Автостопом
Силуэт знакомого здания уже появился в поле зрения.
Почти всю дорогу они ехали молча. Разве что перекинулись пару слов в самом начале.
Николь смотрела куда-то в пустоту, лишь изредка поглядывала на Антона–скорее на то, как он ведёт машину, чем на него самого. Он выпил не так уж много, но соглашаясь на эту затею утром, она уже думала, как они будут возвращаться. Хотя в итоге всё оказалось куда хуже, чем пьяный водитель и возможная авария.
«Как я вообще должна на это реагировать? Перестрелка. Потом Алина с Региной. Потом ещё и Ильназ с этой... Если он хотел показать, что ему на меня всё равно–зачем приехал? Почему это всё так больно и тяжело?»
—Ник? Ника? —она дёрнулась, почувствовав чужую руку на плече.
—А... что? —не поднимая глаз, отозвалась она, пряча подступившие слёзы.
—Мы приехали,—Миронов слабо улыбнулся.
Только сейчас она заметила, что машина уже секунд десять стоит на месте.
—Приехали..? Я... задумалась. Пойдём тогда?
Они молча вышли из машины и скрылись за дверьми особняка.
***
На базу они приехали все вместе.
У Ильназа мелькала мысль ещё покататься по городу. Проветрить голову. Но проводить больше времени со Снежаной–просто, чтобы выбесить Нику–было откровенно плохой идеей.
—Не знаю, как вы, а я спать. —снимая куртку, бросила Регина.
—И я тоже. С нашим остроумным боссом я скоро в психушке окажусь!
—Да ну тебя, Ильназ! У тебя стальные нервы, переживёшь. —усмехнулась Алина.
—Так, что тут происходит?
Голос Германа раздался сверху, со стороны лестницы. Он стоял на середине пролёта. И выглядел... плохо. Напряжённый. Злой.
—О, тебе уже доложили? У нас тут старичок из пещеры вылез, как тебе такое? —съязвила Регина, проходя мимо него.
Герман даже не отреагировал. Смотрел только на Алину.
—Гер.. у тебя всё нормально? Ты чего застыл? —настороженно спросил Ильназ.
—Не нормально. Алин, нам нужно поговорить.
—Да... пойдём,—пробормотала девушка, снимая обувь. –Ильназ, увидимся завтра. Спокойной ночи.
—Спокойной... Снеж, пойдём? —он повернулся к девушке, слабо улыбнувшись.
Та пару секунд смотрела на него с подозрением, но всё же пошла следом.
Когда все ушли, Герман резко схватил Алину за руку и потянул за собой. Через мгновение дверь спальни захлопнулась.
—Ты помнишь, о чёс мы говорили прошлой ночью?
Щёлкнул замок. Герман резко прижал её к стене.
—Ты чего такой...—Алина подняла свободную руку. —Во-первых, отпусти. Во-вторых, что я уже сделала не так?
—Какого хера ты попёрлась в этот ресторан?! —хватка стала сильнее.
—Герман! Мне больно!
—Мне повторить?—он наклонился ближе.—Какого. Хера. Ты туда поехала? И почему вы с Региной никому ничего не сказали? —в его голосе слышалось не только раздражение. Там было что-то ещё... давящее.
—Это вышло случайно! Люди Регины заметили машину—мы сразу рванули! Я просто не успела никому сказать!
—Ну и чё? —парень усмехнулся. —Помогли? Не представляю, что бы Антон, главарь одной из самых опасных банд, без вас делал... так бы и откинулся, бедняга, не повидав жизни.
—Да прекрати издеваться! —Алина резко оттолкнула его руку.
—Я издеваюсь?! —Климов снова схватил её ещё сильнее, вжимая в стену. —Скажи лучше, как долго ты ещё будешь перед ним унижаться?
Пауза.
—Если бы это хоть к чему-то приводило... Иногда даже смешно смотреть, как ты с него пылинки сдуваешь. —Герман наклонился к её уху. —В курсе, что Антону не нравятся такие «мамочки», Али?
—Во первых, я тебе не «Али»!—резко. —И мне плевать, кто он! Главарь, убийца-мне всё равно! Я сама решу, за кого мне переживать!
—Даже так...
—Именно! —её голос дрогнул. —Ты сейчас серьёзно меня упрекаешь за то, что я переживаю за человека, которого когда-то любила?!
