Глава 7. Начать сначала
— Окей, зачем мы пришли сюда? И если это свидание, то ты в курсе, что у меня есть бойфренд?
Эти вопросы Саммер задала Шону, когда они садились за барную стойку бара на Монмартре. Бармен протирал стаканы. Мендес улыбнулся вопросам Коулман.
— В последнее время у нас были очень напряжённые отношения, поэтому я хотел, чтобы мы начали всё с чистого листа, — говорил он, пока помещение наполнялось новыми посетителями, — Поэтому давай знакомиться по-новой.
Девушка недоверчиво посмотрела на собеседника, а потом пожала плечами, мол, что такого произойдет.
— Привет, меня зовут Шон, — произносит Мендес, протягивая руку.
— Саммер, — представляется Коулман, пожимая руку молодому человеку, и чуть содрогнулась.
Её тело помнило его тепло. Пока Шон заказывал пиво, она не отрывала от него взгляда. Внезапно ей хотелось бросить жизнь в Париже и свою гордость, и уехать с ним обратно в Лос-Анджелес, туда, где им было хорошо вместе. Девушка чуть наклонилась к Мендесу, чтобы рассказать о своём порыве, но передумала. Это испытание должно стать для него уроком.
— Так, а чем ты занимаешься? — спросил Шон, делая глоток пива.
— Я фотограф. Работаю в студии недалеко от дома. А ты, Шон?
— Я музыкант. Ну, знаешь, песни пишу, а потом на мои концерты собираются толпы фанаток, кидая на сцену цветы.
Саммер чуть не захлебнулась, смеясь от такого «жизнеутверждающего» описания.
— Сложно быть суперзвездой? — она поймала его беспокойный взгляд. Она поняла, что они никогда не говорили об этом.
— Очень. Ты пытаешься сохранить ту чистоту, с которой всё началось. Известность иногда туманит разум настолько, что, ступая на неверный путь, ты не можешь различить белое и чёрное. И это давление, когда весь мир наблюдает за твоими взлётами и падениями, очень велико, и ты каждый день говоришь себе: «Брат, не облажайся».
Наступило неловкое молчание. Саммер взяла Шона за руку в знак поддержки. Его тело тоже помнило её тепло. Не то чтобы он и до этого не жалел о совершенной ошибке, но теперь сожаление превратилось во всепоглощающую вину. Хотелось бросить жизнь в Париже и забрать её обратно в Лос-Анджелес, туда, где им было хорошо вместе. Но он лишь слегка качнул головой, отгоняя эти мысли.
— Что сподвигло тебя переехать в Париж?
— Оу, это довольно трагичная история. Но если вкратце, то меня бросил парень. И мои раны долго затягивались. Затем я встретила Жана, и моя жизнь наполнилась красками.
— И как, хорошо он к тебе относится?
В этот момент девушка злобно посмотрела на собеседника, потому что она знала, что этот вопрос был задан из ревности. Вопрос, ответом на который она предпочла молчание.
— А ты, Шон? Твоя причина переезда сюда.
Он ненадолго задумался.
— У меня похожая ситуация была, — всё, что сказал молодой человек, а потом сделал глоток пива.
***
Потом они гуляли по городу. Вдоль Сены, по которой сонно плыли моторные лодки, по освещённым улицам. И молчали, но молчание это было уютным и тёплым, как кожаная куртка с бахромой на рукавах, в которой Саммер была этим вечером.
— Ты только посмотри!
Они пришли к Триумфальной арке. Ей вспомнились слова из одноименного романа Ремарка: «Бессмысленно изводить себя, раз ничего нельзя сделать».
Саммер не сразу заметила, что их пальцы переплелись. Их лица понемногу приближались друг к другу, казалось, ещё немного, и долгожданный поцелуй произойдет. Но Саммер отстраняется первая.
— Извини.
— Ничего.
Всю дорогу до дома Саммер они молчали.