Соседка
Питер встретил нас дождём и холодным ветром, пронизывающим насквозь. Моё лёгкое новое платье, которое я переодела в поезде, тут же промокло, а волосы, которые я укладывала снова, напоминали гриву бешенного льва и постоянно лезли мне в глаза. Оля была более продуманной и догадалась взять с собой ещё и зонт, поэтому была не в пример суше, чем я и выглядела счастливее, пока я не устроилась под её зонтом по соседству.
Конечно, наши сумки и чемоданы не влезли под зонт, но мы не теряли надежды, что скоро за нами приедет питерское такси и мы без проблем доберемся до отеля и поселимся там. Оля всё ещё думала, что сможет зарегистрироваться вместо кого-то, кто не доехал, поэтому в её глазах читались предвкушение и радость.
К отелю подъехали без приключений и особых проблем, а вот на входе все-таки произошла очень неприятная вещь.
— Девушка, ну не можем мы вас вписать вместо кого-то другого, понимаете, не можем! — сказала, как отрезала женщина средних лет, ответственная за расселение участников квеста.
— Да почему?! По-любому кто-то не приедет, — стояла на своём Оля, однако уже понимала, что решение женщины окончательное и бесповоротное.
— Первыми как раз и отсеивают тех, кто не приедет или не сможет. Мы не можем поселить Вас. Снимите где нибудь квартиру, раз уж приехали с подругой. Однако в конкурсе участвовать Вы не будете. Номер 299, у вас апартаменты номер 421 на четвёртом этаже.
И, гордо развернувшись на каблуках, она кивнула на мои вещи двум парням в форме швейцаров.
— "Мы не можем Вас тут поселить", — передразнила подруга, — Больно надо!
— Не расстраивайся, пожалуйста. Если я выиграю, я смогу попросить что-то и для тебя, — я с жалостью посмотрела на неё.
— Удачи, — сухо ответила она и, тряхнув волосами и подхватив свои вещи, удалилась искать себе квартиру.
Настроение было испорчено. Даже когда я вслед за швейцарами прошла в свои апартаменты, я не была такой радостной. Парни внесли мои вещи, вежливо улыбнулись, вручили мне карту от номера и удалились, оставив меня одну в номере. Или не одну?
Я услышала шум воды в ванной. Может, какая-то ошибка? Осмотрелась внимательнее: большое панорамное окно, большое зеркало, стол, пара кресел, ковровое покрытие на полу, большой шкаф для одежды, плазменный телевизор на стене, две тумбочки и пара кроватей, над каждой из которых висели картины в красивых рамах. На одной из кроватей я заметила раскрытую книгу. " Унесённые ветром", — прочитала я на обложке.
Тут точно какое-то недоразумение! Я собралась спуститься вниз и сказать, что меня не туда поселили, однако дверь ванной отворилась быстрее, чем я вышла из номера и теперь я неловко взирала на невысокую полненькую шатенку, стоящую в одном полотенце на пороге ванной комнаты и взирающую на меня с испугом и изумлением.
— София Крашевич, — внезапно для себя представилась я.
— Яна Потёмкина, — она издала странный звук, похожий на смешок и снова скрылась в ванной.
— Меня, кажется, не туда поселили, — неуверенно сказала я, открывая дверь номера, но Яна выбежала уже в банном халате и остановила меня.
— Постой, мне говорили, что меня поселят с соседкой! Тебя же в 421 номер отправили?
— Да, именно так, —я всё ещё сомневалась.
— Ну вот и всё! Хочешь, помогу с вещами? — спросила девушка, сворачивая на голове полотенце на манер тюрбана.
— С чего это ты такая добрая? —я подозрительно прищурилась, расстегивая чемодан.
— А, ты же не знаешь ничего! До ужина есть немного времени, давай я тебе помогу и расскажу то, о чем я знаю сама, — предложила она, приветливо улыбаясь.
— И откуда ты такая взялась на мою голову, — очень тихо вздохнула я и тут же добавила, —Конечно, расскажи! Интересно же!