Блондинка тяжело выдыхает.
—Мы это уже обсуждали! Ты говорил, что понимаешь меня! Ты сам любил меня столько времени–ты должен знать, что это такое!
—Правильно, буду упрекать. —холодно ответил парень. —Особенно зная, как он за тебя «переживал».
Тишина в спальне стала густой.
—Алин... эта хуйня не будет длится вечно. —он прищурился. —Помнишь, я предлагал тебе уехать? В другой город. Лучше сразу в другую страну.
Его взгляд стал опасным. Не как у Антона. По-другому.
—Я решил не давить... хотя зря. Исправлю. —хватка на её руке стала болезненной. —Мы уедем. В ближайшие дни. Мне как-то не хочется смотреть, как моя девушка переживает за мудака, который давно на неё забил... и спокойно живёт с Никой.
—Ты бред несёшь, Герман! —Алина попыталась вырваться. —Я никуда с тобой не поеду!
—Поедешь. Или я буду разговаривать по-другому.
—Герман, мне больно, отпусти...—слёзы выступили на глазах.
—Какого хера тут происходит?!
Дверь резко распахнулась. Ильназ.
Алина уже дрожала, слёзы текли сами. И в этот момент в голове проскочило только одно: Неужели он всё это время просто играл роль?
—Климов, отойди от неё!
—О, ещё один защитник. —Герман нехотя отпустил её. —Галявиев, ты тут каким боком? Мы и без тебя поговорить можем.
—Я с тобой сейчас нахуй поговорю,—Ильназ сделал шаг вперёд. —Ещё раз услышу, что ты орёшь на мою сестру—разговор будет другой. Понял?
—Ебать, родственные связи проснулись...—съязвил Климов. —Наши отношения–это не твоё дело.
—Когда речь о близких–ещё как моё! Ещё раз её тронешь—объяснять буду уже я.
—Отлично. Браво нахуй,—усмехнулся брюнет.—Ты бы так за свою девушку впрягался...—он перевёл взгляд на Алину.
Тот самый взгляд. Предупреждение. Молчи.
—...никто её не обижает. Да, Алин?
—Ильназ...спасибо,—тихо сказала светловолосая. —Правда всё нормально. Просто...вспылили.
—Нормально? —нахмурился Галявиев. —Ты вся в слезах и тебя трясёт.
—Я просто... эмоционально отреагировала. Всё правда в порядке. —она всячески старалась избегать взгляда брата.
—Ладно... как скажешь. —тихо, но по прежнему настороженно ответил парень. —Спокойной ночи.
Напоследок Ильназ снова посмотрел на Германа. Долго. Тяжело. И вышел.
Провожая. Алина проводила Ильназа испуганным взглядом, всё ещё избегая смотреть на Германа. Перед ней стоял будто... чужой человек. Без привычного тепла. Без чего-то живого.
И странно–в этот момент она вспомнила Антона. Его она не боялась. Никогда. За него—да. Но его самого...никогда. Потому что знала—он её любит.
—Прекрасно..—протянул Герман. —Мне даже говорить ничего не пришлось. Ты сама всё поняла.
На губах растянулась наигранная улыбка.
—Умница, солнце. Не стоит впутывать сюда других–они только мешают. В конце концов, Ильназ не настолько хорош, чтобы сразу раскусить таких как я... или Миронов. —он сделал паузу. —Ты же не хочешь, чтобы я выставил тебя перед всеми больной истеричкой? Одержимой бывшим. Той, что в каждом слове видит абьюз.
—Да как ты...—Алина сделала шаг назад, сжав руку в кулак.
—Кстати, звучит неплохо,—спокойно продолжил Климов. —Пара деталей-и готовый диагноз. Ещё чуть-чуть и можно отправлять в психушку. —он сделал шаг к ней. —Если не пересмотришь свои приоритеты–окажешься там.
—Ты вообще слышишь себя?!—голос сорвался. —Ты сам больной!
—Возможно,—он отвечает равнодушно. —Только об этом никто не узнает. Мы здесь все по-своему больные, Алин.
Он мягко, почти ласково притянул её к себе. Слишком резко для этой «нежности»
—Мы же никому не расскажем про сегодняшний вечер... правда, солнце? —шёпот. Жуткий шёпот. —Для тебя это может плохо закончится.
—Я.. не скажу,—быстро ответила Алина, вытирая слёзы. —Надеюсь, ты просто вспылил...—она сама не поняла, как снова прижалась к нему.
