду признателен, если ты скажешь, кто был заказчиком этого. А за небольшую услугу вполне готов просто убрать тебя из списков практикантов и не лезть дальше в твои дела. – Его скользкий взгляд прошёлся по мне. Оторвав руки от стола, он вернулся к себе.
Мне было очень неприятно находиться с ним в одном кабинете. Поэтому, схватив свои вещи, я направилась в неизвестном направлении, лишь бы не быть в этой комнате и в этом здании. Я шла и шла, пока не поняла, что заблудилась. Телефон был у меня при себе, но на нём было всего пару процентов зарядки. Такси не вызовешь, навигатор не посмотришь. Можно только надеяться на то, что дозвонюсь до кого-нибудь. На ум приходил только Арон или Омаэль. Я начала звонить Арону, но, когда он не ответил через десять гудков, поняла, что он сильно чем-то занят. На экране телефона мигала угрожающая цифра два. Когда я набрала номер Омаэля, начался обратный отсчёт перед тем, как телефон будет выключен. И вот он поднимает трубку. Перебивая его, я кричу.
-Я потерялась! Стою на улице Комсомольская тридцать…
Это всё, что я успела сказать, пока телефон не выключился полностью. Теперь мне оставалось только ждать и надеяться на то, что меня вскоре найдут. Уходить с места было опасно. Никто не гарантировал то, что я не заблужусь ещё сильнее, а шанс выйти на нужную или знакомую дорогу был всё меньше. Мне негде было отслеживать время, но казалось, что прошло не меньше часа. В мою голову всё чаще стали приходить мысли о том, чтобы пойти в примерном направлении, откуда я пришла, но я уже успела забыть и сторону, и примерные ориентиры. И в самый отчаянный момент, когда я собиралась голосовать на дороге, ко мне подъехала машина, из окна которой показалась голова Омаэля.
-Как ты вообще тут оказалась? – Он вышел из авто и понёсся ко мне с покрывалом в руках. Я не заметила, что забыла куртку в кабинете и теперь дрожу от холода. – Почему никто до тебя не мог дозвониться?! А, если бы я тебя не нашёл? Ты хоть знаешь, что у нас в городе две улицы Комсомольская?!
-Не кричи на меня! – Хоть мой голос и дрожал от подступивших слёз, но я не могла продолжать это слушать. – Только не сейчас.
-Господи.. – Омаэль подошёл ко мне и обнял. – Я очень переживал, что ты потеряешься.
-Я взрослый человек и вполне могла найти дорогу домой.
-Да ты же вся к телефону подвязана! Карта электронная, наличку не носишь, номера все тоже там. Да ты ушла на четыре километра от офиса! Арон уже обзванивает поисковые группы в нашем городе. Ты не можешь представить, как он взбесился, когда не смог перезвонить тебе. Кстати, о нём. – Омаэль поднёс телефон к уху и стал ждать ответа на звонок. – Я нашёл её. Да. Она была на проспекте. Сейчас повезу её в офис. То есть не везти? Как ты её сам заберёшь?! Давай я её лучше к тебе привезу. В дом? Ладно. – Он сбросил звонок и повернулся ко мне. – Знаешь. Мне не нравится, что он так быстро проявил к тебе интерес. Он не такой человек. И вообще. Вы знакомы только пару недель, а он уже позвал тебя жить к себе?
-Стоп. Я думаю, что это совсем не твоё дело. Наверное, сама я вполне со всем разберусь.
-Но!
-Без. Твоей. Помощи. Если ты, правда, хочешь мне помочь, а не давать такие советы, то отвези меня к нему. Дальше я решу всё сама.
Его хмурый взгляд прошёлся по моему лицу в поиске чего-то.
-Садись. – Он сжал губы, и на его лице заиграли желваки.
В этот раз он не стал открывать мне дверь, помогать садиться, а просто обошёл машину и сам сел на водительское место.
-Пристегнись. Не хочу платить штраф за это. – Его тон прямо сочился пренебрежением. Он словно хотел так показать, что полностью недоволен моим решением. Хотя я не сильно злилась на него. Он стал мне близким другом. Конечно, вторым после Сэм, но всё равно.