— На сколько я знаю, — Яна открыла мою сумку и начала аккуратно вынимать оттуда вещи, перекладывая в шкаф, — те, кто не успеют добраться до отеля в течение двух суток от закрытия регистрации, не смогут принять участие в квесте. По истечению этого времени нас соберут в холле, проведут расчёт и разобьют на команды.
— Погоди, если нас разобьют на команды, как же выберут потом победителя?
— Всё очень просто. Пока участников много - нас делят на команды. Как только остаются 50 участников - начинается основная часть. Каждый начинает бороться сам за себя, — пояснила шатенка.
Я задумалась и даже не стала спрашивать, откуда она знает такие подробности. Достав бордовый брючный костюм я быстро переоделась и снова уложила волосы. Затем набрала СМС Оле, узнать, как она.
Вдвоём мы очень быстро справились с моими вещами, которые заняли не только мою часть шкафа, но и часть шкафа Яны, благо она много вещей не брала.
— Почему ты помогаешь мне? — спросила я, когда мы уселись в кресла отдыхать.
— Знаешь, я тут совсем одна. Никого из тех, кто уже прибыл, не знаю. А так хочется с кем-то поговорить, поделиться радостью или грустью, мечтами, например, — вздохнула она.
— А ты - моя соседка, значит мы будем какое-то время жить вместе, и я не хотела бы, чтобы у нас были натянутые отношения с тобой.
— Хорошо. Что бы ты загадала, если бы дошла до конца квеста и победила? — поинтересовалась я, с улыбкой взглянув на новую соседку.
— Я бы... Я бы попросила его подарить мне полтора миллиона рублей.
— Ничего себе запросы! Ничего не треснет? — я хихикнула и посмотрела на неё с немым укором.
— Ну, если не даст столько, я чуть меньше попрошу, —тихо сказала она и очень быстро начала оправдываться, — Я же не себе! Это не то, что ты подумала! Нет, я маме на лечение.
Эти слова дались ей совсем нелегко. Она мигом стала будто бы ещё ниже ростом, обхватила себя за плечи и всхлипнула. Улыбка мигом сползла с моего лица, я почувствовала себя очень неловко и даже как-то виновато.
— Врачи сказали, что без операции она и пяти месяцев не протянет, а денег у нас нет. Государству плевать на смертельно - больных людей, им бы только внешние долги прощать, — взвыла она и вдруг затихла. В наступившей тишине я периодически слышала её всхлипы, видела, как трясутся её плечи, а по щекам текут крупные слезы горечи. Всё это время я сидела и молчала, не в силах проронить ни слова, боясь сделать ещё хуже.
Она прекратила рыдать так же резко, как и начала. Хлопнула в ладоши, выдохнула и продолжила, как ни в чем не бывало, и только красные щеки с дорожками от слез и такие же красные влажные глаза всё ещё напоминали о том, что буквально недавно она отчаянно рыдала.
— Да, жизнь не справедлива. Но я найду способ! — воинственно воскликнула Яна, задрала подбородок и пошла переодеваться.
Когда она была готова, мы пошли на ужин, а заодно знакомиться с теми, кто уже приехал. Правда, когда мы заходили в ресторан, где должен был быть ужин, мы столкнулись с тремя девушками, выглядевшими ужасным стервами. Так это и оказалось. Они посмотрели на нас с презрением, надменно фыркнули и пошли занимать себе столик.
— Да уж, вырядились, будто собираются выходить замуж за миллиардера, а не участвовать в конкурсе, — громко сказала Яна, провоцируя их на скандал.
На нас обернулись все присутствующие в ресторане, а та самая тройка смерила её таким взглядом, что даже мне стало не по себе. Одна из девушек, с пепельными волосами, точеными чертами лица и глазами светло-серого цвета недобро усмехнулась и пошла в сторону Яны, намереваясь высказать ей всё, что думает о ней.
Назревал большой конфликт и мне предстоял выбор: поддержать новую подругу, рискнув вылететь, ведь кто знает, что организаторы квеста сделают за ссору между участниками, или смиренно отойти в сторону, позволив этой стервозине и дальше строить из себя королеву.
И я решилась.