Герман обнял её. Уже мягко, привычно. Слишком контрастно.
—Ты же знаешь... я просто люблю тебя,—тихо прошептал на ухо, медленно проводя рукой по волосам. —В этом вся тайна.
***
Алкоголь обычно вытаскивает наружу правду. Перестрелка в клубе немного отрезвила, но не до конца. Два бокала всё ещё давали о себе знать... хотя дело было не в них.
Отчаяние и отвращение к себе. Гораздо сильнее.
Дверь в ванную была закрыта, но не на замок. Свет тусклый, горела только подсветка у зеркала. В отражении–покрасневшее лицо, растрёпанные волосы, помятое платье. Смазанная помада, потёкшая тушь. Ника грубо растирала её рукой, царапая кожу ногтями. Почти до крови.
«Он имеет полное право меня ненавидеть... Чего я вообще ждала? Что у Ильназа железные нервы? Что он будет терпеть это вечно? Я же сама... сама пытаюсь его оттолкнуть. Дать понять, что без меня ему лучше. Что он будет счастливее... Но я помню его глаза тогда. Он говорил ужасные вещи, а глаза–нет. Они всё ещё любили. Я ошиблась. Я не захотела его слушать, понять, услышать. Только злилась. Хотя на самом деле... хотела обнять. Надо было уехать в Питер, сразу как Антон сказал. Может, тогда было бы легче нам обоим. А теперь... я просто буду себя ненавидеть. Всегда»
Она резко выдохнула, пытаясь заглушить всхлипы. Лишь бы Антон не услышал. Ногти снова впились в кожу, взгляд–в зеркало. Долгий, будто пытаясь понять—это вообще она? Или та Ника осталась где-то там...пару месяцев назад. В темноте.
—Это не я...—шёпотом. —Я же не... нет. Нет, нет, нет...
Стакан для зубных щёток с грохотом влетел в стену. Осколки разлетелись по полу. Ника сама вздрогнула от звука. Сползла по стене, прижала колени к груди и просто... заплакала. Уже не сдерживаясь. Одной рукой закрывая лицо, другой отталкивая от себя осколки.
Руку пронзила резкая боль. Но она даже не сразу это поняла.
Антон влетел в ванную секунд через десять. Осторожно переступая через стекло, он быстро оказался рядом.
—Ник... блять, что произошло? —шатен присел перед ней, кладя руку на плечо.
—Я... я не хотела...
—Да нахуй этот стакан... ты сама—он резко замолчал, заметив ладонь. —Твою мать...
Глубокий порез.
—Так, встаём. Аккуратно. Пошли, быстро обработаем. —он помог ей подняться, внимательно следя, чтобы девушка не наступила на на стекло.
В спальне Миронов усадил её на кровать и на пару секунд исчез в коридоре. Вернулся со всем необходимым. Спирт, бинт, вата.
Нику трясло. Сильно. Слёзы всё ещё текли, дыхание сбивалось.
—Антон..
—Тише, детка, тише...я аккуратно. Обещаю. Если больно, сразу говори, хорошо?
—Угу...
Он начал обрабатывать рану. Было больно. Очень. Николь сжимала зубы, иногда дёргалась, борясь с желанием отдёрнуть руку. Смотрела то вниз, то на него. Антон же смотрел на рану, иногда на девушку.
Пять минут, словно вечность. Постепенно слёзы перестали течь и высохли на щеках. Сил не осталось дальше плакать. Брюнетка машинально скользнула взглядом по его рукам. Мелкие царапины. Видимо, старые следы. Николь отвела взгляд.
—Мне больно...
—Всё, всё, прости... Уже бинтую. —Антон тут же смягчил движения. —Как ты так сильно порезалась? —когда с бинтом было закончено, он оставил нежный поцелуй на её руке.
—Не специально... осколок большой был... я хотела убрать..
—Детка...—парень выдохнул. —Всё, готово. Будь аккуратнее, пожалуйста.
Он убрал с кровати всё лишнее.
—Осколки я уберу, не переживай.
—Я... тогда умоюсь и переоденусь...—тихо сказала девушка.
—Помочь?
—Не надо... я сама.
—Только бинт не намочи.—сказал Миронов, покидая комнату.
Николь поспешно ушла в другую ванную.