«Сэм! Господи! Я совсем забыла её навестить!»
После того случая с похищением она лежала в больнице с истощением. На фоне стрессов и недоедания у неё снова появился гастрит, который она только недавно вылечила. Я обещала заходить к ней каждые три дня, и сегодня был именно такой день! Но приёмные часы уже закончились.
«Ужас. Надо будет перед ней извиниться.»
Когда мы подъезжали к зданию, то уже издалека я заметила Арона с Фонариком и его секретаря, который стоял поодаль. Весь позитивный настрой пропал. Я не хотела даже находиться рядом с ним, особенно в доме Арона. Мне было понятно, что этот человек – хороший специалист и просто защищал своего начальника, но то, как он повёл себя – верх наглости! Как он вообще мог себе такое позволить!?
-Владлена, ты в порядке? – Арон отбросил фонарик куда-то в траву, а освободившейся рукой открыл дверцу.
Я кинулась ему в объятия. Из-за его плеча я посмотрела на секретаря, который поднял фонарик и сейчас внимательно наблюдал за нами, ехидно чему-то улыбаясь. Он начал проговаривать что-то губами. Мне удалось разобрать только пару слов. « Я знал» «жди расплаты». Меня пробила крупная дрожь.
-Неужели ты замерзла? Пошли быстрее домой.
Он положил свою руку мне на талию и аккуратно направил в дом.
-Я знаю, что ты устала, но нам нужно поговорить. Надеюсь, что ты сможешь немного потерпеть. После этого я сразу отведу тебя в твою комнату. – Последняя фраза всегда казалась мне странной, но в тоже время милой. Он говорил это каждый вечер. И правда провожал меня в комнату. Иногда он оставался со мной, а когда не делал этого, то закрывал комнату и уходил к себе. Но просыпалась я всегда под шум на кухне, запахи вкусной еды.
-А что случилось?
-Почему ты думаешь, что что-то случилось? Разве я тебе говорил?
И тут я поняла, что прокололась. Он смотрел на меня испытывающим взглядом и явно ждал ответа. Мне нельзя было давать этот ответ. Иначе я могла закопать себя ещё глубже. Мне не хотелось, чтобы он перестал мне доверять.
«А с чего это вдруг? Когда я стала настолько сильно от него зависеть?»
Эта мысль появилась и сразу ушла. Естественно, я стала от него как-то зависеть. Я живу у него, работаю на него. И многое другое.
-Ладно. Обговорим всё в доме. Надеюсь, что мне не в чем тебя обвинять. – Он оставил лёгкий поцелуй у меня за ухом и опять пошёл в здание.
В этот раз он не стал готовить чай или торт. Арон просто сел за столик в зале и стал ждать меня.
-Ты не будешь садиться?
-А...да сейчас. – Я сняла плед, который мне одолжил Омаэль и оставила его на стуле. Я не знала, куда сесть. Осталось три свободных места. Наверно, лучше всего сесть напротив.
«Это было не лучшим решением.»
Когда он оказался напротив меня, мне показалось, что я на допросе или на собеседовании. Ручки затряслись, кожа холодная и отливает синим. Короче, кошмар.
-А теперь я хочу узнать у тебя всё то, что ты знаешь об этой ситуации.
-Смотря, про какую ты ситуацию.
-Не заставляй меня злиться ещё сильнее. Ты прекрасно понимаешь, о чём я. – Он выдержал небольшую паузу. Я всё не решалась что-то сказать. Впервые мне было так страшно перед человеком. – Я не собираюсь ругать тебя или ещё что-то в этом духе. Просто поговорим. Обещаю, что не буду делать поспешных выводов.
-Ладно. –Выдохнула и начала свой рассказ. – Я честно отправила документы на ту почту, которую мне дал твой секретарь. Если какая-то почта изменилась, то я ничего про это не знаю! Чётко следуя инструкциям, загрузила весь необходимый материал в документ и отправила по этому адресу.
-Я тебе верю. Но не могу понять, кто это мог сделать. Все сотрудники, которые могли подняться на этот этаж – проверенные люди. И их так мало.
-А никто не мог скопировать и сделать новый ключ? Вы же его где-то заказываете?