На ходу собрала растрёпанные волосы в низкий хвост, кое-как, левой рукой, смыла остатки размазанной туши и помады. Выглядело уже не так ужасно.
Возвращаясь в спальню, она рассчитывала, что Антон ещё какое-то время провозится в ванной. Осколков там было достаточно. Да и после её истерики не помешало бы как минимум пропылесосить. Либо ходить в тапочках. Чего они оба терпеть не могли.
Она быстро скинула платье. Оно итак держалось на честном слове. Следом полетело бельё. И именно в этот момент из коридора послышались шаги.
Чёрт. Времени искать одежду не было. Если, конечно, она не хотела снова попасть в неловкую ситуацию, где Антону будет весело, а ей—не очень. Ника схватила с полки первое попавшееся чёрное худи и быстро натянула на себя.
Успела. Антон появился в дверях через пару секунд.
—О-о, отличный выбор. —усмехнулся он, сразу заметив. —Моё любимое.
—Ну извини... первое, что попалось. —она пожала плечами. —Ты же не против, правда?
—Детка, я только за. —Антон подошёл ближе и аккуратно притянул её к себе.
—А я...
—И ты у меня тоже самая любимая,—тихо перебил он, улыбаясь своим словам.
—Я вообще хотела извинится... за то, что устроила всё это.
—Так. Стоп,—шатен сразу стал серьёзнее. —За что тебе передо мной извиняться?
—Я не знаю, просто...
—Ник, перестань,—мягко, но твёрдо. —Если я уже сказал, что чувствую... значит, беру на себя и всё остальное. Любить, оберегать, успокаивать. Есть возражения?
—Нету...
—Вот и всё. —он сделал паузу. —Спать хочешь?
—Не очень...
—Пойдём на кухню? Или... можем выйти покурить. —парень слабо усмехнулся и эта фраза вдруг зацепила.
«Бессонные летние ночи... разговоры обо всём подряд. До самого рассвета. А потом—гулять, просто ходить кругами... С Алиной»
—Давай просто полежим,—тихо сказала Ника. —Так и уснём.
—Это даже лучше... давай.
Он выключил основной свет, оставив только слабую подсветку у кровати. Ника устроилась рядом, положив голову ему на грудь, укрылась пледом и взяла его за руку.
Тишина. Только дыхание. И хотя ещё пару минут назад она была уверенна, что не уснёт—отключилась почти сразу.
Антон не спал. Он медленно перебирал её волосы, уже не пытаясь оправдать прошлое. И не думая, как что-то исправить.
Только одна мысль. В тот вечер... уезжая в Питер, ему стоило оставить свои принципы. И не класть на видное место то дурацкое кольцо. Из-за которого Ника всё и вспомнила.
Хотя... без этого они могли бы вообще не встретится. Разве что, как чужие. Она бы узнала его—по голосу, по аромату, по привычкам. Но не по тому, что было тогда. И может быть... это было бы даже лучше.
***
Телу было привычнее просыпаться, когда рядом кто-то есть. Чувствовать знакомый запах. Обнимать спросонья.
Этим утром всё было почти так же. Вот только рядом лежала не та.
Ильназ лениво протёр глаза, сел на кровати, пытаясь вспомнить, что было вчера... и где он вообще. Тяжело выдохнув, брюнет поднялся и направился к выходу.
—Ильназ? Уже уходишь? —окликнул его сонный голос за спиной.
Он, видимо, разбудил Снежану.
—Ухожу. Я вообще не планировал тут засыпать... тесновато было,—безэмоционально бросил парень.
—Что-то случилось? Зачем ты так грубо?
—Да не грубо это, Снежан. Всё нормально. Просто мне нужно поговорить с одним человеком.
—А со мной? Я хотела поговорить про нас...
—Какое «нас»?—прыснул он, останавливаясь. —Мы вчера просто поговорили и уснули на террасе. Не надо додумывать. Ничего не было.
***
На этот раз Антону повезло, что телефон стоял на беззвучном. Никаких резких звонков, никакой головной боли с утра. Антон проснулся от вибрации. Сон у него был чуткий, поэтому даже этого хватило. Он не глядя на экран схватил телефон с края кровати и вышел из комнаты, сразу направляясь к кабинету.
—Да? Что тебе нужно в такую рань?
—Интересная у тебя «рань» в десять утра...
—Могу себе позволить,—усмехнулся Миронов. —Без зависти, Ильназ. Что у вас там? Или у тебя снова личные претензии?
—Есть и личные претензии... но сейчас не про Нику.
—Тогда про кого? —Антон чуть напрягся.
—Про Алину и Германа. Не нравятся они мне.
—О-о,—снова усмехнулся Миронов. —Проснулся заботливый брат спустя столько лет? Или ты за Геру переживаешь?
—Вчера он наехал на неё из-за ресторана. За то, что она поехала туда без него. И это не всё. —голос Ильназа стал жёстче. —Когда я зашёл к ним в комнату, Алина плакала. И выглядела... напуганной.
—Какого...—тихо выдохнул Антон.
—Сегодня я её ещё не видел. Но вчера она сказала, что всё нормально, в чём я сомневаюсь. Если Климов у нас теперь под стать тебе–я за себя не ручаюсь.
—Понял. Спасибо, что сказал.
Антон сбросил звонок. Внутри неприятно сжалось. Он знал Германа достаточно давно, чтобы понимать—тот далеко не простой. И если его переклинило...
—Антон? Всё хорошо?
Он обернулся. В дверях стояла Ника. И этого оказалось достаточно, чтобы немного отпустило.
—Всё нормально, детка. Прости, что разбудил. —шатен подошёл к ней, обнимая за плечи. —Как ты? Рука не болит?
—Нет. Я даже боялась, что бинт спадёт за ночь... но всё нормально.
—Давай ещё раз обработаем?
—Может, чуть позже? Рана уже засохла... я просто постараюсь не мочить.
—Уверенна?—он на секунду замялся. —Мне сейчас нужно будет отъехать. Часа через два вернусь.
—А куда?
—На базу. Кое-кому надо мозги на место поставить.
—Антон...—голос стал серьёзнее. —Если это опять Ильназ–не трогай его. Пожалуйста.
—Нет, не он,—Антон покачал головой. —Герман немного берега теряет. Я его уже предупреждал.
—А...—она выдохнула. —Тогда ладно. А что с ним?
—Потом расскажу. Сейчас времени нет.—Антон обошёл её, сделал пару шагов к двери и остановился. —Ты там осторожнее с рукой. И меня не жди, поешь что-нибудь, ладно?
—Я ещё немного полежу, потом поем. Не переживай.
—Хорошо. Я недолго.
***
Выглядела она ужасно сонной. Этой ночью Алина не выспалась от слова совсем. Почти всё время лежала, уставившись в одну точку. В ход пошла уже вторая капсула успокоительного. Сделав несколько глотков воды, она вздрогнула от внезапного голоса за спиной.
—Алин?
Она резко обернулась и тут же выдохнула. Егор.
—А ты чего одна тут?
—А... да...—девушка нервно поправила растрёпанные волосы. —Наши, наверное ещё спят... я просто воды попить пришла...
—Да не,—усмехнулся Власов. —Я Ильназа только что видел. Опять с утра пораньше отношения по телефону выясняет...
Он замолчал на секунду. Взгляд изменился.
—Алин... у тебя всё нормально? Ты какая-то... убитая.
—Всё нормально. Просто не выспалась.
—Тогда зачем ты пьёшь успокоительное? —парень подошёл ближе, кивнув на пачку в её руке.
—Я просто...—Алина запнулась.
Слишком поздно придумывать оправдания. И врать Егору не хотелось. И правду говорить тоже.
—Так,—Егор мягко приобнял её за плечи. —рассказывай. Кто тебя обидел? Ильназ? Антон? Герман?
Она молча покачала головой. И в ту же секунду по глазам потекли слёзы. Без слов. Егор тяжело выдохнул и крепче прижал её к себе.
—Пойдём ко мне, поговорим?
—Н-не надо... всё нормально...
—Всё равно пойдём.—голос стал увереннее. —давай.
Алина уже не сопротивлялась. Просто пошла за ним.
***
Влад выдохнул дым в приоткрытое окно. Сидел на подоконнике, потом нехотя слез, пересел на стул. В голове была полная каша. Вчерашний день не отпускал.
С одной стороны—Виола. С другой–Антон и Ильназ. Особенно Ильназ. Лучший друг... который сейчас будто стал другим человеком. Понятно, что с ним. Без любви внутри всё быстро сохнет. И состояние у него соответствующее.
—Влад?
Блондин вздрогнул, выныривая из мыслей. В дверях стояла Виола.