-Все эти ключи делаются на заказ. И только с моего разрешения. Все сделанные ключи под строгим контролем, а неиспользуемые утилизируются в тот же день, когда их сдают за ненадобностью.
-Тогда это кто-то из нас двоих.
-Троих.
-Что?
-Вас трое. Не забывай про Омаэля.
Холодок прошёл по позвоночнику. Я совсем не думала про него. В моей голове никак не укладывалось то, что он мог хоть как-то быть к этому причастен.
-И? Неужели есть какие-то улики против него?
-Я не уверен, что это можно назвать уликой, но кое-что есть.
-Ты о чём?
-Как ты знаешь, в самом кабинете у вас камеры не стоят. Но никто не говорил, что их нет в коридоре. Сразу после того, как ты вышла из кабинета вместе с секретарём в тот день, Омаэль, держа в руках такую же бумажку, вошёл в него и спешно вышел через минуту.
-Но…Но Омаэль не мог такое сделать!
-С чего ты так решила? Неужели ты так слепо доверяешь ему?
-Нет…
-Тогда почему? Или ты хочешь сказать, что мой секретарь, который сам нашёл эти видео и предоставил мне, сделал это?
-А почему нет?
-Он не мог это сделать. – Арон чеканил каждое слово и гневным взглядом смотрел на меня.
-Тогда почему ты не думаешь, что это сделала я?
-Просто, даже сейчас ты сидишь передо мной и не понимаешь всей сути.
-Так расскажи мне!
-Это майл нашей соседской кампании. Особо сильно мы с ними не соперничаем, но сейчас они имеют прямой доступ ко всем данным о наших клиентах. Если об этом узнают, то наша репутация подпортится. А та кампания может свободно предложить им более хорошие условия. В среднем мы потеряем процентов 10-15 от нашего дохода за месяц.
-Целых 10?! - Это была огромная сумма. Я не могла представить, что какой-то документ, который я отправила не на ту почту, может принести такие убытки кампании.
-Целых 10. Это уже не исправить, но я обязан уволить того, кто это сделал. Возможно, тогда мы сможем сгладить ситуацию.
-Но. Если я это сделала не специально?
-Если ты по невнимательности отправила его, то понесёшь наказание. Но, если тебя подставили, тогда наказание понесёт он. А с тобой я проведу воспитательную беседу. Так сказать, чтобы не расслаблялась. – Он улыбнулся, но эта улыбка показалась мне механической, словно он хотел выглядеть мягче, чем на самом деле.
-Но как ты собираешься это выяснять?
-На самом деле не знаю. – Он поднял руку к лицу, и устало потёр глаза. – Такого раньше не происходило. И у нас в кампании нет никаких связей в частных сыскных конторах. Может найму кого-то. Но не идти же в обычную полицию. Они затянут это дело до конца года, а, может, оставят как висяк. Мы не можем терпеть такие убытки из месяца в месяц. Ха-а.
-Может я что-то смогу придумать. – Я перебирала всех своих знакомых, которых повстречала во время работы. И парочка как раз могла сгодиться для этого дела.
-Ты что-то придумала? – Его голос был полон надежды.
-Да. Когда я работала в кафе, то к нам часто заходили двое мужчин. Много я с ними не говорила, но дружеские отношения имела. Вроде вчера один из них приходил снова. Завтра в утреннюю смену могу попробовать взять их номера.
-Мужчины? И какие ты имела с ними отношения?
-А с чего тебе это интересно?
-Как с чего? Может, ты за моей спиной ещё с двумя встречаешься. – Хоть он и пытался скрыть всё за шуткой, но я уловила в его словах нотки ревности.
-Неужели ты ревнуешь? – Я не смогла сдержать улыбки. Мне было в какой-то степени приятно. – Это было мило.
Пересев на стул возле него, я взяла его руку в свою и немного сжала.
-Разве я кажусь тебе милым?
-Очень.
Он притянул меня к себе и поцеловал. Но это было немного не то, что я ожидала. Не было никакой нежности. Он словно пытался подчинить меня даже в таком простом действии. Это сильно отталкивало.
-Пошли спать. Я слишком устала. – Я еле смогла оттолкнуть его от себя и встать на ноги.
-Да, конечно.