—Да?
—Я хотела спросить...—девушка села рядом, сжав губы. —кое-что...
—Как же страшно слышать такие фразы от девушек...—усмехнулся он, закинув ногу на ногу. —Ну давай, валяй.
—Это простой вопрос...—она замялась. —Когда меня отпустят домой? Вы ничего не говорите. А мне кажется, я имею право знать.
—Виол, я тут не эксперт. —отмахнулся парень.
Виола заметно напрягалась.
—Так, не кисни,—выдохнул Влад. —сейчас всё узнаю.
Он потянулся за телефоном. Девушка слабо улыбнулась.
Прошло не так много времени с тех пор, как она оказалась здесь. Но пережить успела достаточно, чтобы это запомнилось на всю жизнь.
Влад в это особо не вникал. Ему просто дали задачу—присмотреть за девушкой, чтобы не сбежала. Казалось бы, ничего сложного. Но... он привык. Слишком быстро. И его до сих пор бесило, что потом её доверили какому-то левому ублюдку, который появился из ниоткуда и сразу начал творить дела.
После той истории с Олегом всё стало намного хуже. Теперь он уже не мог относится к ней просто как к «заданию». Влад видел, что с ней происходит. И понимал. Особенно после того, как Антон во второй раз не сдержал обещание, что её никто не тронет. Даже если не своими руками. От этого было только противнее.
«В тот вечер, когда я приехал после звонка Антона... Она почти не разговаривала. Я тоже не лез. Спросил пару раз, как она себя чувствует и всё. До обеда вообще по разными комнатам сидели. А потом я зашёл спросить, будет ли есть. Виола отказалась, но попросила остаться. И через какое-то время...даже разрешила обнять. Этот момент... я вряд ли забуду.»
—Да, Владос? Чё-то срочное? Я за рулём.
—Антон, тут Виола спросила...—Беляев выдохнул. —Я не могу не ответить. Ты её домой отпускать собираешься вообще?
—Ну ты и кавалер, конечно...—усмехнулся Антон. —Знала бы она, что её «дом» по-факту у нас... Только тихо, не проболтайся. Ты ж не на громкой?
—Да нет, конечно! —раздражённо. —Дай мне нормальный ответ, она же не отстанет.
—Смотри. В ближайшие дни я встречусь со стариком, заберу нужные документы. А потом поговорю с Виолой. Расскажу ей про Нику... с самого начала. —он сделал паузу. —Думаю, после этого она сама не захочет возвращаться к своему дядечке...
—Прекрасно,—сухо ответил блондин. —А ей что сказать?
—Скажи, что скоро поедет. Без подробностей.
—Ладно. Давай. —Влад сбросил звонок.
***
Отдавая парню пустой стакан, Алина глубоко вздохнула, прикрыв лицо рукой.
—Мы повздорили с Германом... ничего такого серьёзного. Мы и раньше ссорились...хотя редко. В конце-концов, мы не так долго вместе...—сказать это оказалось легче, чем она думала.
—Он тебя чем-то обидел?—тихо спросил Егор, держа её за руку и перебирая пальцы. —Из-за чего?
—Из-за того, что я не могу отпустить одну искреннюю любовь всей своей жизни по щелчку пальцев! —девушка всхлипнула. –Я говорила ему. С самого начала говорила, что не могу обещать ничего серьёзного, что мне нужно время...
—Алин...—он притянул её ближе.
—Я не знаю...—голос дрогнул. —Просто иногда так хочется с кем-то об этом поговорить. Без упрёков, без всего этого... Но я же бы привыкла быть «сильной». Не жаловаться. Да и вам не до этого —у вас там то Антон с Никой, то ещё что-то...
—Солнце...—русоволосый чуть отстранился, посмотрел ей в глаза. –Ты всегда можешь говорить со мной. Всегда. Я нормально к тебе отношусь, я пойму. Да, сейчас не тот уют, что раньше... но мы всё равно свои. Мы любим вас. И тебя, и Нику, и Регину. По крайней мере я точно.
—Спасибо тебе...—она снова прижалась к парню, крепче сжав его руку.
—Герман где?
—В кабинете вроде...—Алина пожала плечами. —Я видела, как он уходил.
—Понял...—Егор поднялся. —Пойду-ка я с ним поговорю...
—Стой,—она резко схватила его за руку. —Не надо. Это наша проблема. Зачем усугублять?
—Алин,—он спокойно посмотрел на неё. —теперь это и моя проблема тоже. Если он тебя довёл–я хотя бы скажу ему фильтровать слова.
Девушка вздохнула. Спорить уже не было смысла.
Выходя в коридор через столовую, Егор едва не врезался в человека, резко вылетевшего ему на встречу.
—Твою ж мать... Антон, ты откуда вылез?
—Объяснить откуда люди вылезают?—Миронов нервно усмехнулся. —Я помню, мы вместе биологию прогуливали, но базу можно было бы и запомнить.
—Пиздец, как смешно,—скривился Егор. —Ты что тут делаешь?
—Моя база. Что хочу, то и делаю. Герман где?
—Забавно конечно, я как раз к нему собирался.
—Сходишь позже. У меня разговор по важнее.
—Поважнее Алины?—русоволосый прищурился. —Я как раз за неё.
—В смысле?—Антон остановился.
—Она немного рассказала про вчерашнюю ссору. Я сам не лез и не давил.
—Я за этим и приехал,—перебил он. —Рад, что она тебе доверилась. Но дальше я сам.
Парень развернулся к лестнице.
—Я с тобой.
—Егор, иди к Регине. —не оборачиваясь. —Алина моя бывшая девушка. Я разберусь. —он сделал паузу. —Спасибо за помощь.
И, не давая возразить, быстро поднялся на второй этаж. Несколько шагов, нужная дверь.
Антон резко распахнул её.
—Герман.
—Какие лю...—Климов поднялся с подоконника, усмехнувшись. —О, а ты тут откуда?
—Да вы издеваетесь,—Миронов скривился. —Второй уже так реагирует, будто я с того света пришёл. Если я решил немного изолироваться со своей девушкой–это не значит, что я сюда больше не езжу.
—Да шучу я, расслабься,—усмехнулся Герман. —С Никой приехал?
—Без Ники. Я к тебе.
—Даже интересно стало. Что случилось?
—Хочу поговорить про Алину.
Климов коротко усмехается.
—Про мою девушку, ты хотел сказать? Только не говори, что она уже успела нажаловаться.
—Слушай, Гер...—Антон сделал шаг ближе. —Я не хочу лезть третьим лишним. Но ты помнишь, о чём мы с тобой говорили? —он сделал паузу. —Я доверил тебе Алину не для того, чтобы она из-за тебя плакала. Это ясно?
—Я не обязан перед тобой отчитываться. —отрезал Герман. —Это вообще не твоё...
—Моё. —тихо перебил Миронов.
Герман замолчал на секунду.
—Если речь идёт о людях из моей банды–это моё. —продолжил парень. —Если кто-то из них начинает вести себя... неадекватно–это тоже моё.
Повисла короткая пауза.
—Я знаю, что она плакала.
—И что? Поссорились, бывает.—Герман беззаботно усмехнулся.
Снова тишина. Тяжёлая.
—Ты на неё давил.—шатен не спрашивает. Скорее утверждает.
—Слушай,—Климов выдохнул, поднимаясь. —Ты сейчас серьёзно лезешь в мои отношения? Себя бы вспомнил.
—Я закрываю глаза на многое, Герман.—он тоже сделал шаг ближе. —На характер. На методы. На то, как ты разговариваешь с людьми. Но не на страх.
—Она не боится меня, Миронов.—темноволосый чуть сжал челюсть.
—Врёшь.—Антон смотрел прямо на него и это усугубляло. —Я видел достаточно. И слышал. Поэтому сейчас будет очень простой разговор.
Он чуть отступил, давая пространство.
—Ты либо держишь себя в руках, либо я начинаю решать это по-другому.
—Это угроза?—Герман снова улыбнулся.
—Это констатация,—спокойно ответил парень. —Ты думаешь, я не вижу, что творится у тебя в голове? Вижу. —Миронов склонил голову.
В кабинете снова повисла тяжёлая пауза.
—Только ты ошибся в одном. Алина-не тот человек, на котором это можно отыгрывать. Последний раз говорю, Герман. —голос стал тише. —Не трогай её.
Герман усмехнулся, но уже не так уверенно. Словно его задели эти слова.
—А если это не твоё дело?
Антон смотрел на него пару секунд. Потом спокойно кивнул.
—Тогда я сделаю так, чтобы стало моим.